Часть 1. Как все началось

      Давным-давно, две расы правили на Земле: ЛЮДИ и МОНСТРЫ. И однажды между ними началась война, в которой люди одержали победу. С помощью могущественного заклятья они заперли монстров под землей. БАРЬЕР. То, что отделяло монстров от внешнего мира. То, что стояло между ними и их свободой тысячи лет. Тысячи лет мрака, тысячи лет надежд. Но настал день, и в Подземелье упал ребенок.

***

      Когда монстры вышли на поверхность, мир затаил дыхание. Создания, настолько отличные от людей, странные, непонятные, в один день просто появились из-под горы на территории штата Вермонт. Едва ли через час город, расположенный у основания горы Эботт, оказался оцеплен национальной гвардией. Прибывшие встретились с Королем и Королевой монстров и их послом – маленьким ребенком в полосатом свитере. Протокола для таких ситуаций, конечно, не существовало.       И люди могли бы жестоко поплатиться за свою беспечность, но, к счастью для всех, монстры оказались мирными существами. Первая встреча диархов и представителей губернатора штата прошла через пару дней, потянув за собой неповоротливую административную машину страны. Законопроекты о правах монстров, как разумных существ наравне с людьми, направились на обсуждение, научное сообщество содрогалось от предполагаемых перспектив, страны всего мира с жадностью голодных акул следили за развитием событий. Современный мир вздрогнул и пошел рябью, реагируя на изменения.       Новостные каналы, социальные сети, самые мелкие газеты — не было ни одного места, где не освещались события, потрясшие умы миллионов людей. Человечество ловило любой кусочек информации, затаив дыхание. И каждый глубоко внутри понимал — настала пора перемен.

***

(День Х, за час до падения Барьера)       Синоптики обещали солнечный погожий денек. Суббота и большинство сданных зачетов намекали на возможность отложить все заботы и посвятить время долгожданным проектам. Но, вот неожиданность, все пошло не по плану. И потому Эния — но, пожалуй, пусть это будет Эни для меньшей помпезности (она гордилась короткой формой своего имени, спасибо) — сейчас сидела в душном кафе, прячась от летнего дождя, и занималась подготовкой докладов для парочки студентов младших курсов. Капли стучали по стеклу, настроение было паршивое, делать ничего не хотелось. И хоть заниматься чужой работой весьма накладно, но если можно немного заработать на чужой лени (или глупости), то это не тот шанс, который она может позволить себе упустить.       Тяжелый локон выскользнул из слабого пучка, щекоча кожу предплечья, пока девушка напряженно печатала на ноутбуке. Строчки прыгали перед глазами, и Эни раздраженно вздыхала в слабых попытках сосредоточиться. Еще полчаса и она начнет плеваться ядом в приступе ярости. Как неудивительно, но теперь набрать столько работы на выходные уже не казалось хорошей идеей, как это было в начале недели. Что ж, на тот момент пустеющий счет на карте и внутренняя жаба отлично ее замотивировали.       — Ваш холодный латте с карамелью, — раздался голос над головой, когда аккуратная наманикюренная ручка поставила на столик высокий стакан. — Что-нибудь еще? — фигуристая блондинка растянула алые губы в сладкой улыбке.       Эни оглянулась на официантку и бросила короткое “нет, спасибо”, наблюдая, как та уходит плавным шагом. Красавица. Пышные бедра, блондинистая шевелюра, нежный рельеф спины под тонкой тканью рубашки, где отчетливо видна застежка бюстгальтера. Эни на мгновенье зависла, глядя ей вслед.       Обхватив стеклянный стакан, она сделала большой глоток. Конденсат намочил ладонь, кофе странно горчил пережаренными зернами, все было как-то… паршиво и тошно. С тяжелым сердцем она решила взять перерыв — в висках уже начинало стучать. Со всем этим стрессом ее здравомыслие было под угрозой.       В голове роились десятки неоформленных мыслей, путаясь со сладким вкусом карамели, завихряясь в катушки натянутых на тревогу нервов. Тяжелый вздох вырвался сам собой, когда она облокотилась на спинку диванчика, прикрыв усталые глаза. О, она, конечно, знала, что ее жизнь намного лучше, чем у большинства, что возможность учиться на врача в медицинском колледже, получая неплохую стипендию, — редкая удача — но как же это выматывало. Давно прошли те дни, когда Эни, заглядывая в зеркало по утрам, не обнаруживала бы у себя бледно-землистый цвет лица, пустой взгляд, вечную хмурость, отпечатанную между бровей и в уголках губ, и, казалось бы, пожизненно прописавшиеся под глазами темно-серые круги.       В последнее время она все чаще думала — стоит ли оно того? Ответственность за чужие жизни, перспектива работы, которая будет приносить перманентный стресс, общение с людьми, которые и в добром здравии зачастую ведут себя не слишком приятно.       “Звучишь так радостно, Эни”, — горькая мысль. Да, она не была оптимистом. Но и депрессивные мысли старалась держать подальше. Просто сегодня был такой день, ладно?       Эни сделала большой глоток горько-сладкого кофе. Сахар всегда поднимал ей настроение. Переведя взгляд на окно, девушка с радостью заметила, что дождь утих, и небо у горизонта начало окрашиваться в золотисто-оранжевый. Яркие лучи обрамляли город, принося с собой нежное утешение вечера.       “Черт с ним, пойду домой”, — Эни неторопливо собрала свои вещи, оставив немного чаевых симпатичной официантке, и направилась к выходу. Она взялась за дверную ручку, слыша в спину “Приходите к нам снова!”, как вдруг произошло что-то… странное. На мгновенье земля будто вздрогнула. Голова закружилась, Эни вцепилась побелевшими пальцами в металл, пока по ее телу волнами прокатывался жар. Странное чувство, инородное, переполняло изнутри, как прилив, поглощающий берег — растекаясь от макушки до кончиков пальцев. Но между одним и другим мигом все прекратилось.       Глядя на ошеломленные лица прохожих по ту сторону двери, Эни пришла к выводу, что дело явно не в ней и ее хроническом недосыпе. Что-то произошло.

***

      Итак, это было совсем не то, что она ожидала. На следующий день, сидя на продавленном, но страстно любимом стареньком диване в своей однокомнатной квартире, Эни пустым взглядом смотрела на телефон. Телефон смотрел на нее. И хоть искры между ними не было, а девушка точно была уверена в своей вменяемости (по крайней мере с утра), но новостной канал, равнодушно вещающий с экрана ее телефона, явно был саботирован кем-то с большой фантазией. Потому что иначе этот бред объяснить было решительно невозможно.       Монстры. Неизвестная людям раса, жившая тысячи лет под землей и теперь вышедшая на поверхность с помощью этого свирепого, ха-ха, маленького ребенка с милой стрижкой. И, судя по интервью с Королем — давным-давно монстры жили на земле с людьми, но в ходе войны маги, люди, заперли тех под землей. Конечно. Да. Довольно понятный и логичный вывод.       — Да ни черта! — раздраженный вскрик. Ничего в этом не было понятным! Ситуация разила полной чушью: невозможной, невообразимой.       Чайник истерично свистел на кухне уже пару минут, и Эни, наконец, обратила на него внимание. Наливая кипяток в любимую чашку, она снова посмотрела на телефон.       Фотографии, видео и цитаты политиков заполонили все новостные каналы и соцсети — по крайней мере, по словам ее подруги. Если бы Агнесс не написала ей сообщение с кучей экспрессивных смайликов, то Эни могла бы еще несколько дней ходить в абсолютном неведении. Да, она должна сделать признание — она не социальная личность. И за новостями не следит. Вообще. Засудите ее за это.       Итак, спасибо Несс, которая скинула ссылку на прямую трансляцию. Потому что сейчас Эни с недоверием смотрела, как ведущая протягивала микрофон как можно выше, пытаясь дотянуться хотя бы до плеча Короля монстров:       — Ваше Величество, какие у вас планы теперь, когда вы вышли на поверхность? Как вы и ваш вид относитесь к людям? Будете ли вы участвовать в переговорах с правительством? Поделитесь своим мнением, вся страна сейчас наблюдает за нами.       На фоне суетилось множество людей в военной форме и существ, монстров, совершенно разных форм и видов. Массивная фигура, облаченная в золотую броню и тяжелый плащ, наклонилась ближе, и Король заговорил низким рокочущим голосом:       — Я благодарен за возможность сразу заявить о наших намерениях. Я хочу сказать без любой возможности истолковать это иначе — монстры хотят мира. Мой народ так долго находился взаперти, и сейчас, когда мы, наконец, видим свет нового дня, единственное, чего мы хотим — жить в безопасности и мире с людьми. Я верю, что, несмотря на внешние различия, мы сможем жить друг с другом, сотрудничая и процветая. Мы, несомненно, будем участвовать в переговорах с вашим правительством, чтобы достичь этой цели.       Это… это было хорошо, да? Король звучал дружелюбно, но вид огромного рогатого монстра, похожего на смесь козла и дракона и возвышающегося над людьми на несколько голов не мог не вызывать подспудный страх. Сила, которой обладали монстры… насколько она была за пределами человеческого понимания? Насколько опасны были эти новые соседи? Неизвестность пугала.       С другой стороны, это было настолько сюрреалистично, настолько волшебно, что в груди все сладко сжималось и ныло. Все мы верили в чудо, когда были детьми. Верили в магию и ждали письмо из Хогвартса. Жизнь, к сожалению, оказалась равнодушной к нашим мечтам, и, повзрослев, мы оставили их позади. Но теперь... Теперь в этом мире, где все можно объяснить наукой, появилось что-то волшебное. Существа прямиком из сказок. И это было невероятно. Это было самым настоящим чудом. А Эни так любила чудеса.       Часы пролетели незаметно. Лишь вечером к ней пришло кислое осознание — какие бы чудеса не происходили в мире, но последние лекции в этом году никто не отменял. Как и подготовку к семинарам. Потому Эни со стоном отчаяния поплелась к душным учебникам.       Уже глубоко за полночь, лежа в кровати и всматриваясь в чернильную темноту, легким шепотом скользнула на грани сознания мысль: “Эботт в 12 часах езды“.

***

      Следующий день превратился в настоящий хаос. Мало того, что полночи ей снились какие-то мутные сны, вдобавок к этому ее пачка какао оказалась предательски пуста! Без ударной дозы любви и сахара, восхитительно смешанных в этой амброзии, Эни начала свой день в состоянии бессильной злобы.       “Почему, ну, почему! Что я сделала, чтобы заслужить это?”, — нытье не было конструктивным, но приносило удовольствие. Насколько вообще можно получать удовольствие на бегу. В дождь. Без зонта. В легких кроссовках. “Почемуууууууууу!”.       Длинные волосы липли к спине и лицу, пока Эни изо всех сил пробиралась к автобусной остановке. “Отстригу к чертям! Проклятые патлы, толку от вас”, — она, конечно, блефовала: ей мало что нравилось в своей внешности, и густая темная шевелюра, спадающая на спину пушистыми волнами в лучшие дни, была приятным исключением. Но явно не в дождь, который сейчас и не думал ослабевать.       Это небольшое приключение закончилось тем, что Эни на первой космической скорости ворвалась в здание и теперь сушила волосы и одежду одолженным у Агнесс феном в едва ли опрятной уборной колледжа. Есть свои плюсы в том, чтобы дружить с любителем спорта и моды — с собой у той всегда есть сумка с полотенцами и прочим инвентарем для тех, кто хочет уйти домой сухим. Спасибо Богу за маленькие милости. Эни была бы еще больше благодарна, если бы только Несс перестала смеяться над ней!       — Хахах, ох, не смотри на меня так, дорогая, — рыжая девушка прикрыла рот ладошкой, пытаясь сдержать смешки. — Хотя ты выглядишь очень грозно, конечно.       — Я выгляжу как драная мокрая кошка, которую смыло в водосток, а она каким-то чудом выжила, — угрюмо бормотала брюнетка, резко дергая себя за рукав.       Свирепо глядя на подругу, пока та заходилась новым приступом смеха, Эни улыбнулась уголком губ. Ей нравилось заставлять других улыбаться. Пусть даже это был смех за счет ее бедственного положения, она знала — Агнесс не имела ввиду ничего плохого. Несс… Она была невероятно добрым и мягким человеком. Любой, кто просил бы у нее помощь — получил бы ее, она была из того типа людей, что находили смысл своей жизни в помощи другим. Она никогда не пасовала перед трудностями, никогда не трусила, всегда шла вперед с глупой надеждой на лучшее.       Решительно непонятно, как жизнь свела их вместе: они были почти полной противоположностью, словно огонь и вода. Там, где Агнесс была яркой, обаятельной и энергичной, Эни была стеснительной и зажатой домоседкой. Порой Агнесс казалась ей путеводной звездой, маяком в ночи. Черт, даже внешность той будто отражала ее личность — огненно-рыжие волосы, круглое лицо с яркими чертами, маленькая, но женственная фигура — все в ней было так ослепительно ярко, что хотелось смотреть, не отрываясь. А какими глазами одарила ее природа… это были одни из самых прекрасных глаз, которые Эни когда-либо видела — светло-карие, как молочный шоколад и ромашковый чай. На свету они сияли ярче янтаря, казалось, что в них любовно вплетены солнечные лучи с крупинками золота.       В какой-то момент Эни была настолько очарована, что это можно было бы назвать нежной и светлой влюбленностью. Но кто бы на ее месте смог остаться равнодушным? Когда ты получаешь от человека только доброту и поддержку несмотря на свои недостатки — это так подкупает. Нежные слова, проникающие за прежде неприступные стены пугливого сердца и находящие там свой вечный дом. И, возможно, если бы она была смелей — если бы просто открыла свой, черт возьми, рот и сказала, что чувствует, насколько глубоко ценит все это — все было бы иначе.       — Эни? — обеспокоенный голос вырвал ее из мыслей, когда она поняла, что застыла посреди движения. — Ты в порядке?       Глядя в эти очаровывающие глаза, девушка вяло ответила:       — Конечно. Почти закончила, извини.       Одежда была высушена, волосы собраны в низкий хвост, и Эни отдала вещи подруге. Та тихо помычала и посмотрела на нее с прищуром.       — Ты уверена? У тебя было такое выражение лица, — они неспешным шагом направились в сторону конференц-зала: до лекции оставалось еще пятнадцать минут.       — Какое? — открывая дверь в зал, Эни бросила взгляд через плечо.       — Мммм… страшное?       Ей понадобилось мгновение осознания, прежде чем брюнетка прыснула и насмешливо вздернула острую бровь.       — Страшное, а? Я знаю, что не красавица, но ты могла бы быть и помягче со мной, Несс, — ее возмущенный писк и хилый удар в плечо вызвал у Эни поганенькую ухмылку. — Как жестоко с твоей стороны! О, мое сердце разбито, как же мне теперь жить, неся это бремя осознания собственной уродливости?       Не теряя времени, Эни выразила свое насмешливое веселье жестами. Это было несложно: драматично приложить ладонь к сердцу, подумать о мертвых щенках, слегка отвернуться, нахмурив брови в страдании — возможно, ей стоило поступать в театральный?       — Я не это имела ввиду, Эния! — казалось, весь зал обратил внимание на крик, к счастью, лектора еще не было. — И ты это знаешь! Прекрати меня дразнить!       Конечно, Эни поступила как любой лучший друг. Она стала дразнить ее еще сильнее. Даже когда лекция началась, она продолжала выводить подругу из себя. С помощью записок, конечно, ей не хотелось получить нагоняй от лектора.       Занятие тянулось, как жвачка, прилепленная к их скамейке еще годы назад, и в какой-то момент они перешли к праздной болтовне. Вполне закономерно, что разговор быстро свернул к самой горячей на сегодня теме. Монстры. Очевидно, Агнесс была готова выпрыгнуть из своих клетчатых штанов от восторга. Меньше чем за сутки рыжая накопала вообще все, что можно было найти в интернете и теперь активно выливала этот ушат пом- полезной информации на подругу.       По крайней мере до тех пор, пока профессор не гаркнул на всю аудиторию:       — Либо все присутствующие сейчас же уберут телефоны и будут ждать окончания моей лекции, либо я начну поднимать каждого и проверять на знание сегодняшнего материала.       Дураков, понятно дело, не было. И лишь в этот момент Эни увидела у впереди сидящих изображение статьи с фотографией Короля монстров. Оглядываясь по сторонам, становилось очевидным, что большинство присутствующих гудит от энергии и беспокойства. Эни тихо лелеяла надежду, что недавние и будущие события не затронут ее стабильный маленький мирок.       Как бы то ни было, лекция продолжилась, и впереди был день, полный занятий, недели, полные планов.       Монстры могли подождать.