Часть 6

Следующие два дня Ася была, как на иголках. Не понятно, чего ожидать от толпы трудных подростков. Марат молчит, как партизан, парни старательно игнорируют все вопросы про это. Поэтому девушка решила плыть по течению, доверяясь Универсаму. Отношения с отцом потихоньку налаживаются. По крайней мере, он не орет белугой из-за того, что девушка общается с «малолетними преступниками по которым колония плачет». Может смирился, а может просто понял, что Ася будет делать все равно по своему. В Центре все тоже прекрасно. Матч со 104 школой ребята выигрывают со счетом 3:1, два гола из которых забивает Марат. Ася очень радуется и гордится парнем. На этом матче были и родители обоих ребят. Они долго разговаривают после матча, уйдя в сторону от празднующих подростков, но Сидорина знает: они обсуждают их и их отношения. Ася за эти дни возвращается домой. Там они много разговаривают с мачехой. Та рассказывает, что отца записали к психологу и что Асе самой нужно бы сходить на пару приемов. Девушка соглашается, уже заранее зная, что не пойдет никуда. — А у тебя когда день рождения? В один из дней спрашивает Марат, сидя на лавочке на спорт площадке. Занятия кончились, но ребята продолжают сидеть. — 15 июля, — тихо отвечает Ася, лежа головой на коленях парня. — Далеко… Занятия в тот день, когда ребята собираются ехать на «сюрприз» длятся намного дольше, чем всегда. Академический час той же психологии, кажется, длится все полтора. Ася весь день нервничает. Не знает, чего ожидать и к чему готовиться. — Так ты типа теперь абу-бандитка? — с противной улыбкой интересуется Лена, когда все ребята перед последним уроком покурить выходят. Девушки стоят напротив друг друга, их парни — рядом. Сидорина улыбается в ответ натянуто, кивая. — Ну типа. Девушка двумя затяжками докуривает, выдыхая Фокиной в лицо, а после в здание заходит. Последнее занятие. Какой-то классный час, но не классный: Герман будет что-то долго и муторно рассказывать о том, что происходит и что будет. Так и получается: мужчина час говорит про ремонт, который выиграли парни; про улучшения учебы и про личные дела учеников. Ася старательно слушает, но все равно засыпает потихоньку, к Марату на плечо ложится и тихо дремает, думая о том, что их ждет. Сегодня и вообще. Суворов после учебы такси вызывает, не говоря о адресе девушке. В машине глаза ей завязывает и Ася с тихим ужасом едет. Марат рассказывает девушке про все: и про Универсам, и про брата своего, и про то, как они всем районом Кощея ненавидят. Даже о пацанских понятиях о том, что девочек обижать нельзя, а старший их — мудак, что не соблюдает свои же правила. Ася под тихий бубнеж парня успокаивается как раз к тому моменту, как они приезжают. Девушке становится очень интересно, но через плотную ткань шарфа ничего не видно. — Нам еще долго? — стонет Сидорина, и ей сразу же снимают шарф. Перед глазами очень знакомый двор: они в хоккейной коробке стоят, перед ней — толпа Универсамовских. Парни улыбаются, пока Ася пытается проморгаться, чтобы солнце глаза не горели. — Мы пришли футбол погонять? Девушка нервничает и с этим немного злится: вряд ли они правда пришли мячик пинать за звание того, кто круче, Адидас младший или Кощей. Парни в ответ расходятся, пропуская вперед Пальто. За парнем идет кто-то еще, но Ася не успевает рассмотреть — Турбо парня под колено пинает и тот равновесие теряет, падая на колени. Он матерится долго, сплевывает и задает вопрос, после которого Сидорина понимает, кто за Андреем: — Вы вообще знаете, кто мой отец? — Завали ебало, тут мы закон, если ты еще не понял, — рыкает Валера, присаживаясь рядом на корточки и ударяя Асиного бывшего в живот. — Нам потребовалось очень много времени, чтобы узнать имя и выманить твой сюрприз на улицу, — громче Турбо проговаривает Пальто. Он старается немного отвлечь Асю своим вступлением, давая другу успокоить нервного парня. — Но мы же Универсам, мы можем все. Парень чуть в бок отходит, открывая вид на избитого Серафима. Огромный синяк уже назрел под его глазом, нос и губы — разбиты и из них сочится кровь. Асе нравится вид изувеченного лица бывшего. Конечно, не так сильно, как пострадало сердце девушки, но тоже приятно. Рядом Марат стоит и улыбается самодовольно. Универсам сработал хорошо: узнали, нашли и притащили. Да ещё и так постарались с его лицом. Суворов доволен. — Что, Асенька, по хуям бандитов малолетних пошла? — старается дерзить бывший девушки, но тут же получает под дых от Турбо. Девушка улыбается, кивает, благодаря Валеру. Раньше Ася и подумать не могла, что будет с таким равнодушным лицом смотреть на страдания парня, но рядом с Адидасом младшим было приятно и радостно. — Знаешь, Сим, — присаживаясь рядом на корточки, Сидорина от радости аж губу прокусывает. — У тебя симптомов ещё не было? Ты бы на ВИЧ проверился. Девушка отходит от него с явным отвращением. Подруга у Аси никогда не была прилежной: с первыми месячными уже начала трахаться, в 16 лет количество ее партнёров доходило до 40 человек. Страшной болезнью заразилась в каком-то блядушнике в 17. А Серафим из тех, для кого «не те ощущения», Ася знает. Парень в ответ кричит о том, что все это ложь, и все здоровы, а ВИЧ — болезнь пидорасов. Турбо и Зима пару раз бьют в лицо парню, а когда тот создание теряет — относят к лавочке, чтобы не мешал. — Это все? — Сидорина хоть и рада такому сюрпризу (правда, надо потом отблагодарить парней), но находиться в этом дворе не хотелось. В подъезде напротив того места, где они все стоят сидит Кощей. И даже случайно встретиться с ним сейчас не хочется. Суворов в ответ с широкой улыбкой отрицательно головой качает, а после показывает как раз в том же направлении, где подвал Кощея. Там — Пальто идет, а за ним, не поверите, Кощей. Ася громко носом воздух втягивает, не совсем желая видеться с мужчиной, но Универсам выходят вперед девушки, прикрывая ее своими спинами, когда кудрявый подходит. Тот улыбается гадко, оглядывая подростков, заглядывая им за спины и встречаясь взглядом с девушкой. Сидорина тяжелый взгляд выдерживает и первый его отводит Кощей, начиная свой гадкий монолог: — Ой, вижу, у вас и девки появились, — он пальцем указывает в сторону девушки. — Правда, дырявые. Маратка до сих пор с ней за ручку ходит? — Турбо, стоящий ближе всех к Кощею, с размаху бьет его в солнышко. Мужчина начинает кашлять и хватать ртом воздух. — Н-да, то он один помазком был, а щас всех за собой, — между приступами кашля произносит он. — Судьба у Адидаса такая… — Да не, у Адидасов судьба — отшивать тебя, — слышится голос у Аси за спиной и все поворачиваются туда. Там — незнакомый лично, но известный Вова Адидас, про которого девушка уже наслышана и от Марата, и от Универсама, и даже от Ленки. — Стоило мне, блядь, на месяц в СИЗО отлучиться, как Кощей опять хуйнёй занимается, — мужчина подходит к Асе ближе и обнимает ее за плечи. — Бате привет передашь, — Адидас старший подмигивает ей, а после уже к парням обращается. — Че он опять творит тут? Парни рассказывают. Не жалуются, а проговаривают косяки Кощея ему самому, да и вышедших в курс дела вводят. И про наркотики, и про клевету, и даже про травлю Сидориной. Девушка слушает так же внимательно, как и другие, кто не в курсе того, что в последние две недели происходит в Универсаме. Стоящий рядом Вова в шоке, это видно по его лицу. Мужчина с каждым словом младшего брата все больше звереет, сжимает плечи девушки рядом. Ася старается не пищать от боли, но когда его окликает Марат, Вова извиняется и подходит ближе к Кощею. Тот выглядит так, будто бы сейчас опять начнет орать, что это все сделал он: создал Универсам, воспитал Адидаса и остальных старших, вывел их в люди. Про это Ася тоже слышала. — Знаешь, Кощей. Ты — просто мерзкий наркоман, который не стоит даже и минуты нашего времени. Ты теперь — никто. Ты никто без улицы, без парней, за которых ты можешь спрятать свою тощую жопу, когда накосячишь, а войной идут на всех. Ты не достоин быть даже чушпаном. Ты — намного хуже. Вова разворачивается и головой кивает. Марат к девушке подходит и за руку ее берет, уводя со двора. Но Ася все понимает, все слышит: оставшиеся парни начинают драться. Хотя, скорее, просто забивать Кощея. Его не жалко, конечно, просто страшно, что могут сделать полсотни злых парней против одного. Сидорина голову пытается повернуть и посмотреть, но идущий рядом Адидас старший ее за подбородок обратно направляет. — Не смотри, сестренка. Он того не стоит. Вечером того же дня весь Универсам собирается во дворе Аси. Парни сидят везде, где только можно: и на турниках, и на лавочках, и на горках. Ася с улыбкой обрабатывала полученные случайно раны некоторых из них вынесенной перекисью, благодаря каждого за отстоенную честь. Все-таки сейчас быть посмешищем нельзя, тем более, когда рядом такие Мужчины. — Значит, вы с Маратиком гуляете? — начинает Вова, сидя на карусели между братом и Турбо. На этой же крутилке сидят Зима, Ася и Пальто. Она медленно крутится, Турбо ногой отталкивается от земли, чтобы не останавливалась. — Мы встречаемся, — кивает младший брат. Ася взгляд тупит в ноги, улыбаясь. Она и не знала про отношения с Универсамовским. — Мелкие шустрые, не то что мы… — смеется Турбо, в очередной раз толкая ногой землю. — Так ты бы мою мачеху не представлял перед сном, тоже бы с девочкой гулял уже, — Вова друга в плечо бьет. Они еще долго смеются, обсуждая то, как и что было в СИЗО, но Ася намекает Марату, чтобы свалить с площадки. — И что мы будем делать? — в подъезде Марат хватает девушку за бедра, целуя в шею. — У папе пойдем, чтобы он благословил нас, дурачок, — девушка смеется и в нос парня целует, убегая по лестнице вверх.