То, что после бессмертия

Иногда, в самые тихие ночи, когда гавань засыпала, огни фонарей отражались в воде, а смех детей заменялся на шум ветра, он поднимался на вершины гор. Туда, где ветер был холоден и честен, выманивая новую боль из сердца архонта, унося её в бесконечные мелодии ветра, которые ласкали мир. С годами память стала коварной, она больше не болела остро. Она давила. Как пыль, оседающая слой за слоем, пока грудь не становится тяжёлой, затрудняя дыхание, а голова мучителем, хранивший воспоминания. Он помнил не события - он помнил ощущения. Тепло, присутствие, исчезновение и тишину. И этого было достаточно, чтобы бессмертие казалось наказанием. Архонт сидел не выронив ни слова, он лишь слушал. Где-то вдалеке играла флейта, звуки были тихие, словно дыхание, к которому надо прислушаться, чтоб услышать. Музыкант не ошибался, не фальшивил, словно чувствовал момент. Закрыв глаза архонт вспомнил пальцы богини. Тонкие, красивые, словно они играли музыку, будто они живые, тёплые. Будто она сейчас подойдёт и обнимет сзади, но ответ фантазиям были лишь лепестки любимых ею, глазурных лилий, летевшие вслед за ветром, за мелодией и за чувствами. Смотря на горы, на туман, на отражения огней в воде гавани, каждый звук флейты казался шёпотом её души, каждый лепесток лилий - её дыханием, которое он никогда больше не почувствует. "Коль смерть конечная есть забвение тебя, любовь моя - мне не дозволено умирать. Но память есть страдание. Всякое мгновение и каждый вдох - как новый удар, не оставляющий надежды на утешение. И что же мне избрать?" Вспомнив запись в дневнике, Моракс процетировал. Но в глубине души понимал, что виновен и не имеет права умирать. Не смотря на боль, не смотря на страдание, не смотря ни на что.