Часть 1

Вечер обещал быть пасмурным: по прогнозам передавали сильный дождь в сочетании с грозой, но на нынешний момент дул лишь не особо сильный ветер, заставив ветви деревьев качаться из стороны в сторону. Каждое дуновение подгоняло грозные, мрачные тучи все ближе к станции метро, возле которого на деревянной, потрёпанной жизнью скамье сидел Чон У, пытаясь что-то разглядеть вдали, словно искал там ответы на все беспокоящие его вопросы. Он думал о том, как неприятные события нарушили жизнь начинающего автора криминальных романов, когда он стал одним из жильцов многокомнатного дома на окраине города в тихом и неприметном районе. Здание было наполнено сомнительными соседями, что вечно ходили и с оскалом глядели на парня, кто-то стоял под его дверью с ножом, а кто-то караулил и пробирался в комнату, словно что-то выискивая. Правда ли они хотят его убить? Вдруг он и сам постепенно сходит с ума, а может уже давно стал таким? - мысли полностью поглощали главного героя, пробираясь глубоко в подсознание, попутно проедая остатки благоразумия, словно черви прогрызали себе путь в разум пока тот сжимал дрожащей от волнения и непонимания рукой телефон, на который вскоре пришло смс с незнакомого номера. Резкий звук и вибрация в руке от полученного сообщения заставила Чон У выйти из жуткого мира в своей голове и вернуться в реальность. Взглянув на экран своего смартфона он увидел фотографию Джи Ын, кажется, девушка была без сознания. И..что это у нее во рту? Тряпка? Но на ней были отчётливо видны багровые пятна. Место не казалось знакомым, да и разглядеть что-то толком было практически невозможно: темное помещение, старое стоматологическое кресло, девушка. - писатель сразу понял кто стоит за всем этим, благодаря всплывающему в голове силуэту мужчины. Неужели это действительно он? Вновь вспомнив о своей возлюбленной, Чон У увидел подпись к фото: " все, что может с ней произойти и произойдет ли - зависит от тебя". Дрожь стала сильнее, по телу прошлись мурашки, парень вскочил со своего места и, не думая ни о чем, кроме той, ради кого он прибыл в этот город и старался терпеть все неприятности, происходящие с ним, помчался к общежитию, пробегая различные высокие здания, магазины, деревья, людей. Горло прожигала боль от нехватки кислорода, ноги уже еле бежали, но он не собирался сдаваться, лишь каждый раз старался ускориться, забив на дрожь и боль в теле. Наконец, добравшись до возвышенности, которая вела прямиком к общежитию, Чон У сделал глубокий вдох и побежал наверх. Забежав в здание, он помчался по ступенькам на четвертый этаж, прихватив свой нож из тайника, который, к огромному удивлению, никто не смог заметить. Тот самый этаж, с которого вечно были слышны стуки. Парень знал, что это были не крысы, но не желал признавать тот факт, что тут что-то неладное. Однажды он пытался подняться туда. Выяснить что происходит, но не смог дёрнуть ручку и открыть дверь. Страх поглощал его полностью, не давая даже шевельнуться и он уходил. Уходил с тревогой в груди и ненавистью к себе за слабость проверить, за то, что он выбрал именно это общежитие. Все ведь могло быть иначе, разве нет? Он мог жить счастливо со своей девушкой, не зная о происходящих там вещах. Казалось, что это место - настоящий ад. Хотя, вероятнее всего, так оно и было. Но сейчас его ничего из этого не волновало. Мысли были только о Джи Ын, которая лежит сейчас без сознания, а возможно, уже мертва и он опоздал. — твою мать. - выругался парень, ударяя кулаком стену, чтобы хоть как-то привести себя в чувство. — Чон У, почему ты сейчас так боишься? Неужели ты не хочешь ей помочь? Почему ты стоишь тут, а не открываешь эту чёртову дверь, идиот? Зачем ты тогда бежал сюда, сломя голову? - разговаривая с самим собой, он хотел набраться смелости, дабы открыть эту пугающую неизвестностью дверь, но собрашись с силами, парень резким движением дёрнул дверную ручку на себя и забежал в ранее сгоревшее помещение, начав проверять все двери по очереди, он открывал их все, забегал, смотрел есть ли там кто-нибудь. Сердце бешено билось, а дыхание не могло прийти в норму, казалось, что все, что сейчас есть на этом свете - он и Эдем. И вот, спустя кучу открытых дверей, он добрался до последней. — Джи Ын, прошу, будь там. - он с надеждой потянул ручку на себя и рывком открыл дверь, вошёл в комнату и начал разглядывать ее, в спешке ища девушку: в глаза бросались ранее белые стены, ныне запачканные сажей, провода, торчащие из потолка в месте, где были лампочки. Наконец, взгляд упал на темный силуэт, возле посеревшего от пыли стоматологического стула, которое было покрыто бардовыми пятнами. Подойдя к креслу, Чон У узнал мужчину в черном, он стоял как и обычно: расслабленная поза, черные брюки и свитер, хотя на улице, да и, в помещении было довольно жарко, хоть парень и не видел его лицо, но он знал, что тот смотрит. Смотрит своими пустыми глазами, в которых, казалось бы, никогда не было жизни, а лицо постепенно искажается в дружелюбной, на первый вид улыбке. Это был он - Со Мунджо - сосед из 304 комнаты, который нагонял жути больше, чем остальные соседи. От одного его вида бросало в дрожь, он словно парализовывал одним своим взглядом и голосом. Он был словно хищник готовый напасть в любое время, когда ты этого не ожидаешь. Мужчина не только был самым пугающим, но и довольно непредсказуемым. Чон У часто пытался разгадать что творится в голове этого безумца, но все мысли заводили в лабиринт из которого не было выхода, ведь каждая дорога вела в тупик. — ты пришел, малыш. - выходя из тени проговорил мужчина, приближаясь к парню, пока тот в ужасе смотрел на кресло, предполагая, что там его любимая. Было страшно узнать что с ней, он не мог подойти, не мог заглянуть. Лишь стоял, пытаясь поймать больше воздуха ртом, в надежде, что девушка ещё жива. — Что ты с ней. сделал? - на последнем слове у Чон У сорвался голос, но ответа не последовало. Поэтому парень начал кричать, все так же спрашивая один вопрос, на что Мунджо, не обращая внимания на гневные выкрикивания подошёл чуть ли не вплотную, сделал задумчивый вид и приложил указательный палец к губам. — хм. Пока что я не сделал совершенно ничего. Она жива и цела, но чтобы она жила и дальше ты должен выполнить одну мою просьбу. — слушаю. - конечно, тут припираться смысла не было, так как Мунджо сейчас имеет больше возможностей и находится в выгодном положении, поэтому, автору криминальных романов пришлось согласиться, но вскоре, после услышанного он словно был парализован от жуткого ощущения и безысходности, пока сосед медленно расплывался в улыбке, которая не предвещала ничего хорошего. Именно тогда Юн Чон У понял, что никогда не сможет убежать от своих страхов и ужасов прошлого, как раз наоборот - именно в этом месте он глубже погрузился в пучину ада и теперь он никогда не сможет избавиться от чувства вины и одиночества. Но сейчас это уже не волновало. Он давно думал над тем, чтобы убить всех, но..это ведь было просто желание на эмоциях? Или он действительно хотел всех убить? В чем же тогда отличие между ним и жильцами Эдема? Сомнения терзали его голову: стоит ли убивать Мунджо? ведь именно он дал свободу и помог принять себя таким, каким и являлся главный герой. Парень принял не только себя, но и условия, поэтому с лёгкой, но и необычной для него улыбкой взял нож и вышел из комнаты. Что-то изменилось, стало как-то легче на душе, будто Чон У стал совершенно другим человеком. В этот момент Мунджо с удовольствием представлял то, что сейчас произойдет. Он мог только представлять и видеть исход, но не мог узреть процесс, что его огорчало, так как мужчина должен был следить за девушкой Чон У, чтобы в случае ее пробуждения - вовремя вколоть усыпляющий препарат. Автор криминальных романов сам не заметил, как стал главным героем одного из своих произведений,но, в целом, сейчас его это не волновало, он медленно шел по коридору, проходя ранее открытые им двери, измазанные сажей. Действительно, хозяйка не соврала, на этом этаже был пожар, но вследствие чего он произошел - являлось загадкой для многих. И только жильцы Эдема знали правду. Выйдя на лестничную площадку, парень спустился по ступенькам и зашёл на нужный ему этаж, где как раз сидела Бок Сун, как всегда смешивая что-то в своей каморке. вот же стремная женщина, снова сидит и подмешивает что-то, делает вид, что святая, но является не менее жуткой, по сравнению с остальными. Один ее вид заставлял взять дамочку за горло, перекрыть весь доступ кислорода в ее организм и наблюдать, как глаза вылезают из орбит, постепенно становясь стеклянными, неживыми, а тело постепенно холодеет, окрашиваясь в бледный цвет, пока сердце медленно, но верно прекращает биться и циркулировать кровь по телу. Это желание было сильнее здравого рассудка. Всего за малый срок, что Чон У проживал этом общежитие она и эти тупоголовые жильцы успели сделать больше, чем нужно для того, чтобы заслужить смерти. Парень хотел, чтобы каждый из них прочувствовал все то же, что чувсовала каждая их жертва. Чтобы они наконец-то поняли, что не им выбирать кому жить, а кому нет. — здравствуйте, Бок Сун - проговорил парень в обычной для него манере, пряча за спиной нож. Хозяйка как всегда начала задавать вопросы о том, как прошел день, как дела на работе, что нового и не хочет ли парень выпить сока, устал ведь уже после трудного начала дня, о котором она не должна была знать. Чон у начал отвечать на вопросы хозяйки и постепенно, с улыбкой, не предвещающей ничего плохого приблизился к ней. — знаете, а вы были правы, тут остались только хорошие люди - сказал писатель, обнимая женщину одной рукой, пока вторая все так же держала холодное оружие. — которые заслуживают смерти. Резким движением руки он воткнул острое лезвие женщине у живот, дабы та не смогла успеть среагировать. Так и вышло, Бок Сун улыбнулась, и, хотела было что-то сказать, но лицо ее исказилось в гримасе ужаса, пока изо рта стекали струйки крови. Она закашлялась, пытаясь схватить кухонный нож, лежащий на ее столе, чтобы обороняться, но не успела развернуться, как послышался еле тихий смех, становившийся все громче и громче, пока не перешёл в звонкий и истерический, так смеялись люди, лишвшиеся рассудка. Чон У вынул нож и раз за разом начал вонзать его в тело хозяйки общежития, с раздирающим горло смехом. Кровь летела ему на лицо, одежду, шею, все руки были испачканы бардовой жижей, но о н не мог остановиться. Ему нравилось.