2024

***       Лариса пристально осмотрела небольшую продолговатую коробочку, украшенную пышным бантиком.       «Такого ему точно никогда не дарили».       Владлен — олигарх. Лариса — фрилансер, забросившая прошлое в моделинге. У него есть всё, а она толком ничего не может ему дать. Они знакомы двадцать лет, и последние десять девушка даже не пытается соревноваться с его возможностями. «Всё» в случае Владлена — это действительно абсолютно всё.       Она нервно взяла коробочку в руки, покрутила, разглядывая блестящую ленту, и тут же отложила в сторону.       «Интересно, он хотя бы удивится?»       Подарок сам собой попал Ларисе в руки неделю назад. Она долго думала, как с ним поступить, и всё-таки решила преподнести его Владлену на тридцатилетие. Чтобы отрезать себе пути к отступлению, она заранее пообещала имениннику то, чего у него точно нет. Он искренне заинтересовался, а слов назад уже не вернёшь. Глупо теперь прийти с пустыми руками.       Чем ближе подходила намеченная дата, тем больше Лариса сомневалась в своей затее.       «С чего ты вообще взяла, что оно ему надо?»       Лариса прикусила губу. Владлен всегда был парнем со стальным стержнем. Он вёл исключительно конструктивные диалоги и умел чётко обозначить, что и от кого ему нужно. Вот только если этот человек захочет, он растопчет оппонента и даже не изменится в лице. У него теперь практически не осталось врагов — тех безумцев, что решались перейти ему дорогу, он давно и методично уничтожил.       — Это и есть обещанный подарок? — раздался из-за спины тихий, глубокий голос.       Лариса вздрогнула и выронила коробочку на стол. Она совершенно упустила момент, когда муж вернулся с работы и вошёл в комнату. ***       — Вот это да, — поражённо выдохнул Владлен.       Он шёл по коридору школы, когда услышал странный шорох и сопение в подсобке тёти Вали. Открыл дверь, ожидая увидеть парней с сигаретами, а тут такое...       — Да не кричи ты! — взгляд у Ларисы был по-настоящему воинственный. Она сидела прямо на перевёрнутом ведре, сжимая в руке пластиковую вилочку. По её тону было ясно: если парень хочет жить, ему лучше помалкивать об увиденном.       Владлен скользнул внутрь подсобки, аккуратно прикрыл за собой дверь, присел на корточки рядом с девушкой и... тихо рассмеялся.       — Чё ты ржёшь? — надулась Лариса.       — У тебя крем на щеке. И на блузке. И тётя Валя вообще знает, что ты ешь торты в обществе её любимой швабры?       — А ты думаешь, кто мне их здесь оставляет? — буркнула она, утирая щёку тыльной стороной ладони. — Носить сладкое в сумке слишком рискованно, девчонки заметят.       — И давно ты так... — Владлен задумался. Слово «налегаешь», наверное, прозвучало бы слишком грубо для первой красавицы школы. А другие формулировки как на зло не приходили в голову при виде её перемазанного носа.       — Давно. Я всегда тщательно заметаю следы, даже сменную одежду ношу, чтобы не осталось ни единого пятнышка.       — А я вот так по-хамски взял и раскрыл твою главную тайну.       — Я буду очень благодарна, если ты забудешь всё, что здесь увидел, — Лариса скрепя сердце отломала половину пирожного и протянула собеседнику. Чистой воды подкуп.       Владлен лениво откусил угощение и, тут же скривившись, вернул остаток хозяйке.       — Ненавижу крем в креме с кремовой добавкой. Но должен признать, такую картину сложно забыть. Будь это кто-то другой, я бы даже внимания не обратил, но ты... Ты же будущая модель! У тебя показы!       — Вот именно, что модель! — Лариса судорожно взглотнула, и в её глазах блеснули настоящие слёзы. — Мама лично следит за каждым моим граммом. Если она найдёт у меня сладкое... я лучше пожертвую школьной репутацией. Давай, иди, зови весь мир! Ела и есть не перестану!       Она демонстративно запихнула остаток пирожного в рот и шмыгнула носом. Ей действительно конец, если по школе поползёт слушок. Гнев мамы, конечно, был страшнее, но презрительные взгляды местных модниц, с которыми у них шла негласная война за статус, пугали не меньше. Те только и ждали горячей сплетни, чтобы уколоть побольнее.       — Истеричка, — беззлобно хмыкнул Владлен, поднимаясь. — Ты замечала, как часто у тебя меняется настроение? Проверь гормоны.       — Я не истеричка, я голодная! — рявкнула Лариса.       Это было последнее, что она успела сказать перед тем, как парень разразился искренним хохотом. Прошла минута, две, а он продолжал смеяться, оперевшись спиной о стеллаж с моющими средствами. На третьей минуте Лариса не выдержала и ощутимо ткнула его кулаком в бок.       — Ладно, ладно, прости, я не хотел тебя обидеть, — Владлен примирительно поднял руки, вытирая выступившие от смеха слёзы. — И, конечно же, я никому не выдам твой секрет. Знаешь, это даже хорошо, что мы встретились без лишних глаз. У меня к тебе дело.       — Какое ещё дело? — Лариса напряглась.       Из всех обитателей их «дружного» класса Владлен выделялся сильнее всего. С каждым годом он становился всё более закрытым, холодным и, как говорили девчонки, скользким. Таким, знаете, типичным молодым циником, который прекрасно знал о своём социальном превосходстве над сверстниками. Когда-то в детстве он был вполне добрым и отзывчивым мальчиком, но мало ли, что творилось в его голове сейчас, когда отец начал вводить его в большой бизнес.       — Я запускаю свой первый самостоятельный стартап, — пояснил он, глядя на неё сверху вниз. — Нужна модель для локальной рекламы.       — Я?       — Ну не швабра же тёти Вали. А после съёмок, — он наклонился ближе и заговорщически зашептал ей прямо на ухо, — ты сможешь совершенно легально заглядывать ко мне в кабинет и есть сладкое. Мне кажется, диван в офисе гораздо удобнее, чем это ведро в подсобке.       Лариса вспыхнула, чувствуя, как к горлу подступает волнение.       — Можно мне подумать?       — Конечно. Только недолго. ***       Оля и Поля выглядели на редкость задумчивыми. Они постоянно переглядывались, обменивались локтями и как-то странно, с прищуром смотрели на Ларису. Близняшки были не из тех людей, которые умеют долго сдерживать любопытство, и к концу третьей перемены Лариса всерьёз заволновалась.       «Не мог же он рассказать про подсобку... Или мог? Да нет, Владлен не трепло. С другой стороны, девочки не похожи на тех, кто знает мой "грязный" секрет. Тогда что?»       — Девочки, может, вы наконец расскажете мне, что за секретик вы там обсуждаете? — не выдержала Лариса, складывая руки на груди.       Сёстры синхронно переглянулись.       — Мы подумали, может, это ты расскажешь нам секретик? — неуверенно начала Поля.       — Про свои отношения с Владленом, — многозначительно уточнила Оля.       — А какие у меня могут быть отношения с Войцеховским?! — Лариса едва не поперхнулась воздухом.       Только после прямого вопроса близняшек она сообразила, что Владлен вообще-то парень, причём завидный. Для неё же он в последние дни стал кем-то вроде близкого друга.       — Ну, вы вместе уезжаете после школы на его машине.       — И в коридорах постоянно шушукаетесь, — подхватила Поля.       — Девочки, это... глупо, — Лариса замахала руками. — Владлен, конечно, симпатичный, но между нами ничего нет и быть не может. Он...       «Есть в нём что-то отталкивающее».       Ларисе было сложно объяснить это подругам. Бывает же так, что человек прямо-таки излучает тёмную, всепобеждающую ауру? Он вроде бы говорит с тобой дружелюбно, уважительно, а ты нутром чуешь: одно неверное движение — и тебя прихлопнут тапком, даже не заметив.       — Неужели он настолько не в твоём вкусе? — участливо поинтересовался прохладный голос над их ушами.       Рассекретив своё присутствие, перед замершими подругами появился сам Владлен.       — Подслушивать девчачьи секреты нехорошо, — Лариса мило и фальшиво улыбнулась. Сёстры сделали то же самое. Всех троих слегка передёрнуло от его внезапного появления.       «Как много он услышал?»       — Ну так ты продолжишь? — рассмеялся Владлен, оперевшись плечом о стену. — Мне тоже интересно послушать, чем тебе не угодил начинающий бизнесмен.       Судя по его спокойной реакции, его совсем не задел её категоричный тон. Или он просто умело это скрывал.       — Девочки, Владлен предложил мне стать лицом его стартапа. И я согласилась, — Лариса дождалась восхищённого вздоха от сестёр и смело встретилась взглядом с парнем. — Теперь он мой начальник, а я личные отношения с работой не смешиваю.       Выкручиваться она всегда умела.       — Странная позиция для такой профессии, — задумчиво выдал Владлен, окинув её оценивающим взглядом.       Лариса недоуменно моргнула.       — Что?       — Прости, ничего. Я вообще-то по делу тебя искал. Фотограф на сегодня взял отгул, соответственно, у тебя тоже выходной.       — Только скажи моей маме об этом сам. Ты же знаешь, какой скандал она устроит, если узнает, что съёмка сорвалась.       Владлен сделал шаг вперёд, сокращая дистанцию. Мочку уха Ларисы обожгло его тёплое дыхание, когда он наклонился к ней:       — Разве нам обязательно признаваться ей, что у нас выходной?       Лариса затаила дыхание. Может, парня она в нём тогда и не видела, но другом он был потрясающим. Удивительное сочетание убийственной ауры и чуткого отношения к её маленьким слабостям.       В тот день они так и сделали. Вместо душной студии сбежали в старый парк, много гуляли по тенистым аллеям, шутили и, конечно же, ели то, что было под запретом. Она — любимый крем в креме, а он — обычные жирные пирожки с капустой из привокзального ларька. Впервые в жизни, между прочим, потому что у его родителей пунктик на правильном питании был ещё страшнее, чем у её матери.       Лариса до сих пор с трепетом вспоминала ту прогулку. Тогда они впервые отбросили все социальные ярлыки, статусы и позволили себе побыть просто уставшими детьми.       — Ты лучший, Войцеховский, — тихо сказала.       — Я знаю, — без ложной скромности согласился Владлен и ушёл.       — От него аж холодом веет, когда он молчит, — сконфуженно выдохнула Оля, глядя вслед уходящему мальчику.       — Страшный он какой-то, — согласилась Поля.       — У него просто лицо безэмоциональное, — протянула Лариса, неожиданно для самой себя вставая на его защиту. ***       Лариса с досадой следила за медленным танцем Дани Абрикосова с местной отличницей и красавицей Машей. Они выглядели как идеальная пара с обложки журнала.       «Почему она, а не я? Что во мне не так?» — девушка с глухой грустью осушила очередной бокал полусладкого вина. В голове приятно и тяжело помутнело.       От тоскливых раздумий её совершенно нагло отвлекла какая-то перепившая особа. Девушка с трудом держалась на ногах, покачнулась и, разумеется, вылила остатки липкого коктейля прямо на Ларису. По-другому эта история просто не могла бы стать такой драматичной.       — Да ты!.. — возмущённо перешла на ультразвук оскорблённая модель, но чья-то широкая мужская ладонь мягко, но властно накрыла ей рот, заглушая крик.       — Тихо. Ей сейчас вообще нет до тебя никакого дела, — раздался над ухом знакомый голос Владлена.       Лариса в ярости укусила его за ладонь. Парень зашипел, но руку убрал, удивлённо изогнув бровь.       — Она испортила моё лучшее платье! Я не могу так ходить!       — Так сними его.       — Прямо здесь, по-твоему?!       Владлен на секунду задумался, окинув взглядом шумный зал. Это было бы как минимум любопытно. Лариска раздевается в разгар вечеринки и в одном белье идёт бить морду Машке... Да, он наблюдал за ней весь вечер. В конце концов, тусовка проходила в его загородном доме, и если бы он не следил за пьяными сверстниками, то к утру от особняка остались бы одни стены.       — Можно в моей комнате, — наконец произнёс Войцеховский.       Он не шутил. Взял Ларису за руку выше запястья и повёл сквозь толпу на второй этаж. Она послушно шла следом, хмельно разглядывая его широкую спину. Владлен закрыл дверь спальни на замок и спокойно сел на край огромной кровати. Лариса осталась стоять посреди комнаты, чувствуя, как липкая ткань неприятно холодит кожу. Они встретились взглядами.       — И что дальше?       — Я платья не ношу, — доверительно сообщил Владлен, кивнув на дубовые двери гардеробной, — но мой шкаф полностью в твоём распоряжении.       — Жаль, что не носишь, тебе бы пошло, — Лариса поджала губы, пытаясь скрыть смущение, и открыла шкаф.       Выбирать особо не приходилось. Девушка провела рукой по ряду идеально отутюженных мужских рубашках, мимоходом отмечая размер ткани. А по Владлену в пиджаке и не скажешь, что он такой широкоплечий.       — Отвернись, мне надо переодеться.       — Ты же модель, должна быть привычна к публике и быстрой смене образов, — парировал он, даже не шелохнувшись.       Будь Лариса трезвее, она бы устроила скандал и ушла. Но алкоголь и обида на Даню сыграли свою роль. Она подошла ближе к кровати, повернулась к Владлену спиной и плавно выгнулась, открывая линию замка. Владлен медленно поднялся. Его пальцы коснулись бегунка молнии, «случайно» задев горячую кожу спины. Ларису пробила крупная дрожь.       Платье со шуршанием упало к её ногам. Лариса переступила через испорченную ткань и набросила на плечи его белую рубашку. Она принялась нарочно медленно, пуговица за пуговицей, застёгивать ткань, откровенно дразня его. Владлен не шевелился, с нескрываемой, тяжёлой жадностью наблюдая за каждым движением её пальцев.       — Чем я хуже этой Машки? Ума не приложу, — тихо прошептала Лариса, застёгивая манжеты.       — Потому и не приложишь, что вас глупо сравнивать, — его голос стал на тон ниже. — Деревенское очарование и эффектная стерва.       Владлен подошёл вплотную со спины и глубоко втянул носом воздух у её шеи. От Ларисы теперь пахло его дорогим парфюмом, смешанным с ароматом её кожи. Кажется, в этой игре в равнодушие он только что с треском проиграл сам себе. На остатках самообладания он хрипло закончил:       — Просто Абрикосову нужна тихая деревня... а стерве нужен козёл.       Лариса ухмыльнулась — то ли его словам, то ли чужим, наглым рукам, которые без всякого спроса уверенно обхватили её за талию, прижимая к чужому горячему телу.       — А этот «козёл» случайно не ты?       — Может, и я. ***       — Ты сегодня какая-то грустная, — заметил Владлен за ужином, изящно орудуя ножом и вилкой.       — Просто устала... Знаешь, я подумала, может, ну его, этот моделинг?       — Хочешь уволиться?       — Хочу.       — Надоело бедненькой, да? — Владлен медленно опустил приборы на стол и внимательно, насквозь посмотрел на сидящую напротив жену.       — Ненавижу этот твой взгляд, — напомнила Лариса, съёжившись под его менторским прищуром.       Они были женаты всего три месяца. В конце концов, окончательно отчаявшись в своей девичьей любви к Дане Абрикосову, амбициозная модель решила, что друг-бизнесмен — самая выгодная и безопасная партия. В чём заключался резон самого Владлена, Лариса даже не пыталась угадать. Он никогда не признавался ей в безумных чувствах, не требовал ответных признаний, и для себя девушка решила: неприлично богатому парню просто нужна красивая, статусная картинка семейной жизни.       Как ни странно, Владлен оказался заботливым и надёжным мужем. Правда, по-прежнему пугающе безэмоциональным.       — Колись, что стряслось. Я всё равно узнаю, — спокойно нажал он.       — Я поссорилась с главным директором модельного дома, — выдохнула она.       — Из-за чего? — ему, конечно, изрядно надоело клещами вытягивать из неё каждое слово. Они бы сэкономили массу времени, не делай его жена эти театральные, драматические паузы. Впрочем, Владлену и без её рассказа всё уже было предельно ясно. Банальная история.       Лариса его скуки не разделяла, ей было физически тошно говорить о случившемся.       — Он... ко мне приставал в своём кабинете.       Наблюдая за тем, с каким трудом жена сдерживает подступающие слёзы, как дрожат её пальцы, сжимающие салфетку, Владлен вдруг понял, что из её уст его собственная циничная догадка звучит особенно мерзко. Кулаки мгновенно зачесались от ярости.       Поборов вспышку гнева, парень внешне спокойно уточнил:       — Ты сказала ему, что замужем?       Холдинг «Колибри», принадлежащий семье Войцеховских, расширялся на глазах. Фамилия его отца и его собственная звучали убийственно для любого бизнеса в этом городе. Именно поэтому Лариса из оставила в агентстве свою девичью фамилию и старалась не афишировать личность супруга. Мол, обычный одноклассник, поженились сразу после школы.       — Он рассмеялся и сказал, что его это вообще не смущает, — Лариса судорожно вздохнула. — Я ударила его и выбежала. В общем, в это агентство мне путь заказан. Да и на подиум, наверное, тоже.       — Могу подарить тебе это модельное агентство к концу недели. Или создать новое, под твоим именем, — предложил Владлен, и в его голосе звякнули стальные нотки.       — Спасибо за предложение, но я правда больше не хочу работать в этой сфере. Надоело, тошнит, — Лариса покачала головой. — Я думаю съездить на отдых, побыть в тишине, расслабиться и наконец решить, чем хочу заниматься дальше. Стану фрилансером, буду графикой заниматься, как и хотела.       Владлен внимательно всмотрелся в её побледневшее лицо.       — Меня с собой возьмёшь?       Лариса удивлённо подняла на него глаза:       — А как же твоя работа? Твои бесконечные контракты?       — Нет ничего такого, с чем бы не справился мой заместитель за пару недель.       «Кроме многомиллионного контракта с немцами и дикой истерики отца, когда он узнает о сорванных сроках, — мысленно добавил Владлен, глядя на поникшие плечи жены. — Прости, папа, но я задолжал жене медовый месяц. Нельзя оставлять её одну в таком состоянии». ***       — Лариса! — донеслось до Владлена сквозь лёгкую полудрёму.       — Кристя, привет!       — Вау, это твой муж? — судя по шороху гальки, в его сторону кивнули.       «"Вау" — это потому что я не зря в качалку ходил, или у неё какие-то свои параметры?» — лениво подумал Владлен.       Не то чтобы он боялся встретить знакомых на отдыхе или хотел скрыть своё присутствие на курорте, но сейчас парень искренне обрадовался тому, что, прежде чем уснуть на шезлонге, предусмотрительно прикрыл лицо соломенной шляпой. Меньше всего на свете ему хотелось прямо сейчас становиться объектом девичьих сплетен и вежливо улыбаться чужим людям.       — Мой, — чётко, отрывисто и с каким-то особым собственническим чувством отчеканила Лариса.       Владлен мысленно хмыкнул под шляпой.       «Надо же, Лариска ревновать умеет. Приятно».       — А я тут с Аркашей, — защебетала Кристя.       — Слушай, а как ты уломала Кривошеева отпустить тебя посреди сезона? У вас же показы!       — Ой, ты же ничего не знаешь...       «Ой, кажется, меня сейчас убьют, — подумал Владлен, чувствуя, как под шляпой становится жарко. — Падать на дурака и делать вид, что я крепко сплю, уже бессмысленно».       — Чего я не знаю? — удивилась Лариса.       — Наш модельный дом полностью выкупил холдинг «Колибри». Поговаривают, что Мишенька Кривошеев чем-то крупно обидел жену самого Владлена Войцеховского. Ну, его и попросили на выход с волчьим билетом, без права работать в индустрии. Повезло же кому-то с мужиком, скажи? Настоящий зверь.       — Повезло... не то слово, — задумчивый, внезапно притихший тон жены немного удивил парня. Она что, только сейчас поняла, как ей повезло с мужем?       Через какое-то время ленивая светская беседа наконец закончилась, Кристя уплыла в сторону своего Аркаши, и Владлен услышал тихое, осторожное Ларискино:       — Дорогой, ты не поверишь, какую новость я только что узнала.       — Что Аркаша в свои семьдесят не брезгует ездить по молодёжным курортам? — Владлен смиренно снял шляпу и поднялся на шезлонге. Если уж умирать, то от рук любимой женщины.       Лариса удивлённо округлила глаза:       — Вы знакомы?       — Нет. Ты сама как-то вскользь рассказывала, что твоя коллега Кристя нашла себе семидесятилетнего папика. Или это какая-то другая Кристя?       — Она... Я удивленна, что ты вообще запомнил, — Лариса заметно стушевалась, а Владлен ухмыльнулся, довольный эффектом.       — Ты думала, я тебя совсем не слушаю, когда ты болтаешь?       — Но зачем тебе сплетни модельного дома? — настойчиво спросила она, пристально вглядываясь в его спокойное лицо. — Владлен, обязательно было отбирать у Кривошеева дело всей его жизни?       — А нечего было лезть к моей жене, — отрезал он, и в глазах его на секунду блеснула та самая холодная сталь, которой его учил отец.       Лариса мгновенно замолчала. Она растерянно посмотрела по сторонам, словно ища поддержки у пляжных зонтиков, и принялась поспешно собирать вещи в сумку.       — Что, даже не будешь орать на меня и обвинять в тирании? — удивился Владлен.       — Какой смысл тебя вычитывать, это всё равно ничего не изменит, — тихо ответила она, не глядя на него. — Пошли в номер. У нас были планы на вечер.       Кричать Ларисе действительно не хотелось. Ей почему-то впервые стало по-настоящему страшно. По природе своей она часто романтизировала реальность, и до этого момента Владлен казался ей загадочным рыцарем, суровым, но романтиком в душе. Но тогда, на жарком пляже, девушка остро осознала: у большого бизнеса нет красивого глянцевого фасада. Её муж, как и свёкор, привыкли вести дела жёстко, без сантиментов. Если им кто-то мешает — они ломают человеку жизнь и стирают его в порошок. Волчий билет за то, что просто позарился на чужое.       «А что они сделают со мной, если я когда-нибудь ошибусь?» — эта мысль холодным призраком поселилась у неё внутри. ***       Они ехали в абсолютной тишине. Владлен сосредоточенно смотрел на дорогу, плавно обгоняя редкие машины, а Лариса отрешённо листала ленту в соцсетях. В последнее время царившее между ними напряжение можно было буквально намазывать на хлеб.       — Останови мне здесь, пожалуйста, — тихо попросила девушка, когда впереди показались огни ресторана. Она с неохотой ожидала закономерных расспросов.       Владлен резко свернул с главной дороги на обочину и затормозил. На его лице играли желваки.       — Ты серьёзно? Мы женаты десять лет, а ты всё ещё стесняешься признаться кто твой муж?       — Я уже взяла твою фамилию, что тебе ещё от меня надо?! — вспылила Лариса, но тут же глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться.       В последнее время она стала невыносимо нервной, но это не повод срываться. Тем более что Владлен в своей обиде был абсолютно прав.       — Прости, — тише добавила она. — Я понимаю, что веду себя странно. Просто мы сейчас едем к людям, которым совершенно необязательно знать все подробности нашего брака.       — Почему?       — Ну сам подумай: стерва поженилась с козлом. Представляешь, какое шоу они устроят из этого вечера, если узнают?       Владлен ухмыльнулся, и напряжение в салоне немного спало.       — «Эффектная стерва», я бы попросил заметить. Которая, кстати, все эти годы уверяла меня, что перепила на той вечеринке и вообще ничего не помнит. Что, Лариса, вот так и раскрываются семейные тайны?       — Да ладно тебе, сколько пафоса, — фыркнула она, пряча улыбку. — Можно подумать, тебя это тогда остановило... Ответишь мне честно на один вопрос?       — Давай попробуем.       — Сейчас я свой пыл, положим, умерила. А тогда, в школе, я действительно была такой невыносимой? Меня ведь сегодня даже «волшебным» образом забыли пригласить на общую встречу выпускников. Если бы не Уткин, я бы и не узнала.       — Стервой ты была знатной, — подтвердил Владлен с явным удовольствием. — Я ещё тогда решил, что из тебя выйдет идеальная жена для бизнесмена. Закалённая.       — И тебя тогда даже не смущало, что я на твоих глазах убивалась по Дане?       — Дорогая, ты меня никогда не идеализировала? А то вдруг я сейчас отвечу, и мы выясним ещё одну страшную семейную тайну.       — Не переживай, я воспринимаю тебя исключительно как козла.       — Камень с души... — притворно вздохнул он. — Если честно, я просто нагло воспользовался твоей неразделённой любовью. Выждал, когда ты сама осознаешь всю бессмысленность своих чувств к Абрикосову, и оказался рядом в самый нужный момент. Часто, кстати, Даньку вспоминаешь?       — За десять лет ни разу, — честно призналась Лариса. — Только сегодня, пока ехали, пыталась вспомнить, из-за чего там вообще можно было так убиваться.       — А что так? У дела истёк срок давности?       — Появились новые герои. Помнишь красавчика — главного героя в моём новом сериале?       — Фу. И давно ты начала выбирать мужчин исключительно по внешности?       — Вынужденная мера, — парировала она. — Я бы, может, и могла выбрать кого-то побогаче тебя, но тогда выйдет, что я правильно и расчётливо замуж вышла. А мне это претит.       — То есть, если выбирать из красавчиков, то ты вышла замуж неправильно?       — Не комплексуй, если выбирать по шкале красоты, то ты вполне подходишь. Я как бывшая модель очень ревностно отношусь к людям, которые красивее меня... Так что выходит, ты идеальная кандидатура.       Она потянулась к нему и мягко поцеловала мужа в щёку.       — Может, домой поедем? — предложил Владлен, перехватив её руку. — Зачем нам эти бывшие одноклассники, если у нас и без них выходит такой интересный диалог?       — Ты просто хочешь меня придушить за мои слова, а дома не будет свидетелей.       — Придушить — да, хочу, — Владлен задумчиво уставился на жену, оценивая её вечерний образ. — И, поверь, не только придушить. А платья с вырезом поскромнее в твоём гардеробе не нашлось?       — Сначала мне нужно напомнить Машеньке о своём существовании, — мстительно улыбнулась Лариса. — Неужели она и правда думала, что если меня не пригласить, я не приду?       — Что поделать, то самое «деревенское очарование».       — А стерва из нас двоих почему-то всё равно я.       Владлен спокойно разговаривал у барной стойки с Даней и Стёпой Уткиным, когда в дверях ресторана появилась Лариса. Она вошла летящей походкой и громко, на весь зал, поздоровалась со всеми. К ней тут же подбежала удивлённая и явно заставленная врасплох Маша. Атмосфера в зале мгновенно накалилась.       — Представляешь, Машенька, мне не пришло приглашение на встречу! — звонко, с безупречной улыбкой произнесла Лариса. — Я узнала абсолютно случайно. Подумала: ну, Машуня, наверное, так замоталась с организацией, вот и забыла обо мне. Память-то у нас у всех не резиновая, правда?       — Вот и кто ей про встречу слил? — тихо вздохнул Даня Абрикосов, косясь на Владлена. — Сейчас устроит скандал, весь вечер нам испортит.       Владлен лишь молча отпил из бокала, пряча усмешку. Только сейчас он до конца понял, почему его жена так отчаянно рвалась на эту дурацкую встречу. Стерва возвращалась на свою законную территорию. ***       Лариса умылась ледяной водой и внимательно посмотрела на себя в зеркало дамской комнаты. Отражение выглядело бледным и немного затравленным. Хорошо хоть, макияж был водостойким — наносить всё заново заняло бы слишком много времени. Ей безумно хотелось домой, и девушка осознала это ещё до того, как её накрыл первый приступ дурноты и позывы к рвоте.       «Нужно срочно найти Владлена. Блин, надеюсь, он не видел, чем закончился мой танец с Веней».       Вспомнив про бывшего одноклассника, Лариса брезгливо скривилась.       «"Слышал, у тебя богатый папик? Старый, наверное. Брось его ради меня, я гораздо моложе, да и обеспечить, не переживай, смогу — у меня свой мясной цех". Что этот придурок вообще о себе возомнил? А меня он за кого принимает?! Подлая, жирная... физиономия...» — Войцеховская судорожно зажала рот ладонью, дыша через нос. Тошнота медленно отступила.       — Какая у тебя, однако, бурная реакция на нашего Венечку, — раздался тихий голос. Владлен устало опёрся плечом о дверной косяк дамской комнаты, проигнорировав табличку.       — Мой триумфальный дебют не остался незамеченным? — выдохнула она, оборачиваясь.       — Все в зале только и обсуждают, как главная красавица школы в ужасе сбежала от нашего мясного чудовища.       — Блин... — Лариса бессильно облокотилась об умывальник и закрыла лицо руками.       Владлен подошёл ближе, бесшумно и мягко обнял её со спины, прижимая к себе.       — Вызвать на завтра врача на дом? Мне совсем не нравится твоё состояние в последние дни.       — Просто голова немного закружилась, — она аккуратно отстранилась и повернулась к нему. — Всё нормально. Домой хочу, не могу больше здесь находиться.       — Водитель уже ждёт у главного входа. Котлета позволил себе лишнего?       — Ничего такого, что не было бы в его репертуаре. Ты что, наблюдал за нами?       — Скорее прожигал в нём дыру взглядом. Моя жена внезапно идёт танцевать с влюблённой в неё ещё со школы Котлетой. Как ты вообще до такого докатилась, Ларис?       — Надо было пойти с Данечкой? — съязвила она. — Я просто не захотела портить причёску. Маша за такие танцы точно бы мне её подкоротила прямо в зале.       — Я уверен, что победа в этом спарринге в любом случае осталась бы за тобой. А вообще, Лариса, — они встретились взглядами в отражении зеркала, — ты какая-то недальновидная. На твоём месте среди всех присутствующих мужчин я бы безоговорочно выбрал меня.       — Это ещё за какие такие заслуги?       — Во-первых, я сказочно богат. Во-вторых, невероятно красив. И главное — я твой муж.       — А ещё ты невероятно скромный, Войцеховский.       — «Мой муж — бизнесмен», «моя жена — модель». А я ещё думаю, как это у вас всё так чётко сошлось, — раздался голос Стёпы Уткина. Он тоже без зазрения совести опёрся о дверной проём, разглядывая их семейную идиллию.       — Встречу выпускников решили перенести прямо сюда? — выгнула бровь Лариса.       — Нет, в мужском туалете сейчас интереснее, — ухмыльнулся Стёпа. — Котлете как раз нос вправляют. Он умудрился нахамить жене Руслана.       — И когда только всё успевает... — вздохнула Лариска.       — Выпьешь лишнего — и не такое успеешь. Так чё, ребят, вы серьёзно женатики?       — Серьёзнее просто некуда, — спокойно кивнул Владлен, не убирая руки с талии жены.       — И давно?       — Сразу после школы, считай.       — Смешно, — выдохнул Уткин.       Войцеховские недоуменно переглянулись.       — Что именно смешно, Стёп?       — Смешно, что вы целых десять лет вместе протянули и не поубивали друг друга, — задумчиво выдал Стёпа Уткин, салютовал им рукой и ушёл обратно в зал.       Выждав небольшую паузу, Лариса тихо спросила:       — Стёпочка стал каким-то слишком странным и взрослым, или мне просто показалось?       — А ты разве не знаешь, что его нынешняя девушка младше его на пять лет?       — Ну, в нашем возрасте это не такая уж большая разница.       — Только не тогда, когда ей было семнадцать, а ему двадцать два, — пояснил Владлен, увлекая её к выходу. — Сначала ему пришлось долго её ждать, а потом доказывать всему миру и её родителям, что у этих отношений есть будущее. Такая ответственность за себя и за девчонку сделала его взрослее нас всех, вместе взятых.       — Тебе самому не странно говорить такие глубокие вещи про Уткина? — Лариса грустно улыбнулась. — Если так подумать, это действительно удивительно. То, во что мы все превратились после школы. Как думаешь, дальше будет только хуже?       — Платье с твоего выпускного тебе до сих пор впору, так что никаких разительных перемен лично я не вижу, — мягко ответил Владлен, когда они вышли на прохладный ночной воздух. — Просто мы все со временем стали теми, кем изначально и являлись внутри. Уткин, Маша, даже Веня — они всегда были такими, просто раньше это не так сильно бросалось в глаза на фоне нашей детской непосредственности.       — В таком случае, лучше вообще не ходить на эти встречи выпускников. Только портить чистые детские впечатления.       — А тебя, между прочим, никто туда и не звал, — Владлен искренне рассмеялся, напоминая ей парня из далёкого школьного прошлого.       — Прекрати ржать и немедленно вези меня домой! Достали они все. — Мне так нравится, когда ты злишься, — Владлен крепче обхватил жену за талию, и они пошли к ожидавшему их автомобилю. ***       ...— Это и есть обещанный подарок?       Лариса вздрогнула. Она совершенно упустила момент, когда муж вернулся с работы и подошёл со спины.       — Да, — она повернулась к нему, протягивая продолговатую коробочку. — То самое, чего у тебя никогда не было и что нельзя купить ни за какие деньги холдинга.       — У меня есть абсолютно всё, — с уставшей, но мягкой улыбкой напомнил бизнесмен, принимая подношение.       — Открой.       Владлен аккуратно развязал блестящую ленточку, приподнял крышку и внезапно застыл. На лице олигарха, обычно не выражавшем никаких лишних эмоций, отразилось полное замешательство. Внутри коробочки на бархатной подложке лежал белый тест на беременность с двумя чёткими параллельными полосками.       — Ты... не хочешь детей? — испуганно прошептала Лариса, заметив его долгую паузу.       — Хочу, — голос Владлена слегка дрогнул. — Просто это как-то... неожиданно. Я, конечно, когда делал тебе предложение, догадывался, что у нас когда-нибудь будут дети. Но думал об этом в долгосрочной перспективе, а не так стремительно.       — Мы женаты десять лет. Это, по-твоему, стремительно?       — Ребёнок — это всегда стремительно, — он наконец отвёл взгляд от теста, бережно отложил подарок на стол и сел на стул, увлекая Ларису к себе на колени. Он крепко, до хруста, обнял её, утыкаясь носом в волосы. — Мы ведь сами ещё будто вчера были детьми, а теперь своего ждём.       — Ты на старости лет стал настоящим философом, Войцеховский, — тихо засмеялась Лариса, обнимая его за шею.       — Ты меня любишь? — вдруг спросил он, заглядывая ей в глаза.       — Конечно нет.       — Я просто вспомнил, что за все эти десять лет так и не сказал тебе самого главного, — тихо произнёс он, и его пальцы нежно очертили её скулу. — Я люблю тебя. Ещё со школы.       — Я вообще-то давно догадалась, — Лариса прижалась своим лбом к его лбу. — И что, до сих пор так и не разлюбил?       — Сам удивляюсь своей выдержке.       — А я, если честно, выходила за тебя исключительно по расчёту, — подмигнула она. — Моя мама уверяла, что ты — самая лучшая партия в этом городе. И очень переживала, что ты меня бросишь, если я буду плохо себя вести.       — Плохо себя вести? Это как?       — Ну, характер свой проявлю или, не дай бог, потолстею. Мама ведь всю жизнь живёт с папой по точно такому же принципу: нужно всегда быть послушной зайкой, а то сладкую морковку отберут.       — Что-то из тебя, признаться, вышла очень плохая и строптивая зайка, — Владлен медленно провёл носом по её шее и рвано, горячо поцеловал в основание пульса.       — Отец маму за человека никогда не считал, — тихо добавила Лариса, и в её голосе снова послышались отголоски того старого страха перед его силой. — Разве нужно всё это безмолвно терпеть ради денег?       — Нет, конечно.       — Вот и я тогда, твёрдо решила, что терпеть ничего не стану. Думала: если что, сразу подам на развод. Честно говоря, я в самом начале вообще не верила, что из нашего брака выйдет что-то путное.       — Спасибо за честность, дорогая, — усмехнулся он.       — Просто тогда я воспринимала тебя исключительно как надёжного школьного друга и совсем не представляла, каким ты будешь в роли мужа. Весь такой суровый, немногословный, пугающе безэмоциональный...       — Меня с пяти лет растили исключительно как единственного наследника огромной империи, — тихо ответил Владлен, и в его голосе проскользнула редкая фантомная обида. — Ты правда думаешь, что в том мире кому-то вообще было дело до моих детских эмоций?       — Нет, не думаю... — Лариса нежно погладила его по плечу. — Меня мама тоже растила исключительно как идеальную модель, и её никогда не останавливало, что я плачу и не хочу сидеть на этих диетах. Она ведь до сих пор со мной толком не разговаривает за то, что я бросила карьеру ради графики. Ты оказался единственным человеком в моей жизни, который просто спросил: чего я хочу? И я окончательно осознала, что безумно люблю тебя, только когда поняла, что по глупому расчёту умудрилась выйти замуж за самого лучшего мужчину на свете.       — Как же долго и изощрённо ты подводила к этому признанию, — Владлен довольно заулыбался, крепче сжимая её в объятиях. — Хотя я обо всём догадался ещё тогда, когда ты наконец согласилась взять мою фамилию.       — Придурок, — Лариса шутя ударила мужа кулаком в бок.       — Какой есть. Но давай сразу, на берегу, договоримся об одной важной вещи: свою будущую профессию наша дочка выберет сама. Без диет и подиумов.       — Согласна, — улыбнулась Лариса, целуя его в губы. — Только если фамилия «Войцеховский» не станет для нашего будущего сына пожизненным диагнозом.