Часть 13

      Уроки отменили. Посвятив день траура Арине Золотовой, учителя отпустили школьников по домам. Алина шла до общежития медленно, ступая по лужам, оставленным талым снегом. В воздухе витал запах мокрой земли и сырости, а серое небо, казалось, давило на плечи. Ветер усиливался, заставляя её плотнее кутаться в пальто. Платок, Алина, как обычно забыла.       Она пыталась подавить своё состояние, но сердце билось всё быстрее, словно предчувствуя что-то ужасное. Ей хотелось улыбаться от мысли, что группировки занервничали и их планы рушатся, но внутри неё поднималась волна отчаяния. Так красиво было сказано из уст Ильдара Юнусовича о том, как их деятельность помогает милиции и делает улицы безопаснее. Но никто не говорил о том, что ждёт их в случае провала. Об этом Ильдар упомянул только недавно, но она сделала вид, что не услышала.       Внезапно её ноги подкосились, и она упала на колени прямо в грязный снег. Мокрые комья облепили её колени, а холодный ветер пробирал до костей. Люди обходили её стороной, спеша по своим делам, будто она была невидимкой. Алина прислонила руку к сердцу, которое билось так сильно, что казалось, готово было вырваться из груди. Боль в груди была невыносимой, словно её разрывало изнутри.       «Лжецы… Везде одни лжецы,» — пронеслось у неё в голове.       Алина знала, что Арину убили. Знала точно. Слышала версию о суициде, но только глупцы и те, кому выгодно, поверят в эту чушь. Её охватила ярость и отчаяние. Она не могла поверить, что всё это происходит на самом деле.       Я хочу помогать мирным жителям.       Кто поможет теперь тебе, Алина? Точно не мирные жители.       Что делать если Арина всё рассказала? Что, если рассказала о том, что и Алина разведчик?       Алина ускорила шаг, чувствуя, как сердце колотится в груди. Снег хрустел под ногами, оставляя за собой следы. Ветер усиливался, бросая в лицо холодные порывы. Она обернулась, но никого не увидела. Улица была пустынной, лишь редкие фонари освещали её тусклым светом.       В общежитии Алина вбежала в холл, где горели несколько тусклых ламп. Её шаги эхом раздавались по пустому коридору. Она быстро поднялась по лестнице, стараясь не шуметь. Мимо комендантши она проскользнула, не останавливаясь. Нина Сергеевна окликнула её. — Алиночка, тут тебе девочка оставила тетрадь, сказала, что ты на контрольную просила. Алина остановилась и, стараясь не показывать волнения, поблагодарила: — Хорошо, спасибо.       Она приняла тетрадь от комендантши, чувствуя, как её пальцы дрожат. Тетрадь была в простом белом переплёте, на обложке красовалась надпись «Математика». Алина догадывалась, что это не просто тетрадь с конспектами.       Оказавшись в комнате, Алина не спешила открывать тетрадь. Сбросив её на кровать, она сама опустилась на стул, не сводя с неё взгляда. Видимо Арина принесла вчера, когда она была на танцах. Алина с опаской открыла тетрадь, где аккуратным почерком было написано не мало. Арина Золотова. Алина осознала, что боится читать. Она тоже ведёт подобные записи и порой там проливаться не самые светлые эмоции. Пересилив себя, Алина открыла первую страничку. Там оказался конспект по математике. Перевернула тетрадь и, открыв середину, Алина нашла то, что ей адресовалось.       «Я согласилась стать разведчиков ради брата. Я хочу наказать группировки за то, что они с ним сделали. Когда ко мне подошёл Ильдар Юнусович, я поняла, что это мой шанс и сразу же согласилась. Мне удалось попасть в Разъезд. В немаловажную группировку, что занимает почётное место. Только вот, что делать дальше я не знаю. Нам сказали вести записи, но пока что мне доложить ничего».       Алина быстро читала, перескакивая со строчки на строчку. Фамилии, позывные, места сходок, планы…       «Сегодня, кажется я встретила ещё одного разведчика. Эта девчонка вечно ходит угрюмая. Я бы никогда не подумала, что это может быть она. Алина Рудакова».       От следующих абзацев, у Алины перехватило дыхание.       «Алина, я хочу, чтобы ты передала мои записи о «Разъезде» Ильдару Юнусовичу. Он догадался. Лидер «Разъезда» понял, что я веду двойную игру из — за моей спешки. Я так сильно хотела усадить их за решётку, что была не аккуратна в вопросах. Сегодня, он позвал меня за гаражи, что на окраине города для важного разговора. Видимо это конец. Все будут на танцах, поэтому никто не хватится меня до самого утра. Я пойду, чтобы не выдать вас. Пусть думает, что устранил угрозу. Не бойся, и будь уверена, что я им не расскажу, даже под угрозой смерти. Мы ведь выполняем одно дело. Алина, я уверена, что ты справишься. Удачи…»       Алина не знала, сколько просидела, поджав колени под себя и прикусив губу с раскрыто тетрадью. Разведчиками и вправду лучше не знать друг друга. Это уменьшает степень опасности для них же.       Но, как же так. Алина вдохнула поглубже, перебивая щипание в глазах. Разве можно просто взять и убить? Алина соскочила со стула, рывком забрасывая тетрадь под матрас. Успевает к моменту, как дверь отворилась. — Не подходи! — Крикнула Алина, хватая первое, что попалось под руку. — Не подходи ко мне! — Алинка, ты чего?       Наташа аккуратно закрыла дверь, шокировано смотря на младшую сестру с кипятильником в руках. Алина продолжала стоять, пока рука резко не опустилась, а она потерла ладонями лицо. — Прости, это из — за траура. — Алина собрала себя. — Прости, Наташа. Прости…       За что она извиняется? Алина сама не знала. За то, что ввязалась в опасную операцию? Или за то, что подвергает сестру риску? Вдруг они решат наказать её не собственной смертью, а Наташиной? Что, если будут пытать её? Схватив голову руками, Алина опустилась на корточки у кровати, продолжая бездумно просить прощения.       Страх сковал её тело, лишив контроля над эмоциями. В вихре мыслей и истеричных слов Алина почувствовала прикосновение. Её ладони легко убрали, а саму её притянули к тёплому телу сестры. Живому телу. Алина крепко обняла Наташу, словно пытаясь удержать её рядом. Наташа нежно поглаживала её по спине, успокаивая, словно знала, что нужно сделать. — Нам следует поговорить.       Наташа заварила чай, налив в две кружки. Алина приняла его. Успокаивающий на травах, на важные случаи Наташа принесла его в комнату. Алина взглянула на старшую сестру, у которой на лице отразилось усталость, беспокойство и задумчивость. — Алина, может тебе уехать к родителям? Мне кажется, что я не справляюсь. — Призналась Наташа. — Похоже, что у тебя что — то происходит. Ты стала резче реагировать на все. Но, со мной ты не делишься. Теперь ещё этот срыв…       Уехать. Просто уехать к родителям и забыть все, как ночной кошмар. Может так будет и лучше. Алина сжала кружку в ладонях сильнее. Уехать… То, что она не могла себе позволить. Тетрадь под кроватью словно давила жаром в напоминание.       Я пойду к нему, чтобы не выдать вас. — Я не могу уехать. У меня выпускной класс. Хочу окончить его в Казани. — Напомнила Алина, укутываясь в одеяло сильнее. — Ты прекрасно справляешься. Это я стала слишком много гулять. — Это правда. Раньше ты не выходила из комнаты.       Сестры снова замолчали. Если она останется в Казани, то нужно овладеть ещё одним навыком, о котором раньше и не задумывалась. — Наташа, — Алина посмотрела на сестру за все время разговора. — Расскажи, как оказать первую помощь. Я хочу научиться. — Тебя никогда это не интересовало. С чего вдруг? — Удивилась Наташа. — Вчера на танцах, он снова подрался. Я приложила снег. — Алина пожала плечами. — Просто я подумала, что ситуация могла быть и похуже и вот, решила попросить тебя.       Как оказать первую помощь для себя, если её можно ещё оказать. Валера учит её драться, Наташа — медицине. Алина хочет подготовиться ко всему, что может случиться. Наташа размешивала сахар и размышляла. — Волнуешься за него? — Спросила старшая сестра с улыбкой, прищурившись. — Может, поэтому ты стала такой резкой? — А ты всегда беспокоишься о людях, когда они приходят к тебе? — Не унималась Алина. — Конечно. Это моя работа.       Возможно. Вчера она убеждала себя, что он всего лишь цель. Но всё же переживала, как он там. — Научишь меня? — Приходи после школы и в выходные, когда я на дежурстве. Мы постараемся раскрыть в тебе талант к медицине.

***

      Алина била грушу, уже без лишней тяжести. Её мышцы горели, но сейчас уже привыкли. Она пришла раньше Валеры и решила размяться. Спорт выгонял навязчивые мысли, помогал расслабиться. Универсамовских где — то не было. Зал был пуст.       Истерика по — немногу отпускала разум Алины. Арину Золотову уже не вернуть. Но, если верить написанному, то она никого не выдала. А это значит, что их ещё четверо. Если он такие же, как и она, то пойдут до конца, чего бы это не стоило. Затихнуть на время, чтобы потом снова начать действовать. Или всё бросить.       Дверь в спортзал с грохотом отворилась, и на пороге появился Валера. Его шаткая походка выдавала сильное опьянение. Он неуверенно переступал с ноги на ногу, пытаясь удержать равновесие, и его взгляд блуждал по комнате.       Алина, сосредоточенная на груше, которую она методично избивала, на мгновение оторвалась от своего занятия. Её лицо оставалось невозмутимым, но в глазах мелькнуло беспокойство. Она пристально наблюдала за Валерой, оценивая его состояние. — Я так рад тебя видеть, Алина, — произнёс Валера, его голос звучал счастливо и немного невнятно. — Ты пьян, — констатировала она, не скрывая осуждения в голосе.       Алина напрягла ноги, чтобы в любой момент убежать. Пьяных людей она ненавидела так же сильно, как и группировщиков. Неизвестно, что можно ожидать. Валера улыбнулся, чуть пошатнувшись. — И, какой повод? — Андрей её раскусил, представляешь. И поделился с нами. После того, как я убедился, что это не ты шпионишь за нами. — Поведал Валера, облокачиваясь о ринг. — Теперь мы спокойны. Шпиона больше нет.       Спокойны. Алина стиснула зубы до скрипа. Убийство человека за их спокойствие. — Как он узнал?       Алина осторожно, по одному шагу подходила к Валере, который вот — вот был готов уснуть. Он не должен помнить разговор на утро. Состояние не то. Вадик бы уже уснул на кухне, лицом в стол, а на следующий день спрашивал как резко потух мир. Пьяных Алина видела часто и понимала в какой степени опьянения выгонять, чтобы шли в свои комнаты. — А она прокололась, представляешь. — Валера поднял голову. — Он сказал, что причём глупо. Пока я подозревал зря тебя, она попыталась поговорить одного на слив информации. А ещё она подслушивала. Тут то он её и прижал. Выглядит, как несчастный случай, не подкопаешься. И записка нужная имеется.       Валера соединил ладони у основания шеи и чуть сдавил. Арину задушили и выставили, как несчастный случай. Будто бы она сама покончила жизнь самоубийством. Ещё и записку предсмертную заставили написать. — Он что — то спрашивал у неё? — Не переставала задавать вопросы Алина. — Да, — Валера кивнул. — Но, она ничего не ответила. Заткнулась рыба. Видимо слов не нашла.       Значит, про остальных разведчиков она не рассказала. Арина до конца осталась верна заданию. Алина поразилась стойкости её духа. Пойти на верную смерть, зная, что защитит остальных. Случайно, они могли выйти и на остальных. Смогла ли бы так поступить Алина? — Алина, — позвал Валера. — Ты такая красивая. — Иди поспи, герой. — Алина щёлкнула его по лбу, отходя на другую сторону ринга.       И всегда будет по другую сторону. — Алина, — продолжил говорит имя Валера, залезая на ринг.       Бежать. Бежать из подвала. Однако Алина спокойно стояла на месте. Она ждала, когда он подойдёт к ней. И была совершенно спокойна. Валера остановился, протянул к её лицу ладонь. Как, что — то сокровенное и хрупкое он решался прикоснуться. Алина не шевелилась с придыханием смотря на него. Запах алкоголя чётко доносился до Алины.       Ей было интересно, что он будет делать. По коже прошлись мурашки, стоило ему аккуратно убрать прядь за ухо обветренными от мороза пальцами. Медленно очертив скулу, он перебрался на шею. Алина приоткрыла губы, чувствуя тепло по телу. Её тело разрешало ему касаться себя. Алина чётко понимала, что она принимает его.       Валера наклонился, прислонившись лбом к её лбу и прикрыл глаза. Так спокойно ему с ней. — Моя девочка. — Прошептал Валера, прижав Алину ближе. Её сердце предательски быстро стучало. — И всегда останешься моей. Я никому тебя не отдам.       Потерять голову, отключить все мысли. Алина рисковала с каждой секундой все больше. Пьяные не лгут. Так ей всегда говорили.       Остаток разума шептал, что это не любовь, а привязанность и одержимость. Алина сама придвинулась к его губам. — Я твоё мимолетное мгновение, которые ты запомнишь за всю жизнь.       Сделав, как он сам её научил, Алина опрокинула Валеру на покрытие ринга. Нельзя дать ему себя поцеловать, хоть и хочется. Алина отошла к канатам, просила на ватных ногах. Валера, что — то пробубнил, по итогу вырубившись. Алина съехала на верёвка вниз, прижимая ладонь к бешено колотящемуся и сжимающему сердцу. — Прошу, прекрати.

***

      Алина не выходила на улицу неделю. Она чувствовала себя опустошенной и разбитой. Наташа разрешила ей прогулять школу, сказав, что предупредит учителей. Сестра испугалась за её состояние, сказав, что нужно его подлечить.       Нина Сергеевна сказала, что приходили люди из Универсама, но она их не пустила. Женщина была уверена, что Алина чувствует себя плохо из-за знакомства с сомнительной компанией. Единственных, кого она впустила, были Юля и Динара. Они пытались разговорами привести Алину в чувство. Лежа под одеялом лицом к стене, Алина постоянно думала о поступке Арины, о своих действиях и о тетради, которая до сих пор лежала под матрасом. Голова раскалывалась, и Алина засыпала, только чтобы на мгновение отвлечься.       В субботу утром Юля подошла к общежитию и попросила Алину пойти с ней к отцу. Переборов усталость, Алина оделась и спустилась к подруге. Тетрадь брать не стала, решив, что сейчас не время. — Ты выглядишь лучше, — заметила Юля, пока они шли по коридору. Её голос звучал тихо, но тепло. — Наташа так и не сказала, чем ты заразилась?       Алина пожала плечами, стараясь не показывать, как ей тяжело. — Простуда, — ответила она коротко, избегая взгляда подруги. — Обычная, длинная и неприятная.       Юля кивнула, её лицо оставалось задумчивым. — Хорошо, что ты не ходила в школу, — продолжила она, меняя тему. — Там такой шум. Коневич со своим отрядом не дает спуску тем, кто состоит в группировках. Постоянно читает лекции. Я уже их все наизусть знаю. — Это же хорошо, — попыталась Алина улыбнуться, хотя внутри всё кипело. — Значит, они пытаются что-то изменить.       Юля вздохнула, но её улыбка стала немного искренней. — Да, конечно, — ответила она. — Но это так утомительно. И, честно говоря, я не уверена, что это помогает. Иногда кажется, что они просто создают больше проблем, чем решают.       Они подошли к зданию милиции, и Юле разрешили увидеться с отцом. Подруга остановилась, нервно теребя пуговицы пальто, будто боялась сделать следующий шаг. Алина понимала её состояние. Каждая встреча с отцом становилась для Юли всё тяжелее, поэтому она и звала их с Динарой. Но прошлый раз был исключением. Юля думала, готова пойти одна, но не смогла. Выдохнув, Алина подтолкнула подругу к зданию. Юля сделала маленький шаг и обернулась к Алине, которая кивнула в ответ. — Я воздухом подышу. Иди.       Из дверей здания навстречу Юле вышел Пальто. Он нахмурился и с подозрением подошел к Алине. — Не боишься? — Спросил Андрей. — Тебя тоже могут заподозрить. — Расслабься, — ответила Алина. — Я пришла с Юлей, девочкой, которая только что столкнулась с тобой в дверях. Она навещает отца. Если понадобится помощь, чтобы дойти до дома, я рядом. А ты что здесь делаешь? — Отмечался у Ирины Сергеевны, — ответил Андрей, шмыгая носом. — Ты знаешь кого-нибудь в милиции? — Нет, а что? — Я кого-то видел в тот раз. — Ты видел шпиона, которого убил Разъезд? — тихо спросила Алина, нервно оглядываясь. Её голос дрожал, но она старалась говорить уверенно.       Андрей выглядел озадаченным. Он переводил взгляд с Алины на небо. Алина нахмурилась, увидев, как он задумчиво поджимает губы. Её раздражало его сомнение. Нужно было выяснить всё до конца. — Разве не так? — Повторила она, стараясь говорить твёрдо. — Почему ты сомневаешься? — Тот, кто бежал, был меньше, — сказал Андрей, хмурясь. — Я успел разглядеть только силуэт. Он совсем не похож на того, кого убили. Я видел тело Арины Золотовой. — Ты мог не разглядеть, — предположила Алина, стараясь сохранять спокойствие. — Возможно, было далеко.       Она не хотела, чтобы Андрей начал сомневаться в их планах. Арина была выше Алины, но по телосложению они были похожи. Алина знала, что Андрей мог ошибиться. — Может быть, — согласился Андрей, но в его голосе чувствовалось напряжение. — Только не он.       Алина кивнула, соглашаясь с Пальто. Она посмотрела на приближающегося Ильдара Юнусовича. Мужчина в строгом костюме шел уверенно, его лицо оставалось непроницаемым. Он даже не взглянул на Алину, но сразу протянул руку Андрею и увлек его за собой. Дождавшись Юлю, Алина проводила ее до дома и проследила, как подруга переступает порог квартиры. Состояние Юли было почти таким же, как у Алины.

***

      Валера едва стоял на ногах, прижимая ладонь к разбитому носу и рассечённой брови, из которой хлестала кровь. Его лицо исказилось от боли, а взгляд метался по сторонам, пытаясь найти хоть какое-то укрытие. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь его тяжёлым дыханием и шёпотом ветра. Он чувствовал, как силы покидают его, но бежать дальше было некуда.       Он не помнил, как оказался здесь, у общежития Алины. Ноги сами привели его, словно инстинкт подсказывал, что здесь он найдёт спасение. Однако войти внутрь он не мог. Вахтёрша сразу вызовет милицию, и тогда ему точно не избежать проблем.       Валера прислонился к стене, стараясь остановить кровотечение. Его взгляд упал на окно Алины, но там не было света. Может, она уже спит или её нет дома? Он не знал, что делать. Кровь продолжала струиться, заливая лицо.       Из-за угла показался мужчина в распахнутом пальто, меховой шапке и полосатой майке. В руках он держал черный пакет. На его лице играла добродушная улыбка, и он, казалось, тихонько напевал что-то себе под нос. Остановившись перед Валерой, он присвистнул, заметив его состояние. — Эй, парень, всё в порядке? — Спросил мужчина, подходя ближе. — Что с тобой случилось?       Валера поднял голову и посмотрел на незнакомца. Он не знал, стоит ли довериться этому человеку, но выбора у него не было. Кивнув, он прохрипел: — Да… всё нормально… просто… — Пойдем со мной, — предложил мужчина. — Я как раз в этой общаге живу. — Так там же вахтерша ваша. — Напомнил Валера. — Договоримся. Меня Вадик зовут. А ты кем будешь? — Валера. — Представился он, пожав руку. — Пошли, Валерка, подлатаем тебя.       Вадим похлопал Валеру по плечу, заводя его в общежитие. Они вошли в холл, где вахтерша, получив обещание купить ей кое — что за услугу, улыбнулась и пропустила их. На втором этаже царила уютная атмосфера. Вечер. Все уже вернулись с работы и учёбы, и комната наполнилась ароматами ужина. В воздухе витали запахи тушёной картошки, жареной рыбы и свежей выпечки. Из приоткрытых дверей доносились обрывки разговоров: кто-то обсуждал планы на выходные, кто-то смеялся над шуткой.       Комната Вадика была маленькой, но уютной. У стен стояли две кровати: одна аккуратно заправлена, другая с мятым одеялом. На столе тихо работал старый радиоприёмник, из которого лилась лёгкая музыка. В углу находился шкаф, а рядом тумбочка. Из неё Вадим достал иглу, нитки и бутылку водки для дезинфекции.       Валера, всё ещё бледный, сел на кровать. Вадим, продолжая рассказывать армейские байки, начал аккуратно зашивать его бровь. Шов получался неровным, но это было лучше, чем ничего. Валера иногда задавал вопросы, внимательно слушая. — Готово, — сказал Вадим, осмотрев результат. — Не идеально. Наташка сделала бы лучше, если бы была здесь. Но она на работе.       Вадик убрал иголку в тумбу, удовлетворенно оглядывая свою работу. — Спасибо за помощь, дядь, — сказал Валера, пожимая ему руку. — Да ладно, — отмахнулся Вадим. — Не за что.       Валера был рад, что Вадим не стал задавать лишних вопросов о драке, кто его избил и почему он не обратился в больницу. Бескорыстная помощь всегда ценилась.       В комнату без стука вошел еще один мужчина. Его взгляд был быстрым, но внимательным, словно он знал, что происходит. Одет он был просто, но аккуратно, что придавало ему серьезный и надежный вид. Мужчина оглядел комнату, заметив Вадима на кровати. — Идем скорее на кухню, — сказал он Вадиму низким, уверенным голосом с легкой хрипотцой. — С трудом уговорил Алинку выйти из комнаты. Она согласилась сыграть на гитаре.       Вадим оживился, резко бросил чёрный пакет на стол, схватил сигареты и поднялся с кровати. Валера напрягся, услышав имя. Он не видел Алину целую неделю. В классе сказали, что она заболела, а в общагу он идти не рискнул, опасаясь, что она всё ещё слаба. — Такое нельзя пропускать, — сказал мужчина, подтверждая мысли Валеры. — Я с вами, — ответил Валера, вставая и направляясь к двери. — Конечно.       Они поднялись на третий этаж, прежде чем Валера услышал её недовольный голос. На лестнице было тихо, только шаги эхом раздавались по пустому коридору. Он открыл дверь и вошёл в небольшую кухню, где уже собралось довольно много людей. Здесь царила уютная атмосфера: на столе стояли тарелки с ужином, кто-то сидел на старых деревянных стульях, кто-то устроился на полу, положив подушки.       Алина сидела в центре комнаты, окружённая взрослыми. Её волосы были собраны в хвост, но несколько прядей выбивались и падали на лицо. Она смотрела перед собой, будто задумавшись о чём-то своём, но её пальцы уверенно скользили по клавишам гитары, которую она держала на коленях. — Вы без гитары совсем прожить не можете? — Её голос звучал резко, почти раздражённо, но в нём слышалась лёгкая усталость. — Да, так грустно. Хотя бы одну песню, Алинка, — попросила её женщина с бигудями на голове. Она сидела рядом с Алиной, её голос был мягким и просящим.       Алина вздохнула, но не отвела взгляд от клавиш. Её пальцы начали играть знакомую мелодию. Звуки гитары наполнили кухню, и вскоре взрослые начали подпевать, подхватывая знакомые мотивы. Музыка была грустной, но в ней чувствовалась теплота и ностальгия.       Валере стало спокойно. Он присел на стул у стены, наблюдая за Алиной. Её лицо расслабилось, и она, наконец, перестала думать о чём-то тяжёлом. — Алинка, ты просто лучшая.       Вадим сгреб Алину пол мышку, смачно поцеловав в макушку. Алина упиралась пол общий смех, урожая Вадиму ночной расправой и знанием номера его комнаты.       Укладывая взъерошенные волосы, Алина замерла, наконец — то заметив Валеру. С защитой бровью и запачканной в крови кепкой. — Как ты сюда попал? — Строго спросила она. — Это я его привел, — вмешался Вадик. — Да и подлатал немного. Ты же только учишься, а он, похоже, в беде. Вы знакомы? — Да, — ответил за себя Валера. — Она в меня снежком запустила. — Так ты тот самый группировщик, — догадалась женщина с бигудями, толкая Алину в бок. — Симпатичный. — Прекрати, — буркнула Алина, слегка смутившись. — Мы пойдем. Уже поздно.       Взрослые, хихикая, покинули кухню. Алина отложила гитару, оставив её на стуле. Валера сел на освободившееся место ближе к Алине.       Когда дверь закрылась, она перевела взгляд на Валеру. Её лицо было серьезным, но в глазах мелькнуло сочувствие. Она осмотрела его шею и руки, и её брови снова нахмурились. — Тебе лучше? — Первым заговорил Валера, придвигаясь ближе к краю стула. Его голос звучал хрипло, словно он долго молчал. — Я заходил в твой класс. Там сказали, что ты заболела.       Алина кивнула, но её взгляд оставался задумчивым. Она хотела задать множество вопросов, но не знала, с чего начать. — Да, уже лучше, — подтвердила она, стараясь, чтобы её голос звучал ровно. — А у тебя вижу снова неприятности. — Ерунда. — Валера отмахнулся. — Повздорили немного с соседями. — Ну — ну, — Алина указала на зашитую бровь. — Это не ерунда. А ну, кыш отсюда!       Алина прикрикнула, чтобы головы, которые высовывались из дверного проёма и подслушивали, поняли, что обращаются к ним. Взрослые, хотя Алина и считала их большими детьми, медленно ушли. Немного подождав, пока голоса совсем затихнут, она подошла к окну, подперев его спиной. — Я всё думала об этом, — призналась Алина, наконец, решившись на откровенный разговор. — О чём? — С интересом спросил Валера. — Что на месте Арины могла оказаться я, — Алина опустила глаза. — Тогда ты обвинил меня. Скажи честно, Валера, убил бы ты меня, узнав, что я вас подставляю?       Легкость и непринужденность пропали. Алина думала об этом все эти дни. Её разум разрывался на два варианта. А всему виной тот вечер, когда Валера пришел пьяный на ринг. Пойти к Ирине Сергеевне было рискованно, Юле, Динаре и Наташе рассказать нельзя. Не с кем было обсудить то, что буквально разрывало Алину изнутри. Свернувшись на кровати, она снова и снова вспоминала мёртвую Арину, её фотографию в рамке и записи в тетради. Алина поняла, насколько оказалась не готова к этому.       Её руки задрожали. Сильнее, чем раньше. — Я бы убил тебя сам, — тихо сказал Валера, подходя ближе к Алине. — И возненавидел бы, что ты попалась.       Снова неопределённость. Её смерть и его безумие. Алина подняла на него глаза, когда его забинтованные пальцы коснулись её лица. — Ты бы сдала меня, — Валера не спрашивал, а утверждал. — Если бы ты была шпионом, то без раздумий сдала бы меня полиции. Я бы уже сидел в тюрьме. В этом я уверен.       Он усмехнулся, приглашая Алину за собой. — Даже если бы мы были влюблены без памяти, никто из нас не отступил бы от своих принципов, — сказала Алина, понимая, что это правда. — Хорошо, что нам не нужно делать такой выбор, — Валера щелкнул её по носу. — Не грусти. Жизнь налаживается. — А ты опять побит, — заметила Алина. — Возвращайся в своё логово. — Кстати, о логове, — задумчиво произнес Валера. — Ты укрыла меня прямо на ринге? — Ты слишком тяжелый, чтобы тащить тебя до дивана, — Алина пожала плечами, не скрывая правды. — Поэтому я решила так. И тебе уже пора. Выход знаешь где.       Она сделала шаг, чтобы покинуть кухню, но Валера преградил ей путь. Еще один шаг — и она оказалась прижатой к подоконнику. Те же чувства, что и тогда на ринге, вернулись. Алина оказалась в опасной близости к Валере, который уже обнял её за талию. Он наклонился к её лицу, чувствуя напряжение. Но приоткрытые губы и блеск в глазах не ускользнули от его внимания. Алина выставила между ними ладонь, будто раздумывая, оттолкнуть его или притянуть ближе. Валера ухмыльнулся, наслаждаясь их постоянным противостоянием и взаимным влечением. — Простите, я только за сигаретами. Я не смотрю, всё, ухожу.       Вадик, прикрыв глаза рукой, на цыпочках подошёл к столу, схватил пачку сигарет и быстро вышел.       Валера отступил. Момент был испорчен. Алина опустила руку и отвернулась, глядя на грязный угол кухни. — Поможешь завтра? — Спросил Валера, пытаясь сменить тему. — У нас новый бизнес — кино за деньги. — Так это из-за кассет и видика? А спортзал уже не катит? — Алина усмехнулась, глядя на его побитое лицо.       Валера улыбнулся в ответ. Спортзал приносил мало денег, там тренировались в основном свои. — И что нужно сделать? — Спросила Алина. — Девчонка Марата будет собирать деньги за вход. Помоги ей. Я или Зима будем на входе. Не бойся. — Буду личным охранником Айгуль? — Подняла бровь Алина. — Там всего лишь деньги собирать нужно, и ты сказал, что вы будете караулить. — Ладно, приглашаю тебя завтра посмотреть кино, — сдался Валера. — Придешь? — Приду. Адрес только скажи.