Иллюзии

Достаточно быстро решив все вопросы, мы начали ждать остальных. Не скажу, что я сильно их ждала. Компания Усачева мне очень нравилась. У него не было отношений и он вёл себя так, как я хотела бы, чтобы вёл себя Мирон. Его манера речи, милый флирт и случайные касания вызывали во мне закономерную толпу мурашек, а сразу на ними и отвращения. Он не моя судьба. Но с ним было безумно спокойно и приятно, что нравилось больше, чем вечные качели с Миром, которые за столько лет уже успели порядком надоесть. Тем не менее, мы сидели на пуфиках в гримёрке, пили забытое кем-то вино и наслаждались компанией друг друга. Недоступная роскошь и свобода, которая исчезнет сразу же после приезда хотя бы одного члена команды. Но нам она была нужна, возможно слишком нужна. Это был наш побег от реальности, где у нас всё хорошо, а проблем и обязанностей перед другими просто нет. Мы не оговаривали это, но, как мне казалось, оба чётко понимали, что так оно и останется, нашим маленьким секретом, безобидной шалостью.

***

Все, кто не участвовал в сценарии, а это буквально все, кроме нас двоих, должны были приехать за час до начала. Многие подтянулись раньше, и, за наличием большого количества времени, мы решили украсить не только площадку, но и весь офис. Так в гримёрке появилась огромная ёлка, которую ещё несколько месяцев назад оставил кто-то из ребят после переезда, а в коридоре замигали разноцветные гирлянды и зашуршала мишура. Как-то Даня, который не участвовал в видео, а просто решил приехать и поддержать веселье, смог закрутить мне на шею тёмно-красную мишуру, напоминавшую кровь. Я решила оставить её, плюс она неплохо сочеталась с моей зелёной новогодней майкой. Закончив с приготовлениями и выпив две бутылки шампанского, мы начали готовиться к основному действу сегодняшней ночи. Как мне казалось, меня ждал лучший новый год.

***

С макияжем Руслана я справилась достаточно быстро, но вот проверка костюмов оказалась не без сюрпризов. У Гурама как-то оторвалась пара чёрных пуговиц, пока он надевал костюм, и мне срочно пришлось вооружиться иголкой с нитками. К счастью, я всегда брала с собой небольшой набор для шитья. Костюм был снова идеален, а я продолжила проверку. А проблемы нашлись не только у Пьеро, которого мы называли "ку-клус-кланом". Борода Габидуллина выглядела так, будто бомжи использовали её вместо лёжки пару лет. Я несколько раз в голове поругала себя за беспечность и то, что не проверила состояние реквизита в нашей небольшой костюмерной. Но, искать новую уже было некогда, поэтому я взяла расчёску, фен, любезно завезенный сюда четой Музыченко, и хозяйственное мыло, принявшись исправлять данное недоразумение. Через двадцать минут борода выглядела прилично, но пахла жжёным пластиком и навозом. Я посочувствовала (не без доли издёвки) Руслану, вручив ему бороду и отправилась дальше по ребятам. К счастью, больше проблем в костюмах я не нашла. Действо началось.

***

Все собрались по местам, а мы с Русланом и Габидуллиным отошли к его точке. Нужно было объяснить Деду Морозу его выход, а после ребятам, как начинать. — Короче, они зовут – ты выходишь. Потом кидаешь подарки. Тут больше ничего не требуется, — быстро объяснила я уже подвыпившему мужчине. — А как себя вести при этом? — Лучше агрессивно, — подхватил Руслан. — Я вас понял, — зло улыбнулся он. Тут моя работа была окончена и я ушла консультировать ребят, сидящих в основной локации. — Так, слушаем меня! — прикрикнула я, обращая внимание. — Сейчас от вас требуется, чтобы вы поболтали о чем-нибудь типо "Что ты хочешь на нг", потом, когда выйдет Руслан, позвать Деда Мороза по моей команде за кадром. — А как звать? — спросил Эльдар. — "Дед Мороз, Руслан Габидуллин, Кубик в Кубе, ссылка в описании, приди пожалуйста с подарками. Мы тебя ждём очень". Эл молча кивнул, поэтому я решила, что и тут не нужна. Когда я уже уходила, Андрей крикнул: — А что хоть в этих подарках будет? — Спойлеры, Андрюша, спойлеры, — улыбнулась я. Мы начали снимать.

***

Я искренне посмеялась с Руслана в образе, немного любуясь им и его умению играть. Он смотрелся уместно даже в костюме снегурочки и на каблуках, на которых я учила его ходить не так давно. Я внимательно наблюдала за процессом, поскольку в данном видео была в качестве своеобразного режиссёра. Махнула ребятам, когда надо было начать говорить, чтобы начали все в одно время. Мы хотели снять одним дублем и переснимать вступление уж точно было лень. Всё же, хотелось снять видео до курантов. Габидуллин вошёл эффектно. Я максимально сдерживала себя, чтобы не ржать на весь офис, когда он скинул бороду. Да, я лучше всех знала, насколько она воняла! Он тоже прекрасно подходил на свою роль. Когда он назвал Гурама по его новой кличке, смеялись уже все, кто стоял за кадром, но на видео эти смешки вроде бы не попали.

***

Жеребьёвка была пройдена и я с удовольствием начала объяснять парням, что же каждого ждёт. Всегда любила этот момент. Наблюдать как веселеют те, кто по счастливой случайности проскочил и как мрачнеют лица проигравших. Под конец моего рассказа Юра, которому достались бутылки, глянул на остальных и достаточно обречённо сказал: — Ребят, а может ну его? Давайте поменяемся заданиями. Все закачали головой. Мы переглянулись с Усачевым и пошли за шампанским, которое все безумно ждали. Остальные уже готовили комнату для первого конкурса.

***

Я не знаю, как описать те съёмки. Возможно потому что иногда я, как и остальные, забывали о том, что мы снимаем видео и просто от души веселились. Я выкрикивала какие-то шутки, по типу "Мальчик, который бухал на крыше" или "Сейчас заново будем вешать", вместе с Габидуллиным пила шампанское, из которого пару минут назад стреляли в Юру, подносила ребятам реквизит для салата Эльдару. Мы все наслаждались процессом, больше или меньше, в зависимости от того, кто какую роль играл в испытаниях. Пару раз я слышала, как кто-то из толпы выкрикивал мне проклятья за сценарий и даже угрожал местью, но никакой мести бы конечно не последовало. В один из таких моментов ко мне подошёл Поперечный, видимо тоже услышав выкрик Прусикина: "Лера, попадись мне на глаза, я знаю, что эти прищепки выбирала ты!". — Ты не боишься, что он тебе отомстит? — шутливо, но в то же время с опаской, уточнил Даня. — Тоже мне! Как ему мстить? — посмеялась я, размахивая отобранной у Снегурочки бутылкой. — Как будто ты не знаешь ребят. Ведро ледяной воды на голову или коктейль из пива с шампанским тебе будут обеспечены. — Не посмеют, вы меня слишком любите, — сладко протянула я, а после отпила ещё немного. — А где Полина? — Она решила поехать домой, а я не стал убеждать остаться. Без неё этот вечер пройдёт приятнее. Я понимающе кивнула комику. Отношения с этой Полиной у них не задались с самого начала, а теперь, на кризисе полугода, всё обострилось до предела. Я не хотела лезть к нему с комментариями по этому поводу, поскольку мне самой можно было сказать гораздо больше. После того, как я сбежала от соулмейта, я перестала говорить с людьми об их отношениях. Мне казалось, что я не имею права на это, так как я самый некомпетентный в этом вопросе человек. Даня взял у меня бутылку, сделал пару глотков, вернул обратно и направился к окну, видимо, с желанием закурить. Я сделала пару шагов в его сторону, но после отошла от тумана мыслей, вспомнив про съёмку. Вернувшись на своё место, я попыталась сосредоточиться на происходящем, чтобы выкинуть из головы навязчивые мысли.

***

Через полчаса, чуть больше чем за двадцать минут до курантов, мы приступили к съёмке поздравления. Когда я поставила ваех на свои места, чтобы кадр смотрелся красиво и гармонично, и собиралась отойти к оператору дать отмашку на съёмку, Усачев схватил меня за запястье и поставил рядом. — Стань со мной, ты создала это видео и имеешь право стоять не только за камерами, — опалил он моё ухо горячим дыханием. — Хорошо, — только и смогла пискнуть я на такое резкое заявление, тут же дав команду рукой. Ребята сказали текст, который подготовили и обговорили заранее, видео было отснято. Мы решили, что нужно выложить его через дня три-четыре и наш оператор сразу пошёл перекидывать готовый материал, чтобы не откладывать работу на потом. Кто-то из компании всё же уехал домой, праздновать новый год с семьёй, но основной состав остался. Ещё до конца съёмки мы решили, что накроем импровизированный стол, поэтому Даня быстро метнулся в магазин. Процесс не обошёлся без шуток про салаты и шампанское, без детских шалостей и глупых игр, например, когда Старый решил залить мне за шиворот шампанское со словами: "Сжечь и запить я тебя не могу, но ты главное моё новогоднее желание", а я бегала от него по всему офису. В итоге, он устал и я смогла снова приступить к подготовке стола.

***

Мы не слушали поздравление, которое кто-то включил на телефоне, чтобы не пропустить куранты. Все стояли вокруг столика, на котором были скромные тарелки с купленными котлетами, салатами и картошкой. Пили уже кто что хотел, у меня в руках оказалась банка пива. Я задумалась, что, возможно, градус пива ниже, чем у шампанскогои вина, которые я пила накануне, но быстро выкинула эту мысль. Ильич начал тост. — В этом году мы сильно продвинулись, как в личных проектах, так и в нашем общем детище. Хотелось бы сохранить и приумножить это процветание и дальше, в новом году, сохранить наши теплые отношения и развиваться, несмотря ни на что, — он поднял стакан, намекая, что закончил свою речь, когда все мы начали ржать. — Блять, Прусикин, а можно было ещё более серьёзно? — сквозь смех смог сказать Андрей. — Да, как долго ты писал этот текст! — тут же поддержал Юра. — Идите в пизду, я вообще-то готовился, — обиженно вздохнул он. — Давайте просто заберём всё хорошее, не только в работе, но и в жизни, — вдруг начал Усачев, глядя мне в глаза, — и постараемся не проебать его, как мы умеем. С новым годом, ребят! Мы поддержали его тост криком и звоном стекла, ровно в момент, когда из телефона раздался бой курантов. — С новым годом! — запищала я. С этого момента наше веселье началось по-настоящему.

***

Я отошла от своей компании буквально на пару минут. Мне слишком хотелось курить, а курить в офисе я не любила и просила остальных выходить либо на балкон, либо в подъезд. Сама я облюбовала аварийную лестницу, где было удобное окно с перилами и более менее чистые ступеньки, чтобы посидеть. Насколько я знала, тут никто не ходил, тем более из наших, потому что на этаже офиса дверь была закрыта и, чтобы попасть сюда, приходилось делать круг через верхний этаж. Всегда, когда я брала в руки сигарету, я вспоминала Лондон. Либо из-за того, что я начала курить именно там, либо из-за Мирона, который только усилил мою тягу к никотину. Он никогда не курил лёгкие сигареты, а я всегда брала у него, поскольку денег на них чаще всего не хватало. А те ночи на нашем старом заваленном балконе, с видом на станцию метро, когда мы стояли полуголые в обнимку и курили одну сигарету на двоих... В этом непонятном мне городе всегда была своя необъяснимая романтика, которой, после возвращения в Питер, у нас с ним почти никогда не бывало больше. Я докурила первую и сразу же потянулась за следующей. Мне совсем не хватило. Воспоминания о прошлом, со своими проблемами, но вместе с ним, очень угнетали. Тогда у меня не было денег, не было уверенности в завтрашнем дне, даже друзей толком не было, но рядом всегда был мой Мир. А сейчас? Я работаю, как и хотела, выступаю, имею кучу знакомых и заработок, о котором и мечтать не могла ещё лет десять назад. Но стоило ли это всё того, что я потеряла половину себя? Почему без него я не могу чувствовать себя хорошо, когда всё на самом деле лучше некуда?! Я поняла, что табак давно закончился и начался фильтр. Привкус клея во рту заставил поморщиться, но моё внимание быстро переключилось на человека, стоявшего в другом конце площадки и внимательно наблюдавшего за мной. Его лицо и крашенные противно-голубым волосы казались мне смутно знакомыми, и кажется я даже вспомнила, что его зовут Егор. — Я хотел познакомиться, но ты так увлечённо думала о чём-то, что я не решился тебя отвлечь, — признался он, когда понял, что я смотрю прямо ему в глаза. — Ты следил за мной? Какого черта?! — прикрикнула я. Алкоголь давал знать о себе, а недавние мысли лишь раззадорили помутненный рассуток, вызывая агрессию. Даже не на бедного Егора. На себя. — Я не следил, честно! Я думал, что ты идёшь на лестничную клетку, а ты завернула сюда. Просто, я решил, что отступать поздно и пошёл за тобой, — оправдывался он. Такой маленький. Он вообще знает, сколько мне лет? — Ты ведь Егор? — пренебрежительно спросила я. Он кивнул, — Так вот, Егор. У меня есть молодой человек. Я с ним счастлива, поэтому не надо начинать это всё. Если ты знакомый кого-то из наших, то должен бы знать, что ко мне лезть не стоит. — Ты? С кем? — он по-настоящему удивился моему ответу. — Неужели вы с Усачевым всё же сошлись..? — Руслан? Нет-нет, что ты, — я нервно усмехнулась. — Мой соулмейт. — А. Мне казалось, что вы уже давно не вместе... — Ты знаешь? — удивилась я. Хотя, ничего удивительного, меня всегда представляли как "соулмейт Оксимирона". — Конечно знаю, все ведь в одной компании, а рэп тесен, — он сократил расстояние. Мне пришлось встать, чтобы не упереться носом ему в пах. — Можно, пожалуйста, дистанцию, — дрожащие руки, которые я попыталась выставить в спасительном жесте, не помогали. — Какая дистанция, Лер, все ведь свои. Он противно оскалился, нежно, но в то же время настойчиво, отводя мои руки в сторону и сокращая расстояние между нами вновь. Его рука потянулась к коротким волосам, противно заправляя прядь за ухо, переходя на шею, а затем и ключицы. Он требовательно поцеловал меня, не давая вырвать руки, чтобы его оттолкнуть. Всё, что он делал было противно. Каждое его действие или слово стало противно. Но, несмотря на это, я, как завороженная, лишь повиновалась его действиям. Дыхание замерло. К счастью, алкоголь не всегда враг. Вдох. С кислородом в организм поступила злость. Даже не злость. Ярость. Выдох. Глаза, как мне кажется, налились кровью, став на пару оттенков ярче. Вдох. Звонкий шлепок ладони по милому личику Егора. Выдох. Приятная боль в руке. Звук, который окончательно привел меня в чувства. — Я сказала отойди, — максимально твёрдо повторила я. — Мерзкая шлюха! — Егор был разъярён, но испугался моего выпада и отошёл на пару шагов. — Ты жалкая! Ставить на себе крест из-за бабника. Ты ведь никому не обязана. Забей, ебись с кем хочешь, гуляй и дыши полной грудью! Правильно мне о тебе говорили... Жалкая психопатка с мужиком под стать себе. Повисла пауза. Он явно хотел сказать что-то ещё, но не решился. Я смотрела в окно, находясь в полном ступоре. Что только что вообще случилось? Не знаю, сколько я так простояла, пока он сверлил меня взглядом. Взяв себя в руки, я быстро направилась к двери, желая убежать из этого маленького пространства. Буркнув под нос что-то типо: "Иди нахуй", — я скрылась за дверью и понеслась по коридору, мечтая как можно скорее оказаться в нашем офисе.

***

— Скучно, не кажется? — протянул Руслан, когда мы сидели на всё тех же пуфиках, но уже с Даней, Юрой и Ильичом. Ребята сидели каждый отдельно, а я никого не стесняясь, нагло улеглась на Усачева, который не был против и стал перебирать мои волосы. — Ну не знаю, — тут же отозвался Поперечный. — А почему нету музыки? — Как я понял, колонки накрылись, а с телефонов нихуя не слышно, — сообщил Музыченко. — А если нам и без музыки будет неплохо? — заговорщицки обратилась я к ребятам, придумав, как всех немного растормошить. — Юра, помогай. Все непонимающе посмотрели на меня, а я тем временем начала тянуть слова, засевшие в голове ещё со вчерашнего:

Заметай снега.

Скрой, зима, всё, что осталось от меня

Инеем покрой сейчас.

Оставлю силы на одну лишь льдинку из глаз.

Заметай вьюга.

Не оставь снегами от меня ни следа.

Сквозь узоры на стекле глядеть,

А за окном всё холодней не осталось сил терпеть.

Музыченко сразу понял, что от него требуется. Мы стали петь в акапеллу. Вскоре подключился и Ильич. В гримёрку сошлись все, кто находился в офисе и разошёлся по разным углам. Под конец песни мне казалось, что наше трио собрало вокруг себя всех. Кто-то даже начал танцевать. Когда песня логично завершилась, все уставились на нас, а ребята в свою очередь, смотрели на меня. — Что такое? Музыкальная пауза закончилась! Но если кому-то нечем заняться, у меня есть Твистер, можем разложить, — спокойно пожала плечами я и пошла за игрой.

***

Твистером дело не закончилось, да, в целом, даже не началось. Все быстро сдавались, как только нужно было пошире развести ноги или стать в планку, но впечатлений всё равно хватило. На офисе нашлось Уно, и после многократных проигрышей Дани, он решил, что должен отыгргаться, но уже в покер. Играть на деньги никто не захотел, из-за чего банк составили конфеты, которых было навалом после каких-то старых съёмок. Дане явно сегодня не везло, потому что в покере он тоже остался в проигравших. Взяв с пола открытую бутылку вина, он направился в другую комнату, а я побежала за ним, поскольку бутылка была моей. — Похититель бухла, стоять на месте, это моё! — прикрикнула я, когда он прошел всю гримёрку и направился в коридор. Даня развернулся ко мне лицом и сквозь улыбку максимально грозным и смешным голосом начал своё шоу: — Вы что, миледи! Я злобный и суровый пират, который лучше умрёт, чем вернёт честно награбленное! Закончив говорить, он раскрутил бутылку в руке, создавая внутри водоворот, запрокинул голову и методичными глотками решил опустошить её. Но вдруг что-то пошло не так. То ли Поперечного сгубила жадность, то ли алкоголя оказалось слишком много, но, спустя ещё пару глотков, Даня резко убрал бутылку ото рта, разлив половину на себя и пол, и побежал в ванную. Я, естественно, побежала следом. По глупой случайности, именно в этот момент, Старый решил сходить в туалет. Дане наверное было совсем плохо, потому что уже через пару секунд почти всё содержимое его рта, что не попало на самого комика, оказалось на Андрее, а по офису раздался крик, привлекая внимание каждого к данному событию: — Поперечный, ты совсем еблан?! Рядом раковина и душ, что ты, блять, творишь! — орал Старый, пока Даня полоскал рот. Я заливалась смехом. Настолько эта ситуация показалась мне комичной, что я, наплевав на все правила приличия, стояла и в открытую ржала над ребятами, которым, в целом, до меня не было никакого дела. На крики Андрея сошлись почти все. Наверное, никто не понимал, что произошло. Сквозь смех я всё же выдавила гениальную шутку: — После такого, канонир Похититель Бухла, вы обязаны переодеться в пиратский костюм, не иначе! Теперь смеялись все. Конечно, кроме Дани и Андрея, которым было совсем не до смеха. Ребята подошли ближе, в надежде рассмотреть картину получше, и, когда пазл в их голове сложился окончательно, смех усилился в несколько раз. Поперечный, потерявший надежду отмыть свою майку и штаны от вина и рвоты, подошёл ко мне с максимально грозным видом. — Что ты подмешала в это вино, ведьма! Сознавайся, или мы отправим тебя за борт! — он сделал небольшую паузу. — И почему это я канонир? — Потому что, Данечка, ему нужен очень хороший глазомер! — обворожительно улыбнулась я, забирая от охуевшего комика свою бутылку вина. За спиной послышались аплодисменты и присвистывания. Я развернулась к ребятам и сделала реверанс, после чего отправилась обратно в гримёрку с пуфиками, наслаждаться своим любимым напитком.

***

— Пойдём, я хочу тебе кое-что показать, — заговорщицки сказал Руслан, пытаясь поднять меня с пуфика. — Куда? Я так заебалась, ничего не хочу, — жалобно протянула я, но поддалась его настойчивости. Он, ничего не объясняя, крепче перехватил моё запястье и повёл к выходу из офиса. Руслан не курил, поэтому меня немного напрягло такое действие. Зачем ему выходить? Хотя, я знала, что он не обидит меня и я могу довериться этому человеку, поэтому решила не спорить и молча следовала за ним. Мы тем временем поднялись на верхний этаж здания, вроде бы это был двадцатый. Руслан ничего не говорил, просто тянул меня за руку куда-то дальше и дальше от людей. Я не хотела ни о чем думать. Количество выпитого мной явно превышало норму, ноги держали слабо, но благодаря этому в голове была приятная пустота. Из моего спокойного и тихого омута меня вырвал голос Руслана. Я не заметила, как мы остановились у двери. — Я хочу показать тебе кое-что волшебное. Он толкнул свободной рукой дверь и перед нами открылся просторный балкон, со столиком и креслами. На улице было холодно, поэтому на одном из кресел были аккуратно сложены несколько пледов. На столике стояла бутылка моего любимого вина, в точности как та, которую я недавно отбирала у Поперечного. Я рассматривала это уютное место из проёма двери, пока Усачев отошёл от меня, взял один из пледов и накинул на мои плечи. Я медленно подошла к одному из кресел, и села в него, поджимая под себя ноги. Руслан сел напротив, разливая вино по кружкам. Романтика, хуле. Он протянул мне одну, внимательно наблюдая. Этот взгляд меня смешил, и, в какой-то момент я не сдержалась: — Усачев, господи, ты меня убить собираешься? — засмеялась я, откидываясь в кресло. Было хорошо. Свежий воздух трезвил и щекотал щеки, а вино и плед согревали. Такое сочетание мне нравилось. Нравилась и тишина. — Ты красивая просто, — сказал он. Точно так же. Меня как ведром холодной воды окатило. Спокойствие вмиг испарилось. Всё было прекрасно. Зачем он это начал. Зачем он так это начал. — Тут хорошо, — попыталась перевести тему я. — Тебе тоже надоел этот шум? — С ребятами весело, но голова раскалывается от постоянной болтовни и смеха. — Но с тобой хорошо. Он снова посмотрел на меня этим странным взглядом. Мне это совсем не нравилось и я потянулась за сигаретой. Руслан не курил, за что я его уважала, но и не любил, когда курят рядом. Я ждала привычного замечания, но его не последовало. Я молча курила и наблюдала за городом. Я прекрасно понимала, чего хотел Усачев. И думала. Сама себя привела в эту ситуацию. Сама виновата. Мы с ним никогда не обсуждали наши отношения или их отсутствие. Я просто позволяла ему чуть больше, чем остальным. Я не могла объяснить себе, почему именно он занял это место. Возможно, он был самым доступным. Как же низко я себя повела! Как теперь разгребать эту кашу? Сигарета закончилась. Пепельницы тут предусмотрено не было, поэтому одним ловким движением бычок полетел вниз. Руслан цокнул языком. — Мало того, что куришь, так ещё и мусоришь, — усмехнулся он. — Не от хорошей жизни. — А ты не думала сделать её хорошей? Я замолчала. Я просто не знала что мне ответить. Рука сама потянулась к пачке за следующей сигаретой. Как сильно я гублю здоровье? Ещё пару лет назад я пыталась бросить и у меня даже почти получилось. Почти. Видимо, я слишком долго молчала, потому что Усачев напомнил о своём вопросе, прочистив горло. — Руслан... — слова стали комом в горле, я абсолютно не понимала, что мне надо сказать, чтобы хоть немного спасти ситуацию. — Я не могу. — Что не можешь? — Не могу снова начинать что-то, не могу любить или быть любимой. Я не могу быть счастливой, понимаешь? Без него, не могу... — выпалила я. Вспомнились слова Егора и Смоки, Жени и Вани. Последний год я бежала от этого, от любого упоминания Мирона или отношений, не важно с кем. Я игнорировала дыру в собственном сердце, или даже душе, и не заметила, как эта дыра затянулась сама. Пустотой. — Нет, ты просто не хочешь, — он встал и подошёл ко мне так, что я ощущала себя ребёнком, задрав голову вверх, чтобы смотреть ему в глаза, — и поэтому сама себя ограничиваешь, понимаешь? Ты слишком правильная. Почему ты ставишь на себе крест из-за него? Ты сама ушла, а теперь из-за этого убиваешься, Лер. Тебе давно пора переступить через это, такое бывает, что люди просто не те. Даже соулмейты. — Почему люди думают, что если ты остаёшься один, То всё плохо? Каждый хочет забыть о себе И зачем-то лечить остальных будто доктор. Они ставят неверный диагноз, решив однажды напрасно, Что одиночество – это симптом, Но одиночество – это лекарство, — устало протянула я, когда Руслан закончил речь. Мне больше не хотелось говорить ничего, хотя потом пришла ещё одна мысль, уже своя. — Почему сегодня все хотят рассказать мне обо мне... — Все? — Сначала Егор, теперь ты. Я уже молчу про тех, кто просто любит упомянуть, что я видете ли живу не так. Какое вам всем дело? Я взрослый человек, могу сама решать! — Егор, который крашеный? — заинтересовался Усачев, проигнорировав мои слова. — Да, а что? — Я знал, что это была плохая идея, — Руслан отошёл, явно задумавшись о чём-то. — Егор из свиты Гнойного. Я и Даня были против того, чтобы он вообще появлялся на КликКлаке, всё же Слава открыто выражает неприязнь к тебе. — Но он пришёл, — разочаровано констатировала я. — Что он делал? Вопрос был неожиданным. — Это важно? — не хотелось снова вспоминать ту ситуацию. — Ладно. Просто скажи, ты в порядке? — Он получил за всё, что хотел сделать, не переживай, — уклонилась я от прямого ответа и сказала тише, скорее для себя, чем для Усачева: — Интересно только, было это совпадение или нет. — О чём ты? — переспросил он. — Если этот Егор из круга Гнойного, то случайно ли он пошёл за мной? Он знал кто я, про Мирона. Он знал всё... — я замолчала, полностью погрузившись в свои мысли. — Думаешь, Слава решился бы на такое? — Он? Конечно! — усмехнулась я. — И что ты собираешься делать с этим? — покосился на меня Руслан. — Я расскажу Жене... — я замолчала, вспомнив нашу ссору, — Но потом, когда вернусь. Обязательно нужно рассказать. Видимо, Усачев перестал надеяться на что-либо, поэтому отошёл от меня на некоторое расстояние. Он облокотился на выступ стены, смотря куда-то в даль. Я сделала ещё пару глотков вина. Видимо, лишних глотков, потому что в миг мир изменился. Недавно сказанные мужчиной слова снова отозвались в голове. Двигаться дальше... Я посмотрела на Руслана. Его профиль не был похож на Мирона, он был типичным, даже скорее обычным. Ничем не выделяющийся, но по-своему мужественный и привлекательный. По телу прошла волна непривычного и уже забытого тепла, которое окончательно затуманило мой рассудок. Кружка с глухим стуком оказалась на столике. Ватные ноги на удивление бодро подняли меня с кресла. Руслан, увлечённый своими мыслями, даже не заметил этого. Мне хватило двух шагов, чтобы оказаться перед ним. Он вопросительно взглянул мне в глаза, но промолчал. Сознание кричало, что я всё усложняю, что я пожалею об этом и мне стоило бы прямо сейчас остановиться, убежать или просто исчезнуть, но алкоголь был сильнее. Почему-то сегодня все свои поступки я оправдывала именно им, хотя никогда до этого почти не пьянела вне зависимости от количества спиртного. Усачев всё так же непонимающе смотрел мне в глаза. Его взгляд раззадоривал, поэтому я решилась окончательно. Мои руки обвили его шею, а губы жадно впились в его, не давая ему возможности отказать мне. Хотя, он явно не собирался. Плед, всё это время лежавший на моих плечах, спал, но я не чувствовала холода. Руки Руслана неприлично блуждали по моему телу и волосам, изучая ранее не доступные им территории. Я окончательно потеряла рассудок, надавливая, намекая, что хочу большего. На секунду, он отстранился от меня, но увидев в моих глазах такое же желание, как и у него самого, сам прильнул ко мне, подхватывая за ягодицы, от чего мне пришлось обвить его талию ногами. Не разрывая такой желанный поцелуй снова, он развернулся, усадив меня на выступ, на который сам же облокачивался пару минут назад. Мы соприкоснулись лбами, желая взять передышку, но как только наши взгляды снова встретились, о ней пришлось забыть. Мои руки уже нетерпеливо стягивали с него новогодний свитер, когда я услышала ужасный грохот. Я тут же отстранилась от Руслана, заглядывая ему за спину, пытаясь понять, что случилось. Он тоже отвлекся от изучения моего тела, оборачиваясь к краю крыши. В мыслях резко всплыли картинки, чем мы только что занимались с ним, до конца отрезвив голову. Я соскочила с выступа, быстрым шагом обходя Руслана и направляясь к краю. Единственное, что удалось понять, почти полностью перевесившись через бортик, что под домом лежали какие-то обломки, а окна нашего офиса выходили как раз с этой стороны. Я переглянулись с Усачевым, по его лицу понимая, что он подумал о том же. Не сговариваясь, мы дёрнулись с места, желая убедиться, что все живы.

***

В офисе стоял крик. По голосам я поняла, что кричали Прусикин и Старый. Я направилась на звуки, Руслан уверенно шёл следом. Я старалась не думать о том, что было между нами пару минут назад, осознавая, какую ошибку совершила. Но все мои мысли исчезли, как только я увидела виновников торжества. Полуголый Андрей стоял возле открытого окна с табуреткой в руках, уже готовый выкинуть её, как я поняла, в след за первой. Илья же стоял напротив, изо всех сил стараясь забрать её у него из рук. — Ты совсем ебанулся, на нас сейчас ментов вызовут! — орал он на Старого. — Да всем похуй, не мешай! — ни капли не тише отвечал ему Андрей. Ситуация казалась безвыходной, но я тут же пришла на помощь Ильичу, подбегая и ложа третью пару рук на злополучную табуретку. — Андрей, постой! — привлекла я внимание, отчего в офисе в секунду воцарилась тишина, а внимание перешло мне. — Зачем тебе её выкидывать? Они сослужат нам хорошую слубжбу! Крастер так старался, делал их, к чему же швырять их в окно? Он ничего не ответил, но не ослабил хватки. — Послушай Леру, она дело говорит, — лишне вспылил Илья, из-за чего в глазах старого снова начал разгораться огонь конфликта. — Ну отдай табуретку, пожалуйста, — снова переключила я внимание на себя. — Мне очень хочется посидеть, а здесь нет ничего подходящего, не лишай меня возможности отдохнуть. Его глаза забегали по помещению, и, на самом деле не обнаружив ничего, куда можно было присесть, Андрей сдался и расслабил запяться. Я тут же отставила её подальше, Прусикин захлопнул окно, а Руслан, наблюдавший со стороны, увёл Старого в другую комнату. Я заметила в углу Даню и тут же направилась к нему. — Что, блять, у вас произошло? — с укором спросила я, пытаясь успокоить трясущиеся руки. — Я не ебу, честно, я пришел уже после первой полетевшей табуретки, — протараторил Поперечный, находясь в таком же как и я ступоре. — Как я понимаю, белочка. Он очень много выпил сегодня, даже для себя. «Я тоже», — пронёсся в голове укор, вспомнив о Руслане. Видимо, Даня заметил мою дрожь и приобнял меня за плечи, в попытке успокоить. Я не заметила, сколько мы так стояли. Усачев, зашедший в комнату, окинул меня холодным взглядом, заметив руки Поперечного на мне. Он явно неправильно истолковал всё, что произошло на крыше, и ожидал продолжения. Я не нашла решения лучше, чем молча выйти из комнаты, оставив его на едине с Даней. Я совершила слишком большую ошибку и пока не была готова её решать.

***

— Блять, Юра, Даня, Усачев, да хоть Иисус Христос, возьмите кто-нибудь у меня эти две бутылки, иначе вы будете выметать их осколки со всего подъезда! — возможно слишком громко крикнула я. Руслан тут же молча, как и всё, что он делал после того, как я оставила его, выполнил мою просьбу, а Музыченко тактично решил перевести тему, почувствовав напряжение: — Кто считал, сколько в итоге вышло? — Двеннадцать шампанского, четыре вина, пять виски и шесть пива, — Даня замолчал, пытаясь сложить всё названное им в одно, — итого... двадцать семь! — Мы завтра не проснёмся, — лаконично и немного обречённо констатировал Юра, когда мы вышли в направлении мусорки. Что происходило после этого момента для меня осталось загадкой.