Часть 51.Суд. часть 5 . Другой путь

***

            Питера на следующий день уже не было в суде. Амбридж забрала его к себе отдед образования и запихнула в архив. Как оказалось давно забытый... Как только его ввели в это место, Петтигрю подумал: лучше бы уж ферма… Комната, увеличенная с помощью магии, была просто гигантской. В ширину и длинну... Бесконечные полки уходили вглубь, конца и края не было видно. Всё было в беспорядке. Листы вылетали из папок, папки валялись где попало, пыль висела в воздухе тяжёлыми облаками. — Это…? — Питер не нашёл слов. Работы тут было не на полгода — на год, а то и больше. Он закашлялся, пыль вызывала чихание. Миссис Амбридж была довольна. Очень довольна. — Это ваше место работы, мистер Петтигрю. Можете не торопиться — вам спешить некуда, — сладко пропела она. "Вот язва", — промелькнуло в голове у мужчины. Вечером Питер всё ещё не мог прийти в себя. Он переезжает. — Гарри? — заметив приближающегося парня, он привстал. — Я… — Вы доказали, что можете измениться. Всё по воле Магии, — спокойно сказал Генри. — Но я получил бумагу. Вас назначили в архив Министерства под руководством мисс Амбридж. — Я уже видел… — Питер поморщился от боли. Но Амбридж всё же выделила ему маленькую комнату — крохотную, со всем необходимым. Организовала даже зарплату. — Вы теперь сотрудник Министерства, — подчеркнула она. — Всё будет зависеть от вас, мистер Петтигрю. Делать было нечего. В первый же день он нашёл стол, заваленный кучами бумаг. Некоторые датировались XVIII веком. На столе лежал толстый журнал с надписью *Учёт* с колонками и приказ: Разобрать. Пересмотреть. Сделать опись. Рядом — толстые перья и чернильницы. Питер вздохнул. Он впервые понял, что такое "архивная крыса". *** Удивление Поттера было велико, когда он снова увидел «розовую жабу». То, что она была в розовом, не удивило. Но вот её профессионализм… «Неужели она всегда была такой? — подумал он. — Или в Хогвартсе ей действительно повредили рассудок?». Или они не замечали... Долорес Амбридж в отделе была совершенно другой. Холодной. Расчётливой. Компетентной. Оформляла бумаги быстро. Передала всё Генри, тонко намекнув, что Питер теперь под её опекой. Петтигрю слегка скривился, узнав свою судьбу. Но… По крайней мере, не ферма. Хотя… Он ошибался. — Хорошо, — сказал он сдержанно. — Я бы хотел повидать мать. Она живёт в магловском мире. Я давно её не видел. — Думаю, с этим не будет проблем, — ответила Амбридж. *** Через несколько дней Питер, с разрешения начальницы и браслетом Министерства на запястье, аппарировал в магловский мир. Суд шёл. Дом на Гриммо был пуст. Небольшой домик, огородик, старый забор. Питер подошёл к двери и постучал. Шуршание. Замок. Скрип. На пороге появилась женщина с тёмной косой вокруг головы. — Кого вам нужно? — спросила она. — Мама… — выдохнул он. Кареглазая женщина отступила в дом. Она не могла поверить. — Питер? Сын… — Прости. Я… Я заблудился… Он не успел договорить — женские объятия поглотили его. — Ты вернулся! — прошептала она. Питер впервые за долгие годы дал волю слезам. — Миссис Петтигрю? — сзади послышался женский голос. Он отстранился от матери и увидел девушку: голубые глаза, личико сердечком, светлая прическа каре на голове. Молодая женщина разглядывала мужчину. Улыбнулась. — У вас гости. Я пойду. Если что, миссис Петтигрю, я на связи. — Питер, познакомься, это Анна. Она помогает мне по дому. А это мой сын, — добавила мать. Питер понял: Анна — маггла. Он не чувствовал в ней ни капли магии. — Очень рад. Питер. — Анна, — ответила девушка. Она подошла ближе. Оказалась выше его на голову. Ему пришлось выпрямиться, поднять подбородок, расправить плечи. Её грудь оказалась почти у его носа. Он покраснел. Девушка тоже опустила взгляд. Заметила его реакцию. Лёгкий прищур голубых глаз. — Мистер Петтигрю… — с легкой улыбкой сказала она. Их взгляды пересеклись. Архивный сотрудник поспешил отступить. Сцена не укрылась от внимания матери. Сара Петтигрю вспомнила молодость… и отца Питера. Именно тогда она узнала о магическом мире. Она подписала контракт о неразглашении. Она была счастлива. У неё родился сын. Её не пугала анимагическая форма мужа. Гибель мужа. Уход сына. Долгие годы ожидания. Наведения, гадания, предчувствия. Она знала — он на той стороне. И всё равно решила ждать. И вот… он вернулся. Анна была девушкой из социальной службы. Она помогала пожилым людям на их улице. С Сарой Петтигрю они познакомились, когда миссис Петтигрю стало плохо, и соседи вызвали скорую помощь. Работая кассиром в ближайшем магазине, Сара не отказалась от помощи. Теперь, глядя на своего сына, Сара с удивлением замечала, как сильно он изменился. Он неловко здоровался, словно не знал, с чего начать. Анна, почувствовав атмосферу, тихо удалилась, не мешая воссоединению матери и сына. Мать и сын долго разговаривали. Питер рассказал, что теперь работает в архиве Министерства, но о наказании умолчал. Ему было стыдно. На рассвете он вернулся в Магическую Британию. Пройдя по пропуску, вошёл в здание архива. Открыв дверь, бывший мародёр поднял палочку . Купил в переулке. Он потерял старую, но новая слушалась его прекрасно. — Для начала… уберём пыль, — пробормотал он с ухмылкой. Взмах палочкой, и столб пыли исчез, растворившись в воздухе. *** Андромеда встала со своего места. Зал замер. За последние дни Рита Скитер опубликовала длинную статью с колдофото. Заголовок кричал о сенсации. — Я вызываю нам место подсудимого, Альбуса Дамблдора, — произнесла она. Рядом со стариком было уже пусто. Двое авроров ввели бывшего директора Хогвартса. Его усадили на стул, а запястья защёлкнулись в антимагических наручниках. Магия зала не дала сопротивляться — всё подчинилось закону. — Я слишком стар для всего этого, Гарри, мой мальчик… — произнёс он устало. Но Генри даже не дёрнулся. Ни один мускул не дрогнул на его лице. Он бестрастно наблюдал. — Ваше имя? — строго спросил Фадж, стукнув молоточком. Призывая к тишине. — Альбус Дамблдор. — Полное имя! — настаивал министр. — Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор. — Адвокат Тонкс, вам слово, — сухо кивнул Корнелиус. Он нарочно игнорировал взгляды заключённого. Сегодня в зале также присутствовал Барти Крауч-старший. Он сидел рядом с Амбридж и рассматривал с ней бумаги, явно не относящиеся к текущему делу. — Вам знакома эта записка, мистер Дамблдор? — Андромеда вынула из папки клочок пергамента. И вышла из за стола. Элегантный и строгий костюм и мантия. Высокая прическа. На нём был почерк Альбуса, подтверждающий, что он передает опеку над Гарри Поттером, оставляя его в доме магглов. Магия посчитала их опекунами. Альбус не мог солгать. Магия этого зала не позволяла. — Да. Её написал я, — признался он. В зале вспыхнул гнев. Шёпот, возгласы, шорохи. Фадж ударил молоточком, восстанавливая порядок. — Зачем вы это сделали? — холодно спросила Андромеда. Она была, как скала — непоколебима, точна и неумолима. В ней говорил разум и долг. — Мальчик должен был вырасти вдали от магии… в маггловском мире, — попытался объясниться Альбус. — Вы знали, что он последний из рода? Что он — наследник Поттеров? — Да, — выдавил Дамблдор, кривясь. — Почему вы не отправили его в чистокровную семью? Малфой? Блэк? или Другую . Почему только магглы? — Он должен был быть не испорчен магией до одиннадцати лет… он не должен был о ней знать. - Вы хотели, что бы мальчик вырос слабым магом, без поддержки рода? - Да. В зале началась шумиха. Блэк ели себя сдерживал, что бы не накинуться на старика. На его плечи положили руки. — Уважаемые судьи, — Андромеда продолжала не дала Альбусу говорить, — я вызываю в качестве свидетеля Марибэт Гарсинс. Сотрудницу отдела опеки и попечительства. Женщину, подписавшую бумаги об опекунстве Гарри Поттера Альбусу Дамболдору. Но магия решила по другому. — Пригласите, — кивнул один из судей. Её ввели. Посадили на соседний стул. Антимагические наручники защёлкнулись с глухим щелчком. — Ваше имя? — Марибэт Гарсинс. — Альбус Дамблдор был вашим непосредственным опекуном во время вашего обучения в Хогвартс ? — Да. — Вы поддерживали его взгляды на необходимость "очищения" мира от чистокровных волшебников? — Они — зло, — твёрдо произнесла женщина. — Почему вы так считаете? — Они забирают всё, подавляют, топчут остальных. — Поэтому вы пошли на преступление против Магии и законов, подписав фиктивный приказ о передаче опеки Альбусу Дамблдору? — Он знал, что делает… — Скажите, вы навещали мальчика за одиннадцать лет? — Это должен был делать опекун. — Но вы были ответственны не только за Гарри Поттера, но и за других детей. Вы пренебрегли своими обязанностями. Андромеда сделала паузу. — Думаю, этого достаточно для приговора. Магия всколыхнулась. Вихрь пронёсся по залу. На стол судей лег свиток. Фадж ударил молоточком. Тишина. — Марибэт Гарсинс. За пренебрежение обязанностями, повлёкшее нарушения судебных решений в течение десятков лет… вы приговариваетесь к пожизненному заключению в Азкабане. Стража Азкабана немедленно подошла. Заключённую увели. Альбус остался сидеть. Его взгляд остановился на мальчике, которого он однажды назвал Избранным. Гарри даже не посмотрел в его сторону. — Миссис Тонкс, вам слово, — прозвучал голос судьи. — Я вызываю следующего свидетеля. Томаса Марволо Реддла. Также известного как… Волан-де-Морт. По залу прошёл гул, шёпот, напряжение. Из кресла рода Мараксов встал мужчина. Он совершенно не походил на ту карикатуру зла, которую рисовали в страхе. Он выглядел нормально. Прямо. Даже спокойно. Но все вспомнили, что это — воля Магии. И лгать здесь невозможно. — Том, мой мальчик… ты изменился? — хрипло пробормотал Дамблдор. Реддл сел. Наручники сомкнулись на его запястьях. Он не взглянул на Альбуса. Ему нечего было бояться. Он уже давно искупал вину. Гарри помог ему найти другой путь.**