Пена моих дней...

      Пустота и тьма обволакивали его душу, подобно воде. В его сознании до сих пор застыли последние моменты его жизни. Он помнил жуткую боль, которую испытывало его тело. Это чувство было сложно описать, ведь мало кто испытывал подобное. Сначала вся его плоть затвердела, потеряв чувствительность, а потом стала рассыпаться в прах у него на глазах. Он видел это и понимал, что это конец. Старый рыцарь помнил, как он, превозмогая боль и давление силы его трона, бросил золотой постамент с троном в демоническую луну. Луну, которая сияла демоническим светом, с издёвкой напоминая людям о могуществе демонов. Затем раздался взрыв. Взрывная волна была настолько сильной, что сотрясала всю арену. Силы покидали его, но он всё же успел увидеть лицо Агареса, искажённое ужасом и болью. Сквозь пелену пыли, он увидел проблеск белого света, который отличался от света демонической луны, разливающей фиолетовое свечение. «Получилось», — подумал про себя Ян Хаохань. На его лице появилась довольная улыбка, которая навечно застыла на его лице. Когда пыль от взрыва осела, старый рыцарь был уже мёртв. Он стоял посреди арены, словно древняя статуя героя былых времён. Демоны, сидящие на арене, корчились от боли, держась за свои сердца. Агарес плавно и грациозно опустился на землю. Его левая рука была оторвана и из неё сочилась фиолетовая кровь, а правая рука покоилась на сердце. Аметистовые глаза Агареса окинули зияющую рану, а затем устремились в сторону человека. Увидев, что Ян Хаохань мёртв, Агарес вздохнул с облегчением. Он понимал, что после разрушения демонической луны, ему бы потребовалось время, чтобы восстановить своё тело и духовную силу, и поэтому продолжение битвы могло стать для него фатальным. Лунный демон посмотрел на луну и улыбнулся, увидев, что сделал Ян Хаохань. Он снова перевёл свой взор в сторону рыцаря, и тихо сказал: — Я мало кого уважаю, особенно среди людей. Но ты, Ян Хаохань показал мне, что свет человечества — это храбрость, которая превосходит всё. Что ж, я буду ждать твоего «зверя».       Душа старого рыцаря уже покинула тело, но в сумбуре всё же успела рассмотреть плоды своих деяний. Его душа была преисполнена гордости и радости за свой последний бой, стоявший ему жизни. Пролетая мириады пространств, его сознание неслось сквозь тьму в сторону света, который притягивал его, словно мотылька. «Какой тёплый свет!», — подумал про себя Ян Хаохань. Этот свет казался ему таким родным и знакомым, что вызывал в нём неописуемый трепет. Через мгновенье тьма рассеялась, и он оказался в пространстве, напоминающем залу дворца. Всё вокруг него было сделано из золота и белого мрамора, и сияло мягким и тёплым светом. Своды этого зала упирались в белоснежные облака, не имея конца и края. Позади него раздался спокойный женский голос: — Ян Хаохань, я приветствую тебя.       Мужчина развернулся в сторону голоса и увидел позади себя прекрасную женщину из расы эльфов, некогда обитавшую в мире Шэнмо-Далу. Она была одета в белоснежное платье, украшенное золотыми украшениями и сверкающими адамантами. Белоснежные крылья за её спиной были сложены, а золотые волосы струились подобно водопаду. Её пылающие светом глаза мягко смотрели в сторону рыцаря, а на лице была нежная улыбка. Ян Хаохань быстро приклонил своё колено перед этой женщиной и почтительно склонив голову, сказал: — Моя богиня! Это честь для меня встретиться с вами! Его тело окутал золотой свет, который поднял его с колен. — Не нужно, — покачала головой богиня. — Я наблюдала за тобой всё время из чертогов своего божественного пространства. Ты остался предан свету до конца своих дней, и я горжусь тобой.       Богиня Света слегка склонила свою голову, выражая свою искреннюю признательность рыцарю, что сейчас стоял перед ней. Видя это, Ян Хаохань вновь хотел припасть на колено, но сдержался, чувствуя, что его богиня не желает этого. Сердце рыцаря бешено стучало, будучи шокировано тем, что после своей смерти он оказался в чертогах самой богини Света. — Скажите, как я оказался здесь? — спросил Ян Хаохань. — Я думал, что после смерти души живых существ возвращаются в Круг Перерождения, где спустя какое-то время вновь возрождаются. — Так и есть, — кивнула женщина. — Это я призвала твою душу в мои чертоги. Не удивляйся, моих сил вполне достаточно, чтобы на время призвать душу моего верного рыцаря, чтобы лично поблагодарить его. — На время? — переспросил мужчина. Глаза богини наполнились сожалением и выдержав паузу, она продолжила: — Да, на время. Хоть я и богиня, но даже я не могу нарушать великие законы Вселенной. Я использовала свою силу, чтобы притянуть твою душу, потому что хотела увидеть тебя. Ты следовал моим заветам на протяжении всей своей жизни, и твой свет не угасал до самой твоей смерти. И даже после, твой свет зажёг маяк надежды для всего человечества и мира Шэнмо-Далу. Мне горько, что приняв силу Трона Милосердия и Защиты, ты стал заложником его мощи. Твои мечты и твоя свобода были отняты у тебя. — Это был мой выбор, — положив руку на сердце, ответил без раздумья Ян Хаохань. — Я знал, плату за обладание божественным троном. Но жертва одного человека — это ничто по сравнению со страданиями всего человечества. Я лишь надеюсь, что мои усилия помогут людям победить и принести мир в наши земли, чтобы никто не боялся грядущего дня, где каждый новый день приносил лишь горечь потерь и ужасы войны. Я хочу, чтобы люди жили счастливой и мирной жизнью, чтобы они были свободны от этих страхов. Моё сердце полно уверенности, что в этот раз человечество сможет победить! Лун Хаочень и его друзья, мой драгоценный внук Ян Вэнчжао, другие рыцари и главы храмов — они смогут покончить с войной и принести мир в Шэнмо-Далу.       Ян Хаохань прервал свою пламенную речь, чувствуя, как к его горлу подступает ком горечи. По его щекам прокатилась хрустальная нить слезы, которую он мягко убрал своей рукой. Сделав глубокий вдох, он тихо сказал: — Жаль, что я не увижу этого. Не увижу, как всё человечество одержит верх над демонами и закончит войну. Не увижу, как мир изменится, и вместо страха и скорби, в нём будут радость и свобода. Как знать, но может этот юноша изменит мир настолько, что и сами демоны исчезнут или изменятся, — с мечтательной усмешкой сказал Ян Хаохань. — Ещё я не увижу своих правнуков, надеюсь Венчжао будет счастлив с Инэр. Может мой внучок исполнит мою мечту?       Ян Хаохань посмотрел в глаза богини, которая слушала его храня молчание. Её глаза были полны сочувствия, но при этом в них также присутствовала радость. Старый рыцарь устало сел на мраморный пол, и провёл по нему рукой. «Агарес сказал, что на море песок влажный и прилипает к ногам, когда ты идёшь по нему. Скорее всего это была очередная ложь, которой он хотел усыпить мою бдительность!», — горько улыбнулся рыцарь, вспоминая иллюзию лунного демона. — Я всегда хотел жить у моря. В детстве я прочитал книгу, где рассказывалось про море. И с тех пор, оно часто снилось мне. В юности я мечтал, что после победы, люди вернут себе море. И я бы построил дом у моря, где жил бы со своей семьей до самой старости. Я так и не увидел море, а то, что показал мне Агарес, было всего лишь гнусной ложью.       Ян Хаохань замолчал, вспоминая слова демона. Он испытывал злость, что этот демон потешался над его мечтой, и показал ему ту гнусную иллюзию. Да, эта иллюзия была очень красивой, настолько, что он почти поверил, что его мечта сбылась и он оказался у моря. Ян Хаохань знал, что Бог Луны был мастером иллюзий, и он мог создавать миражи, которые ни чем не отличались от реальности. В тот миг, когда Агарес погрузил его в свою иллюзию, сердце старого рыцаря чуть не выпрыгнуло из груди. Он ощущал запах моря, слегка солоноватый и влажный, а его ноги чувствовали влажный песок, который налипал на его стопы, словно снег. Он слышал звуки моря — песнь волн и крики чаек, летающих под синевой небес. Ветер обдувал его лицо, а вдалеке из глади воды грациозно выпрыгивал огромный кит. Он видел, как закат окрашивает море в янтарные тона, а с приходом ночи в полотне воды отражаются звёзды и луна. «Эх, как же это было красиво! Жаль, что это всё ложь!», — с горечью подумал мужчина. Он посмотрел в сторону богини, и робко спросил: — Моя богиня, верно ли я понимаю, что после нашего разговора, моя душа вернётся в Круг Перерождений? — Да, это так, — спокойно ответила богиня. — Хорошо, — кивнул рыцарь. — Тогда могу ли я попросить богиню исполнить моё желание? — Если это в моих силах, то я исполню его, — слегка изогнув брови, ответила женщина. Ян Хаохань сделал глубокий вдох и тихо сказал: — Прошу тебя, покажи мне настоящее море!       На лице богини появилась улыбка. Она взмахнула своей рукой и пространство её чертогов превратилось в побережье у моря. Сердце Ян Хаоханя бешено забилось. Он вновь видел бескрайнее море, уходящее далеко в горизонт. Слышал мелодию волн и крики морских птиц, а затем в этот хор вступали низкие звуки пения китов, которые выпрыгивали из воды, словно хотели достать неба. Теплая вода мягко омывала его стопы, а лицо ласкал морской бриз. «Чёртов демон!», — усмехнулся Ян Хаохань. «В коем-то веке твои сладкие речи не были полны ядовитой лжи», — продолжил размышлять рыцарь, смотря на красивый пейзаж, о котором он читал лишь в книгах. По его щекам потекли слёзы, он развернулся к богине, и трясущимися губами спросил: — Неужели это действительно море? — Да, это оно, — мягко ответила богиня Света.       Ян Хаохань громко засмеялся, а потом, сам не зная почему, он сорвался со своего места и побежал, словно юнец. Он распростёр свои руки, будто крылья чайки и бежал вдоль берега, не переставая смеяться. С каждым своим шагом, он чувствовал себя всё моложе и моложе, и даже не осознавал, что его душа самопроизвольно приняла форму юноши, коим он когда-то был. Он остановился и поднял ракушку, и стал рассматривать её, дивясь её форме. Морская пена клубилась возле его ног и тут же исчезала, высыхая на воздухе. «Пена и прям, таит как снег!», — мысленно резюмировал рыцарь, вспоминая слова писателя-путешественника, который описывал пену, сравнивая со снегом. Глядя на исчезающую пену, он даже увидел аналогию со своей жизнью, которая казалась ему и длинной, и короткой одновременно. «Вот она есть, и вот её — нет! Пена моих дней, ха-ха!», — подумал, смеясь над самим собой Ян Хаохань. Затем он вошёл в воду и зайдя по пояс, стал ждать, когда волна обдаст его своей мощью. Дождавшись волны, он закрыл глаза и позволил ей обрушиться на него. Видя, что волна подступает, он поднял свои руки, будто приветствую её и рассмеялся. Он почувствовал, как морская вода свалилась на него, сбивая с ног и стала отталкивать к берегу, как тину. Когда он вновь открыл глаза, он уже вернулся в чертоги богини, которая парила в воздухе, словно облако. Она мягко спросила у него: — Надеюсь, я исполнила твоё желание? Ян Хаохань почтительно поклонился ей, после чего сказал: — Более чем, моя богиня! Я счастлив, что побывал на море целых два раза, хоть они и были иллюзиями. Но я счастлив, что всё же это были ведения истиного моря! Пусть моя физическая оболочка и не была на море, но зато мой дух, познал всю его красоту. Богиня почтительно кивнула, а затем сложила руки в молитве, после чего сказала ему: — Ян Хаохань, тебе пора уходить. Моя благодарность к тебе не имеет формы, чтобы выразить всё то, что я чувствую к тебе. Я буду молить Вселенную, чтобы она позволила тебе переродиться в Шэнмо-Далу, когда в нём не будет войны. Прощай, мой доблестный и верный рыцарь!       Женщина закрыла свои глаза и из них покатились слёзы. Сорвавшись с её белой кожи, они превратились в свет, который полетел в сторону рыцаря. Коснувшись его лба, они превратили воплощение его души в золотой огонёк, который стал стремительно покидать чертоги богини Света. Его душа снова пролетала бесчисленные пространства, пока не долетела до странного места в виде скопления мистического света, напоминающее воронку. «Должно быть, это и есть Круг Перерождений», — смотря на эту воронку, подумал Ян Хаохань. Он видел, как похожие на него огоньки слетались в этот омут, мерцая разными цветами. К его удивлению, тут были даже души, источающие тьму. — Перед смертью мы все едины, получается? — сказал в пустоту пространства Ян Хаохань.       Огонёк его души сорвался с места и полетел в самый центр этой мерцающей воронки. Долетев до горизонта событий, он стал видеть видения его жизни, словно проживая их заново. Всё от начала и до самого конца. Его воспоминания стали рассыпаться, будто очищая его душу от былой жизни. В этот момент ему было горестно, что его душа попав в Круг Перерождения, утратит все воспоминания, очистившись от былого. «Что ж, как говорится: в одну и ту же воду нельзя войти дважды», — с толикой досады подумал Ян Хаохань. Перед ним появились последние моменты его жизни. Он видел через нечеткую пелену, лицо Агареса и его глаза, в которых он читал уважение и даже подобие какого-то сожаления. Голос лунного демона был нечётким, но Ян Хаохань понимал его слова: — Я мало кого уважаю, особенно среди людей. Но ты, Ян Хаохань показал мне, что свет человечества — это храбрость, которая превосходит всё. Что ж, я буду ждать твоего «зверя»…       Силуэт Агареса стал рассыпаться, словно треснувшее зеркало. Ян Хаохань улыбнулся и стал погружаться в мистическое сияние, которое не принадлежало стихиям света или тьме. В этот миг старый рыцарь был преисполнен умиротворения. Угасая, он сказал свои последние слова: — Агарес, быть может мы ещё встретимся? Было бы здорово, если бы в новой жизни, мы стали друзьями. Мы бы могли вместе купаться в море, а может даже бороздили моря на корабле с белыми парусами, как бравые моряки!       Ян Хаохань рассмеялся, дивясь своим последним словам. Но сам не зная почему, он хотел когда-нибудь встретиться с лунным демоном в иных обстоятельствах, а не на той проклятой арене. И не во время вражды между их расами, шлейф которой тянулся тысячелетиями, унося жизни с обеих сторон. Его сознание стало рассеиваться, сливаясь с омутом бытия. Пульсируя, сфера его души выжила из себя ещё несколько слов, прежде чем умолкнуть навсегда: — Спасибо тебе, что показал мне море… ,— прерываясь говорила душа Ян Хаоханя, утопая в Круге Перерождения, из которого когда-нибудь его душа вновь возродится. Может быть в Шэнмо-Далу, если на то будет воля судьбы или где-нибудь в ином мире. И как знать, может быть душа двух врагов встретится вновь при других обстоятельствах, где они смогут стать друзьями? Но это всё пена грядущего, которое, подобно волне, накатит в своё время. А сейчас его душа будет ждать, покоясь в Круге Перерождения, мечтая вновь увидеть море и услышать песнь китов. Конец…