Часть 53. Суд. Часть 7 . Преступления и наказание... И новые проблемы?

***

Геллерт Гриндевальд, первый Тёмный Лорд. Считался погибшим, а на самом деле… На нём была обычная домашняя одежда. Нурменгард стал его тюрьмой — собственный дом. За столько лет он слонялся по тёмным коридорам, пока в один момент его не закинули сюда. В зал. Знакомый. С незнакомыми лицами. Палата Лордов и Возегельмонт. Узнал. Но ещё он узнал соседа. Альбус? Отрастил бороду, уже нет той рыжей шальной шевелюры. Геллерт читал газеты — как изменился мир. И его старый друг приложил к этому свою руку. А ведь они искали, мечтали изменить мир… но к лучшему. Тяга уничтожить чистокровных, хотя сам был из древнего рода. Идти против Магии. Мужчине не надо было говорить, кто перед ним. Белокурая женщина-адвокат зачитывала обвинение. Поттер? Род Поттеров имел дар. Один или все. Это тигр — они тоже обсуждали. В один момент он понял: его друг стал другим. Но было поздно. Они сразились. Геллерт признал поражение, и его заперли на долгие десятилетия в собственном доме. Род Гриндевальд был древним, но у него не было детей. Род прервётся на нём. Мысли были в голове долгие годы. Домовики слушались его. На нём была печать. Где только достал? И Дамблдор вышел победителем. Смеялся долго, когда увидел в газете, что он считается тёмным Лордом и погиб. А тут на — Магия решила его вывести в свет… Но ещё у него не было вокруг шеи «ошейника». Он свободен. Слава Магии. Шок на лицах. — Мой старый друг, думал меня убрать, и никто не узнает? Геллерта пригласили на место свидетеля. Другие два участника уже были на своих местах. Том и остальные знали — им тоже предъявят приговор. — Ваше имя? Мужчина в мантии свободного кроя. — Геллерт Гриндевальд. — Что вы можете сказать дополнительно? — У Альбуса была мечта заполучить Дары смерти, — отвечал узник Нурменгарда. — То есть те легендарные Дары, о которых говорят в сказках? — Но это не сказки. Долгие годы мы искали их, по крупицам собирали информацию. — Когда это началось? — Мы были молоды, и случилась трагедия — гибель сестры Альбуса. — Не смей о ней говорить! Альбус закричал на Геллерта, дёрнулся, но наручники сжали запястья. — Но мы знаем, что девушка погибла от ваших рук. — Нет, это была чистая случайность. Она не контролировала свою магию. Но почему-то я остался виноват, и я ушёл. Потом я стал врагом Магической Британии. А Альбус всегда хотел уничтожить чистокровных. За то, что они посмели смеяться над его сестрой. Последние слова были ударом. — Но ведь род Дамблдоров тоже чистокровный. Прошёл шёпот по залу. — Это серьёзное обвинение, — проговорил министр. — Но Магия ничего не сделала. Значит, это правда. — Где вы были всё это время? — продолжала Андромеда, когда всех призвали к тишине. — В Нурменгарде. Альбус сделал так, что якобы я погиб. Но меня заперли там. По воле Магии я здесь. Зал замер. Тягучее состояние напряжения. Всё, что говорил Альбус долгие годы, было ложью? Всё, что он делал, было против народа? Чистокровные ведь — неотъемлемая часть Магического мира. Законы Магии непоколебимы. Но Альбус шёл к своей цели. Как сумасшедший фанатик. Лекари подтвердили прямо в зале суда: Альбус Дамблдор в своём уме. После допроса свидетеля Геллерта проводили на скамью. Дамблдор остался. Альбус был центром вселенной и зала суда — Суда самой Магии. Его действия имеют свидетелей. Просчитался. Но это ещё не конец. Сидел расслаблено, словно всё — он вышел победителем. — Уважаемые судьи, у нас есть воспоминания, где говорилось, что на первых курсах в стенах школы были замечены тролль и цербер. Что вы на это скажете, мистер Дамблдор? Вы подвергли опасности юных неопытных волшебников? Адвокат Тонкс была в ударе. Женщина задавала вопросы и доставала бумаги из папки. — Не имею понятия, — опроверг Альбус. И в тот же миг он задохнулся — вокруг шеи появилась удавка. Ложь. У взрослых, у которых дети учились в школе, пробежал страх по позвоночнику. Этот человек подверг детей опасности. — Вы решили сделать испытания для Гарри Поттера? Вопрос — ребром. Голубые глаза нашли зелёные. «Щенок» — прозвучало в голове. — Мне нужно было знать, готов ли он взять на себя ответственность за миссию. — Миссию? То есть то пророчество? Фадж свёл брови на переносице, и все разом посмотрели на ребёнка. Как такой мог победить тёмного мага? Привести Свет. — Именно. На стол легли показания самого Поттера: с троллем и цербером, зал с шахматами и зеркалом. Пергамент, подтверждённый гоблинами. Показания мисс Фигг. Воспоминания самого Поттера в тот вечер в доме Снейпа, показания Снейпа в школе — признаны действительными. Также было сказано, что Дамблдор водил за нос весь Совет попечителей, Министерство, Отдел финансов и Отдел образования. — Мистер Дамблдор, вы приказывали убить магловских родственников мистера Поттера, используя для этого Аластора Муди? Тех самых, к которым вы и отправили мальчика, моего подопечного? — Он должен был мне подчиняться, — слова брошены в тихий зал, и всё... опять можно резать ножом. — Вы все должны ползать у моих ног, жалкие червяки. Я — Свет против Тьмы. Пора идти в будущее. И вам там не место. Многие подскочили, кто-то гневно закричал. — Тишина! — вновь взял слово Фадж и отпил воды. — Альбус Дамблдор, вы признаёте, что намеренно решились уничтожить жителей Англии ради своих целей? Что было бы, если мистер Поттер всё-таки победил Тома Реддла? — Он выполнил свою миссию. Пусть падёт один, чем тысячи. — Кто вам дал право решать такие вещи? — Кто, как не я? Англия утонула в своих традициях. Нужно идти в будущее. Объединение с магловским миром — лучшее решение. — Вы понимаете, что вы говорите? — Вполне. — Адвокат Тонкс, вам есть что добавить? — Нет, сэр. Андромеда села за стол. Все бумаги — нет. Осталось решение. — Судьи? Корнелиус обернулся к коллегам. За всё время суда они слушали и читали документы. — Нет. — Значит, выносим приговор. Как только он это сказал — зал замер в ожидании. По залу прошлась знакомая волна, и на стол легла бумага. Фадж поднялся и развернул свиток. — Альбус Персиваль Дамблдор, за ваши действия против народа Магической Англии, против Магии, ваши действия признаны причинением вреда магическому обществу. Вы — виновны. Приговор: Поцелуй дементора, исполнить немедленно. В зал вошли те же люди и вывели бывшего директора. Но Гарри почувствовал на себе взгляд... и улыбку в уголках губ. Это обескуражило. Это насторожило. Мальчик не дурак. По позвоночнику прошёл холод. «Госпожа?» — мысленно обратился. Они давно не общались. Неужели старик что-то задумал? Он на шаг впереди? *** За закрытыми дверями дементоры окружили жертву. Дамблдор усмехнулся. — Приятного, твари. Он захрипел. Пара минут — и его душа покинула тело. Фадж стукнул молоточком, призывая к тишине. *** — Приговор приведён в исполнение. Но Поттер не разделял ликование общества. Это ещё не конец. Он поднялся и вышел. *** Сириус Орион Блэк вздохнул, когда вышел из зала суда. Он выдохнул, потому что он — свободный человек… Чувство заскребло в душе. Рядом шёл его крестник. Мальчик поджимал губы и хмурил брови. — Гарр… — не договорил. Воздух наполнился ароматом духов. Её! Он узнал их. Её любимые. Развернулся, как послушная марионетка. И увидел чёрные колдовские очи, дерзко смотрящие на него. Оба остановились. Оба смотрели друг на друга. Вокруг мир перестал существовать. — Мистер Блэк. Женский голосок полоснул по нервам, полоснул по давно забытому шраму на сердце. — Миссис Забини, — поклон. Но чёрные очи загорелись пламенем. Поджатые идеальные губки. Женщина изящной походкой ушла, сделав жест рукой. Но Сириусу было видно. Он понял. Он увидел. Его! То, что он когда-то подарил. Кольцо, сделанное им же для неё. Кольцо с крупным топазом. В душе поднялась буря. Хотелось догнать, схватить, прижать, зацеловать… — Ну всё, похоже, Сири уже не с нами. Немного усмехнулся крестник — впервые Поттер со стороны увидел, как взрослый мужчина прямо на глазах становится мягким. Ведьмы... — Мистер Поттер? Из-за толпы раздался голос. Гарри развернулся и приподнял бровь. Перед ним стоял мужчина-блондин и улыбался. Что он тут делает? — Профессор? Том Реддл внимательно наблюдал за новым участником. Гарри рассказывал о необычном профессоре, который чувствует магию артефактов — особенно очков. Даже портреты Поттеров и Блэков заинтересовались. Такой дар — редкость. После казни Дамблдора настала очередь выслушать приговор Тому и его бывшим Пожирателям. Долохова прямо в зале суда отправили в Магическую Русь. Остальным, из-за раскаяния, предстояло помогать обществу — хотя сокровища с их сейфов были изъяты во благо обшесву. Фадж уже покинул зал, шепнув, что ждёт подтверждения планов. Где-то сбоку Рита брала интервью… — Мистер Поттер, можем поговорить? — Лонкост, в яркой малиновой мантии, выделялся из толпы. — О чём? Гарри насторожился. Он пытался вспомнить, не сделал ли чего-то лишнего. Или этот человек — очередной прихвостень Дамблдора? На кого он работает? — Мы могли бы пройти в кабинет? — Он никуда с вами не пойдёт без меня, — раздался голос Сириуса, неожиданно близко. — Я его опекун, и без моего согласия разговоров не будет. Блэк встал перед крестником, заслоняя его — хотя прекрасно знал, что Гарри сам мог защитить кого угодно. — Хорошо. Прошу за мной. — Хм… мне тоже интересно, — спокойно вставил Реддл, присоединяясь. Он велел своим сторонникам ждать его в Блэк-хаусе. — Мистер Реддл, рад познакомиться лично, — Лонкост учтиво кивнул, но взгляд его то и дело возвращался к Поттеру. Они зашли в лифт. Четверо. Лонкост нажал кнопку. — Отдел Тайн? Генри усмехнулся. Ну, конечно. Только туда. Отдел, про который даже министр не знает, кто на самом деле там главный. — Вы очень интересный молодой человек. — И я привлёк ваше внимание? — сухо ответил Поттер. Он хотел провести вечер с друзьями. Переварить всё, что узнал. Составить план. Отдохнуть, в конце концов. Но нет… Ему снова не дадут даже вздохнуть спокойно. А он ведь ещё совсем молодой. У него столько дел... Лифт остановился. Они подошли к массивной двери кабинета. Лонкост жестом пригласил внутрь. Поттер, не заходя далеко, взмахом руки наложил купол тишины — чтобы ни один слух не вырвался наружу. Были обнаружены следяшие чары. — Так зачем я понадобился Отделу Тайн? — произнёс он, оставаясь у двери. — Мы предлагаем сотрудничество, — с лёгкой улыбкой ответил Лонкост, будто это был дружеский визит. Но Гарри усмехнулся по-своему — холодно, сдержанно. — Нет, — отрезал юный Лорд и потянулся к ручке двери. Его отказ стёр с лица профессора тень улыбки. Нужно было действовать. Быстро. Пока не ушёл. — Может, всё-таки подумаете, мистер Поттер? Генри резко развернулся. Нахмурился. Он почувствовал угрозу?