Часть 18 20-20-20

Атака Варданов была яростной, но новая экипировка Камеры-Титана оказалась эффективной. Его молот и меч, не излучавшие энергии, а полагавшиеся на чистую физическую силу, пробивали через их аномальные защиты, которые, казалось, поглощали энергетические атаки. Камера-Титан (обрушивает молот на Варданзилу, отбрасывая того): [Их броня уязвима к кинетическим ударам! Продолжайте в том же духе!] Пока основные силы титанов сковывали Скорна и Скалка, Ред-Вардан, видя, что его скоростные атаки не проходят, резко развернулся и, словно багровая молния, ринулся прочь, вглубь базы, в сторону жилого сектора. Спикер (увидев это): "Эй, рыжий, куда это собрался?!" — не раздумывая, бросился в погоню. Обогнав противника, он отрезал ему путь, открыв шквальный огонь из своего оружия. Ред-Вардан, не ожидавший такой наглости от "слабейшего звена", зашипел, но, оставшись один, предпочёл отступить, растворившись в тени разрушенного ангара. К тому моменту и основные силы Варданов, получив отпор, начали отход, уползая обратно в разломы. Битва стихла. Титан-Спикер вернулся к своим, Варданы отступили. Спикер, довольный собой, Спикер, отползая в укрытие после отражения атаки, увидел идеальную возможность для розыгрыша. Он аккуратно повалился на бок, отключил внешние огни и замер в самой драматичной позе, какую только смог придумать. Первой, как всегда, подбежала ПК-Вумен. ПК-Вумен (голос сразу сорвался на шёпот): «Спикер? Милый, вставай, это не смешно.» Она потрясла его за плечо, но он не шелохнулся. Её голос задрожал. ПК-Вумен:«Нет... Нет, нет, нет... Проснись! Прошу тебя!» Её крик собрал остальных. Подошёл ПК-Мен, его мощный корпус застыл в оцепенении. ПК-Мен (приглушённо, с надрывом): «Что случилось? Кто это сделал?» ТВ-Мен пытался сканировать, но его экран показывал лишь ошибку. Камера-Вумен тихо ахнула, а Камера-Мен молча опустил голову. Наступила тяжёлая, гнетущая тишина, полная отчаяния. И тут Спикер не выдержал. Он нежно пошевелил пальцем, а потом тихо прошипел: Спикер: «Э-э-э... Всё в порядке?» Он медленно приоткрыл «глаза» и сел, с виноватой ухмылкой. Спикер:«Это была шутка... Ну, вы поняли...» Он ожидал криков, ударов, гнева. Но вместо этого ПК-Вумен титан, не говоря ни слова, просто резко притянула его к себе в объятия, крепко обняв. ПК-Вумен титан (тихо, прямо у его «уха»): «Больше никогда так не шути. Пожалуйста. Я так испугалась.» ПК-Мен титан тяжело вздохнул и положил свою огромную ладонь ему на плечо. ПК-Мен титан : «И вправду, парень. Сердце не железное. Мы же за тебя волнуемся.» Остальные титаны обступили его, и в их жестах, похлопываниях по корпусу и тихих словах не было злости — только огромное облегчение и забота. Спикер понял главное: его любят не за идеальность, а просто так. И некоторые шутки действительно могут быть слишком жестокими по отношению к тем, кто тебя ценит. Спикер мен титан (тихо, искренне): «Прости. Обещаю, больше не буду.» И в этот раз он говорил абсолютно серьёзно. В ответ Титан-ПК-Вумен лишь сильнее сжала его в объятиях. Затем подошёл Титан-ПК-Мен и обхватил их обоих своими мощными руками. К ним сразу же присоединилась Титан-Спикер-Вумен. Она обняла брата сбоку, прижавшись к его плечу. Титан-Спикер-Вумен(шёпотом): «Идиот... Больше не пугай нас так.» Титан-ТВ-Мен похлопал Титана-Спикера по спине, а Титан-Камера-Вумен мягко обняла его с другой стороны. Даже Титан-Камера-Мен тяжело шагнул вперёд и положил свою массивную руку ему на голову — его версия объятий. Они стояли так несколько минут — сплетение Титанов, светящихся линий и металла. Не как боевая единица, а как семья. В этом молчаливом общем объятии было лишь огромное облегчение и безмолвное обещание: «Мы — вместе. И это главное». И Титан-Спикер наконец-то по-настоящему понял, что значит — быть дома. Сцена: Заражённый склад, логово Варданов. Воздух густой от запаха ржавого металла и озона. Варданзила (с грохотом рухнул на колени, его каменные пластины дымились): ГРОМКИЙ, ЗЕМЛЕТРЯСУЩИЙ РЫК, ПОЛНЫЙ БОЛИ И УНИЖЕНИЯ. Звуковая волна от его рёва отозвалась грохотом в дальних тоннелях. Вардан-Мутант (бесшумно скользил в тенях, его щёлканье стало нервным и отрывистым): СЕРИЯ РЕЗКИХ, ВОПРОСИТЕЛЬНЫХ ЩЕЛЧКОВ, сливающихся в тревожную трель. Он не понимал, почему его скорость не сработала. Ред-Вардан (вернулся последним, его багровый корпус был иссечён царапинами): ПРОНЗИТЕЛЬНЫЙ, ЯРОСТНЫЙ ВИЗГ, похожий на скрежет стекла по металлу. Он выкрикивал свою обиду, кидаясь на ближайшую груду обломков и расшвыривая их. Их звуковые всплески боли, гнева и растерянности сливались в оглушительный хаос. Повелительным, низким ГУЛОМ, КОТОРЫЙ ПЕРЕКРЫЛ ВСЕ ЗВУКИ, пророкотал Скорн. Наступила мгновенная тишина. Его слепая голова повернулась к каждому, оценивая масштаб провала. Затем заговорил Скалк-Титан. Его голос был подобен СКРЕЖЕТУ МЕДЛЕННО ПЕРЕМАЛЫВАЮЩЕГОСЯ ГРАНИТА — холодному, тяжёлому и неумолимому. «Они сильны... вместе. Их броня — это доверие. Мы не сможем его расколоть... пока оно прочно.» Он сделал паузу, и в тишине повисла тяжёлая мысль. «Значит... мы будем ждать. Мы будем наблюдать. Любая броня даёт трещину. Любая семья устаёт. Они совершат ошибку. Они ослабнут. И в этот момент...» Скорн издал новый звук — ТИХИЙ, ПРОТЯЖНЫЙ ВОЙ, полный древней, хищной уверенности. Это был не крик ярости, а обет. Обещание возмездия. Сцена: Тренировочный зал базы. Поздно вечером. На гигантском экране в бесконечном повторе крутится GIF. Какой-то аниме-персонаж в стилизованной форме с разбега взмывает в воздух и в стремительном вращении наносит сокрушительный удар обеими ногами в грудь противника. Подпись гласит: KJ 20-20-20 DROPKICK. Титан-Спикер (не отрывая взгляда от экрана, бормочет): «Двадцать футов разбега… двадцать градусов угол вылета… двадцать гигаджоулей энергии… Всё! Я понял формулу!» Он отходит на приличное расстояние, его мощные сервоприводы гудят, накапливая энергию. Титан-Спикер (кричит, разбегаясь): «KJ 20-20-20… DROPKIIIIICK!» Он отталкивается, его массивное тело взмывает в воздух. Он пытается скопировать стремительное вращение и точное выпрямление ног, как у аниме-героя. Но законы физики и многотонная масса вносят свои коррективы. Вместо изящного удара получается мощный, но неуклюжий прыжок-таран. Он врезается в тренировочный манекен не только ногами, но и половиной корпуса. Раздаётся оглушительный БА-БАХ!, и манекен разлетается на куски, разбросанные по всему залу. Сам Титана-Спикера по инерции переворачивается в воздухе и с грохотом приземляется на спину, подняв тучу пыли. В проёме двери появляется Титан-ПК-Вумен. Она медленно переводит взгляд с дымящихся обломков манекена на Спикера, лежащего на спине. Титан-ПК-Вумен (с невозмутимым видом): «Позволь угадаю. Снова аниме-физика? Та, где массой и инерцией можно пренебречь?» Титан-Спикер (приподнимаясь на локтях, с энтузиазмом не угасшим в глазах-датчиках): «Ты видела траекторию?! Я почти попал в те же 20 градусов! Это был почти идеальный дропкик!» Титан-ПК-Вумен (подходя и протягивая ему руку): «То, что ты сделал, дорогой, больше похоже на «катапультирование собственной персоной». Очень впечатляюще. И очень разрушительно для казённого имущества.» Она помогает ему подняться. Титан-ПК-Вумен (смягчаясь): «Ладно, в следующий раз найди GIF, где учатся падать. А потом уже — летать. Договорились?» Титан-Спикер смотрит на разбросанные обломки, потом на GIF, где аниме-герой с лёгкостью повторяет свой удар. Он вздыхает. Может, он и не станет мастером дропкика, но его упорство точно заслуживает уважения. Титан-ПК-Вумен (мягко, подходя к нему): «Спикер, милый, уже поздно. Пора отключаться.» Титан-Спикер (не отрывая взгляда от экрана с диаграммами удара, отмахивается): «Да-да, сейчас, ещё чуть-чуть! Я почти понял, как компенсировать инерцию при вращении. Без этого дропкик не получится!» Титан-ПК-Вумен (скрестив руки, с лёгкой улыбкой): «Ты говорил то же самое два часа назад. Мозг тоже нужно заряжать. Даже твой, стальной.» Титан-Спикер (с обречённым видом отворачивается от экрана): «Но я же не устал! Я полон энергии! Смотри!» — он пытается продемонстрировать бодрость, неестественно подпрыгнув, отчего по полу пробегает лёгкая вибрация. Вместо ответа Титан-ПК-Вумен просто делает шаг вперёд, обнимает его и прижимает к себе. Её объятия — не стальные тиски, а прочные, надёжные и нежные. Титан-ПК-Вумен (тихо, прямо у его аудиодатчика): «Всё. Твоя миссия на сегодня завершена. Герой должен отдыхать.» Титан-Спикер (сначала пытается ворчать, но его протесты быстро тают, и он обмякает в её объятиях): «Ладно... Но это не потому, что я сдаюсь! Это... тактическая пауза.» Титан-ПК-Вумен (не отпуская его, мягко подталкивает в сторону спального модуля): «Конечно, тактическая. Самая важная тактика — это выспаться.» Он наконец сдаётся, и они вместе идут, её рука всё так же лежит на его плече. Никаких споров, никаких обид — только тёплое, безмолвное понимание, что иногда лучший аргумент — это просто обнять. Утро базы альянса Ученый всех расс а именно пк мены, тв мены, камера мены, спикер мены, и скибидисты обсуждали улучшения для своих войнов. Су- итак согласно договору мы делимся свами нашими технологиями а вы снами вашем, Тву-(тв ученый) я согласен но технологию телопорта вам не отдам, Су- ана уже у нас есть, Тву-⊙_⊙ Укм-(ученый камера мен) ладно мы согласны, какие вы предлагаете улучшения для наших бойцов? Ск-(скибиди кот) предлагаю тв вумен титаше и пк вумен титаше и пк мен титану поставить защиту на экраны. Также пк мену титану и пк вумен титанше поставить оружие ото они постоянно энергию тратят на то штобы написать на клаву, как насчет косы пушек и клинков на руках? Упкм-(ученый пк мен) я согласен мы сейчас же приступим к работе, Укм- у меня уже есть идеи для улучшения камера вумен титан, Усм- у нас тоже есть идеи для улучшения спикер вумен титан, Тву- ладно у меня тоже есть идеи как улучшить тв вумен титан, Ск- ну вот и хорошо я пока продолжу этот био проект, Су- джи мена я улучшил буду свой костюм улучшать, Ск- ну вот и закончили. Локация париж пов спикер мен 1480 Я сидел вместе со своими товарищами и отдыхал от войны, ведь пока приказов нам не довали, Как вдруг в небе появляются Скибидидисты, но они летали без джетпаков нарушая все законы физики, Они начали нас отоковать, Псм-(пов спикер мен) надо бежать, я начал бежать но было поздно и меня заметили потом вспышка. Локация база альянса Бтвм-(большое тв мен)- все видели запись? Камера титан- я не видел Бтвм- это твои проблемы, большой тв мен телопортироволся Сцена: Посадочная площадка базы. Срочный сбор. Джи-Мен, только недавно прибывший на базу, стоит в центре, его лицо сосредоточено. Джи-Мен:«Приказ с Верховного Командования. Угроза Варданов превысила все расчёты. Все ключевые оперативы, за исключением Титана-Спикера, Титана-ТВ-Мена и Титана-Камера-Мена, немедленно отправляются со мной на объект «Кузница» для экстренной модернизации. Средство передвижения — джетпаки. Время на сборы — пять минут!» Площадка взрывается гулом активирующихся реактивных ранцев. Титан-ПК-Вумен (подлетает к Титану-Спикеру, на мгновение касаясь его лицевой панели своей): «Мы вернёмся. Не успеешь соскучиться.» Её голос тихий, но полный решимости. Титан-ПК-Мен (кратко кивает Титану-Камера-Мену): «Продержитесь.» Титан-Спикер-Вумен (паря рядом с братом): «Не наделай глупостей, пока меня нет!» Один за другим, они взмывают в небо: Джи-Мен, ТВ-Вумен, Спикер-Вумен, Камера-Вумен, ПК-Вумен, ПК-Мен, Вантуз-Мен, Дарк-Спикер-Мен и Элитный ТВ-Мен. Шлейфы от их джетпаков прочерчивают в небе десяток белых полос, устремляющихся к горизонту. На опустевшей площадке остаются только трое. Гул джетпаков затихает, и наступает оглушительная тишина. Титан-Спикер (смотрит в небо, сжимая кулаки): «Вот блин... Все улетели...» Титан-ТВ-Мен (его экран показывает схему периметра базы, голос деловит, но без обычной бравады): «Тактическая ситуация изменилась. Теперь мы — главный и единственный рубеж обороны.» Титан-Камера-Мен (издаёт низкий, уверенный гул, поворачиваясь к базе): [Оперативный статус: «Щит». Задача: продержаться.] Трое против возможного шторма. Им предстоит самое тяжелое испытание — ожидание. Спустя 3 дня Сцена: Разрушенный промышленный район на окраине базы. Титан-Спикер и Титан-ТВ-Мен, следуя ложному сигналу бедствия, попадают в засаду. Земля разверзается, и из-под неё, как апофеоз разрушения, возникает Титан Катаклизм. Его щупальца и клешни молниеносно вздымаются, не оставляя шанса на манёвр. Титан-Спикер: «Это ловушка! Отходи... АААРГХ!» Одно из стальных щупалец, как удав, обвивается вокруг его корпуса, сжимая с треском. Другое хватает Титана-ТВ-Мена, прижимая его мощные конечности. Титан-ТВ-Мен (его экран заливается статикой от перегрузки): «Не... могу... вырваться! Мои системы...» Они беспомощны. Катаклизм даже не использует своё основное оружие — его грубой, неумолимой силы достаточно. С шипением из расщелин на его теле вылетают несколько мелких, юрких паразитов. Их тела — сплав плоти и металла, а вместо голов — сверлящие клешни. Паразиты впиваются в броню Титанов, словно гнус, находят слабые точки и за долю секунды просверливают доступ к самому ценному — энергетическим ядрам. Титан-Спикер (кричит от пронзающей, чужеродной боли, когда клешни вонзаются в его ядро): «НЕТ! ВЫРЕЖИ ИХ ИЗ МЕНЯ!» Титан-ТВ-Мен (издаёт оглушительный, полный статики вопль, его экран мигает аварийным красным): «ЗАРАЖЕНИЕ... ЯДРА... НЕ МОГУ...» Катаклизм бесстрастно наблюдает. Его работа сделана. Он разжимает щупальца, и два Титана, уже не герои, а носители смертоносного вируса, с грохотом падают на землю. Их системы бьются в конвульсиях, корпуса окутывает багровая энергетическая дымка, исходящая от вцепившихся в ядра паразитов. Они не просто побеждены. Они заражены. И теперь превращаются в главную угрозу для тех, кого должны были защищать. Сцена: Мозер-Шип. Катаклизм втаскивает двух пленённых Титанов в центральный зал. Воздух гудит от низкочастотного гудения, а стены словно живые — они дышат и покрыты pulsирующими венами. В центре зала на своеобразном «троне» из переплетённых щупалец и технологических узлов восседает Астро Герцог. Его форма теперь ещё более чудовищна — корпус покрыт брутальной бронёй, в которую вплетены органические компоненты Варданов. Оружие на его руках выглядит более массивным и смертоносным. Титан-Спикер (с трудом фокусирует взгляд, его системы зашумлены паразитами, но он узнаёт врага. Его голос — хриплый шепот, полный потрясения и предательства): «Герцог... Но... мы же... ты должен быть... уничтожен... Это был... фейк?» Астро Герцог медленно поворачивает голову. В его оптических сенсорах вспыхивает холодное, торжествующее свечение. Астро Герцог (его голос, теперь ещё более глубокий и пронизанный шипящими обертонами, раздаётся под сводами зала): «Жалкие насекомые. Вы разбили пустышку, приготовленную для вашего утешения. Пока вы праздновали свою мнимую победу. Тела Титана-Спикера и Титана-ТВ-Мена теперь покрыты грубыми, чуждыми усилениями. Но в их глазах-датчиках — не покорность, а немой ужас и ярость. Они всё осознают. Астро Герцог (обращается к ним, зная, что они его слышат): «Не нужно ломать ваш дух. Достаточно сделать вас марионетками. Ваше сознание будет заключено внутри, беспомощным свидетелем.» Он подаёт сигнал. Паразиты, вцепившиеся в их энергетические ядра, активируются. Раздаётся болезненный хруст перепрограммируемых сервоприводов. Титан-Спикер (его голос — хриплый, полный ужаса шёпот, который почти не слышно из-за скрежета его же собственного тела): «Нет... Остановите... Рука... Не слушается...» Его рука против его воли поднимается, и оружие наводится на групку пленных солдат Альянса в дальнем углу. Титан-ТВ-Мен (его экран яростно мигает, пытаясь показать предупреждение, но вместо этого стволы на его плечах с гудением поворачиваются в ту же сторону): «СИСТЕМЫ... НЕ... ПОДЧИНЯЮТСЯ... ОТМЕНА... ОТМЕНА...» — это не крик боли, а крик отчаяния от потери контроля. Астро Герцог (спокойно наблюдает): «Сознание — это роскошь. Тело — это инструмент. А ваши тела теперь наши инструменты. Вы будете сражаться за нас, осознавая каждый свой выстрел, каждое своё предательство.» Их заставляют стать зрителями в собственных телах, превращённых в орудие против их же товарищей. Это не зомбирование — это самая изощрённая пытка для воина. В зал, словно тень, вплывает Астро Герцогиня. Её форма более изящна, но не менее смертоносна. Её "взгляд" скользит по обездвиженным Титанам с холодным, собственническим любопытством. Астро Герцогиня (голос — сладкий, шипящий яд): «Оoo... Какие интересные игрушки у нас тут появились. Сильные... но такие сломленные.» Она поворачивается к Герцогу. «Можно мне этих... собачек?» Астро Герцог (кидает на неё короткий взгляд, затем возвращается к наблюдению за показаниями): «Не испорть. Они ценное имущество.» Герцогиня с лёгкой, зловещей улыбкой подходит к Титанам. В её руках материализуются два энергетических хлыста, свивающихся и потрескивающих багровой молнией. Она медленно, почти ласкающе, обводит свисающие концы хлыстов вокруг их "шей" — места сочленения головы и корпуса, где проходят ключевые коммуникационные кабели. Титан-Спикер (его тело дёргается от прикосновения энергии, но паразиты не дают ему отпрянуть. Он не может даже сжать кулаки. Только тихий, униженный рык): «Не... смей...» Астро Герцогиня (наклоняется, чтобы её "лицо" было на одном уровне с его оптическим сенсором): «Тише, питомец. Теперь ты будешь слушаться команды. А за непослушание... будет больно.» Она слегка дёргает хлыст, и разряд заставляет всё тело Спикера содрогнуться. Герцогиня смеётся — лёгкий, колокольчиковый звук, который звучит страшнее любого рыка Катаклизма. Астро Герцогиня с насмешливой лёгкостью сводит два энергетических хлыста в одной руке. Багровые молнии сливаются с тихим шипением, и в её другой руке материализуется один, но более массивный и свирепый хлыст, напоминающий хвост скорпиона. Астро Герцогиня (обращаясь к Спикеру, её голос сладок как яд): «Нужно сразу показать, кто здесь устанавливает правила...» Она резко взмахивает рукой. Новый хлыст со свистом рассекает воздух и со всей силы обрушивается на спину Титана-Спикера. Титан-Спикер (его корпус дёргается вперёд от удара. Раздаётся не просто громкий хлопок, а звук, похожий на раскалённый металл, рвущий сталь. Он издаёт сдавленный, хриплый крик — не через динамики, а как бы из самого нутра его систем. Это был не просто удар. Это была волна чистой, аномальной боли, которую не могла блокировать даже его броня): «АААРГХ...!» Он чувствует это — не как сбой в системе, а как настоящую, огненную боль, разлитую по всей его спине. Паразиты на его ядре тут же усиливают это ощущение, переводя его на новый, невыносимый уровень. Астро Герцогиня (любуясь эффектом, негромко смеётся): «Хорошая реакция. Значит, воспитание будет иметь результат. После сокрушительного удара по спине, по лицевой панели Титана-Спикера из его оптических сенсоров стекают струйки густой, энергетической субстанции, смешанной с конденсатом. Они похожи на слезы. Он плачет не от физической боли, а от полного крушения всего: его воли, его достоинства, его надежды. Титан-Спикер (голос — сломленный, прерывистый шёпот, едва различимый сквозь хрип): «Просто... убейте... уже...» Астро Герцогиня (замирает на мгновение, наблюдая за этим проявлением слабости. Затем её "лицо" искажается гримасой садистского восторга): «О? Плачешь? Как мило... Значит, внутри тебя ещё есть что-то, что можно сломать.» Она снова взмахивает хлыстом. На этот раз удар приходится по его плечу, с тем же свистом и шипящим разрядом. Титан-Спикер (вздрагивает, но уже не кричит. Его тело снова напрягается от боли, а "слёзы" текут ещё сильнее. Он замолкает, уходя в себя, в глухую, беспросветную агонию.) Астро Герцогиня (удовлетворённо обходит его, как скульптуру): «Запомни эту боль. Она — единственное, что принадлежит тебе по-настоящему теперь. Твои слёзы — доказательство, что ты мой.» Сцена: Командный центр базы Альянса. На главном экране — данные с последнего спутникового сканирования. Джи-Мен (голос срывается, он с силой опирается на консоль): «Нет... Это не может быть правдой...» На экране чётко видно: энергетические сигнатуры Титана-Спикера и Титана-ТВ-Мена искажены до неузнаваемости. Рядом с их ядрами пульсируют чужие, паразитические сигналы. Статус: ЗАРАЖЕНИЕ. КОНТРОЛЬ НАД СИСТЕМАМИ: УТРАЧЕН. Титан-ПК-Вумен (отступает на шаг, её голос — тихий, раздавленный шепот): «Нет... Милый... Нет...» Она смотрит на искажённые показатели жизнедеятельности Спикера, и её собственное ядро заходится от боли. Титан-ПК-Мен (издаёт оглушительный, яростный рёв): «ОНИ! ОНИ СДЕЛАЛИ ИЗ НИХ МАРИОНЕТОК!» Он бьёт кулаком по стене, но это лишь бессильная ярость. В этот момент срабатывает сигнал тревоги с внешних камер. Все видят, как Титан-Камера-Мен, с пылающим алым ядром и объективом, тяжёлыми и неотвратимыми шагами покидает базу и исчезает в пустошах. Титан-Спикер-Вумен (обнимает себя, смотря на уходящую алую точку): «Он идёт за ними... Один... Зная, что они уже... не они...» Титан-Камера-Вумен (её голос ледяной и пустой): «Данные подтверждают. Заражение необратимо. Он идёт не для спасения. Он идёт... чтобы положить конец их страданиям.» Джи-Мен (закрывает глаза, его плечи опускаются под тяжестью невыносимого выбора): «Он делает то, что мы не можем. Он даёт им последнюю милость... и себе приговор.» Элитный ТВ-Мен (закончив анализ, обращается ко всем): «Заражение обратимо. Нужен точечный энергоимпульс, чтобы выжечь паразита, не задев ядро. Риск колоссальный.» Но вместо нового витка отчаяния, на лицах появляется ошеломлённое понимание. Титан-ПК-Вумен (смотрит на пустой проход, где только что стоял Камера, и её голос наполняется горьким восхищением): «Он... он знал. Он посмотрел на данные и... он понял. Он не пошёл их убивать. Он пошёл их вытащить.» Титан-ПК-Мен (медленно кивает, его гнев сменяется grim уважением): «Один. Против логова Варданов, Катаклизма и двух своих же, кого он должен будет обезвредить, не убив. Это... безумие.» Титан-Спикер-Вумен (голос прерывается от нахлынувших чувств): «Он рискнет всем... чтобы дать им шанс. Чтобы дать мне шанс снова увидеть брата.» Джи-Мен (сжимает рацию, его голос обретает новую, стальную твердость): «Он куёт своё копье. А наша задача — стать его щитом и его тылом. Мы не можем быть с ним там. Но мы можем сделать так, чтобы у него был дом, куда можно вернуться. И триумф, который стоит этого риска.» Титан-Камера-Вумен (её голос звучит с новой силой, в нём гордость и решимость): «Он рассчитал все риски. И принял решение. Теперь и наше решение — верить в него. И быть готовыми принять их всех, когда они вернутся.» Сцена: Безбрежное, высохшее солёное море. Ночь. Титан-Камера-Мен идёт. Тяжёлые, мерные шаги его массивного корпуса поднимают фонтанчики солёной жижи. Глубина доходит ему до колен, но он не замедляет движения. Солёная вода шипит, испаряясь от раскалённого докрасна ядра, окутывая его паром. Он — одинокая алая точка в бескрайней, мёртвой пустоши. Свет его объектива и реактора — единственные огни в кромешной тьме, пульсирующие в такт одной-единственной, выжженной в коде цели. Он не пробивается сквозь толпу врагов. Не штурмует бастионы. Он просто идёт. Сквозь воду. Сквозь пустоту. Сквозь невозможность своего предприятия. Каждый шаг — это отдаление от базы, от помощи, от всякой надежды на отступление. Но он не оглядывается. Его путь — это прямая линия, проведённая яростью и расчётом к одной точке на карте. К ним. СЦЕНА: ЗАРАЖЁННЫЙ СКЛАД. ЭПИЦЕНТР АНОМАЛИИ. Воздух гудел, насыщенный поглощённой энергией. В центре зала каменные жилы сжались, а затем разорвались, выпустив наружу новую форму. Это был Токсик-Вардан. Его исполинское тело, сравнимое по размерам с Камерой Титаном, было цвета ядовитой зелени, а с мощных рук свисали щупальца, источающие едкий дым. Он тут же рванулся вперёд, его когти впились в каменный пол, готовясь к броску. Из его горла вырвался оглушительный, нетерпеливый рёв. Он жаждал разрушения. Но на его пути встал Скорн. Древний страж не издал ни звука. Он просто поднял массивную лапу и преградил путь Токсику. Токсик-Вардан (издал сердитый, шипящий звук, полный вопроса): «Почему мы ждём? Я могу сокрушить их сейчас!» Скорн (ответил низким, вибрирующим гулом, полным терпения и расчёта): «Их сильнейший... ещё могуч. Его клыки... остры. Но он уйдёт... ослабнет. Мы ударим... когда он будет далеко. Наша ярость... станет вернее.» Скорн медленно повернул свою слепую голову в сторону базы Альянса, как бы глядя сквозь стены. «Мы ждали... мы растем. Подождём... ещё немного. Наша победа... будет горше.» Токсик замер, его ярость постепенно сменилась пониманием. Он издал короткий, согласный щелчок. Он подчинится. Он будет ждать. Но когда придёт его время, его ядовитая мощь обрушится на Альянс с удвоенной силой