Часть 1

В готическом зале без съёмочного оборудования было непривычно пусто. Ещё более непривычно, что в его центре по кругу стояло пять кресел, а между ними — столик, тот самый, с которого победители «Битвы экстрасенсов» забирали статуэтку в виде руки. Правда, в этот раз он был… нет, не пуст. На столе лежали лист бумаги и плотный белый незапечатанный конверт. Экстрасенсы, хотя их никто и не координировал, зашли в зал строгой шеренгой, прямо как на съёмках проходки — натренировались за столько месяцев-то. — Господа экстрасенсы! — Марат Башаров, настолько сросшийся с готическим залом за время участия в шоу, что, казалось, он и вовсе не покидал особняк Стахеева, широко улыбнулся пришедшим. Пришедшие нервно вздрогнули и невольно попятились. Когда у их ведущего случались приступы вот такого настроения, съёмку можно было охарактеризовать одним-единственным ёмким словом — пиздец. — Прошу, занимайте места согласно купленным билетам. Занимайте-занимайте, пока мы не решим вопрос, никто домой не уйдёт. Настороженные мужчины — а сегодня из состава «Битвы сильнейших» присутствовали только представители этого пола, — кое-как расселись. Кое-как — потому что с виду субтильный Шепс-старший умудрился опрокинуть кресло Гецати, причём аккурат тогда, когда тот собирался сесть. Пока поднимали Гецати, пока Череватый с Матвеевым и младшим Шепсом втроём ставили кресло на место, пока втроём же отдирали руки Гецати от шеи Шепса-старшего, пока оттаскивали Шепса-младшего, чтобы он не запинал Гецати… — Господа экстрасенсы, я всё понимаю, никому не хочется, но смею напомнить: согласно контрактов смерть не является уважительной причиной для неучастия в шоу. Тем более, ваша смерть. Медиумов и чернокнижников у канала достаточно — и связь установят, и душу обратно призовут, так что давайте уж как-нибудь на добровольных началах. Ответом Башарову послужил, как ни удивительно, дружный страдальческий вздох. — Марат, ну ладно мы все, — обвёл рукой круг из экстрасенсов Матвеев, — а вас-то за что? — А я, Дмитрий, тут, потому что кто-то должен проконтролировать, чтобы вы друг друга не убили и не разрушили особняк. Илья с Андреем боятся, а Веру жалко. — Марат Запашный, — обнажил клыки в улыбке старший Шепс. — Вы не завидуйте, Александр. У меня фактически вторая профессия имеется. Вот уволят с канала, пойду с тиграми работать, после вас не страшно. — Так, всё, проехали. Мне другое интересно, — Олег выдержал паузу и ткнул пальцем в сидевшего через два кресла Влада Череватого, — он что тут делает? Он же женат! «Он» довольно оскалился: — Женат, счастлив и имею регулярный секс в отличие от некоторых. Не парься, Олег, потеряешь ты когда-нибудь девственность, только не на «Невесте». А Толику когда такой шанс завести пару представится? — Да сколько можно говорить, я не девственник! Я люблю секс, пожёстче люблю и… — Ой, то, шо ты в альбомах Вконтакте всякие соответствующие картиночки сохраняешь, ещё ничего не значит. Может, ты так на будущее запоминаешь, чтобы попробовать. В этот раз кресло Влада поднимали вдвоём — на помощь Гецати пришёл Башаров, пока Александр прикладывал неизвестно откуда взявшийся в особняке лёд к затылку брата, а Матвеев — к брови Череватого. Поставив на место столик и вытащив из угла зала улетевший туда конверт, Марат в который раз задумался, что шоураннеры «Битвы» всё-таки не до конца проработали концепт нового проекта. По крайней мере, приглашать на выбор потенциальных женихов для «Невесты для экстрасенса» это сборище истеричек вряд ли было хорошей идей. — Саш, — подал голос Дима, как когда все снова заняли свои места, — а ты чего тут? — Маме нужны внуки, — горестно вздохнул тот. Рядом точно также горестно вздохнул Олег. — Мама Шепсов — это серьёзно, — вполголоса пробормотал Константин, передёрнувшись. — Ну что же, давайте решать. — Марат хлопнул в ладоши, надеясь как-то призвать своих подопечных к порядку. Лучше бы и вправду вместо экстрасенсов были тигры, толку было бы больше. — Раньше решим, раньше выйдем. Всё равно чьё-то имя в конверт положить придётся. — Давайте тянуть жребий. — Ты нам ещё на камень-ножницы-бумага предложи разыграть эту тяжкую участь, Константин Леопольдович. — Или в бутылочку, а-ха-ха! — Влад, вам давно в глаз не прилетало? — участливо поинтересовался Башаров таким тоном, что экстрасенсы, вновь вздрогнув, принялись озираться в поисках скрытой камеры. — Давайте просто спросим, кто хочет, а кто нет, — продолжил играть роль голоса разума Матвеев. — Лично я не хочу. Не верю, что на таких реалити можно найти свою любовь. — Я тоже, — быстро вставил Олег. — Не говоря уже о том, что это полная чушь и позорище. — Ладно, как предложил Дима, голосуем. Итак, внимание: кто не хочет участвовать в «Невесте для экстрасенса»? — Марат подавил нервный смешок, увидев взметнувшиеся руки. — Какое поразительное у вас единодушие. Всегда бы так. Все пятеро экстрасенсов исподлобья зыркали друг на друга. Провальный первый тур голосования означал, что их мукам предстояло продолжиться. — А кто хочет? Влад, вы же только что против были. — Так я и сейчас против! Вы представляете, какой пиздец меня дома ждёт, если я на «Невесту» попаду? Это вторая рука, за Толика. — Решено, в «Невесте» участвует Толик! — провозгласил Александр, хлопнув по подлокотникам своего кресла и вставая. — Всем спасибо, все свободны! — Погодите, Александр, Толик контракта с каналом не подписывал, значит, и сниматься не может. Старший Шепс, обиженно нахохлившись, сел обратно и скрестил руки на груди. Олег, перегнувшись через кресло, успокаивающе погладил его по спине. — Давайте отправим того, кого не жалко! — озарило Череватого. — Александра! — Константина! Противники — Шепс-старший и Гецати ещё и сидели лицом к лицу, — синхронно фыркнули и отвернулись друг от друга. — Не проканало… — огорчённо протянул Влад. — Тогда кому нужнее. — Константину. — Александру. — Кто смотрибельнее? — с азартом подключился в эту игру Олег. — Александр, — после короткой заминки самодовольно протянул его старший брат, на что Гецати нахмурился. — Константин. — Константин, вы как-то отстаёте, — усмехнулся Марат, которого позабавила эта перепалка. — Давайте поднажмите. Кто мужественнее? — Константин, — быстро произнёс тот и торжествующе улыбнулся, потому что «Александр» прозвучало на пару секунд позже. — Кто пиццу на всех оплачивает? — позвал Матвеев. — Константин… Что? — Отличный план, Димон! — хохотнул Олег и потянулся дать приятелю пять. Александр, откинувшись на спинку кресла, согласно покивал. — В этот раз, Кость, я тобой даже спорить не буду. Сказал — оплачивай. Дима, мне с тунцом. — С креветками! — Шепсы у нас по морепродуктам, значит, отрываются. Мне с пепперони, а Толику — чтобы чили было обязательно. — Мы тут меньше часа, вы что, уже все жрать хотите? — Фу, где твоё воспитание, Константин? Веди себя, в конце концов, как мужчина, держи слово. Ты чему меня учил всю «Битву»? — Правда, Константин, то, что мы всего ничего здесь сидим, не означает, что мы быстро и управимся, — развёл руками Марат и вздохнул. — Похоже, это будет долгая ночь. Дмитрий, добавьте в заказ «Четыре сыра», пожалуйста. — Да чтоб вас всех… — сквозь зубы пробормотал Гецати, доставая кошелёк. В ожидании заказа экстрасенсы успели отмести ещё несколько вариантов выбора несчастного «жениха», как то: вытаскивание бумажки с именем из шляпы (шляпы не оказалось даже у Александра, хотя на него и была надежда), выбор по пламени свечи (пожарная сигнализация сработала все три раза), гадание на картах (Ларионов категорически отказался приезжать) и звонок другу (телефона Тины Канделаки ни у кого не было, а Башаров и Шепс-старший предпочли промолчать). — Что мы с вами рассуждаем? — начал Олег, когда все распределились по местам, но уже держа на коленях по коробке пиццы, а Череватый — сразу две. — У нас с финалом… — Олеж, сколько можно тебя учить! Не говори с набитым ртом, прожуй сначала. — … случилась несправедливость. Человек, занявший четвёртое место, в финал не попал. Давайте это исправим, пусть на «Невесту» идёт Константин. — Ни за что! — воскликнул тот, подорвавшись с кресла, и чуть не уронил пиццу на пол. — Да почему нет-то? — ехидно протянул со своего места Александр. — Ты у нас... как это? Брутальный. Мужественный. Женщины за шестьдесят таких любят. Ну, а то, что изменяешь направо-налево, так, опять же, девушки таких любят исправлять. — Он прицокнул языком. — Соглашайся! Сценарий тебе напишут, закачаешься! — Сейчас ты у меня закачаешься. Сам иди на эту хрень! — Э, нет, я пас. Я не собираюсь на всякий кринж распыляться, я ещё каналу пригожусь. — Что такое «кринж»? — тихо спросил Гецати, наклонившись к Матвееву, и тот, вздохнув и закатив глаза, всё-таки объяснил. — Марат, ну, в самом деле, это же испанский стыд в квадрате, — обратился уже к тому Шепс-старший. — Экстрасенсы в любовном реалити! Да кто там ни окажется, его обстебает вся страна! Мы что, вместо роз конверты будем выносить? Или из багажника девчонок доставать, как народ шутит? А главное, неужели кто-то думает, что на это шоу придут нормальные девушки, чтобы строить отношения? Будут опять скандалы, истерики, кривляния, хлопанье дверьми… — Тебе не впервой изображать отношения на камеру, Александр, справишься. — Константин, я тебя, как экстрасенса, конечно, уважаю, — начал вставать со своего кресла Олег, — но завали хлебало! И не смей его разевать на моего брата, иначе вот эта коробка сейчас окажется у тебя на голове, ясно? — Ой, а шо такое? — начал лыбиться Череватый, которому, похоже, стало скучно. — У маленького Олежи прорезается голос, только когда наезжают на его братика? У самого Олежи голоса нет? Тогда ясно, чего ты в финале расплакался нахуй, ребятёнок, старшенького же не было рядом. Марат понял, что пора спасать ситуацию, но окрик «Господа экстрасенсы!» потонул в шуме потасовки, а в следующую секунду ему в лицо, залепив глаза, нос и рот, прилетела половинка пиццы с пепперони. Готический зал приходил в себя медленно. Старший Шепс, счастливым образом избежавший ссадин и кровоподтёков, по крайней мере, на видных местах (сказывался опыт), оккупировал зеркало и пытался вычесать из чёлки прилипший сыр. Дима Матвеев старательно мазал йодом большущий синяк под глазом у Олега, впрочем, он давно уже увлёкся и рисовал что-то своё. Мрачный Влад сидел, держа под обоими глазами по пакету со льдом, а третий, печально вздыхая, прикладывал ему к затылку Башаров. Подозрительно тихий Гецати всё возился со своим креслом, упавшим на спинку. — К повестке дня добавился второй вопрос, — кашлянул Марат, привлекая внимание экстрасенсов, — как будем объяснять супруге Влада, откуда у него такие украшения? Александр в очередной раз чертыхнулся у зеркала. — Саша, брось, проще отрезать. — Я тебе покажу «отрезать»! Дома поговорим, Олег! — Если кто-нибудь когда-нибудь вернётся домой, — обречённо вздохнул Дима и наконец отпустил младшего Шепса. Под глазом у того красовалась фирменная надпись «366» в окружении милой йодовой сеточки. — Константин, давай уж и тебя заодно, что ли. — Да погоди ты, видишь, с креслом ничего не получается… — Ой, да Господи ты Боже мой! — выдрав наконец-то остатки сыра из своей причёски, Шепс-старший закатил глаза и, стремительно подойдя, одним движением поставил кресло Гецати на ножки, как положено. — Тоже мне, нашли проблему. Вы давайте думайте, кого на эту ёбаную «Невесту» отправлять будем, — он плюхнулся на своё место и жалобно выдал: — Я в душ хочу! — Не поверишь, я тоже, — шепеляво буркнул Константин, которому Матвеев обрабатывал разбитую губу и стремительно распухающий нос. Они посмотрели друг на друга и тяжело вздохнули. — Марат, — позвал того младший Шепс, и Башаров поёжился. Что-то он был уже не совсем уверен, что доживёт до конца выбора «жениха» для нового проекта. — А что вообще известно про «Невесту»? Может, есть какие-то требования, которых мы не знаем? Потому что идти на ещё одно шоу вслепую — ну, такое себе. Мне «Битвы сильнейших» во как хватило! — он чиркнул себя пальцем по горлу. Марат закашлялся, припоминая. — Ну… мне всё, конечно, не рассказывали. Но насколько я помню, говорилось, что герой передачи одинок… Четверо из пяти экстрасенсов с подозрением переглянулись между собой. — … потому что слишком хорошо разбирается в людях… Переглядки стали ещё мрачнее и интенсивнее. — … и видит их насквозь. — Вот нихуя вы не помогаете, Марат, — печально выдал Олег, а его брат, Гецати и Матвеев отчаянно закивали. — А, вроде бы ещё, но это не точно, герой должен быть молодым. — Ха! — подскочил с кресла Александр, победно вскинув руки. — Молодёжь по закону до тридцати пяти! Костя, мы в пролёте, валим отсюда! — Господи, спасибо! — размашисто перекрестился тот, поднимаясь. — Эй! — в голосах трёх оставшихся несчастных отчётливо зазвучала паника. — А мы?! — Влад, ты женат, — отрезал старший Шепс, торопливо накидывая на плечи полушубок, который ему притащил Гецати, прежде чем смыться, — Дима, прости, ничего личного! Олеж — я передам папе с мамой, что ты спас меня ценой своей жизни. — Саша, я же твой брат! Ты не можешь так поступить со мной! — Ты мой брат, я тобой очень горжусь и очень тебя люблю, — Саша, подбежав, запечатлел на его лбу целомудренный поцелуй. — Но ты хотел популярности, и это твой шанс. А я — в Самару, пережду там это мракобесие. — Не-не-не! — Олег с полными ужаса глазами вцепился в полу его полушубка и поехал за старшим братом по полу. — Нахуй такую популярность! Я с тобой! В Самару! На дачу! Буду амулеты и обереги для мастерской тоннами делать! И… и пылесосить, и посуду мыть, и стирать, и гладить, только не бросай меня тут! Рядом со своего кресла подскочил Матвеев и вдруг ринулся вон из зала. — Дмитрий, вы куда? — только и успел крикнуть Марат, когда тот уже явился с криво повязанным шарфом, на ходу пытаясь надеть пуховик. — Поезд на Тольятти отходит через двадцать пять минут, — произнёс Дима, отдуваясь, — и хрен вы меня там найдёте! — А мы завтра улетаем в Дубай, — радостно оскалился Влад, отбросив лёд и тоже поднявшись, — чао-какао, неудачники! — Саша-а-а-а-а! — Саша, ты идёшь там, блин, или нет? — на пороге зала вновь возник Константин. — Такси приехало! — Прости, — обернулся Александр, которого Олег уже окончательно стреножил, обхватив за колени, — он всё-таки мой брат. И когда мне ещё выпадет шанс спихнуть на него всю работу по дому? Так, а ну тихо, замолчали! Все замерли, кто в каких позах был, застигнутые воплем Шепса, даже Башаров на всякий случай предпочёл не двигаться. — Марат, я тут подумал, — начал тот с милой улыбкой, от которой остальные пять человек в зале, судорожно сглотнув, попытались слиться с мебелью, — а обязательно главный герой «Невесты» должен быть из нашего числа? — Ну вроде как нет. Но я не понимаю… — О, отлично! — Александр улыбнулся ещё шире, демонстрируя клыки. — Потому что у меня есть кандидатура, которая устроит нас всех. Одинокий. Разбирается в людях, ну, теоретически. Любит внимание. И, конечно же, молодой. Выпутавшись из объятий Олега, он подошёл к столу и размашисто написал на бумаге чьи-то имя и фамилию, после чего продемонстрировал результат всем присутствовавшим. — А-ха-ха! — заржал Череватый, хлопая себя по колену. — Это будет разъёб! — Господи, Саша, я тебя обожаю! — Ради такого я даже посмотрю, — прокомментировал Матвеев, кровожадно улыбаясь. — И я тоже, — вторил ему Гецати. — Александр, десять баллов. Тот шутливо раскланялся, после чего сложил бумагу в конверт, запечатал и вручил его Башарову. — Держите, Марат, и передайте продюсерам, что экстрасенсы были как никогда единодушны в этом решении. *** Весна 2024 года. Старт съёмок «Невесты для экстрасенса». — На этом проекте двадцать пять девушек из разных уголков страны… «Боже, где ж я нагрешил-то? Почему вот это тоже должен вести я?!» — … будут бороться за сердце нашего героя. «С другой стороны, где можно так ухохотаться, да чтобы мне ещё и платили за это? Не забыть Саше видео поскидывать, он просил. Благодаря ему же всё настолько удачно получилось». — Он от рождения наделён необычными способностями, которые уже в юном возрасте привели его на «Битву экстрасенсов», но они же и мешают ему обрести личное счастье. «Ага, ещё как мешают, учитывая, что их вообще-то нет». — Посмотрим, смогут ли наши претендентки очаровать мужчину, который видит их сердца насквозь. «Скорее, посмотрим, пристукнут ли они его по ходу проекта или он всё-таки дотянет до финала. С его-то замашками. Ну, Лина в любом случае порадуется». — Встречаем главного героя — Никита Турчин!