Часть 15

      Потом была встреча с Кристиной, она проявила удивительную деликатность и не упоминала мой побег. Но в общем-то мы с ней никогда и не были близки, так что для нее ничего страшного и не произошло. Пятница пролетела в подготовке к торжеству. И хоть меня особо не кантовали, а праздник организовывали Катя с Мишей и Кристиной (ее удержать было просто невозможно!), все равно постоянно приходилось то отвечать на звонки, то примерять платья.       Вот платья — это вообще финиш! Я хотела просто какой-нибудь костюм, но остальные решили иначе. И я уступила — мне в принципе было все равно, а им приятно. Если бы я категорически не желала платье из салона, фиг бы они меня заставили!       Зато в субботу мне дали выспаться. Саша отключил все наши телефоны, и проснулась я только в десять. Затем последовал плотный завтрак, всякие приятные утренние процедуры типа секса, и наконец в половине двенадцатого я облачилась в свадебный наряд.       Выкуп невесты прошел по минимальной программе, Кира и Катя недолго пытали Сашу, и в итоге ограничились тем, что он спел песню. Ну какой же у него чудесный голос! Я даже носом зашмыгала, так расчувствовалась!       В ЗАГСе были вовремя, в час дня. Церемония прошла без накладок. Потом, как водится, съездили «по святым местам», и в половине третьего уже сидели в ресторане. «Мармеладофф» по этому поводу закрыли на спецобслуживание.       Я была совершенно счастлива. Просто потому, что утомительная процедура осталась позади, свидетельство о браке уже у нас. Теперь только родить нормально — а дальше новая жизнь!       Но не все выглядели такими же счастливыми и умиротворенными, как я! По крайней мере, поначалу. Например, мне было хорошо видно, как напрягается Катя, поймав взгляд Жданова. Он, кстати, был всё же без жены — сказал, той нездоровится из-за беременности. Михаил какое-то время наблюдал за их игрой в гляделки и в конце концов сказал: — Кать, да поговори ты уже с ним! — сказала он. Получилось достаточно громко, услышали все, кто сидел поблизости. И Жданов услышал.       Они действительно поговорили — в кабинете. С открытой дверью — тут непонятно было, кто больше опасался закрытой, Катя или Андрей. Говорили минут двадцать, поначалу напряженно, потом уже даже улыбались и смеялись. У меня отлегло от сердца: давно надо было! А то непонятно получалось, кто на кого обижается! И обижается ли вообще…       От созерцания свободно разговаривающих Кати и Жданова меня отвлек бывший муж. Он вроде как отбыл официальную часть и собирался отчаливать. — Викуся, я очень рад за тебя. Вы с Александром — удивительная и гармоничная пара. Я желаю вам большого счастья! — немного официально сказал он. И подарил мне машину. Настоящую, не игрушечную. Не мерседес, конечно, лексус. Саша пытался возмущаться, да и я не хотела принимать, но Кирилл сразу все объяснил. — Я здорово задолжал Вике, во время развода, да и до него. Да и коллекцию монет она просто так мне вернула, хотя могла бы неплохо заработать. Но дело не в деньгах, конечно. Просто Вика при всей ее нынешней удивительной разумности… — тут я показала ему кулак, он прыснул, — любит гонять. Вряд ли у нее это пройдет и после родов, так что ты бы первый за нее волновался, останься она за рулем спортивной машины или байка, она говорила, что хочет купить. А лексус — надежный. И уровень безопасности в нем… В общем, это от души, правда!       Оставалось только принять этот подарок. Папа обещал поставить пока у себя в гараже, после родов буду осваивать.       После того, как Кирилл вручил нам ключики, практически сразу отбыл, хотя мы просили его остаться. Но мой бывший муж человек занятой, хорошо, что хоть ненадолго выбрался. Катя с Андреем поговорили, и им стало гораздо легче. Оба улыбались и спокойно отправились к своим местам за столом. — Все в порядке, мы договорились оставить прошлое в прошлом, — шепнула Катя в ответ на мой вопросительный взгляд.       А потом вечер перестал быть томным. Некоторые напились, но до драки, к счастью, не дошло. Саша выпил с Ветровым на брудершафт, Коля по моей наводке был взят в оборот администратором Линой, девушкой с отличным чувством юмора и прекрасными внешними данными, так что Зорькин, как я и предполагала, запал на нее и тоже не скучал и не грустил.       Федя повинился, что докладывал Сашке обо мне. И я конечно простила Короткова, потому что ничего плохого он по сути не сделал. Да и Саша тоже. В общем, простила и забыла, Федя отличный друг, на него можно положиться!       Уже ближе к концу вечера подошел Жданов. Нет, поздравил он нас еще в ЗАГСе, вручив традиционный конверт с денежками, а теперь — именно поговорить. — Знаешь, ты с этой шаурмой мне все карты спутала… Да понимаю я, что поступил отвратительно! И даже не могу четко объяснить, зачем я схватил эту чертову еду! Я ведь зашел к Кате в кабинет, а ее нет. И увидел ее дневник, ну, она тебе наверное говорила. А тут она идет. Ну я выскочил из кабинета и схватил твою шаурму, дескать, шел я с едой, вот, решил зайти… В общем, дурь всякая в голову полезла, а мысли были только как бы мне спокойно сесть и все это прочитать. А есть я видимо начал автоматически и даже сначала не понял, чего ты на меня наехала. Нет, я понимал, что шаурма была твоя, но как-то не думал, что это я украл. В общем, извини. Не надо было брать. — Да ладно! — великодушно кивнула ему. — Я тоже не сильно адекватно реагировала, из-за беременности, скорее всего. В честь своей свадьбы я тебя прощаю! И хорошо, что с Катей поговорили! — Да, она молодец. Правильно сделала, что уехала, иначе я бы так и мучился сожалениями и обидой. А я ведь после того, как попрощался со всеми в «Зималетто», поехал в аэропорт, мне Шура билет заказала аж в Непал, а в Шереметьево столкнулся с Лерой. Она как раз послала очередного ухажера, вся в расстройстве, а тут я. Вот так и получилось, что вместо того, чтобы одному лететь в Непал, я с ней полетел в Абу-Даби… — Но у вас с ней все хорошо? — спросила я. — Да, отлично. Понимаешь, она, в отличие от других моделей, любит именно меня, а не только мои деньги. И виноват я перед ней не меньше, чем перед Катей или Кирой. Но у этих двух, слава богу, все в порядке и без меня, а с Лерой у меня шанс остался, и я его не упустил. — А как же Надя? — подначила я. — А с ней мы всегда были друзьями, и только. Она слишком умна, чтобы закрутить изначально обреченный на неудачу роман. — И к Кате у тебя ничего не осталось? — Огромная благодарность за все, что она сделала для меня и для компании. За это время мы оба успели понять, что у нас не любовь была, а чувство вины какое-то. Привязанность, а порой даже зависимость. И останься Катя в «Зималетто», я бы продолжал попытки сблизиться снова. Но сейчас я чувствую, что всё идет правильно. Понимаешь? — Конечно, понимаю. Я тоже это почувствовала, когда переехала сюда, — серьезно кивнула я. — А я вообще в осадок выпал, когда Сашка рассказал о вас. Не ожидал. Да еще и дети. Но я рад за вас, правда. За Сашку особенно. Ты не представляешь, с каким остервенением он впахивал, когда ты сбежала. Всех на уши поставил, лишь бы поскорей передать дела мне! А я когда с Лерой вернулся из Абу-Даби, не знал же ничего еще. Мы с ней рассчитывали шокировать Катю своим совместным появлением, а там Сашка вместо нее. И Кира, такая все торжествующая и ехидная. Знаешь, какими были первые слова твоего мужа, когда он меня увидел? — Нет, но могу предположить, — рассмеялась я, — что-то типа: нагулялся, давай работай! — Ага! — Жданов широко улыбнулся. «Хватит шляться, какого черта мы тут за тебя вкалываем, Андрюша?!» — А ты? — я продолжала смеяться. — А я сказал, что они тут и так без меня отлично справляются и гордо ушел. Лера пыталась меня остановить, но я встал в позу. И следующие пару месяцев они меня осаждали с требованием вернуться. — Что, все уговаривали? — Нет. Папа считал, что Саша должен остаться, потому что у него лучше получилось, чем у меня. Но тут выяснилось, что Лера беременна… — И? — Ну и… в общем, она связалась с мамой, мама насела на меня с требованием свадьбы. Я вообще был так счастлив, что у меня будет ребенок, что готов был на всё. Но в принципе уже и сам понимал, что веду себя глупо, отказываясь возвращаться в «Зималетто». А когда вернулся, Сашка мне и рассказал, почему он так хотел передать мне дела. О тебе рассказал. И я понял, какой скотиной был всё это время… И последние пару месяцев я активно входил в курс дела. Сначала как вице-президент, потом свадьба прошла. Потом с Ромкой помирился… — О! И он вернулся в «Зималетто»? — Нет, мы просто дружим. У него и так всё нормально с работой. — Ну и хорошо! — облегченно сказала я. — А Сашка, я смотрю, с Ярославом снова общается? — Да, случайно столкнулись, тот с супругой был. Ну и поговорили. — Решил раздать долги перед началом новой жизни, — вставил Саша — он, оказывается, подошел незаметно и какое-то время слушал. — Это ты молодец! — кивнул Андрей. — Я вот тоже, можно сказать, раздаю. — Ты хоть Валерии-то не изменяешь? — сурово спросила я. А что? Немного строгости никогда не помешает! — А у нас свободные отношения! — усмехнулся Жданов. Но мой грозный вид сподвиг его пояснить. — Не шутка, она сама настояла. Но самое интересное, что я и не хочу с кем-то еще мутить. Перегорел, что ли? Так что всё у нас хорошо. — А мама твоя как с ней? Помню, как она к Кате тогда пришла и сказала, что раз уж ты ее так любишь, то так и быть, она не против, если Катька войдет в вашу семью… — Серьезно? Мама так сказала? — удивился Жданов. — Я слышала, в приемной же была. — Кошмар! Нет, с Лерой она нормально себя ведет. Да и подружились они уже после того, как стало известно о беременности. Так что мама с нее пылинки сдувает, можно сказать. — Ну и слава богу! — кивнула я. — Беременным женщинам нужен позитив! — А кого ждёте, известно уже? — спросил Саша. — Вроде мальчик. Но тут могут быть сюрпризы. Я вот кому угодно буду рад! — А мы тоже не знаем, — сказал мой муж. — Может, во вторник на узи покажутся? — предположила я. — Да в общем тоже не важно, — расслабленно кивнул Воропаев. Он явно был счастлив. Приобнимая меня за талию, улыбался. И мне тоже было очень, очень хорошо!       Еще новостей под конец вечера подкинул Федя. Они с Машкой, кстати, тоже поженились и ждали ребенка. Вообще все секретарши женсовета, кроме Светы и Ольги Вячеславовны, устроили личную жизнь. По канону. И Локтева вроде как последнее время часто контактировала с зималеттовским фотографом. В общем, у всех всё было хорошо! Отгремела свадьба, гости разъехались, и у нас с Сашкой началась счастливая семейная жизнь. Сказка просто наяву! На руках, конечно, он меня не носил — запретила, потому что веса во мне очень сильно прибавилось, но я была окружена тотальной заботой и нежностью. Любой каприз, как говорится. Не то что бы я была капризной, но ощущать всё это — просто кайф!       И мы получили целый месяц этого кайфа!       И родилась у нас королевская пара, мальчик и девочка. Назвали Юрием — в честь отца Саши, и Еленой — в честь матери Вики. То есть моей.       Сашенька действительно присутствовал при родах, держал меня за руку и всячески подбадривал. Не скажу, что мы оба готовы пройти через такое снова в обозримом будущем, но… зарекаться не будем!       Свадьба Миши и Кати состоялась через месяц. Потом Кира вышла в декрет, тогда нашим мелким исполнилось три месяца. А через два месяца за ней последовала и Катя. Но родили они практически одновременно, Катя немного не доходила. Валерий Минаев стал крестником Саши, Полина Борщева — моей крестницей. А Валерия Жданова родила мальчика. Это окончательно примирило Андрея с отцом, который, как оказалось, всегда упрекал сына в том, что тот потерял Катю, с которой у него могла бы сложиться славная семья. Но Лерочка оказалась очень предприимчивой и вовсе не глупой женщиной и в конце концов и с ним нашла общий язык.       А еще она помирилась с Милко, который долго не мог простить ей пьянство во время декабрьского показа. Сумела как-то подружиться с Кирой — впрочем, это было не трудно, потому что вина Валерии перед ней была не так уж велика. Ну, по сравнению с катиной, а с той вроде бы тоже ровно общались. Затем Лерочка показала себя отличным дипломатом, когда Андрей пару раз брал ее на деловые переговоры. В общем, заслужила всеобщее признание. И смотрелись они со Ждановым просто прекрасно. Так что счастливая семья получилась и у них.       И вот, когда я сейчас смотрю на наших с Сашенькой полугодовалых крохотулек, уверенно отнимающих друг у друга погремушку, я понимаю: а эта новая жизнь вполне удалась! Но главным было то, что она продолжается, а значит, лучшее у нас еще впереди!