Глава 8.

С ужина у Кимов проходит несколько дней. Резиденция наконец-то полностью восстановлена, и Йеджи с удовольствием возвращается в свою комнату. Хенджин живёт напротив неё, и если раньше это обстоятельство бесило Йеджи, то теперь она сама не знает, как к этому относиться. Сердце ускоряется, стоит лишь подумать о нем, а мозг все ещё сопротивляется чувствам и желанию полностью и безраздельно отдаться Хенджину. Сегодня отца нет дома, и Йеджи решает поужинать в комнате. Она выходит, чтобы отдать указания слугам лично, и взглядом натыкается на дверь в комнату Хенджина. «Может, позвать его?..» Пока девушка сомневается, дверь открывается. Телохранитель приподнимает бровь. — Ты что-то хотела, принцесса? — Нет, — отрезает Йеджи поспешно. — Я просто задумалась. Хенджин мягко усмехается, но никак больше не комментирует эту ситуацию. — Не хочешь поужинать вместе? — предлагает он. Для вида немного подумав, Йеджи кивает: — Хорошо, раз ты так просишь, — вызывает у Хенджина ещё одну усмешку. — Я забронирую столик в ресторане. — Хорошо. Ты же помнишь, что я… — Не любишь морепродукты, кофе и грибной суп. Да, я помню. Выберу место, где готовят вкусные стейки. — Отлично, — говорит Йеджи, хотя, вообще-то, хотелось искренне поблагодарить парня. Ей все ещё сложно привыкнуть к тому, что их отношения меняются. Они больше не соперники. Хенджин, впрочем, как выяснилось, никогда не воспринимал её, как соперницу. Йеджи проводит полчаса перед шкафом в раздумьях. Хочется выглядеть на сто из десяти, но в то же время не так, словно она очень тщательно готовилась. В итоге девушка останавливает свой выбор на чёрном платье с открытой спиной. Оно не слишком короткое, так что выглядит вполне прилично. Сверху Йеджи накидывает чёрную же кожанку, на ноги надевает грубые ботинки — свои любимую обувь, дополняет образ тонкой серебристой цепочкой на шее и сережками, делает макияж с акцентом на глаза. Повертевшись перед зеркалом, девушка остаётся довольна. Как раз в это время к ней стучат. — Да? — Готова выезжать? — раздаётся голос Хенджина. — Секунду! — Йеджи бросает последний взгляд в зеркало, поправляет волосы, и выходит. Открыв дверь, она чуть не сталкивается с Хенджином, но успевает притормозить. Парень весь в чёрном, как и она: на нем узкие брюки, рубашка, заправленная за пояс, ботинки и кожаные перчатки для вождения. Будет глупо отрицать, что Йеджи обожает, когда он надевает последний предмет одежды. Поглощенная созерцанием Хенджина, она не замечает, как тот рассматривает её. — Ты прекрасна, принцесса, — слышит она хрипловатый голос и переводит взгляд на лицо парня. — Я всегда прекрасна, — ляпает она и тут же хочет себя придушить. Ну неужели нельзя было просто сказать «спасибо, ты тоже ничего»? Пусть это и банально, но все же лучше, чем типичные ответы Хван Йеджи в духе «я крута и я знаю это». — И не поспоришь, — хмыкает Хенджин. — Поехали уже, — торопит его Йеджи, все ещё злясь на саму себя. — Я умираю с голоду. — Ну раз принцесса умирает, надо поспешить. — Кажется, я запрещала так называть меня… — Правда? Не припомню, — пожимает плечами Хенджин, удаляясь по коридору в сторону лестницы. Йеджи ловит себя на том, что улыбается, глядя на его широкие плечи и думает о том, как же ей нравится, когда Хенджин зовёт её «принцессой». Когда телохранитель открывает перед ней дверь чёрного мерседеса, когда он заботливо спрашивает, комфортная ли температура воздуха в машине, Йеджи ещё больше чувствует себя особой голубых кровей, хотя похожим образом к ней относятся многие люди. Но каждое действие Хенджина отличается тем, что он делает это не автоматически, а искренне. То, как он смотрит на Йеджи, заставляет её сердце то останавливаться, то учащаться. Она лишь хочет, чтобы это было взаправду. Она боится, что окажется обманутой. В машине негромко играет музыка, и Йеджи вдруг слышит, как Хенджин начинает тихонько подпевать. — A princess doesn't cry A princess doesn't cry Burning like a fire You feel it all inside But wipe your teary eyes. Эта песня знакома Йеджи, но в исполнении Хенджина она вызывает непривычные эмоции. У девушки возникает ощущение, что Хенджин посвящает эти строчки ей, хотя, возможно, она хочет так думать. Она хочет быть его принцессой. А ещё у Хенджина безумно красивый голос, который Йеджи могла бы слушать бесконечно. Сама того не замечая, девушка присоединяется к песне, разбавлять её своим звонким голосом. В детстве она ходила на вокал, и это сказывается на способностях Йеджи: она все ещё довольно неплохо поёт, несмотря на долгое отсутствие практики. — Ты красиво поешь, — замечает Хенджин, когда песня заканчивается. — На удивление, ты тоже, — отвечает девушка. — Когда научился? — Просто часто подпеваю тому, что слышу. Машина останавливается около высотки. Хенджин первым покидает мерседес и открывает дверь перед Йеджи. — Надеюсь, ты не боишься высоты, принцесса. — Ты и так знаешь. — Верно. Хенджин, кажется, знает о ней все. И это так приятно. Но, если так подумать, то и Йеджи может ответить едва ли не на любой вопрос о предпочтениях своего телохранителя. Хенджин любит осень и ненавидит летнюю жару, он обожает фрукты, особенно персики и виноград. Ему нравится баббл-ти, как и самой Йеджи, которая каждые выходные обязательно ездит в какое-нибудь кафе, чтобы насладиться этим напитком. Когда у него находится свободная от охраны Йеджи и тренировок минутка, он либо читает, либо танцует. Девушка как-то застала его в спортзале за танцами и была поражена плавностью и чёткостью движений. А из книг Хенджин предпочитает мистику и детективы. И сейчас, вспоминая все эти факты, Йеджи понимает, что она собирала их на протяжении нескольких лет. Разве, испытывая к человеку неприязнь, возможно так интересоваться его интересами и запоминать каждую мелочь? — О чем ты так напряжённо думаешь? — спрашивает Хенджин. — Да так, — отмахивается Йеджи. Они поднимаются на лифте до последнего этажа, где располагается ресторан. Официант провожает их к столику у окна, откуда открывается восхитительный вид на ночной Сеул. Для Йеджи это не в новинку, но сейчас все ощущается иначе. Она с Хенджином, и их отношения меняются. Она даже позволяет себе считать этот ужин свиданием. — Знаю, что это не новость, но ты безумно красивая, принцесса. Почему эти слова вгоняют её в краску? — Спасибо, — смущённо улыбается Йеджи и заставляет себя смотреть в глаза парню. Не может же она, как школьница, вечно бегать от него? — Ты не возражаешь, если я закажу нам вина? — Я люблю красное полусухое, — заявляет Йеджи. — Я знаю, — усмехается Хенджин и подзывает официанта, чтобы сделать заказ. — Послезавтра я хочу съездить на учёбу, — сообщает Йеджи, когда они вновь остаются наедине. — Если ты хочешь, то мы можем это устроить. — Отлично, — улыбается девушка. — Только сядь со мной, — добавляет Хенджин. — Что? — Садись на парах рядом со мной. Не хочу, чтобы этот придурок Сынмин снова лип к тебе. — Вообще-то он все ещё почти мой жених, — смеётся Йеджи. Похоже, её ревнуют, и это, черт возьми, приятно. Обычно парням нужны её деньги и влияние, тело, но не чувства. Её никогда не ревновали. О ней никогда не беспокоились и не заботились. — А если ты выйдешь замуж за другого? Скажем… сегодня? И вот тут уже становится не до шуток. Йеджи буквально давится воздухом и смотрит на Хенджина оторопело. — Ты же сейчас шутишь, да? — Прости, бесит сама мысль о том, что этот придурок женится на тебе. Даже если это политический брак. Хотя Йеджи понимает чувства Хенджина, она не испытывает ненависти к Сынмину. Этот парень не так плох, как о нем думает Хенджин. У него за спиной явно есть что-то. Что-то, связывающее его с Йеджи. Но что? Пока она это не выяснит, не успокоится. — Ты бы как отнеслась, женись я на какой-нибудь там… да даже вон на той официантке, — Хенджин бросает взгляд на миниатюрную девушку с осветленными волосами. Вообще, она выглядит мило, подмечает Йеджи. Но едва представив блондинку в свадебном платье рядом с Хенджином, буквально начинает её ненавидеть. — Чтож, думаю, пора признать, что ты ко мне неравнодушна, — усмехается парень, заметив, как глаза Йеджи зло щурятся. Та вздрагивает, смотрит на него со смесью раздражения, смущения и волнения, пытаясь сообразить какой-то колкий ответ, но на ум ничего не приходит совершенно. — Как и ты ко мне, — фыркает она. — Как и я к тебе, — подтверждает Хенджин. — По-моему, я это никогда её скрывал. Йеджи думает о том, что она намеренно не замечала его взгляды, слова, действия. Хотя если так подумать, Хенджин всегда был терпелив и добр к ней, как бы погано девушка не вела себя. — Скажи, а как давно? — решается спросить Йеджи. — Как давно что? — он явно понял, но хочет ещё немного посмущать её. — Как давно я тебе нравлюсь? — Хм… Довольно давно. Несколько лет, наверное. Думаю, когда ты встречалась с тем ушлепком, ты уже была мне небезразлична. — То есть со старшей школы, — бормочет Йеджи. — Да, ты тогда была милашкой. А потом резко изменилась, но меньше нравится мне не стала. «Господи, я трахалась с парнями направо и налево у него на глазах, — в ужасе думает Йеджи. — Мне не то чтобы стыдно, но что он чувствовал тогда? Но у Хенджина тоже были девушки. И блять, я хочу задушить каждую из них!» От желания найти всех бывших пассий Хенджина и оттаскать их за волосы Йеджи отвлекает официант, который приносит еду и вино. В животе уже урчит от голода, так что есть начинают молча. Йеджи блаженно прикрывает глаза, пережевывая кусочек мяса. Стейк действительно очень вкусный. — Хочу, чтобы твоё лицо выглядело так только когда ты подо мной, — с невозмутимым видом озвучивает Хенджин, и Йеджи едва не давится второй раз за вечер. — Прости, ЧТО? — Что? Думала ли Йеджи о том, как было бы классно оседлать Хенджина? Или даже встать на колени перед ним? Или ещё о куче всяких непристойностей? Да. Но не признавалась даже себе в том, как хочет его. А он ей в лицо это выдаёт. И больше Йеджи не может есть. Сделав глубокий вдох-выдох, девушка возвращается к трапезе под хитрым взглядом Хенджина. — Ты ведь теперь тоже думаешь об этом, принцесса, я прав? Йеджи правда думает, но… Получается, все будет как обычно? Ужин, одноразовый перепих, и все. Так было много раз. И ни одного из тех парней она уже не помнит, не узнает, если они встретятся на улице. А что, если с Хенджином будет так же? Просто секс, никаких чувств? — Принцесса, — она чувствует прикосновение к своей руке и поднимает глаза. Хенджин смотрит на неё серьёзно. — Не знаю, что ты там себе надумала, но тебе не надо торопиться. Мне нужна ты целиком и полностью. Я хочу получить твои чувства, а не тело. Это звучит слишком красиво, Йеджи снова чувствует себя героиней фильма, и ей хочется верить словам Хенджина. — Почему ты снова и снова говоришь подобные вещи? — тихо спрашивает она, голос чуть подрагивает. — Ты кажется идеальным, но… Что если… — «Что если я снова обожгусь? Что если ты врёшь? Что если я не смогу оправиться потом?» — Йеджи, — парень легко сжимает её руку. — Я никогда не посмею ранить тебя. Я лучше умру, чем позволю тебе страдать. И я знаю, что слов недостаточно. Но позволь мне доказать это. Его слова и взгляд нежны, Йеджи хочет раствориться в нем. Она готова нырнуть в этот омут с головой. Даже если ей снова будет больно. Ей будет куда хуже находиться рядом с Хенджином, зная, что их влечёт друг к другу, и даже не пытаться построить что-то вроде отношений. — Я доверюсь тебе. Просто… Просто подожди немного. Я хочу решить вопросы с Кимами. Сейчас отношения могут нам помешать. Скоро все закончится, и я смогу разобраться в своих чувствах, но сейчас мне слишком сложно. — Как скажешь, принцесса, — тепло улыбается Хенджин, подносит её запястье к своим губам и оставляет лёгкий поцелуй на тыльной стороне ладони. — Я готов ждать тебя вечно, но раз уж ты сможешь стать моей лишь когда все закончится, я хочу поскорее разобраться со всем. Это так ванильно, но не вызывает у Йеджи никаких негативных эмоций, хотя она была уверенна, что все эти сопливые фразочки не для неё. Особенно от Хенджина. Но он снова и снова рушит её стереотипы, ведёт себя, как принц из сказки, и Йеджи ждёт не дождётся, когда он уже увезет ее в свое сказочное королевство.