Глава 22

Я сидела, прижавшись к Лалону, перебирала его белую шерсть в руках и не могла собрать себя воедино. Мыслей, чувств, эмоций было много. Они все раздирали меня на части. Волк успокаивающе порыкивал и тыкался мне носом в волосы. Я зашептывала свои раны, пока ждала Дария. Я не решилась пересечь ворота Сонхаура. Поэтому, когда он ставил меня на землю он несколько раз на меня оглянулся и сказал: – Пожалуйста, не уходи, не сбегай. Я каждый раз отвечала, что я буду тут. Но я видела панику в его глазах. Он не мог не вернуть Кори, ему нужно было доставить мальчика в Дом. Но при этом было страшно отпускать меня. Я и в правду могла ведь убежать прямо сейчас. «Он догонит, Эстер» – снисходительно сказал мне Лалону. Увидел мой возмущенный взгляд. «Ты так громко думаешь, до меня долетают обрывки» «Правильно ли я поступила?» «Все правильно, что от сердца» «Лалону, я тебя любила всегда за то, что ты не нудел. А сейчас ты разговариваешь как Илма» «Ты, видимо, забыла, как я разговариваю. Дурашка» Он взъерошил мне волосы и фыркнул. Я улыбнулась. По Лалону я скучала… И как было прекрасно снова быть рядом. Но… если я останусь тут. Что будет в Радельме с теми, кого я оставила? А что будет с Лалону, я не хочу больше с ним расставаться. «Эстер, можешь не думать хоть немного?» «Нет!» «Ты поговоришь с Дарием, вы придете к какому-то решению» «Даже ты не знаешь к какому!» «А с чего я должен знать все?» «Ты всегда все знаешь» «Ошибаешься. Но я рад, что ты слышишь свое сердце» «Даже если оно говорит мне неправильные вещи?» «А кто сказал, что неправильные?» «Как я могу… остаться тут. Там бабушка… Элайза. Они ждут меня. А еще там несколько детей осталось» «Доверься Судьбе» «Дикое царство на тебя плохо влияет!» Он затрясся, я оглянулась и поняла, что мой тотем смеется. Я улыбнулась и обняла его крепче. «Ты осуждаешь меня?» «Это ты сама себя осуждаешь.» «Я предаю память своих предков» «Любовью?» «Как я посмела полюбить его?» «Он сделал тебе что-то плохое или твоим предкам? Конкретно этот человек? «Нет» «Тогда хватит городить чушь, ребенок!» «Я не ребенок» «Учитывая, как ты теперь целуешься… наверное, соглашусь» «Лалону!!!» Он снова рассмеялся. Через какое-то время я услышала быстрый шаги, почти бег. «Ух, как бежит обратно. Думает, что опять погоню за тобой надо устраивать. Бедный парень. Горжусь тобой» Я пихнула в бок тотема и встала. Элерин остановился около меня, Дарий впился в меня взглядом. Я увидела, как он облегченно выдохнул, а мышцы стали расслабляться. – Ты здесь. – Я же сказала, что не уйду. Не соврала. Будем считать, что… я больше никогда не буду врать. Даже чуточку, будет моей платой за всю ложь, что здесь была. – Опять что-то платить собралась, – поморщился Дарий, спрыгивая с Элерина. Я пожала плечами и улыбнулась. – Куда, ты сказал, мы пойдем? – В Триндари, это в получасе отсюда. Чтоб поговорить без лишних ушей и хвостов. Просто как Дарий и Эстер. Как мужчина и женщина. «Как мужчина и женщина? Он точно разговаривать собрался? Эстер, не забудь помыться, у тебя уже ноги воняют» «Заткнись, Лалону!» Да, на расстоянии он был более заботливый. Я и забыла, как он комментирует все мои действия. – Что ты сказал в Доме? – Что я нашел Кори и взял твой след. Вернусь, как найду. У нас есть несколько дней в запасе. – А ты разве не должен выполнять всякие дела? – Дня три смогут без меня обойтись. Есть кое-что более важное. Он подошел ко мне и взял меня за руку, поднес к губам и поцеловал костяшки пальцев. Я слегка сжала его ладонь, и он приобнял меня. Всматривался в мое лицо, проводил рукой по моим скулам, лбу, губам. – Я тебе ни разу не говорил, о чем сильно сожалею… я считаю, что ты невозможно красивая. Я прикрыла глаза и прижалась щекой к его ладони. Он погладил большим пальцем мне висок, а затем едва осязаемо прикоснулся губами к нему. – Ты поедешь со мной? – спросил Дарий. – Элерин очень быстрый. «Он думает я не смогу угнаться? После таких слов я не разрешу тебе передвигаться не со мной» – Лалону сам меня повезет, – ответила я с усмешкой. – Приятно познакомиться, Лалону, – обратился Дарий к тотему. «Передай ему, что мне уже не очень» – Э-э, а он не очень, – хихикнула я. – Я хотела бы сказать по-другому, но я же больше не вру тебе. Я запрыгнула на тотема, кивнула мужчине, барс тронулся с места и мы двинулись в сторону деревеньки. Лалону бежал быстро, иногда обгоняя Элерина, затем замедлялся и я готова была поспорить, что видела превосходство в его глазах, а его оскал был похож на улыбку. Выпендривается… Элерин ускорился, Дарий улыбнулся. Я зарычала, обнажив клыки и мы побежали с Лалону быстрее, обгоняя их. – Эй, – крикнул мужчина. – Что за гонка? – Хочешь побежать на своих двоих? – спросила с вызовом я. – А ты сможешь? – спросил он, когда Элерин нагнал нас, и мы замедлились. – Это мое любимое занятие. – Бегать? – Да. – Тогда... мы можем побежать? Догоните нас потом? «Эстер, ты и так потная. Мойся потом тщательнее» Дарий слез с Элерина и протянул мне руку, чтоб помочь спуститься. Я хотела спрыгнуть сама, но разве можно отказать мужчине, который так преданно на тебя смотрит? Я вложила руку в его ладонь и соскользнула вниз, прямо в его объятия. Мы замерли, обнимая друг друга. Я слушала его биение сердца и хотела прижаться еще сильнее. Но как можно быть еще ближе? «Тебе рассказать? Я думал, ты хорошо запомнила прогулки по лесу весной. Помнишь двоих лосей?» Я засмеялась, а Дарий удивленно посмотрел на меня. – Лалону просто такой… забавный, – смущенно сказала я. – Выглядит не очень, – честно признался Дарий. – Он только с виду свирепый. – Побежали? – Попробуй, догони! Я резко выбралась из его объятий и рванула в сторону деревни. Я увидела, что Дарий меня нагоняет и стала ускоряться. Легкие начали приятно болеть, а мышцы заныли от приятной нагрузки. Гораздо более приятной, чем тренировки по танцу. Я бежала и бежала, начала ловить ртом воздух. Сноровка, видимо, немного подрастерялась. Но я была счастлива бежать быстро и без оглядки. – Поймал! – заключил меня в объятия Дарий. – Никто раньше не мог! – возмутилась я. – Я просто давно не бегала. – Да-да, конечно, – сказал он шепотом и прикусил ухо. Во мне поднялась волна тепла, которая расплылась по всему телу. Такие уже были раньше, но в этот раз было сильнее, мои руки и щеки стали гореть, стало резко жарко. Возможно, потому что между мной и Дарием больше не было секретов, и я чувствовала себя гораздо свободнее. Его рука скользнула по моей шее и горлу, крепче прижимая меня спиной к его груди. – Мы добежим до деревни или нет? – хрипло спросила я. – Ты не устала? – Нет, конечно. Мы снова побежали и остановились только, когда показались первые домики. Я оглянулась на тотема и спутника, бежавших сзади. – Я думаю, в такой маленькой деревней на волка не обратят внимания. Не бойся, Лалону, – обратился к нему Дарий и взял меня за руку. – Он передает тебе, что не боится, можешь за него не беспокоиться, – улыбнулась я. Триндари была самой обычной деревней, где люди занимались выращиванием фруктов, овощей, пасли коз и овец. Сельское хозяйство было очень развитой. Я обратила внимание, что домики были маленькие, но очень цветные. – Куда мы идем? – спросила я. – Не похоже, что тут сдают комнаты. – У меня тут свой дом, – ответил Дарий. – Со служанками вроде Фуины? – Нет, он без служанок. Возможно, там пыльно. Я появляюсь здесь раз в полгода. – Водишь девиц на разговоры? – Ты ревнуешь? – усмехнулся он. Я рассмеялась, а он лишь погладил меня по руке и снова поцеловал пальцы. – Я не ревную, ты же сказал, что ты мой. – Безусловно. Дом Дария ничем не выделялся на общем фоне, обычный с садиком, где росли цветы. – А за ними кто ухаживает? – Я плачу соседу, чтоб он иногда ухаживал. – Хорошо, что тут нет всяких Фуин. – Я покачала головой. – Она неплохая. – Да очень любит тебя как сына и все такое. Говорила, чтоб я уходила и не мешала тебе. – Что? – зарычал Дарий. – Она смешала аконит с папортникком и добавила его в леденцы, он вызывает у нас бесконтрольные проявления звериной сути. Ее задумка была в том, чтоб я напала на тебя, и ты сам меня… – Ты не нападала на меня, была очень… – он выдержал паузу, подбирая слово, – ласковой. Нервничала, когда Радж зашел, но меня обнимала только. Я опустила голову, кажется, щеки порозовели. – Почему, Эстер? – Я не буду тебе повторять, что уже было сказано. Ты знаешь причину. Он легонько улыбнулся и опалил горячим дыханием шею. – А что нужно сделать, чтоб ты это повторила? – Поесть, например? Я присела на крыльцо, пока Дарий пошел купить у кого-то из соседей тушу курицы или куропатки, а если повезет, то и готовое мясо. Мест для трапез тут особо не было, он сказал, но люди были готовы продавать, что было у них в доме. Он вернулся через пять минут, неся корзину с продовольствием. Я втянула носом воздух и почуяла запах граната, инжира и апельсинов, и кажется, куропаток. Он открыл дверь и впустил меня в дом. Было прохладно, так как дом находился в тени. Он принес ведра с водой, где мы вымыли руки, я ополоснула лицо, смыла большую часть крови и грязи. – Я могу нагреть сейчас купальню, она небольшая, быстро пар пойдет. Поешь и пойдешь мыться. Чтоб не в холодной. – Давай так, да. Дарий вернулся из купальни с мокрыми волосами и стал накладывать еду. – Так быстро нагрелось? – спросила, скользнув взглядом по каплям воды, стекающим по телу. – Я в холодной искупался. Держи. – Он протянул мне тарелку с мясом и рисом. – Спасибо. – А что вы обычно ели? – спросил он осторожно. – Дома? – Да. – Сыр, творог, утиные яйца. Мясо, конечно же. Нужно много и хорошо питаться, чтоб не замерзать. – Тебе жарко тут? – По началу было да, но я привыкла. Меня удивляли ваши купальни, так много пара! Кошмар какой-то, – я засмеялась и заметила, что Дарий неотрывно смотрит на меня. – Ты скучаешь, да? – Есть такое. Но я не знаю по чему я скучаю. Я знаю, что того моего дома больше нет. Я даже не знаю нужна ли я там кому-то. Я волнуюсь о бабушке Илме, это родная сестра Ракши, и о своей сестре, ее родной внучке – Элайзе. Ей восемь лет. Она… не разговаривает с тех пор. – Мне очень жаль. Я кивнула и отпила чаю. Дарий в это время пододвинул мне блюдце, где лежали аккуратно отделенные зерна граната. Я усмехнулась. – Мне закрыть глаза, чтоб ты меня спустил с высоты? – Ты все еще ее боишься? – Да. – У вас же много гор. – А кто сказал, что я покорила все вершины? Как ты связал себя с Элерином? – вдруг спросила я, давно интересующий меня вопрос. – Мы возвращались домой обратно, как услышали жалобное мяуканье, пошли проверить и увидели, что детеныш барса попал под обвал, я достал его. Но у него были сломаны задние лапы. Я уговорил отца забрать котенка с собой. Когда вылечил… мы не сразу установили связь. Элерину тут было тяжело без связи, барсы любят места похолоднее. Но с призывом духа эта проблема решилась. Но… он остался одиночкой среди остальных. Я установил связь, когда умер отец. Так как моим спутником стал не солнечный лев, то я больше не мог претендовать на звание царя. – А если бы мог… – То Солен убил бы меня скорее всего по-тихому. Мне было двенадцать, когда умер отец. Некоторые могли возмутиться ему на троне, сказать, чтоб занял пост регента, пока я не вырасту. Мать долго злилась на меня, говорила, что я струсил. С тех пор мы с ней тяжело общаемся. А какие у тебя были отношения с… – Теплые, хотя я проводила много времени с Илмой. А отец, когда мне исполнилось четырнадцать, косо смотрел на каждого моего друга. – У тебя было много друзей? – Было… но немного. Но он в каждом юноше видел что-то подозрительное. Одного поклялся веником избить. – Веником, – засмеялся Дарий. – Не очень-то сурово. Ты… кого-нибудь любила? – Мне нравились некоторые мальчишки, я пыталась даже целоваться. – Пыталась? Это как? – Ну там было что-то слюнявое и противное. – Ты хочешь съездить домой же, да? – спросил он, я молча кивнула. – Тогда давай съездим. – А тебя отпустят? – Не сразу, но да. В конце концов, я не обязан все время выполнять приказы Солена. – Нет? – Я такая же династия, как и он. Хоть и титул царя у него, но я не обязан беспрекословно все выполнять. Я же… не поехал на Север. – Я была бы очень рада увидеть Илму, если она жива… А что дальше? – Я бы хотел… – он прокашлялся. – Чтоб ты стала моей женой. – Мне всего восемнадцать, – захихикала я. – А во сколько у вас выходят замуж? – удивленно спросил он. – Обычно, не раньше двадцати. Но в среднем… в двадцать два. Но, конечно, есть и ранние случаи. Но это редкость. Я считаюсь еще… и правда волчонком. Нестабильным и неуравновешенным. Поперлась же я сюда непонятно зачем… – я грустно покачала головой. – Эй. – Он оказался около меня, сел на колени и обнял мои ноги. – Посмотри на меня. Не вини себя за то, что было. Ты ничего плохого не сделала. Ты просто – маленькая раненая волчица. Пожалуйста, не плачь. Он крепче прижался ко мне, а затем нашел мои губы и стал целовать, мягко и нежно. В этих поцелуях можно было утонуть. – Так ты станешь моей женой? – спросил он снова. Я посмотрела ему в глаза, которые смотрели на меня с такой надеждой и любовью, несмотря на всю ложь, несмотря на мои поступки. Он все еще хотел быть рядом со мной. – Я буду о тебе заботиться, никогда не причиню тебе боли, я скорее сам себе сердце вырву, чем сделаю это, я буду беречь тебя как самое ценное в моей жизни. Ты и есть – самое дорогое, что у меня есть. Я твой, отныне и навеки. Я просто расплакалась и скатилась к нему в руки, утыкаясь ему в шею и целуя ему кадык, чувствуя, как он вздрагивает и гладит меня по волосам. – Конечно, стану. Он стал зацеловывать мое лицо, называя меня снова маленькой волчицей. – Там купальня нагрелась, – сказал он слегка отстранившись. – Я взял тебе что-то из одежды, что нашел в твоей комнате, но ты можешь взять мою рубаху, если тебе в ней будет комфортно спать. Я пока пойду приготовлю постель. – Хорошо. Мы завтра возвращаемся? – Пока нет. – А что если… меня не примут остальные? – Кто? Шойдра не имеет права, Сараби до этого дела нет. Солен? Тоже не думаю, что его в нынешнее время волнует, кто будет моей женой. – Должно, если это я. Я… не смогу снова быть вдалеке от Лалону. – Ты сможешь взять его с собой. Возможно, сразу не стоит раскрывать, что он тотем. Но, пожалуйста, не переживай. Никто не причинит тебе боли. – Ладно, – ответила я и пошла в купальню. Впервые в жизни я радовалась пару в купальне, грязь и кровь легко отмывались, а горячий воздух помог расслабиться мышцам. Я окатила себя прохладной водой напоследок и вышла.