22. Hold you in my arms so you can feel that I am real

      Куникида подскочил, сжимая пижаму на своей груди.       Сердце его бешено колотилось, а в ушах шумело.       — Дорогой?.. — сонно пробормотал Ода, приподнимаясь.       Как бы Куникида не старался, он не мог выдавить и слова. Предложения просто застревали в его горле.       Ода сел и неуверенно протянул руку, кончики пальцев мягко скользнули по чужой спине.       — Дорогой, что случилось? — теперь его голос звучал более настороженно. Он потянулся к тумбочке позади себя и включил лампу. Комнату залило тусклым мягким светом.       — Я… Я не… — Куникида попытался сделать глубокий вдох, но его лёгкие казались слишком узкими. — Мне приснился сон, что ты… Что ты умер…       Беззвучные слёзы катились по его щекам. И это было ужасно, ведь он ясно осознавал, что плачем напугает Оду и может разбудить Рюноске или Гин!       Ода скользнул вперёд, практически прижимаясь к Куникиде, обхватывая его как большое тёплое одеяло. Куникида прижался лицом к груди Оды, глотая слёзы.       Они сидели так довольно долго, и когда Гин подошла к двери, чтобы спросить, всё ли в порядке, Ода неслышно, одними губами велел ей возвращаться в свою комнату. С пришедшим минутой позже Рюноске сладить было сложнее, Оде пришлось оторвать одну руку от спины и Куникиды и мелко махнуть ладонью в прогоняющем жесте. Сработало, и даже если это было обидно, Ода компенсирует утром блинчиками на завтрак.       Как только Куникида успокоился достаточно, чтобы составлять связные предложения, он начал объяснять:       — Ты… Ты дрался со всеми этими людьми в огромном зале отеля, и я… Я не мог тебе помочь! Ты ввязался в перестрелку с их лидером и… И вы убили друг друга!       Ода тихо вздохнул, зарываясь носом в волосы Куникиды, проводя пальцами по длинным прядям, спадающим на спину.       — Всё в порядке, — пробормотал он, сдвигаясь, чтобы поцеловать Куникиду в лоб, а затем в нос и в щеки. — Я жив и здоров, я прямо здесь, с тобой, милый…       Он не был уверен точно, но всё это напомнило ему те времена, когда он ещё был в Мафии. Слова Дазая… Он часто говорил о том, что ему снились кошмары о смерти Оды, но они никогда не были такими ужасными или яркими, как то, что описал Куникида.       Однако прямо сейчас Ода на самом деле не думал, «почему» или «как» кошмар Куникиды стал таким.       Прямо сейчас всё, что нужно было сделать Оде, это обнять его, пока он плачет.