Часть 5

      Сона уже неделю находится дома. Её рана почти затянулась, скоро выходить в тренировочный зал. Необходимо привести отвыкшее от физических нагрузок тело в порядок.       Девушка встаёт из кресла, в котором уже пару часов читала. Долго смотрит в окно на ночной Сеул. Суматошный город кажется таким огромным и шумным, что невольно хочется оказаться в тёплых объятиях самого близкого в мире человека. Соне повезло, у неё такой есть.       Чон берёт свой телефон и быстро набирает всего одно короткое сообщение: «Хочу внимания».       Через секунд десять приходит сразу три одинаковых сообщения: «Куда ехать?».       «Ко мне».       Через час вся компания в сборе. Чимин открывает какое-то дорогое вино, Намджун с улыбкой смотрит на Сону, пока помогает Юнги принести закуски, заказанные в ближайшей службе доставки, и расставить их на столе.       Пока все мужчины чем-то заняты приезжает Тара, долго причитает, что нельзя так резко вызывать её на вылазку, на которой будет Чимин.       — Мне же надо прилично выглядеть, — комментирует девушка, заправляя за ухо прядь идеально уложенных волос. Сона закатывает глаза. Это сейчас она выглядит, как будто вернулась полчаса назад из перестрелки. Лохматая и немного уставшая.       Чимин, услышав подобное, подходит к Соне и все же уточняет:       — Если она сейчас плохо выглядит, то как же Тара выглядит отлично? — Пак действительно не понимает, как можно сказать о девушки с красивым слегка подкрашенным лицом, идеальной укладкой, одетой мило и женственно, что она плохо выглядит.       Сона тихо смеется, качая головой:       — Не обращай внимания, она явно прибедняется, чтобы ты сделал ей комплимент, — девушка смеётся, наблюдая за тем, как подруга сразу меняется в лице и становится весьма недовольной.       — Ооооо, — Юнги замечает перемены, тихо начиная хохотать. Его забавляет то, как Тара изо всех сил пытается соблазнить самого не понимающего намёки парня в их компании. — Чимин, скажи девушке, что она великолепно выглядит. Иначе мы тут все огребем. И всё из-за тебя.       Пак окончательно теряется и зачем-то делает комплимент Соне. Та хохочет в голос, Намджун рядом невольно даёт другу подзатыльник, и тот окончательно разочаровывается в своих способностях.       — Да пошли вы, — Чимин обиженно сопит и уходит на кухню. Сона привычно собирается пойти за ним, но Юнги хватает её за руку, кивая в сторону Тары, которая исчезает следом за Паком.       — Пусть разберутся сами, — Мин тихо смеётся и качает головой, под тяжёлый взгляд Намджуна отпуская руку девушки. — Ты потом с ним поговоришь.       Сона кивает и переводит свой взгляд на Джуна, который задумчиво кусает свои губы. Девушка подходит ближе и кладёт руку на его плечо:       — Не завидуй и ты влюбишься однажды, капитан Ким, — Сона смотрит так бережно и заботливо, что Намджун очень хочет на неё накричать, но лишь улыбается в ответ.       — Спасибо, лейтенант.       Юнги лишь хмыкает на услышанный разговор, смотря на друга с каким-то странным пониманием во взгляде. Соне тоже, как Чимину, стоило бы быть внимательнее к людям. Однажды они поговорят об этом, Мин попробует донести до девушки всю серьезность каждого сказанного слова или сделанного действия, но не сегодня.       Сегодня они напиваются, узнают, что Чимин и Намджун вместе уезжают искать какого-то подрывника на восток. Сона недовольна тем, что двое в команде совершенно не в состоянии помочь им, но рука на колене Юнги её успокаивает. Им нужно обоим хорошо восстановиться.       Вечер проходит весело. Тара наконец-то сидит рядом с Паком, который всё же сдается и перестает от нее бегать по квартире своей подруги.       Намджун уходит в этот вечер особенно долго. Первым уезжает Чимин, который уходит провожать Тару и так и не возвращается. Юнги на это таинственно улыбается, решая, что этим двоим не стоит сегодня мешать, в следующий раз они не скоро увидятся. Мин уезжает через час, опустошив ещё одну бутылку. Он зовёт с собой Джуна, но тот смотрит на Сону, которая к концу вечера усаживается на свой диван с ногами и кутается в плед.       — Думаю, я поеду через часик. Ей ведь нужна поддержка?       Мин пожимает плечами. Он уверен, Сона справится и сама, но Ким их капитан, Намджуну важно позаботиться о каждом из них.       — Решай сам.       Юнги выходит из квартиры, долго курит на лестничной клетке, не решаясь уйти. Ему безумно больно в области сердца. Однажды он позволил девушке разбить своё сердце. Позволил уйти, оставить совсем одного. В ту ночь Юнги пил, курил и шлялся по тёмным улицам Сеула. Он даже умудрился пойти в тату-салон и сделать татуировку. О ней Мин не жалеет. Тогда там появилось важное в его жизни сочетание букв: HSNJ. Три имени, которые парень хотел бы помнить во всех следующих жизнях. Они боролись за него всегда. В любой ситуации, даже если Юнги был не прав. Как бы сильно он не ошибался.

***

      — Совсем идиот? — Хосок стоит в дверях своей квартиры. У него отпуск после сложного задания. Он смотрит на друга и коллегу и готов пристрелить его сам, чтобы тот не мучился.       — Разве мне не идет?       Волосы Юнги покрашены в яркий мятный цвет, на рёбрах под самым сердцем виднеется татуировка. Он пьян и отчаянно болен собственным бессилием. Хосок тогда впервые задумался о том, как больно бывает от любви.       — Идёт, придурок. Идём спать, завтра будем перекрашиваться.       — Не будем, — Юнги широко улыбается, пока Хосок раздевает его и укладывает в свою постель.       — Завтра поговорим.

***

      Намджун выходит из квартиры спустя полчаса. Сразу едет в свою квартиру, собирает вещи для задания, несколько минут задумчиво смотрит на фотографию, где команда в полном сборе. В центре стоит их бывший капитан – Чон Хосок. Намджун встал на его место случайно, случайно стал отвечать за троих придурков, которые готовы теперь за него отдать свою жизнь.       Ким проверяет свою квартиру ещё разок, обойдя весь периметр, открывает дверь и только тогда оглядывается снова на фото, которое видно из прихожей:       — Смерть снова очень близко. Да поможет нам бог.

***

      Сона бьёт по манекену с силой. Удар не потерял своей мощи, но вот техника его стала хуже. Девушка обрушивает сразу несколько атак на резинового парня перед собой. Тот слегка скрипит, гнётся от её ужасов, но Соне всё кажется, что этого мало. Она бьёт снова и снова, пока кулаки не начинают ныть.       — Ты за что на него так злишься? — Юнги появляется в дверном проеме, приподнимая брови от небольшого удивления.       — Не знаю, — Сона злится, бьёт манекен снова. Её удары сильные, но недостаточно для того, чтобы снова выйти на задание. Её за последний месяц уже осматривали дважды врачи. Пока ни один не дал согласия на выход с больничного. Юнги в курсе, он хотел бы помочь подруге и коллеге, но сам пока в таком же положении. Его падение тоже оказалось серьёзным.       Проходит неделя. Новости от Чимина и Намджуна приходят редко. Сона частенько засиживается допоздна в своём офисе, разгребая сотню бумажек, иногда ходит на лекции в военную академию, проводит тренировки стажёров. Юнги всё больше занят архивом, в котором часто пропадает на пару дней.       В тот день Сона долго смотрела на данные, которые получила по делу Намджуна. Он просил прочитать последний отчёт и дать характеристику террористу, которого они пытались поймать.       Девушка как раз заканчивала составление портрета, когда Мин вбежал в её кабинет и прохрипел:       — Быстро к начальству.       Сона соскакивает с места и идет быстрым шагом за Юнги. В кабинете начальника уже собрались несколько человек – участники других команд.       — Пак Чимин захвачен в плен. От него уже три дня никаких новостей. Капитан Ким просил лейтенанта Чона составить портрет террориста. Он готов?       Сона быстро делает несколько шагов в центр кабинета и расписывает портрет преступника. Она даёт достаточно подробное описание, уделяя внимание детству и школьным годам мужчины.       — Вероятно, он манипулятор, его привлекает возможность управлять людьми, которые угрожают его безопасности. Чимин, попавший в плен, будет подвергаться публичным пыткам. Думаю, через пару дней он свяжется с нами и начнёт свою игру. У нас есть от двух до трёх дней, чтобы оказаться на месте и найти зацепки. С каждым днём на протяжении недели младший лейтенант Пак будет подвергаться всё более серьёзным пыткам. Нельзя терять времени. Поехали. Я буду готова через два часа. Младший лейтенант Мин?       Юнги с готовностью кивает, но тут же вступает в диалог начальник отдела:       — Вы не можете ехать. Ваши травмы ещё не зажили целиком. Мы подготовим команду.       Сона переводит взгляд на мужчину, чьи волосы давно покрывала седина. Это мудрый человек, умеющий принимать правильные решения, но сегодня она не согласна с ними.       — Поговорим наедине? — девушка смотрит на своего босса и чуть хмурит брови. Мужчина понимает, что лейтенант Чон просто так не сдастся. Однажды, уступив, она уже потеряла своего брата.       Все солдаты покидают кабинет своего начальства. Некоторые выходят с усмешкой, понимая, что эта девушка сделает всё, чтобы поехать. У неё даже есть тяжёлая артиллерия в виде Мин Юнги.       — Лейтенант Чон, моё решение не обсуждается.       Девушка усмехается, кивая Юнги на дверь, которую он тут же прикрывает. Сона поворачивается к своему начальнику и смотрит ему в глаза:       — Это наша команда. Вы уже сделали ошибку, пустив их на задание не в полном составе. Хотите теперь потерять моих ребят? Мы уже проходили это три года назад, когда капитан Чон умер при взрыве. Тогда я не успела составить ему описание, потому что по вашему приказу нас подключили к делу слишком поздно.       Мужчина смотрит на своего солдата с усмешкой, но уступить так просто не может:       — Это не вам решать, лейтенант. Я уже всё сказал. Поедут ребята из команды Омега. Они вполне справятся и без вас.       Сона снова усмехается:       — Либо едем мы с младшим лейтенантом Мином, либо я попрошу Юнги устроить очередное шоу. Вряд ли он откажет мне в такой малости. С его отцом вы не виделись уже пару месяцев?       Лицо старшего по званию меняется. Он хорошо помнит, как отец Юнги зашёл в этот кабинет в последний раз и предупредил:       — Ещё одна выходка моего сына, позорящая меня, и я уберу вас из этого кресла. Будете служить наравне с вашими солдатами. Ясно?       Не ясно было лишь одно – как держать Юнги в узде. На спасение пришли Намджун и Сона. Они сдерживали своего товарища по команде. На удивление, Мин уже несколько месяцев не напивался, не громил бары, не сбегал из военной части.       — Это шантаж, Сона. Ты должна понимать, что любой приступ у тебя или у него – операция будет под угрозой. У нас спецназовец в плену у психопата. Не лезьте, пожалуйста.       — У него в плену мой лучший друг. Я готова рискнуть своей жизнью ради его спасения. Однажды я уже сидела на жопе ровно, господин Квон. Это привело меня к смерти брата. Я больше не хочу и не буду ждать, когда кто-то из моих ребят пострадает.       Мужчина смотрит на девушку с каким-то лёгким отчаянием в глазах. Он знал, что так будет. Знал, что все равно отпустит её туда, где однажды…       — Хорошо. На сборы два часа. Вылет будет скрыт на всех маячках, поэтому надо работать быстро и эффективно. Вперед.       Сона быстро хватает папку с портретом преступника и выходит из кабинета первой. Юнги задерживается лишь на несколько секунд, чтобы кивнуть своему начальству. Он рад, что их отпустили с подкреплением. Так будет куда легче и безопаснее.       — Спасибо, майор Квон.       — Не благодари. Смерть близко, Юнги.       — Каждый раз на шаг ближе, чем в предыдущий.       — Именно.