Глава 20: Новая жизнь и верное сердце

Астана встретила их футуристическим сиянием стекла и бетона. Проносясь по широким проспектам в машине родителей, Айдар смотрел на возникающие за окном здания-шедевры и с холодным, безрадостным удовлетворением думал: «Это благодаря мне. Этот переезд, эта квартира, эти возможности — все это плоды моих решений». Но триумф был горьким. Цена оказалась слишком высока. Они быстро разгрузили вещи в новой, просторной и пахнущей свежим ремонтом квартире. Айдар без труда поступил в «Дарын», блестяще сдав вступительные экзамены еще в июле. Начался 2016 учебный год, и он формально стал шестиклассником, но в совершенно ином мире. Школа поражала: светлые, оборудованные по последнему слову техники классы, умные, амбициозные дети из благополучных семей, царившая вокруг атмосфера целеустремленности. Здесь не было места дворовым разборкам или учителям-тиранам. Здесь был конвейер по производству успеха. Айдар легко влился в новую среду. Его интеллект и не по годам взрослая рассудительность быстро снискали ему уважение. Но он держался отстраненно. Одноклассники были для него фоном, статистами в его личной пьесе. Все его мысли были там, в Алматы. Он стал мастером тайм-менеджмента: учеба, а затем — звонки и сообщения Алие. Он звонил ей каждый вечер, расспрашивая о школе, о подругах, о ее настроении. — С тобой все хорошо? Никто не пристает? — был его самый частый вопрос. И он приезжал. На осенние, зимние, весенние и, конечно, летние каникулы. Он был ее ангелом-хранителем на расстоянии, и эта постоянная забота давала плоды. Алия из робкой девочки превращалась в более уверенную в себе, улыбчивую подростку. Она взрослела, и он видел это в каждом их новом свидании. Так незаметно пролетели два года. Наступил 2018-й. Айдару исполнилось тринадцать. Его тело начало меняться, подчиняясь бушующим гормонам. Голос ломался, приобретая низкие, грудные ноты. Он резко вытянулся, плечи стали широкими, черты лица — более резкими и мужественными. Не довольствуясь природными данными, он записался в спортзал. Подъем тяжестей, пот и боль стали для него терапией — способом выплеснуть тоску и закалить не только тело, но и волю. К началу восьмого класса он был не просто высоким парнем. Он был тем самым парнем. Девушки в школе смотрели на него с нескрываемым обожанием, шептались за его спиной, находили предлоги заговорить. Кто-то оставлял записки в его шкафчике, кто-то пытался флиртовать напрямую. Но все их попытки разбивались о каменную стену его равнодушия. Он был вежлив, но холоден. Его ответ был всегда одним и тем же: «Извини, я занят». Он не говорил «у меня есть девушка», потому что их отношения на расстоянии были его сокровенной тайной, его личным сокровищем. Пока его одноклассники переживали первые влюбленности и разочарования, его сердце оставалось там, за тысячу километров, в Алматы. Оно принадлежало девочке с темными косичками, которую он когда-то защитил от школьного задиры. И никакие гормоны или внимание местных красавиц не могли пошатнуть эту верность. Его взрослая душа, запертая в крепнущем теле подростка, уже давно сделала свой выбор. И этот выбор был единственным.