Часть 9. Сближение

Утро выдалось не очень добрым, во многом из-за противного дребезжания будильника. Однако, несмотря на сверлящую боль в висках, просыпаюсь я в отличном настроении. В голове крутятся воспоминания о вчерашней ночи, я широко улыбаюсь, потягиваясь и зевая. Моя рука падает на вторую половину кровати, которая неожиданно оказывается пустой. Я распахиваю глаза и замираю в недоумении. Это что за приколы? Если партнёр исчезает наутро после секса, это же... не хорошо? Настроение резко портится. Я быстро сажусь в кровати и взъерошиваю волосы. Ладно, это ещё не конец света. Подумаешь. Я не буду расстраиваться. Может, я себе напридумывала всякого, как обычно. В конце концов, я ведь шлюха и наркоманка, чего ещё от меня можно хотеть? Плакать тоже не буду. Секс-то хороший был, считай, я уже в плюсе. Вытряхиваюсь из одеяла и, пошатываясь, плетусь в ванну, где останавливаюсь перед зеркалом, вцепившись руками в раковину. Ну и видок, неудивительно, что мужики разбегаются: волосы всклокочены, макияж размазался, на груди красуется пара свежих засосов, но они скроются под одеждой. Даже тут все предусмотрел, он хоть когда-нибудь ошибается? Касаюсь розовых отметин кончиками пальцев и снова ощущаю укол досады от того, что все оказалось ложью. Ладно, если раскисну сейчас, то весь день буду унылой тефтелей. Поэтому выдыхаю и быстро умываюсь ледяной водой, чтобы немного прийти в себя. Затем привожу в порядок волосы и одеваюсь. Коленка все еще ноет после вчерашнего падения, поэтому я немного прихрамываю. По дороге в столовую еле переставляю ноги. Голова просто раскалывается, в желудке что-то нехорошее творится, и я мысленно проклинаю себя вчерашнюю за невоздержанность в алкоголе. На пороге столовой чувствую, как меня поперек талии обхватывает рука и тащит в укромный уголок за ближайшей колонной. Не успеваю я опомниться, как меня целуют самые желанные губы, заставляя сердце затрепетать в груди. Это, как вы поняли, Джейсон. — Забыл сказать, пьянчужка, что у меня дежурство с шести утра. Не стал тебя будить, ты слишком мило пускала слюни на подушку, – весело говорит он, когда мы наконец отрывается друг от друга. А настроение-то улучшается. Чувствую, как на лице расцветает глупая улыбка, а все дурацкие мысли мигом улетучиваются из головы. Я кладу руки на его плечи и прикусываю нижнюю губу, ощущая, как жар от его тела передается мне и разливается по венам. — А я совсем ничего плохого и не подумала... — Зная тебя, уверен, что подумала. — Ну разве что самую малость... Джейсон с улыбкой смотрит на меня и заправляет прядь волос за ухо, после чего проводит тыльной стороной ладони по щеке. — Не хочу, чтобы у тебя сложилось впечатление будто эта ночь для меня ничего не значит, –он пристально смотрит мне в глаза. – Обстоятельства не самые подходящие, но может... сходишь со мной на свидание, когда вернёмся в Штаты? — Ну я подумаю... – я делаю вид, что задумалась. – А пока... у тебя ведь есть ключ от моей комнаты? Можешь заходить почаще. — Звучит как предложение, от которого я не смогу отказаться. Я, уже полностью забыв обо всех тревогах, чувствую, как его руки плотнее смыкаются на моей талии и с улыбкой тянусь за ещё одним поцелуем... — Кхм... Мы с Джейсоном синхронно оборачиваемся в сторону звука и видим Ника, который с улыбкой смотрит на нас, сложив руки на груди. Он как-будто повеселел в последнее время, стал меньше загоняться из-за того случая на КПП. Очевидно, Рейчел оказывает на него положительное влияние, и, несмотря на обстоятельства, я все равно рада за него. — Ладно, – я выскальзываю из объятий Джейсона, – я завтракать. Краем уха слышу, как Ник с намеком спрашивает: — Я смотрю, ты не выспался... Едва я захожу в столовую, как ударившие в нос запахи еды быстро напоминают мне о похмельный тошноте. Пожалуй, прием пищи стоит отложить до обеда, ограничусь чашкой кофе. Добыв желанный кофеин, я тяжело плюхаюсь на стул рядом с Клариссой. Вид у нее куда свежее, чем у меня, хоть и немного усталый. Она окидывает меня любопытным взглядом и первым делом спрашивает: — Ну как? — Да не ори ты, – шикаю я, схватившись за голову. — Тогда выкладывай. Судя по тому, как твой Колчек завелся и утащил тебя из зала, мой план сработал? — Ну... да. Ещё как. — Ну и как он? — Сразу говорю: подробностей не будет, – решительно говорю я. – Все отлично, если тебе так интересно. — Ну, рада за тебя. Мне вот повезло меньше. — Ты о чем? — Помнишь того молоденького сержанта, с которым ты танцевала последним? Так вот, он ужасно расстроился, когда ты его отбрила и убежала с Колчеком. Пришлось утешить беднягу. — Серьезно? — Да, и скажу так: ты ничего не потеряла. Представляешь, он полночи искал... — Стоп, я не хочу об этом знать. Кларисса только смеётся в ответ. Знаю, что она специально меня подначивает, такой уж у нее юмор. Я уже привыкла и не поддаюсь на провокации. В столовую заходит Джейсон, и я машу ему рукой, чтобы он побыстрее нашел меня в толпе. Через минуту он присоединяется к нам за столом. Кларисса окидывает его многозначительным взглядом, но тот и бровью и не ведёт, как ни в чем не бывало размешивая сахар в своем бокале. Она тихо смеётся и встаёт из-за стола, сказав на последок: — Приятного аппетита. Проводив ее взглядом, Джейсон с усмешкой косится на меня: — Я так понимаю, твоя подруга уже в курсе всех наших дел? — Ну... –мнусь я. – она сама догадалась. — Надеюсь, в твоём рассказе я хоть не ударил в грязь лицом? Понимаю, что он не из тех, кого легко смутить, а потому этот разговор его только веселит. — И это все, что тебя волнует? — Как раз это меня вообще не волнует. А вот то, что ты ничего не ешь — очень даже. Тут наш разговор бесцеремонно прерывает появление Лизы Найт. Она дефилирует между столами с подносом, как супермодель, и собирает на себе все мужские взгляды. Ну ещё бы, с такими-то ногами. От самых ушей, блин, мне бы такие. Поравнявшись с нами, она мило улыбается Джейсону: — С добрым утром, лейтенант Колчек. А меня игнорирует, вот стерлядь. Джейсон молча кивает в ответ, не отрываясь от еды. На секунду мне кажется, что она сейчас сядет рядом с нами, но слава богу, проходит мимо. Я же сижу, мрачно поджав губы, пока Джейсон не спрашивает: — Все в порядке? — "С добьим утьем, ейтенаньт Койчек", – передразниваю я эту козу. Он секунду непонимающе смотрит на меня, а потом удивлённо спрашивает: — Погоди-ка, ты что – ревнуешь? Я впериваю в него возмущенный взгляд и ничего не отвечаю. Ну конечно я ревную, это же очевидно! Джейсон тоже складывает два плюс два и не может сдержать смех: — Джой, прекращай. Я серьезно. Я, все также поджав губы, вскакиваю с места и почти бегом покидаю столовую. Джейсон тоже завершает трапезу, но задерживается чтобы отнести поднос, включая и мою кружку, к мойке. Он нагоняет меня на уже полпути к моей комнате. — Эй, я же вроде не давал поводов для ревности. — Да? А по-моему вчера вы очень мило ворковали во время танца. — Она сама меня пригласила, отказать было бы невежливо. — Вот именно! Она постоянно на тебя вешается. — Не обращай внимания. Считай, что у тебя бронь. Я возмущённо фыркаю, торопливо открывая дверь в свою комнату. Джейсон заходит вслед за мной и тут же подхватывает меня на руки и кружит по комнате, несмотря на мои возмущённые возгласы, после чего мы вдвоем падаем на кровать. К этому моменту мне уже слишком смешно, чтобы продолжать злиться. Вместо этого я забираюсь на Джейсона и ловлю его руки, заведя их над головой: — Думаешь, отделаешься словами? Мне нужны доказательства. Он легко освобождается из моей хватки, притягивает меня к себе и проводит тыльной стороной ладони по моей щеке. В его глазах сейчас сквозит странное выражение: теплота и серьезность одновременно, от которых у меня почему-то все внутри замирает. — Если ты захочешь, Джой, я буду твоим. Я сама не замечаю, как перестаю дышать от этих слов. Его сердце бьется как бешеное, да и мое, наверно, тоже. А ведь в моей жизни ещё не было настолько трогательных моментов. На глазах выступают слезы, я пытаюсь сдержать их, но две слезинки все же пробегают по щекам. Джейсон вытирает их большим пальцем. — Эй... Я что-то не то сказал? Я мотаю головой и тихо говорю: — Я хочу. Очень хочу. Сейчас я точно это знаю. И с самого начала знала, с того момента как увидела его на входе в Кэмп Слейер. Даже не так, с того момента, как мы были вместе в моей машине на стоянке ночного клуба. Сколько бы я ни пыталась убедить себя, что все это лишь побочный эффект от той дряни, что мы нюхали, это не правда. А если и правда, то мне плевать. Здесь и сейчас, я хочу, чтобы Джейсон Колчек был моим. Но в паре ведь не бывает только "я". И если насчёт себя я уверена, то захочет ли он иметь дело с ходячей катастрофой? Я же сплошное разочарование, просто он пока об этом не знает. — Почему у тебя такой вид, будто есть какое-то "но"? — Просто, ты должен знать, что я вовсе не такая, как ты думаешь. Я жутко невезучая и все всегда порчу. К тому же, в моем прошлом было много... всякого, что может тебе не понравится. — Джой, послушай меня, – Джейсон мягко прерывает меня, – ты не думаешь, что это даже звучит смешно? Хоть я и не знаю о твоём прошлом, но это не значит, что я не знаю тебя. Вот например: ты любишь раздувать из мухи слона, и сейчас именно этим и занимаешься. Вот как ему удается находить слова, которые моментально меня успокаивают? Конечно я знаю об этой своей черте характера, она немало меня в жизни подводила. Но почему-то мне все равно нужно, чтобы кто-нибудь почаще мне об этом напоминал. — Если тебе от этого будет легче, то и я кучу херни творил по молодости. И существенная часть тоже была связана с наркотой. — Ты догадался? — Неужели ты думала, что я поверил в твои сказки про разовую акцию? Ты явно это не первый раз делала, я не настолько наивен. — И ты все равно хочешь быть со мной? – недоверчиво переспрашиваю я. — Ты ведь хочешь со мной? Так что мы, можно сказать, в равных условиях. Может, как-нибудь мы и поделимся историями из бурной молодости, но давай не сейчас. Я слишком хочу поцеловать тебя. Нет, ну я просто не могу не исполнить это его желание, у меня вообще такое чувство, что я уже на все готова рядом с ним. Я тянусь к нему и провожу языком по его нижней губе, он чуть прикусывает его зубами, из-за чего я издаю возмущенный писк. — Эй, нечестно! Он смеётся в ответ и, положив руку мне на затылок, привлекает меня ближе и жарко целует. Его язык смело проникает в мой рот, и я, поддавшись напору, издаю тихий стон. Сильные, горячие руки скользят по моей коже, заставляя меня плавиться от избытка ощущений. Я машинально сжимаю бедра, внизу живота нарастает напряжение... В этот момент Джейсон прерывает поцелуй и легонько ударяет меня пальцем по носу. — А вот с доказательствами придется повременить до возвращения в Штаты. — Ты о чем подумал-то? Я ни на что такое официальное не намекала, если что, – я краснею от его слов. —Поздно, – смеётся он. Я шутливо ударяю его кулаком по груди и утыкаюсь носом в шею, чтобы скрыть смущение. Похоже, его намерения в отношении меня серьёзней некуда, и из его уст это звучит как-то естественно, будто все так и должно быть. Ещё ни одни мои отношения не были... такими. Я даже не знаю, как это описать, настолько непривычно ощущается Джейсон рядом со мной. Он сильный и надёжный, наверно про такое говорят: "Как за каменной стеной"? Это, оказывается, приятно — ощущать себя такой хрупкой рядом с сильным мужчиной. Я лежу у него груди, он поглаживает меня по волосам, и мне невыносимо хочется замурчать. Однако сейчас не время разлеживаться. — У меня дежурство и тренировка сегодня, нельзя подавать плохой пример остальным. И ты на работу не опаздывай, — Джейсон садится в кровати. Я скатываюсь на бок и недовольно бурчу: — Жаль, что нельзя остаться. — Кстати, как там Кинг? – вдруг спрашивает Джейсон, пока шнурует ботинки. — Не знаю, как... обычно? Ну, за исключением того, что сегодня его весь день будет дрючить генерал. А почему ты спрашиваешь? – я тоже встаю и, зевая, начинаю обуваться. — Да так, не бери в голову. Джейсон быстро чмокает меня в губы напоследок и спешит по делам. Я тоже почти бегом направляюсь в зал для брифингов и обнаруживаю, что Эрик с Клариссой уже на местах. Эрик быстро даёт нам вводные на сегодня: побольше молчать, выполнять все его команды, если генерал что-нибудь спросит — отвечать максимально расплывчато и желательно не запинаться. Но оказывается, что он зря переживал, потому что когда генерал появляется в дверях, то сразу становится понятно, что не я вчера больше всех наклюкалась, был у меня достойный конкурент. Только я к местной жаре уже привыкшая, а вот бедолагу совсем развезло. Эрик спешит предложить гостю сесть, тот с удовольствием падает на ближайший стул и достает из кармана платок, чтобы вытереть лоб, с которого градом льется пот. Кларисса выводит на большой экран презентацию, Эрик начинает вещать: много говорит про данные, которыми мы уже располагаем, вскользь упоминает о том, чем мы пока не располагаем, но обязательно будем. Конкретные сроки он не называет, потому что их просто нет, мы сами не знаем, сколько нам ещё нужно времени, но зато в красках живописует, как хорошо всем будет, когда мы завершим работу. Генерал усиленно делает вид, что внимательно слушает, хотя я более чем уверена, что он и на трезвую-то голову ничерта не понял бы, а сейчас и подавно. Он же военный, а не учёный, как мы, поэтому наблюдать за ним забавно. Наконец, Эрик замолкает, генерал осипшим от похмелья голосом заявляет, что ему все понятно и он обязательно передаст командованию, что у нас все под контролем. Мы вежливо прощаемся, и Эрик уходит провожать гостей к вертолёту, а мы с Клариссой выдыхаем и садимся за работу. Остаток дня пролетает быстро. Джейсон тоже занят весь день, поэтому я уже успеваю заснуть, пока жду его вечером у себя. Сквозь сон слышу, как он хлопает дверью и гремит замком, а затем ныряет под одеяло и обхватывает меня руками. Он весь влажный и пахнет мылом. — Ты что, только из душа? — Не могу же я лечь к тебе в постель после спортзала. Его руки тем временем уже жадно исследуют мое тело, очерчивают бедра и слегка сжимают грудь, пробегают кончиками пальцев по спине. Я оборачиваюсь к нему, он придвигается ближе и прикусывает зубами мочку уха, а затем покрывает поцелуями шею. В сочетании с негой после сна это потихоньку распаляет меня, я запрокидываю голову и издаю тихий стон, зарываясь пальцами в его волосы. Он спускается чуть ниже и, задрав тонкую майку, проводит языком по груди, заставляя меня трепетать и выгибаться навстречу в его руках. Я выдыхаю и не отрываясь смотрю, как его губы захватывают сосок и слегка втягивают, играясь и лаская. На мою шею ложится широкая ладонь, следом большой палец проходится по нижней губе. Я с коварной улыбкой захватываю его губами и прикрываю глаза от того, насколько это заводит меня. Джейсон не выдерживает и в секунду оказывается надо мной. Я тихо усмехаюсь тому, как легко его раздразнить, и мне это нравится. Он почти рычит, стаскивая с меня пижамные шорты и нависает надо мной, я обвиваю его шею руками, прижимаясь как можно ближе, чтобы кожа соприкасалась с кожей, сплавливаясь в единое целое. Он впивается в мои губы, так что мы бьётся зубами, и одновременно входит, медленно и неспешно, памятуя о том, что мне дискомфортно чувствовать его сразу, на всю длину. Я резко выдыхаю, смыкаю ноги у него за спиной, и прервав поцелуй, утыкаюсь лбом в его плечо. Он начинает двигаться, наращивая темп с каждым толчком, я прикрываю рот рукой, чтобы не шуметь, хоть и получается не очень. Черт, когда мы уже сможем не сдерживаться? Это ужасно раздражает. Его напор заставляет меня задыхаться, я слегка царапаю его спину ногтями, прижимаю к себе ещё сильнее и уже не могу сдерживать стонов, когда он проникает особенно глубоко. Я чувствую его тяжёлое, горячее дыхание на моей шее, сильные толчки, страсть и жар просто сводят меня с ума, заставляя забыть обо всем и подаваться бедрами навстречу. Джейсон приподнимается и закидывает мои ноги себе на плечи, углубляя толчки ещё сильнее, хотя мне казалось, что это невозможно. Ощущения внизу живота нарастают и доходят до пика. Я вижу, что он уже на грани, но держится до последнего, не желая заканчивать раньше меня. Он напряжённо прикусывает нижнюю губу и зажмуривается, а я, засмотревшись на него, немного сбиваюсь с мысли. Тут он, не выдержав, резко выходит и изливается мне на живот, тяжело дыша и подрагивая всем телом. Он тяжело опирается на руки по обе стороны от моего лица, пока приходит в себя. Потом выдыхает и укладывается рядом. — Блин, не успела, – бормочу я. — Исправим. Его рука проскальзывает между моих бедер, пальцы ложатся на клитор, выбивая стон из моих лёгких. Я кладу свою руку на его ладонь и показываю, как действовать правильно. Он подхватывает мой темп и угол, ласки становятся все смелее, и я откидываюсь на подушку, прикрыв глаза. Джейсон покусывает мою шею, обдавая ухо горячим дыханием, и шепчет на ухо: — Мне охереть как хорошо с тобой. Блин, ну вот опять, этак же и сердечко встать может, а внизу живота все просто сводит от возбуждения. Я уже не могу сдержаться и извиваюсь всем телом, рвано дыша, и мечтая о желанной разрядке. Джейсон внимательно следит за моей реакцией и понемногу наращивает темп, вынуждая меня прикусить тыльную сторону ладони, чтобы не сорваться на крик. Наконец, наслаждение достигает пика и я выгибаюсь всем телом, крепко зажмурившись и свожу колени, пока оргазм растекается по телу, до кончиков пальцев. Клитор становится слишком чувствительным и я перехватываю руку Джейсона, давая понять, что нужно остановиться. Немного придя в себя, я переворачиваюсь на живот и спрашиваю: — Сходим завтра пострелять? — Боюсь, не получится, – Джейсон лежит на спине, подложив руку под голову. – Завтра мы с ребятами летим проверить одно место. Это не с хим.оружием связано, там другое. От этой новости я резко приподнимаюсь на месте, чувствуя как от страха моментально участился пульс. — Мне это не нравится. Это же наверняка опасно? – я с беспокойством всматриваюсь в его лицо. — Это моя работа, – пожимает плечами он. — Я понимаю, но... – мой голос дрожит и срывается. — Эй... – он с улыбкой смотрит на меня на меня. – Не бойся, я вернусь. Вот как мне не бояться? Сейчас, когда мы наконец выяснили отношения, потерять его будет невыносимо, одна мысль об этом приводит меня в панику. Нет, я и раньше понимала, что он военный, что даже здесь, в Кэмп Слейер, мы находимся в постоянной опасности, ведь на базу могут напасть. Но все же наша база укреплена и маловероятно, что тут что-то случится. А вот там, куда он отправится... — Почему ты вообще пошел в армию? – в отчаянии спрашиваю я. — Честно? Чтобы не сторчаться. Я удивлённо смотрю на него. Обычно на подобные вопросы все начинают патетические речи о патриотизме и защите родины, а он вот так просто говорит, что не преследовал никаких высоких целей? — Если тебе интересно, я долго пытался завязать, но все безуспешно. Каждый раз обещал себе и родным, что больше не буду употреблять, и каждый раз срывался. Даже тем, кто тебя очень любит, рано или поздно надоест терпеть твое враньё, не так ли? Родители не выдержали первыми, просто указали на дверь, и тогда я ушел в марафон на неделю. Я даже о том, что случилось с башнями-близнецами, не сразу узнал. Довел до того, меня бросила моя девушка — последний человек, которому было не плевать. Я слушаю, затаив дыхание. Такое рассказывать непросто, но если человек хочет рассказать, то его нужно выслушать. И, если честно, такие моменты гораздо интимнее и откровеннее, чем самый разнузданный секс, потому что делиться болью гораздо сложнее, чем делиться удовольствием. — Вариантов оставалось немного, – Джейсон продолжает с горькой ухмылкой, – либо выпилиться, либо пойти в армию и заняться делом, стоящим делом. Я все ещё метался между этими вариантами, когда пошел вечером в бар, чтобы хорошенько напиться. Тут я зажимаю рот руками и шокировано распахиваю глаза, поняв, о чем он говорит. — Черт... серьезно? –я не могу поверить своим ушам. — Да, это был тот самый вечер. Ко мне подсела симпатичная девчонка и предложила приятно провести время, – Джейсона же насмешила моя реакция. – А когда ты достала пакет с дурью, я вдруг понял, что не смогу отказаться. Ни в тот момент, ни в любой другой. В общем, на следующий день я пошел и записался добровольцем. Я полностью оцепенела от шока и не могу прийти в себя, глядя в точку перед собой. Я ведь просто хотела повеселиться с парнем из бара, и даже подумать не могла, чем это может обернуться. Получается, своей выходкой я могла ему жизнь сломать... — Ты чего так посерьезнела? – Джейсон ловит мой взгляд. – В итоге ведь все хорошо сложилось. Или ты не согласна? Я медленно перевожу на него взгляд. Как он может так легко к этому относится? Кажется сегодня мне уже не уснуть, меня слегка потряхивает от нервов. — Только не начинай загоняться из-за этого, хорошо? Или я начну жалеть, что рассказал тебе. — Не нужно, – тихо говорю я. – Просто я растеряна и не знаю, как к этому относиться. — Как к любому другому событию, которое уже в прошлом. К тому же, я сам виноват во всем, что со мной случилось, ты тут не при чем. Но сейчас у меня чувство, будто мне наконец выпал шанс все наладить. И я планирую не упустить его, Джой. Я вижу, что он начинает засыпать. Такие разговоры отнимают много сил, по себе знаю. Его дыхание выравнивается, кончики пальцев слегка подрагивают — индивидуальная реакция при засыпании. Я же смотрю на его спокойное лицо и пытаюсь прийти к равновесию после всего, что он рассказал. Когда-нибудь и я расскажу про все то дерьмо, которое со мной приключилось, а там истории тоже невесёлые. Но, с другой стороны, когда встречаются двое людей с невесёлыми историями, они как никто могут понять боль друг друга. И, если повезёт, исцелить эту боль. И я очень надеюсь, что именно так будет и с нами.