"Синий цветок"

Шахер был весь в огне. Дома пропадали в адском пламени, будто плавились, как чёрные свечи. Были слышны крики о помощи, плач и стенания от боли. Это радовало красный, вечно жаждущий крови, глаз Ареса, как и его, привыкшие к шуму, острые уши. Зловеще улыбаясь, он поглаживал свою длинную рыжую бороду: — Это просто праздник, – довольно кивнул кровожадный воитель, – Столько городов потонуло в крови и поглощено огнём за сегодняшний вечер. Но это только начало! Подумать только. Прошли тысячелетия после того, как мы спасли этих жалких существ от их же вымирания, а они до сих пор грызут друг другу глотки и вкапывают друг друга в землю. Это разве не великолепно?.. Развернувшись в сторону, и сделав пару шагов назад, он пожал плечами: — Мы спасли их для того, чтобы их вера подпитывала нашу силу и могущество. Они забыли наши имена спустя столько лет. С одной стороны, для нас это конечно чревато слабостью, однако, в этом есть и свои плюсы. Теперь, Зевс не так силён, как раньше. И у меня теперь есть преимущества отомстить ему за те унижения, которым он предал меня с ранних лет. Я был коварно предан и брошен олимпийцами. Теперь, когда пришло моё время, я напомню о своём существовании и людям, и богам. Пора навести порядок! Бог войны торжественно пошагал к своей колеснице, запряжённой четырьмя огромными огненными волками. Сев в свою роскошную квадригу, он щёлкнул кнутом. Волки завыли и, расправив свои огромные перепончатые крылья, взмыли в небо, таща за собой своего повелителя. Хвост колесницы горел кроваво-красным огнём. Издалека, на воне чёрной тучи и дыма, затмивших луну и звёзды, казалось, будто летела огромная комета. Поскольку, жители тех городов, что Арес стёр с лица планеты своей могущественной армией, были мертвы, никто не мог сообщить властям об ужасной катастрофе, которую кровожадный Бог обрушил на голову страны. *** Не прошло и двух минут, как быстроходная квадрига миновала леса, горы и моря, оставляя за собой огненный след. Птицы в ужасе улетали, еле разглядев небесный кошмар, что озарял чёрный звёздный плащ Нюкты-матери . Буквально через несколько секунд, на горизонте виднелся чёрный, как смоль дворец, освещаемый факелами и масляными лампами. Размерами своими он превосходил все дворцы известных императоров. Это был тёмный и мрачный чертог Ареса. Бог войны и разрушений собственноручно построил его после того, как был изгнан родичами с Олимпа. Он стоял настолько высоко, что обычному неопытному человеку-альпинисту очень тяжело залезть. И был он настолько неприступным, что можно было легко упасть со стены и разбить свою буйную голову. Квадрига успешно приземлилась на внутренний двор замка. Бездушное и каменное сердце бородача-тирана ликовало от сегодняшнего куша невинной крови. Как только он спустился с колесницы, к ней пустились четверо невзрачных рабов. Трое из них пришли, чтобы завести колесницу в стальной амбар, а четвёртый принёс на серебряном подносе тёмное пенное пиво, какое обожал его повелитель. Тёмный повелитель с удовольствием схватил кружку и опустошил её за один глоток: - Прекрасно! М-м-м-м!!! Блестяще! Сегодня я добрый. Ведь никогда не поздно взять в руки оружие и пойти давить смертных, как виноград. Получив от повелителя похвалу и благодарственные хлопки по голове, слуга удалился, унося с собой пустую кружку, похожую формой на череп. Перед довольным убийцей, вдруг появился чёрный туман. Из этого тумана вышла довольно высокая женщина, с серой кожей, жуткими багровыми глазами, вампирскими клыками и длинными чёрными волосами. Она была одета в блестящие тёмные доспехи и у неё на спине были аж целых шесть пар чёрных крыльев. Отдав честь коротким мечом, а затем, поклонившись, она произнесла: - Приветствую Вас, мой повелитель! У меня есть для Вас прекрасные новости, многоуважаемый Лорд Арес. Падший Олимпиец зловеще улыбнулся, блаженно почёсывая свой мощный подбородок: - Выкладывай, Мегера. Я тебя внимательно слушаю. Эриния-завистница ему, улыбаясь, ответила: - Мой повелитель, как Вы приказали нам, мы доставили в Ваш величественный дворец всех тех смертных, что бежали из разрушенных Вами городов и пытались избежать встречи с Вашим Щедрым Высочеством. - Блестяще! Великолепно! Поскольку я сегодня подобрел, ты и твои сёстры можете выбрать свою награду, которую можете найти среди среди добра, награбленного моими верными солдатами. Как говорится, на свой цвет и вкус. Мегера улыбнулась своими тёмными фиолетовыми губами и поблагодарила Бога Войны своим приятным, похожим на гречишный мёд, голосом: - Вы правы, повелитель. От лица себя и своих сестёр, я искренне благодарю Вас. Вместе с вашими прекрасными сыновьями, мои сёстры заждались Вас в тронном зале. Всё готово к моменту истины! Ритуал просвещения и посвящения состоится! Глаза Ареса загорелись жадным огнём. Он предвкушал, что наконец-то, впервые за целую вечность, он сможет взглянуть в слезящиеся и молящие о пощаде глаза жалких смертных. Наконец-то он сможет зажечь в них веру, которой сможет напиться всласть. Он верил, что его культ вот-вот восстанет из руин, покинет калею небытия. Теперь-то у него появятся новые жрецы и пополнение к его бессмертному и верному воинству. Он с ног до головы переполнялся надеждой, что его мечты все сбудутся и что его отец-громовержец ему уже не помеха. Не теряя, ни минуты, он проговорил, еле выходя из своих тёмных фантазий, которые, по его мнению, не постижимы для простого смертного сброда: - Не будем терять времени! Поря сжечь старый мир в Огне Хаоса, а потом, на его месте построить новый мир, где всё будет по моим законам и правилам! Вперёд! Нас никто ждать не будет! Слова Тёмного Лорда наполнили торжеством и мотивацией Богиню мщения. Её чёрная сущность пела от того, что у её повелителя появится больше приказов и поручений для неё. - Прекрасно! Идёмте, мой Лорд! Пусть смертные трепещать от страха при Вашем прекрасном лице! Уверенными и злорадными шагами, Бог войны и его служанка пошагали во дворец, ожидая великого часа! *** Тронный зал тёмного дворца был ужасен и мрачен. Несчастные пленники сидели на полу, связанные верёвками по рукам и ногам. У каждого из них во рту были кляпы разных видов. Это были молодые, старики, женщины и дети. Все дрожали от страха, стонали и плакали. Никто из них не мог освободиться от верёвок и вынуть изо рта отвратительные предметы, которые глушили их жалобные голоса, наполненные горем. Сидя возле огромного трона, построенного из человеческих костей, на заложников с упоением смотрели двое молодых и красивых парней, одетых в латы. У обоих на мертвецки бледных лицах были татуировки, которые отличаются по цвету и форме. У первого юноши была тёмно-серая тату в виде огня, а у второго - чёрная, изображающая череп на половину лица. Первый "модник" был пепельным блондином с холодными тёмно-синими глазами, имеющими черные склеры, а второй был жгучим брюнетом с идентичным цветом склер, но радужки у него были фиолетовыми. Обоих забавляли страдания пленников. Слегка посмеиваясь, блондин поинтересовался у брюнета: - Слушай, Деймос, а от чего эти насекомые так рыдают? Словив намёк своего братца, черноволосый посмотрел на него и ответил: - Хм... Я думаю, что они плачут от великого счастья! Они хотят от всей души поблагодарить нашего папу, что он наконец покончит с тиранией нашего деда и наступит новая эра! - Ха-ха-ха!! Прям в точку сказал! Взгляни на этих милых жучков. Они как-то сильно радуются! Надоела им сильно деспотия похотливого царя-бабника! Они так и готовы расцеловать своего нового повелителя! Это были сыновья Ареса, бог страха Фобос и его брат, бог ужаса Деймос. Для их обоих нет ничего слаще, чем смотреть на человеческие слёзы и слушать их жалобные стоны. Двери с грохотом открываются и тёмный повелитель входит в тронный зал с громкими шагами. Его металлические сапоги грохотали под каменным полом настолько устрашающе, что будто уже началось землетрясение. За ним вслед шагала Мегера. Фобос и Деймос встали и поклонились своему отцу: – Здравствуй, папа! – радостно произнесли оба в один голос. В дальних углах зала стояли сестры Мегеры, похожие на нее цветом волос и кожи: Алекто, непрощающая желтоглазая эриния с чертами мотылька и мухи, и Тисифона, мстящая за убийства Богиня с оранжевыми глазами и жуткими щупальцами на спине и на голове. Обе пали ниц и в один голос произнесли: – С возвращением, Повелитель. Арес плавно и непринуждённо сел на трон и осмотрел зал своими довольными красными глазами. Его устраивала такая трагическая и душераздирающая обстановка. Люди смотрели на него с ужасом и молчали, забыв о своих попытках освободиться от путов. Бог войны со зловещий улыбкой произнёс: – Приветствую вас в моём роскошном чертоге, мои дорогие смертные гости! Вы, наверное, недоумеваете, зачем я собрал вас сегодня в своём прекрасном дворце? Не догадываетесь, зачем вас мои верные служанки доставили в мою скромную обитель? Поблагодарите эриний за то, что они предоставили вам возможность повидаться с глазу на глаз со мной! И знаете, почему сегодня такая знаменательная ночь?! Ведь сегодня, впервые за много тысячелетий, представители человечества встретились лицом к лицу с одним из небожителей! А именно, вы сейчас находитесь в замке одного из Богов!.. Но вместо радости и удивления, он видел на глазах у людей лишь грусть, раздражение и тоску. Это не остановило его. Он продолжал с большим энтузиазмом свою торжественную речь: –... И для вас это большая честь воспользоваться моим гостеприимством! Меня зовут Арес. Я хоть и Бог войны, но сегодня очень щедрый и добрый в честь того, что обрушил свой праведный гнев на ваши сёла и города. А что поделаешь? Это были крайние меры, чтобы поднять с колен вас с колен и напомнить вам о нашем существовании! Ваш несгибаемый дух нужен нам, как никогда! И моё идеальное небесное нутро чувствует бушующую внутри вас веру. И эта вера делает меня сильнее и могущественнее! Она поможет мне и вам достичь небывалых высот, каких никогда никто не смог достичь!.. Сделав немного паузу, Арес взмахнул правой рукой. У него в ней материализовалась кружка пива. Осушив её за один залп, он утёр рукой свои мокрые усы, после чего, кружка превратилась в белый дым. Далее, Бог продолжил: –... Раньше, много тысячелетий назад, мы, Боги, спасли вас от ужасной катастрофы, предвестниками которой были смертельные заболевания, природные катаклизмы, войны и деградация. Ваше массовое вымирание отбросило вас обратно в то время, когда вы не умели пользоваться огнём. Но мы вас вовремя эвакуировали из старого мира и создали вам новый мир, где предоставили вам новую прекрасную жизнь. Но взамен, мы, как высшие существа, ничего не получили. Вы нас просто забыли, перестали в нас верить и забыли, как нас почитать. Но сегодня, всё изменится! С сегодняшней ночи, мы поднимем восстание против того, кто виноват во всех бедах низших и высших существ! Завтра настанет тот день, когда мы поднимем руку на самого Зевса! Великого небесного диктатора, который создал такие вещи, как война, чума, голод и прочее. Из-за него, я стал Богом войны и из-за него, вы чувствуете, что кто-то с небес на вас смотрит и смеётся над вашими бедами. И скоро, наступит пора, когда он перестанет смеяться! Мы устроим небесную революцию и свергнем громовержца, а после неё будем делать всё, что захотим! Я брошу его прямо в Бездну, куда он при своём правлении бросал тех, шёл против него! Там Зевса ждут вечный отдых, а заодно и расплата за все его преступные действия, направленные против всех! Покажите, на что вы способны!.. Кругом была тишина. За всю речь Ареса, люди не подавали признаков согласия или возражения. Они молчали и не шевелились, будто Бог войны разговаривал со стенкой. Но он ничего возражать не стал. Это была часть его хтонического плана. Он продолжил: – И в связи с этим, нам нужно вспомнить законы природы. А именно, закон естественного отбора. Слабым существам свойственно умирать. А сильные существа живут много лет и все лучшие достижения, что есть у смертных, появились благодаря им. Раньше, я покровительствовал великому государству под названием Спарта. Там все у ваших предков было на уровне высшего пилотажа: по красоте, по уму и по силе. Там люди были счастливы и они сравнивали себя с нами. А в другом государстве, под названием Афины, был построен Рай для ошибок природы. Куда не глянь – везде уроды, больные, идиоты, слабаки и калеки. Вот поэтому, нам необходимо выявить среди вас тех, кто готов идти со мной на Олимп! Кто готов стать сильнейшим и кто достоин получить от меня покровительство и уважение... Закончив свою пропагандистскую "лекцию", падший небожитель позвал к себе своего черноволосого сына: – Сейчас, мой любимый сын Деймос мне поможет в этом непростом деле. Он узнает, какова насыщенность цвета ваших эмоций. Если эмоции у вас красного цвета, значит вы готовы ко мне присоединиться и помогать мне построить новый мир, а если она синяя, то вы относитесь к числу слабаков, которые в слезах будут молить Зевса о помощи, не думая, что ему глубоко плевать на вас, как на жалкие микробы... Зловещая улыбка выглядела замороженной на лице рыжеволосого Бога войны. Арес подал жест рукой для Деймоса, чтобы он приступил к своей работе. Бог ужаса стал медленно шагать по залу, внимательно осматривая каждого человека. Все в ужасе глядели в его фиолетовые, внушающие страх глаза. Они светились, как два фонаря из царства Аида. Брюнет ими словно пипеткой измерял цвета человеческих эмоций. Все смотрели на него, как на следователя, собирающего доказательства для суда над ними. Через десять минут, ему удалось разглядеть всю толпу насквозь. Вернувшись к своему отцу, он нашептал ему на ухо, что вычислил их всех. Арес приказал Деймосу привести к нему того человека, у кого самый насыщенный синий цвет. Недолго думая, парень ринулся в толпу и, растолкав бедных пленников, он притащил к своему красноглазому отцу связанную женщину с ребёнком. У неё были длинные тёмные волосы и лицо было искажено от пожара. К её груди был привязан грудной младенец, который плакал от страха вместе с матерью. Глядя на эту картину, Арес развязал ей рот и ласково проговорил: – Ну, душа моя, скажи мне, что ты обо мне думаешь? Я жду. После недолгого молчания, женщина начала забрасывать рыжего тирана словесной бранью. Она кричала во весь рот, рыдала и плевалась. Слова из её рта летели, как пули из пулемёта. Слушая это, словно пение сирен, Арес ей кивал и ухмылялся. Когда она сорвала свой голос и её словарный запас закончился, его окаменелая ухмылка не слизала с лица: – И это всё? – Да! Кх, кх, – еле прокашлялась несчастная мать, не сводя с него своих карих глаз, опухших от слёз и гнева, – Это... всё... но знай... Рано или поздно... ты за всё... ответишь!!... Фобос и Деймос, стоя ей аплодировали в знак издевательства. К ним вскоре подключились эринии, стража, да и сам Арес. После аплодисментов, он её то ли притворно, то ли взаправду похвалил: – Браво, голубушка, браво! За это тебе положена награда. Его жаждущие крови глаза упали на привязанного к ней младенца. Он осмотрел его и сказал: – Ваш мальчик выглядит довольно неплохо. Женщина прокашлялась и гневно проговорила: – Не трогай моего ангелочка! Негодяй нежно погладил её по спине и сказал: – Не волнуйся, ласточка, твой птенчик будет в целости и сохранности. С этими словами, он направил на него свою массивную руку, в которой он легко бы мог раздавить человеческую голову, как помидор. Произнеся таинственное древнегреческое заклинание, у него в руке образовалась красная светящаяся сфера. На глазах у матери, душа её ребёнка покидала своё младенческое тело и сфера поглотила её. Она не верила своим глазам. Бог превратил душу её драгоценного сына в маленький голубой кристаллик, после чего, он быстро перекрасился в красный цвет. Убрав душу младенца в карман, Арес спокойно проговорил: – Твой сын мне ещё пригодится. Но жаль, конечно, что его мать не предпочла стать сильнее. А то вы бы были вместе, несмотря ни на что. Молодая мать хотела плакать, но слёзы в её глазах кончились. Погрузившись в полное горе, она произнесла: – Нет... мой Джетт... мой милый мальчик... Нет... В правой руке изверга зажёгся красный огонь. Струя огня увеличилась, выпрямилась и превратилась в длинный острый меч, пылающий пламенем. Тяжело вздохнув, жестокий убийца проговорил: – Может быть и хорошо, что он больше о тебе ничего не узнает и не увидит тебя... Никогда... Издав лёгкий смешок, Арес схватил женщину за плечо и, через труп её драгоценного сына, проткнул её насквозь. Почувствовав ужасную боль, бедняга не выдержала и закричала на весь дворец. Голубое пламя окутало её вместе с телом её чада. Их телесная оболочка расслоилась, а затем их кости сгорели до тла. Не прошло и секунды, как случился бесшумный взрыв и всплеск голубого пламени охватил весь чертог. Огромная голубая волна света прошла через стены замка и осветила весь мир. Всю Землю, всё бескрайнее небо. Весь мир был освещён голубым светом. Когда этот свет погас и всё вернулось на круги своя, от несчастной женщины остался лишь разлетевшийся по залу голубой пепел, который со временем угасал. На что, Арес тихо и злобно спросил у своих "гостей": – Теперь вы видите, каков удел у слабых? Теперь, никто эту несчастную нигде и никогда не увидит, поскольку нить её судьбы была уничтожена вместе с ней, а её имя исчезло из книги жизни, которой пользуется Танатос, чтобы забирать души умерших. И как вы думаете, каково это? Быть на месте этой женщины? Превратиться в ничто? Исчезнуть навсегда? Осознав, что только что произошло, люди погрузились в ужас ещё глубже. Он не просто убил женщину. Он уничтожил её изнутри. Кто бы что не говорил, это случилось не метафорически, не поэтически и не риторически. Её душа была им буквально стёрта. – А теперь, – обратился подонок к своему сыну, – Приведи ко мне того, у кого эмоции показаны самым насыщенным красным цветом. Фобос привел к отцу высокого старика с залысиной. Как только, старику развязали рот, Бог его спросил: – Готов ли ты идти со мной в мой великий поход против Олимпа? На что, пожилой мужчина безоговорочно гаркнул: – Так точно, Ваше Высочество! А точнее, Ваше Величество! Я готов на всё, чтобы царствию Зевса пришёл конец! Слава новому царю! Да здравствует Лорд Арес! – Прекрасно, – удовлетворённо прорычал Арес, – Я тобой горжусь, дедуля. Отныне и впредь, ты один из моих послушных жрецов. После чего, кровавый владыка коснулся остриём меча обоих его плеч, как на церемонии посвящения в рыцари. Человека стали лизать языки пламени. Плоть и органы сгорели вместе с верёвками, связывавшими его. На старике появилась тёмная одежда, которую носили жрецы Ареса. Новый жрец встал и отошёл в сторонку под кивок падшего небожителя. Так началось великое безумие, которого никто никогда не видел. Началась "Большая Чистка". Арес отбирал себе сторонников и косил "слабаков" мечом, словно серпом. С каждым уничтожением человеческих душ, вспышки голубого цвета освещали все пространство человеческого мира. Души невинных превращались в голубой пепел, разлетаясь и угасая. А новоиспечённые соратники Ареса смеялись над этой вакханалией. Во время уничтожения неугодных душ, сам Бог войны позволял своим подчинённым издеваться над людьми, перед тем, как уничтожить их снаружи и внутри. Заложников били, пытали, истязали всячески. Кому в лицо плюнут, кого затопчут, а над кем-то вообще, надругаются прилюдно и после этого заставят танцевать "Яблочко" обнажённым. А бывало итак, что сам хозяин замка подключался к ним, метая в головы своих жертв пивные кружки, разбивая их в красную кашу, после чего, кидал в их уходящие души свои огненные кинжалы, которые действовали по принципу его меча. И всё это звучало под омерзительную музыку, которую слуги играли на инструментов, вырезанных из костей людей и животных. *** В самом краю коридора сидел несчастный юноша, связанный несколькими верёвками. У него во рту было белое полотенце. Он сидел в углу и наблюдал за всем этим безумием. По его длинным черным волосам стекал холодный пот, а его красивые королевски синие глаза запоминали все события, будто он их на фотоаппарат снимал. Его белое, как соль, лицо дрожало от того, что вытворяли эти существа. Это был малоизвестный путешественник, Леон Стефанотис. Он вернулся в Шахер, чтобы проведать город, в котором он вырос. Но как только он в него зашёл, Арес и отправил на него своё ужасное бессмертное войско. Наш герой пытался сбежать из города, но был схвачен одной из Эриний. Спустя четыре рвотных часа, он оказался последней жертвой этого "цирка". Он слышал рассказы своих погибших товарищей из своей экспедиции о жизни в тюрьме или какой жестокой бывает армейская дедовщина в разных странах мира. Но по сравнению с этой сумасшедшей "вечеринкой" всё это кажется цветочками. Смотря на людей, что примкнули к Аресу, он понимал, что они добровольно отказались от своей человечности, постепенно превращаясь в послушных рабов бессмертного и могущественного завоевателя. А глядя на Богов, он не понимал, как люди могли им поклоняться и приносить им жертвы. Ведь эти существа – такие чудовища, каких свет не видывал. И теперь, до него доходило, какой пугающем могла быть древность. Как говорится "из песни слов не выкинешь". В конце концов, он остался один. Одни люди потеряли свою человечность и стали монстрами во всех смыслах, а другие исчезли навсегда, перестав существовать. Когда пришёл его черёд, Фобос осмотрел его и сказал: – Ну вот, отец. Последний "синий". Посмотрим, что с ним произойдёт. Арес осмотрел свой зал и сделал жест рукой, чтобы все затихли. Подойдя к юноше, Бог войны вытащил из его рта полотенце и, улыбаясь, спросил у парня: – Ну что, мальчик, тебе понравилось моё увлекательное и идеальное шоу? Хотел бы быть его последним участником? Голубоглазый нахмурился, помотал глазами и нервно ответил: – А просто отпустить меня на волю нельзя? Как бы ты к этому не относился, но я не хочу участвовать в вашей дикой и мерзкой игре! Сделав зловещее "умное лицо", рыжебородый покачал головой. С хитрой ухмылкой, он издал лёгкий смешок: – Не-не-не, смертный. Так не пойдёт. Ты ошибаешься. Это никакая не игра, мой драгоценный друг. Это война! Война и игра – это две абсолютно разные вещи. В игре можно выбрать сколько угодно раз, а на войне выбор может быть только один. Извини, но такой закон - если ты отказываешься воевать на стороне одного лагеря, то считается, что ты выбрал противоположный лагерь, и не важно, что там у тебя в голове. Леон сердито отвернулся, не вынося взгляда своего свирепого оппонента. Он готов на все угодно, но лишь бы не взять в руки оружие и пойти убивать невинных существ. Ему не хотелось крови. Он её вида его даже тошнило и у него кружилась голова. И сегодня, пожалуй была та ночь, когда ему приходилось быть свидетелем тех смертей, каких очень давно не было в истории. Арес нагнулся и, взяв юношу за подбородок, повернул его и издевательски спросил его: – Ну-ну-ну, милый мальчик, что ты противишься? Что ты противишься? Это жизнь. А жизнь без насилия это как перо без стержня. Насилие делает из мальчиков настоящих мужчин. Оно делает слабых сильными. Оно является основой основ. А ты, я так погляжу, являешься паинькой?.. Нервное дыхание человека смешивалось со зловонным дыханием Бога войны. Если бы сейчас, у Леона руки были свободными, то он бы сейчас зажал пальцами свой нос, лишь бы не чувствовать запах пива, смешанный с гарью и спиртом. Но парнишка не растерялся и молниеносно ответил тирану: – Да и что с того?! Что с того, что за свою жизнь я не убил никого и никому не починил вреда?!! – Да ладно! – ехидно "выстрелил" красноглазый, – А как же многочисленные мухи, комары, тараканы и прочие вредители? Они разве не являются живыми существами? Разве у них нету жизни? Я тебя спрашиваю, голубчик. А вредные бактерии в твоём организме, которые ты уничтожал, выпивая лекарства? У них же тоже есть жизнь... Внезапно, Леон перебил его, не истратив своего мужества: – И по последним пунктам, я догадываюсь, как вы на нас смотрите. Я отказываюсь подчиняться и содействовать любому из вас, потому что вы, Боги, являетесь надменными существами, которые смотрят на низших существ, как на амёб и инфузорий! Сыновья Ареса и Эринии удивились от такой наглости. Как смеет этот наглый смертный перебивать Бога войны, который его может уничтожить по щелчку пальцев?! Однако, сам Арес на это отреагировал спокойно и рассудительно, что на него было совсем не похоже, когда ему кто-то перечил: – Совершенно верно, солнце моё. Да, Прометей вас слепил по нашему подобию, но... он вас не наделил нашей силой. Он вас максимально ослабил, чтобы вы не противостояли нам, как хозяевам жизни. И вот сейчас, я занимаюсь тем, что усиливаю вас, чтобы вы заслужили моего уважения и признания... Внезапно, Леон второй раз перебил своего пленителя: – А по-моему, ты занимаешься их расчеловечиванием. Ты уничтожаешь человеческие эмоции, превращаешь людей в своих зомбарей! Ты делаешь из них послушный скот!!! На этот раз, ухмылка с лица Бога войны исчезла и он перешёл в своё естественное состояние. Он притянул Леона к себе и притронулся своим горбатым носом с прямым носом паренька: – Так слушай сюда, соплячок! Тебе не кажется, что ты перегнул палку? Во-первых, называй вещи своими именами. Скот это не тот, кто ведёт себя аморально, использует ненормативную брань, а тот, кто не умеет выживать. Тот, кто не умеет сражаться, кого легко отправить в загон. Кто является лёгкой мишенью для стрелка. Во-вторых, тебя разве никто не учил, что перебивать кого-то – это знак неуважения?! Немного ослабив хватку, Бог войны слегка отстранился от своего пленника, прикрыв глаза: – И в-третьих, почему, если ты наивно думаешь, что если не будешь помогать Богам и участвовать в каком-нибудь конфликте, то ты свободен и не являешься чьей-то пешкой? Я тебя здесь разочарую. Ты очень глубоко заблуждаешься! Все мы без исключения являемся чьим-то рабами. Например, судьба. Большинство богов бессильны перед ней. Богини судьбы, Мойры, обрезают чьи-то нити, когда истекает чей-то срок. Даже мой отец, Зевс слаб против них. Или например, Танатос, второе имя которого – Смерть, приходит за душами тех, чьё имя записано в книгу жизни и срок его жизни истёк. А мой плешивый дядя, которого я очень боюсь, вообще судит мёртвых и правит ими. Ну ты понимаешь... Закончив и тяжело вздохнув, Арес вытащил из-за пояса кинжал. Леон испугался и насторожился, но пленитель положил ему левую руку на плечо и спокойно ему приказал: - Тише, смертный, тише. Я тебя пока что убивать не буду. Я буду сейчас тебя изучать. С этими словами он разрезал верёвки, которыми юноша был крепко связан. Леон покраснел и недоумевающе на него посмотрел: - Что ты имеешь ввиду, душегуб?! Что ты задумал?!! Это позабавило Фобоса. Он усмехнулся и издевательски вякнул: - Взгляните, вроде мужик, а краснеет и ведёт себя, словно студентка из женского лицея, - он посмотрел на своего брата, - Деймос, слушай, давай принесём ему белую юбочку и он для нас станцует "Лебединое озеро"! Леон не выдержал и крикнул на блондина: - Заткнись, бесхвостая крыса. Будь ты смертным, я бы тебя зарезал, как ягнёнка! Шут гороховый!!! Бог войны не выдержал и взревел, когда его рыжие волосы покраснели и на его голове зажёгся огонь: - Глохните вы оба! А ты, - обратился он к Стефанотису, - сиди смирно. Ведь сейчас мы узнаем, что за черти водятся в твоём омуте. Леон всё ещё держал себя в руках, стараясь не задрожать от действий сурового божества. Арес притронулся своей тяжёлой мускулистой рукой к голове юноши и тот почувствовал, что его будто бьют электрическим током и слепят ультрафиолетовой лампой. Он закрыл глаза, чувствуя ужасную боль. Ему казалось, что вот-вот он умрёт от высокого напряжения этой непонятной силы. Но его опасения были напрасными. Как только недруг убрал от него свою руку, он с интересом наклонил голову и прошептал в изумлении: - Хм... Весьма интересно... Как... неожиданно! Несчастный немедля поднял свои опухшие голубые глаза и столкнулся с удивлённым взглядом своего захватчика. Эриний, Фобоса и Деймоса окутало лёгкое недоумение. Алекто подошла к своему повелителю и поинтересовалась: - Что вы увидели, мой лорд? Лицо Ареса расплылось в мрачной зловещей ухмылке. Он произнёс имя своего заложника: – Леон Стефанотис. Я даже не ожидал, что в мои крепкие капканы попадёт такой чёрный, милый и недотёпистый кролик. Подумать только, я не ожидал, что судьба сведёт меня с тем, кто встретился с моей бывшей... пешкой. В недоумении, лицо Леона побледнело: – Какой такой "пешкой"? О ком ты говоришь? В ответ на это, его мрачный собеседник иронически хмыкнул: – Какой глупенький зверёк. Разве ты не догадываешься? Я думал, ты вспомнишь о своей горячо любимой... Вайолет? Как только Арес упомянул её имя, его сыновья посмотрели друг на друга и зловеще улыбнулись, вспоминая про неё и найдя новую почву для издевательств над бедным парнем. Леон невольно выпучивает глаза, остолбенев: – В-В-Вайолет?.. – Да, та самая Вайолет.., – подхватил Арес, поглаживая бороду, – Вайолет Эвергарден. Она ведь тебе не рассказывала, что в прошлом была солдатом? – Р-рассказывала, – начал заикаться брюнет, готовясь к большой порции издевательств. – Так вот, ты знаешь, кем она была до того, как пришла к тебе в твою, как ты говорил в свои юные годы, "звёздную тюрьму". Она говорила тебе, что она такая же сирота, что и ты, но вы оба не знали правды. – А в чем она? – А в том, что она сирота лишь наполовину, в отличии от тебя. *** С этими словами, он прикоснулся рукой ко лбу Леона. На этот раз, парнишка не чувствовал тока. Он закрыл глаза и увидел... морское дно. Арес специально решил показать ему историю жизни той девушки, которую он любит. Перед ним был глубокий синий океан. На самом дне океана, он увидел прекрасный дворец, построенный из чудесного белого мрамора, украшенный золотом и жемчугами. В одной из комнат этого дворца, парень слышал пение красивой женщины. Она пела колыбельную, укачивая младенца. В мгновение, его взгляд перенёсся в эту комнату. Он увидел, что у этой женщины были длинные платиновые волосы и голубые глаза, сравнимые с цветом алмазов. Сердце Леона билось в такт с пением этой красавицы. Рядом с ней стоял огромного роста мужчина, с бледным лицом, длинными светлыми волосами и бородой, которые по размерам превосходили волосы Ареса, одетый в золотые доспехи и он держал на руках милого трёхлетнего мальчика с такими же голубыми глазами, белой кожей и светлыми волосами. Леон увидел счастливую семью. Он прошептал: – Вот это да... На что, Арес ему ответил: – Да, Леон. Вайолет Эвергарден была дочерью моего дяди, Посейдона. Царя морей и океанов. А её матерью была принцесса Ирэна Джозефина Александра II, правительница Северной Норгории. Я никогда не понимал тех Богов, которые заключают браки со смертными. – Она была его женой? – Как бы это отвратительно для Богов не звучало, но ты угадал. Мой дядя, подобно моему отцу, имеет целый гарем, который состоит из Богинь, нимф, русалок и даже ваших человеческих женщин. Я хоть и не знаю, о чём думал тогда Посейдон, но я думаю, что скорее всего, он взят её в жёны по двум причинам: первая, она по собственной глупости отреклась от престола ради него, а другая – ему просто нравился её голос. Не думая поворачиваться, Леон всё же спросил у Ареса: - А разве у них не любовь? В ответ на это, палач душ нервно помотал головой и зашипел: – Выброси эту чепуху из головы! Любовь – это самый несусветный блеф, в который верят глупые смертные из-за своей короткой жизни. Если бы ты прожил столько, сколько прожил я, то ты бы сразу понял, что я имею ввиду. Но Леон не слушал недовольный бубнёж ворчливого вояки и продолжал наблюдать за счастливым семейством. Он с умилением увидел, как Посейдон и Ирэна положили своих детей кроватку и сели рядом. Брат Вайолет крепко обнял её и оба начали играть, что радовало глаза их родителей и радовало глаза Леона. Но он не успел налюбоваться этой подводной идиллией, как вдруг, Арес щёлкнул пальцами и вспышка света всё озарила. Свет ущипнул глаза Леона с такой силой, что он от боли ухватился за них. Когда всё погасло, он открыл глаза и увидел другую картину. Он видел перед собой... берег моря. Посейдон и его семья отдыхали на нём, одетые в человеческую одежду. Особенно сам глава семейства выделялся, одетый в соломенную шляпу и голубую гавайскую рубашку. Вайолет и её брат тут уже чуточку подросли. Парню так хотелось присоединиться к ним и разделить этот пикник вместе с ними, но... он понимал, что это всего лишь иллюзия, показывающая ему прошлое. Он думал: "Вот как оно выглядит семейное счастье! И не каждому оно доступно. Сейчас они на моих глазах отдыхают от своих подводных дел на берегу. Более того, я и не знал, что моя милая Вайолет родилась под водой. Я увидел лишь море тогда, когда стал экспедитором. А когда у меня была семья, я увидел мир за пределами своего дома лишь тогда, когда отец отвёз меня в лес у подножья гор. Во время нашей прогулки, я любовался на редкие цветы и бегал за разноцветными бабочками. Я тогда почувствовал себя по-настоящему свободным и счастливым, несмотря на то, что моей матери тогда с нами рядом не было. Она тогда была на приёме у врача." Из-за спины он вдруг услышал насмешку голосом Деймоса: - Что, человечишка, видишь? Видишь, чем отличается жизнь детей благородного Бога от детей жалких смертных?! Леону надоели издевательства от хулиганистых сыновей Божественного изверга, что заставило его обернуться и посмотреть его врагу в глаза. Однако, сзади себя он никого не увидел, а лишь услышал смех Фобоса: - Господи, какой же тупой и наивный смертный!! Он так и не догадывается, что он сейчас находится в прошлом, а мы - в настоящем. Парень хотел было крикнуть, но всё ещё сдержался. Он проворчал, думая о этих мерзких братьях: - Вши вы обезьяньи. Будь я Богом, я бы втоптал вас в грязь и справил бы на вас нужду. В ответ прозвучал, хоть и не громкий, но ядовитый двойственный смех: – Ой, какие мы злые! Как тебе ноги не оторвало после этого? – Ты лучше не угрожай нам, а посмотри, что потом дальше будет. В это мгновение, юноша перестал "париться" и обернулся. Пока семья царя морей отдыхала, Леон увидел в далёких лесных зарослях чьи-то знакомые глаза. В них-то он и узнал Ареса. – Твоя будущая возлюбленная приглянулась мне, но не в качестве романтического интереса. – А в качестве оружия? – Ты совершенно прав. После этого, на Леона снова навеяла очередная вспышка света. Он снова закрыл глаза и через мгновение, оказался в другом эпизоде жизни Вайолет. Он увидел, как Арес ворвался в комнату к Вайолет и напал на её мать. Женщина плакала и молила о пощаде. Бог войны вырвал 7-летнюю девочку из рук женщины, а саму её проткнул мечом насквозь. Брат пытался сестру защитить, но бородатый тиран пнул его в живот, отбросив в сторону. Вовремя прибывший Посейдон спас своего сына от смерти. Но Арес, смог при помощи мгновенной телепортации сбежать от своего дяди, унося с собой свою кузину. Это событие вызвало у Леона сочувствие к Вайолет и её семье, а градус ненависти к Богу войны у него начал расти словно стебель бамбука. Жалобный крик принцессы и её плач в агонии лили масло в огонь. Светловолосый мальчик горько плакал, прижимаясь к отцу, а убитый горем Посейдон нежно поглаживал его по головке, закрыв свои величественные глаза. Следующая картина, которую наблюдал человек, было посещение царём морей загробного мира. Он находился в священных садах островов Элизиума. Посейдон крепко обнял свою погибшую жену, положив свою голову к ней на плечо: – Прости меня, дорогая! Не уберёг я тебя и своей дочери. Ирэна нежно погладила своего бессмертного мужа по голове и ответила ему своим нежным голосом, похожим на журчание ручья: – Не извиняйся, милый. Пропажа нашей доченьки и моя смерть – это не твоя вина. Но ты не унывай, крепись. Будь бодрее и смелее ради меня. Я знаю, что ты меня до сих пор любишь. А о нашей дочери позаботятся Афина и Аполлон. Несмотря на твои разногласия с ними, они дали слово, что она будет жить. Слова принцессы постепенно успокоили горемычного Бога океанов. Он сделал глубокий вдох и, ненадолго задержав дыхание, выдохнул: – Хорошо. Я на них на этот раз положусь. А сына нашего, я воспитаю сам. Даю тебе слово, что он вырастет крепким и сильным цветком нашей любви. Мы когда-нибудь им возгордимся! – Я верю, дорогой... Поцеловав свою любимую на прощание и распрощавшись с ней, Посейдон отправился к берегу реки, где его ждал огромного роста старик, с мертвецки бледной кожей и полностью лысой головой, одетый в чёрный балахон с плащом и капюшоном. У этого старика было страшное морщинистое лицо и фиолетовые глаза с чёрными склерами. Он был выше бога морей на пять голов. Это был его старший брат, Император Преисподней Аид. Посейдон его попросил: – Будь добр, брат, сделай мне небольшое одолжение. Ты не можешь оставить души моих самых младших детей мне? Ты забрал у меня жену, но ты можешь мне сказать, какие у них души? Они же не как у смертных? Сам вид правителя загробного мира пугал Леона. Парень закрыл глаза и задрожал от страха. Его хватила непонятная аура смятения. Но он услышал, как Аид отвечал своему брату скрипящим жутким голосом: – Можешь не волноваться, Посейдон. Души твоих детей очень сильны. Они явно имеют шанс стать такими же, что и Геракл. Если они умрут, то они непременно попадут в твоё царство. Ониры о них позаботятся. Я сдержу своё слово, вот увидишь. Аид не спеша уменьшил свой рост до Посейдона. Оба крепко обнялись, доверяя друг другу. – Спасибо тебе большое, брат! Ты всегда был лучшим. Пролетела следующая вспышка света. Далее, Леон наблюдал, как Вайолет выживала в дикой природе. Картины менялись у него прямо перед лицом. С каждой картиной, он видел как Вайолет без эмоций убегает от хищников, убивает маленьких зверушек, топчет растения и ломает деревья. За все это время, перед ним менялись времена года. Его больше всего удивило, как она такой безэмоциональной стала? На что, он и получил ответ от самого Ареса, который рассказывал ему эту историю: – Я специально стёр ей память о её предыдущей жизни, чтобы сделать из неё бездушную машину для убийств, идеальную спартанку. Я косвенно учил её выживать. И я с уверенностью могу сказать, что результаты, которые она мне показывала, были весьма успешные. И я был близок к большому успеху, когда она у меня на глазах уложила десяток смертных солдат, когда ей только было восемь лет... Перед голубыми глазами Леона, его будущая возлюбленная с невероятной скоростью (при помощи одного лишь ножа!) смогла расправиться с вооружёнными взрослыми людьми. Теперь-то он видел, на что способна кровь Бога. Далее, бывший астроном наблюдал, что Вайолет нашёл командир тех самых солдат. У него были такие же длинные чёрные волосы, что и у него, правда, в отличии от него, у этого мужчины были зелёные глаза, а волосы были заплетены в косичку. Мужчина кричал ей недовольно: – Почему ты не убиваешь меня?! Давай, походи! Давай, убей меня!!! Давай, убей!! –... И на этом моменте, – с искрой в голосе рассказывал Бог войны, – Я решил, что я нашёл себе подходящего помощника в лице Дитфрида Бугенвиллеи, капитана первого ранга. Такой же тиранистый и холодный, однако, всем моим планам сбыться было не суждено... Далее, мы вместе с Леоном наблюдаем, как Дитфрид вёл Вайолет в своё фамильное имение. – И я думал, что все пойдёт по моему плану, но... как бы не так, – слегка раздосадованным тоном сделал паузу Арес, - Их разрушил его брат, Гилберт, о котором тебе не раз рассказывала роза твоего сердца. Леон видел и слышал разговоры между капитаном Дитфридом и майором Гилбертом. Теперь-то он узнал, как выглядел майор, о котором ему когда-то рассказывала Вайолет. Бог войны продолжил после недолгого молчания: – Мои сёстры, Афина и Афродита решили вмешаться в мои дела. Афина помогала этому козлу учить Вайолет, а Афродита, которая была когда-то моей любовницей, сделала мою "куклу" более человечной и эмоциональной, завязав между ними любовный узел. Я был в настоящем гневе, – его волосы в этот момент покраснели и на них снова зажглось пламя, – Мои планы были расстроены, когда Вайолет начала постепенно становиться человеком!.. Красноглазый через несколько секунд охладил свой пыл и его волосы погасли. – И тогда, я решил от неё избавиться, когда ей было четырнадцать. Очередная вспышка света озарила Леона и следующим эпизодом, он видел последнюю битву Вайолет. Теперь-то он ощутил, какие муки чувствовала бедная Эвергарден. Над её головой свистели пули и снаряды. Девушка неслась по полю боя и огонь был с обеих сторон. Под конец битвы, перед Леоном была жуткая картина. Он видел, как Вайолет, и без того лишившаяся обеих рук, пыталась поднять с земли своего раненого командира. Он кричал ей: – Брось меня, Вайолет, беги! – Нет, я не брошу Вас, майор! И под конец, Леон увидел, как его любимая потеряла обе руки. Он услышал, как Гилберт произнёс слова, которые впились ей в мозг: – Я люблю тебя! Эти слова отпечатались в душе Леона, когда он наблюдал, как парочка попала под завал в крепости. Тоска наполняет его душу. Он теперь-то видел, насколько она любит майора. Она верна ему даже после его смерти. Разве такое часто увидишь? Парнишка теперь видел, в кого он влюбился. Стефанотис настоящую ощутил горечь реальности. Его сердце сжалось от мысли о том, что даже мёртвому майору она верна настолько, что у голубоглазого не оказалось места в добром, но несчастном сердце Вайолет. Такие мысли посещали его голову, но он недолго прибывал в своих размышлениях, поскольку, его враг решил показать ему следующую картину... Потом, парня перенесло в другое место, где был горящий лес. Он наблюдал за битвой троих Богов: Арес сражался против своего брата Аполлона и сестры Афины. Один против двоих. Оба были одеты в золотые доспехи, вооружены мечами и щитами. У Афины был синий "гребень", а у Аполлона – "жёлтый." Их светлые волосы хорошо констатировали с их доспехами, которые были полной противоположностью черных доспехов Ареса и его длинных рыжих волос. – К моей сестре подключился мой брат, Аполлон. Я знал его вечно юную натуру. Ею он только и делает, что порочит нашу идеальную божественную природу... Во время рассказа Ареса, Леон наблюдал, насколько пугающей бывает вражда между братьями. И она бывает не только у людей, но и даже у Богов. Как человек, у которого не было ни брата, ни сестры, он всё равно понимал, насколько это может быть тяжело и плохо. – ... Он только и делал, что вам, смертным, сопли вытирал. Представь себе, ты – существо высшей ипостаси, способное создавать и уничтожать миры и жизнь по щелчку своих пальцев, а тебе приходится облизывать свою жалкую копирку, которая без посторонней помощи не может подтереться. Разве это не жалко? Не Божье это дело волноваться за жизнь какой-то жидконогой козявки! Но пленник не слушал Тёмного Лорда. Он наблюдал за кровавой дуэлью. Ему казалось, что мир вот-вот дрогнёт. Арес ударял своим мечом об землю. Горы проваливались в земные трещины. Кипящая лава поглощала флору и фауну тех мест. Сложивший меч в ножны Аполлон использовал свою силу, чтобы создать светлое силовое поле, защищающее страну от разрушения. Но воитель и не думал отступать. Он всей своей силой нажал на свой чёрный меч и стал ломать барьер, прилагая усилия для успешного прохода к Аполлону. Негодяю так и хотелось вонзить свой меч в грудь Бога света и насладиться братской кровью, поливающую его лицо. Бог войны без крови - это как растение без воды. Казалось бы, на свою, на первый взгляд, ненависть к Богам, как к горделивым, жестоким и трусливым лжецам, у него внезапно появилось сочувствие к младшему брату его врага. В итоге, случилось то, что и думал брюнет. Меч Ареса разбил защитный купол Аполлона и влетел последнему прямо в грудь. Раненный олимпиец еле сдерживал крик, когда его бывший союзник и сосед этом же мечом поставил его перед собой на колени. С раскатистым смехом, который зрителю надоел, Бог войны отсёк брату ноги. Бог солнца был повержен. И теперь, целью тирана была его нелюбимая сестра, Афина. Наполненный радостью, Арес бросился к своей сестре. Наконец-то, за столько лет, он сможет бросить ей реванш. В свои молодые годы, он не понимал, как он, Бог войны и разрушений, никак не мог победить воительницу, которая была по совместительству ещё ремесленницей и труженицей. Он с годами понял, что в его поражениях были две причины: первая - его собственная ярость, которая его ослепляла, ну а вторая - его любовь к вину, пиву и мёду. А теперь, то время, когда Олимпийцы были крайне сильны и всемогущественны, сгинуло в море времени и их имена больше не произносились устами людей. Судьба дала Аресу шанс воплотить в реальность те мечты, которые ему казались его влажными снами. - Чего противишься, Афина? - он своим гнилым оскалом ухмылялся, блокируя её удар своим щитом, - Просто признай, что ты уже не та! Твоя сила ничтожно мала по сравнению с моей. Твоё зазнайство и занудство тебе уже не помогут. - Может быть я и слабее тебя, а моя мудрость уже не имеет никакого веса в пересозданном нами мире, который мы подарили людям. Может быть, мы вместе с ними изменились, но ты явно нет. С того момента, как мы спасли людей и передали им в наследство новый прекрасный мир, мы издали закон, что мы больше никогда не вмешаемся в судьбы смертных. Но несмотря ни на что, ты продолжаешь вмешиваться в дела людей!.. Как только Афина отразила удар брата своим щитом, тот перекинул свой меч в левую руку и выхватил из под пояса булаву. Вложив в неё свою тёмную энергию, одним ударом он превратил щит Богини в золотые щепки. И несмотря на свои боевые ранения, она продолжила с ни разговор: - Несмотря на то, что наши имена навсегда исчезли с уст смертных, ты продолжаешь всюду сеять разрушения, делить людей на континенты, страны, лагеря и классы. Ты хочешь, чтобы твои извращённые мечты снова и снова воплотились в реальность! Тебе Второй и Третьей Мировых войн и Ядерной катастрофы мало!.. - с этими словами у неё в руке под блеск золотых молний появилось её могущественное копьё. - Да, да, да, - передразнивающие шипел тот, - Когда закончится эпоха царствования Зевса на Олимпе, я установлю свои порядки. Тогда не будет войн и завоеваний. Когда я стану новым царём и создам свою могущественную империю, люди будут чувствовать себя, птицы в небе! А ты и прочие, кто вздумает бросить мне вызов, будете брошены в Бездну и вас никто никогда не вспомнит!.. Разрушив своим копьём щит завоевателя, матерь человечества ему ответила: - Может быть ты и победишь нас всех вместе взятых и будешь править мирозданием, но знай! Сколько бы ты не угробил смертных, сколько бы ты бессмертных не бросил в бездонную бездну Тартара и насколько вечно будет гореть в твоих жадных глазах огонь, твоё правление долгим не будет! Всегда найдутся те, кто будет тебя всей душой, всем сердцем и сущностью ненавидеть и презирать! Найдётся всегда тот, кто надерёт тебе твою наглую и надменную задницу! Зная тебя, я одно скажу. Ты пропьёшь Олимп также, как пропил Спарту, Трою и поединок с Диомедом! Даже если меня не будет рядом с ним, у тебя всё равно не будет шансов!.. Но Арес Афину не слушал. Всю битву он лишь сдерживал свой раскатистый смех, неверя ни одному из её слов. -... И последнее, что я тебе скажу, - подытожила она, фыркнув и ранив его копьём в плечо, - Это будет твоё последнее поражение! И всю свою бессмертную жизнь ты будешь проклинать тот день, когда впервые притронулся к кубку вина! На последнем слове, Бог войны не выдержал и смех вырвался из его рта, словно дым из печной трубы. У Леона даже сложилось впечатление, что его враг хранит у себя на все случаи жизни веселящий газ в банках и время от времени им дышит. - Этого от тебя и следовало ожидать, - чуть не подавился от от смеха, - Узнаю свою вонючую и душную сестру!.. Прошла целая вечность, ты тоже не изменилась. И я в какой-то степени рад, что вы изгнали меня с Олимпа... Выбив копьё из её рук, он пнул её в живот. Лицо Леона от этого чуть ли не исказилось от ярости. Он хоть и был сварливым мизогином в детстве, но такого представить себе он никак не мог. Чтобы мужчина пнул женщину в живот, не в зависимости от того, как она выглядит и кем является. Это каким подонком нужно быть? - ... Во всяком случае, я не чувствую твоего запаха и не слышу твоей пресной болтовни. Со всего размаху, Арес отрубил Афине праву руку. Он поставил безоружную Богиню перед собой на колени, собираясь нанести свой последний удар. Сердце у Леона на этот момент остановилось. Его лицо стало побледнело, как поганка. Брюнету казалось, что эта бессердечная тварь вот-вот прикончит свою заклятую соперницу в мгновение ока. Но умирают ли Боги? На этот вопрос, у Леона было две гипотезы, которые объединял один ответ: для них смерть является не смертью. Согласно первой, они смогут через какое-то время восстановить своё тело после гибели, а согласно второй для них смерть является прекращением существования. Больше всего, он боялся, что вдруг его вторая гипотеза окажется правдой. Его сердце сжалось, как изюм. Лицо задрожало и человек был готов заплакать, однако... внезапно, случилось то, чего он не ожидал. Пока сражались Бог и Богиня войны, Аполлон потратил свои последние силы на лечение тремя эликсирами, которые были у него в походном спорране. Идеальные ноги Солнце-Бога смогли восстановиться из обрубков, будто по ним меч не ударял. Раны его быстро зажали, а новая сила наполнила его тело. Издав ожесточённый крик, он отвлёк человека и Бога войны. В то же самое мгновение, всё пространство заполнила белая светлая вспышка, от которой любой мог ослепнуть. Но Стефанотис не стал закрывать свои глаза, поскольку знал, что эта была иллюзия прошлого. Как только она погасла, ослеплённый светом своего братишки воитель, держался за свои глаза, тяжело стоная. Но как только глаза у вояки восстановились, Аполлон в состоянии берсерка напал на Бога войны и давай его бить своим мечом. После недолгой изнурительной битвы, израненный Арес, потеряв силы, опустился на левое колено. Он сердито наблюдал, как светлоликий вернулся в своё нормальное состояние, подошёл к своей раненой сестре, поднял её на руки и унёс с поля боя. Рыжебородый ублюдок прошипел, глядя ему во след: - Это ещё не конец!!! *** Настоящая вспышка пронеслась перед глазами Леона. Упав на каменный пол, он снова очутился в уже надоевшем ему месте. Снова страшный чёрный замок Ареса и снова трупный смрад, смешанный с запахом выпивки. Как только он открыл глаза, без его согласия, Деймос взял Стефанотиса за левую руку, поднял его и поставил на ноги. - Спасибо, - неохотно и злобно поблагодарил он Бога-упыря. - Ну как полетал? - издевательски спросил его тот, - Понравилось путешествие во времени? - Спасибо, - проворчал человек, - Очень понравилось. - Что-то ты довольным не выглядишь, - подловил его с улыбкой Фобос, словно читая поэму, - Али не нравятся тебе морские виды? Али аромат волос твоей милой Вайолет тебя уже не чарует?.. Но черноволосый им ничего не ответил. Он лишь грозно посмотрел на них, не желая с ними вступать в дискуссии. Получив в ответ лишь молчание, оба надоеды пожимают плечами, обменявшись взглядами друг с другом. - Ладно, Фобос, пошли. Оставим этого душнилу для нашего бати. - Согласен. Вроде образованный, книг много читал, а в белых стихах мало что понимает. Подождав своих сыновей, Бог войны сделал пару шагов к своему заложнику и задал ему вопрос: - Ну что, солнце моё, узнал о прошлом своей несостоявшейся невесты? Налюбовался ей вдоволь? Голубоглазый понимал, что на него сейчас с ним может случиться. Подавив внутри себя гнев и панику, он спокойно ответил: - Да. Я многое узнал о Вайолет. Она - девушка самого благородного происхождения. Вот почему у меня иногда возникали мысли, что в её жилах течёт царская кровь. Мне до неё, как до ночной звезды. Особенно когда её отец - повелитель морей и океанов. И я конечно понимаю, что буду сейчас играть со смертью, - он поднял голову и его живые голубые глаза столкнулись с безжизненными красными глазами Тёмного Лорда, - но если тебя не затруднит, ответь мне всего лишь на один вопрос... П-пожалуйста... Бог войны спокойно молчал. Через пару секунд, он спокойно кивнул парнишке. Тот продолжил, слегка заикаясь: - А... б-брат В-Вайолет?.. О-о-он... жив? Арес ненадолго отвёл глаза в сторону, но незамедлительно ответил на вопрос: - Жив. Скрывается среди смертных, имеет хорошую работу, небольшой трёхэтажный особняк. Является неплохим семьянином, жена у него красавица да сын-ангелочек. Иногда встречается с отцом, но своём происхождении никому не ведает. В общем, жизнь у него чудесная. Но вернёмся к Вайолет. Хотел бы ты знать, что с ней случилось после вашей встречи и что с ней сейчас? Подняв глаза, брюнет кивнул: - Да, хочу. Я хочу увидеть, что с ней сейчас. - Хорошо. Я тебе это организую. Алекто, - обратился он к насекомоподобной Эринии, - Покажи ему ваше волшебное зеркало. - Слушаюсь, мой повелитель, - улыбнувшись, кивнула та и громко хлопнула в ладоши. У неё в правой руке появилось серебряное зеркало, украшенное алмазами и сапфирами. Она протянула его Леону. Арес сел на трон и ждал, какова же будет реакция парня на сегодняшнюю жизнь его возлюбленной. Фобос уже стоял, держа в руке ведро. Он приготовился к тому, что несчастный получит нервный срыв и зарыдает, как малыш. Ему хотелось поставить ведро под него, чтобы увидеть, сколько слёз прольёт Леон, увидев свою "суженную". Деймос тут же понял его замысел и вытащил из-за спины дюжину ярких разноцветных тряпок, чтобы посмотреть, сколько он высморкает. Взяв зеркало в руку, Леон присел на на стул и посмотрел в него. Стоило ему проскользнуть своими красивыми синими глазами по металлической поверхности, он увидел свою любимую и те события, которые произошли с их первой и последней встречи. Он видел её друзей, её коллег и её других клиентов. Больше всего он почувствовал себя ближе к Оскару Вебстеру, драматургу с трагической судьбой. Он увидел в нём родственную душу. Ему так хотелось прийти к нему в гости, выпить чай, поболтать, да послушать книги, написанные этим уникальным человеком. Ему также хотелось повстречаться с Анной Магнолией, дочерью одной из клиенток Вайолет. Парню хотелось обнять эту девочку, погладить её по голове и приласкать её. У него также было желание повстречать Изабеллу Йорк (известную под настоящим именем Эми Барлетт) с её сестрой Тэйлор и поинтересоваться у них, что они чувствуют к его пассии. И он сдерживал слёзы, когда увидел умирающего Юриса, последнего клиента самой известной и всеми любимой автозапоминающей куклы. Его душу снова заполнило тепло. И наконец-то он увидел, что Вайолет встретила своего майора. Оба поженились и живут вместе уже семь лет. У них есть двое красивых дочерей: старшая была полной копией матери, а младшая больше похожа на отца. Парень видел счастливую семью, в которой не было места частым конфликтам и раздорам, где царили любовь, забота и согласие. Парады, театры, путешествия: все это они проводят вместе. С одной стороны, он был рад за Вайолет, что наконец-то она встретила самого дорогого для неё человека, который был для неё всем. А с другой стороны, он почувствовал таки удар в самое сердце. Вспомнив, что у него на данный момент ни друзей, ни семьи. Он вспомнил про своё одиночество, которое было с ним всё это время. Даже у его врага, Ареса, есть подстилки-сыновья, служанки-Эринии и целая армия свирепых зомби. Он почувствовал себя пустой фарфоровой куклой в антикварной лавке. Его душа плакала. Он чувствовал, что его сердце вот-вот лопнет, но он умел держать себя в руках и решил не подавать виду, что у него горе. Был бы здесь старый Леон, который вчера встретил Вайолет, то он бы не выдержал и нарыдался всласть, потому что "его снова предали". Но Стефанотис был уже взрослым человеком, который понимал, что жизнь полна боли и разочарований, и что она без них существовать не может. И рано или поздно, даже самый верный твой друг детства, которому ты всегда доверял, может в любой момент тебя бросить и забыть. Успокоившись, Леон вернул Алекто зеркало и погрузился в свои мысли. - Ну мой друг, - нарушил тишину рыжебородый палач, - Что скажешь? Недолго думая, брюнет ответил: - Я рад за Вайолет. Она нашла человека, которого любит всем сердцем и они стали семьёй. Мне больше сказать нечего. - Да ладно, - вдруг выскочил Деймос, - А куда же пропал тот мальчик, который когда-то смотрел на звёзды и говорил, что "Вайолет для него - вся вселенная"? Говорил, что найдёт её? А? - Да, - в своей бесящей манере поддакнул брату Фобос, - Ещё вдобавок, вырывал из газет её фотографии и на них по ночам дрочил? Кто у нас такой гений? Тебе ведь мамка не писала письма, перед тем как сдохнуть? "Сыночка, я тебя разве не учила, что рукоблудить на фотографии замужних женщин - плохо?" И ты наверное, представил себе, какая бы рожа сейчас была у Вайолет, если бы она про это узнала? С этими словами, он принял обличие Вайолет Эвергарден, сделал сердитую рожу и, съимитировав её голос, крикнул: - Сейчас я тебе покажу, петух! Леон упал в на спину от страха, а потом побежал к колоне. Фобос побежал вслед за ним, продолжая его пугать видом злой Вайолет. Деймос тут же прыснул со смеху. Весь зал захохотал, включая Ареса. Парень споткнулся и грохнулся об каменный пол. Фобос остановился и тоже засмеялся. Поперхнувшись от смеха и сделав глоток медовухи, тёмный властелин сделал знак рукой: - Вольно. Пока что не будем прессовать беднягу. Он использовал силу мыслей и, против воли смертного, притянул последнего к своим ногам и усадил на колени. Когда зал затих, Эринии вытащили свои фиолетовые веера и давай ими обмахиваться. Поглаживая свою обмоченную в мёде бороду, Арес наклонился к своему пленнику: - Но всё таки, ты меня наверное, спросишь, зачем именно я показал тебе прошлое твоей "вселенной"? Леон в ответ немного помолчал, но всё же спросил: - Для чего же? Арес сделал глубокий вдох и, не спеша ответил: - Понимаешь, Леон? Я хочу до тебя достучаться и донести одну истину, которую ты, скорее всего, понять никогда не сможешь в силу своего молодого возраста. Ты, наверное, интересуешься, почему твоя Вайолет выбрала не тебя, а своего "майора"? Так вот, у меня есть ответ на твой вопрос. Всё дело в том, что свобода, любовь и равенство - это иллюзии, созданные Эфиром, Эросом и Коалемосом для задурманивания смертных. Что я хочу тебе сказать по поводу твоей "суженной"? Возможно, поселившись на острове Экарта и живя с Гилбертом, она чувствует себя счастливой и свободной. Но на самом деле, ей, как существу с рабским нутром это слово никогда не понять. Ведь она тупо прилипла к нему, как банный лист. Никогда не смотрела на других мужчин, никогда не заглядывала в их внутренние миры, поскольку в его мире она чувствует себя, как рыба в воде, но не понимая, что находится не в океане, а в аквариуме. Такое же можно сказать и про тебя. Ты был ей всегда верен, несмотря на то, что знал, что ты для неё ничего толком не значишь. В миры других женщин ты никогда не заглядывал, считая, что Вайолет - твой идеал и что не существует той, кто её тебе заменит. А что касается любви? Мой отец - тот ещё любитель "попрыгать". Чуть ли не каждая женщина становилась жертвой его так называемой "любви". А моя мать, несмотря на его измены и её ревность, продолжает сохранять ему верность и никак не думает его бросать, даже при своём больном сердце. Моя бывшая любовница, Афродита? Богиня любви? Она тоже меняет мужчин, как перчатки. Это она унаследовала от нашего отца. Мой младший брат Гефест, что является её законным мужем, становится жертвой депрессии, ибо они никогда этой своей "любовью" не занимались. Да, как труженик и кузнец, Гефест очень много стоит, но вот как муж, он никчёмен. И во время каждой измены Афродиты, он после работы падает в кровать и ноет в подушку о том, что жизнь с ним жестоко обходится. А если бы у него были мозги и он послушал меня, то он бы осознал, что любовь - это утопия, и перестал страдать ерундой. А что говорить про равенство? То тут даже блохе понятно, что его, как такового быть не может. Идею о нём придумал Коалемос, Бог глупости и идиотских поступков. Клод Анри де Сен-Симон, Шарль Фурье, Роберт Оуэн, Фридрих Энгельс и Карл Маркс стали его жертвами. Возможно, тебе имена этих людей ничего не говорят? Ах да! Те же были жителями старого мира, как и Аристотель, Герон и Сократ. А согласно законам природы и мироздания, никакого равенства нигде быть не может. Хочешь, не хочешь, но такие законы установил мой прапрадед, сам Хаос... Скучный и раздражённый взгляд Леона был впечатан в каменный пол, пока ему приходилось слушать надоедливые мозгопромывающие "лекции". То, что говорил ему Арес, следовало от него ожидать. И те слова, которые он сказал ему про Вайолет, его рассердили, но он и не вздумал его перебивать. Человеку уже хотелось заткнуть свои уши, чтобы не слушать тошнотворные речи Бога. Он бы с удовольствием блеванул, но рвота почему-то из него не выходила, а слёзы он держал до последнего. - ... А что касается тебя?.. После ухода Вайолет не прошло и пары дней, как ты внутри неё умер. Она тебя забыла, как ночной кошмар. Также, как и твои коллеги. Когда ты стал путешественником, тебя забыли все твои коллеги и твой начальник. Внутри них, ты тоже умер. Даже для твоего соседа по комнате, Кайла Зенига, который стал успешным человеком и членом высшего общества, ты сгинул в забвение. А члены твоей экспедиции, которые тебя помнят, ушли в царство Аида. Знаешь, всё это почему?.. Стефанотис тяжёло вздохнул, раздражённо тряхнул своими длинными волосами и раздражённо, но тихо прохрипел: - Говори скорее!.. Сыт я по горло твоими "уроками уму-разуму." - Если смотреть с вашей, человеческой точки зрения, то ты для всех отвратителен. Ты занудный, высокомерный, эгоистичный и асоциальный. С одной стороны, был бы ты Богом, то ты бы не позорил свою небесную природу, в отличии от моего братца-молокососа, но с другой стороны, ты - смертный, и как полноценного человека тебя никто не воспринимает... Твоя Вайолет выбрала своего майора, потому что он, по большей степени, как мужчина и как человек, полноценен. У него есть стержень, личность и "яйца". А у тебя всего этого нет! - внезапно он начал повышать голос и его волосы покраснели и загорелись огнём, - Ты - моральный валух! И у тебя нету ничего, никаких достижений и вещей, которыми бы мог гордиться ты и твои близкие! И то, что ты рос без семьи, а уж тем более, без отца, тебя никак не оправдывает!! Ты пустышка!!! - крикнул Арес в лицо Леону, что тот чуть не заплакал, но отстранившись, Бог войны продолжил спокойно и огонь с его волос исчез, - Сравни себя с Вайолет. Несмотря на то, что я её похитил и испортил, она всё таки узнала, что такое эмоции и смогла побороть себя и стать хоть какой-то личностью, правда, я в это верю с огромным трудом. А ты - наоборот, никогда себя не побеждал. И то, что ты изменил к кому-то своё отношение, ничего не меняет. И вот прямо сейчас, мне кажется что я разговариваю со стеной. Я прямо сейчас, я хочу тебе дать шанс стать сильнее, одержать над собой победу, а ты этому сопротивляешься. Скажи, почему? Что заставляет тебя? Леон незамедлительно сделал глубокий вдох, напряг лёгкие прокричал грозно и твёрдо: - Я не хочу и не буду переходить на твою сторону! Ни за какие блага! Что бы ты мне сделал: осыпал золотом, сделал своим наместником или собрал для меня гарем из самых красивых девушек на свете, я тебе не продамся! Те кто примкнул к тебе, у кого эмоции были красного цвета, я в них не вижу людей. Я в них вижу людишек. Тех, кто давно продал богатства души за славу, выгоду, власть и бессмертие. Они легко продали тебе свои души за обещанные тобой блага! Эти существа не осознали, что если вдруг тебя кто-то победит, то у них ничего не будет, кроме всеобщего презрения и разочарования. Я не знаю, как мои родители, но если бы я примкнул к тебе, Вайолет бы смотрела на меня, как на конченную мразь! А я этого не хочу! У меня сердце болит от этого! Я не хочу быть в числе твоих уродливых зомби, поскольку у меня есть мозги в отличии от них. Я не хочу нести твою ответственность за твои разрушения вместе с тобой! Лучше бесславно умереть человеком, чем быть бессмертной и бессердечной тварью на службе у больного раздолбая и алкаша! Тебе никогда не сделать из меня своего раба! Тьфу! Чуть ли не сорвав голос, смачно плюнул он прямо в лицо тирану. Плюнул, как верблюд! Затем, брюнет плюнул и в сыновей Ареса. Фобос и Деймос перестали ухмыляться и с недовольством осмотрели свои доспехи, опплёванные Леоном. Эринии глядя на него перешёптывались. - Вот это да! - прошептала Клото на ухо Мегере, - Он либо такой смельчак, либо наглый дурак. Плюнуть в лицо нашего повелителя! Уму непостижимо! - Ты права, - ответила ей та, - Видимо, ему настолько жить надоело, что он вытворяет перед Богами, что ему вздумается. Волосы Ареса снова зажглись красным адским огнём. Он в гневе быстро схватил Леона за шею и поднял юношу на уровень своего лица. Воитель хотел было наорать на своего пленника, но смог быстро угомониться. Как только огонь в волосах погас, Арес кивнул головой, видя как человек корчится от боли: - Что же, твоя позиция мне понятна. Уговаривать тебя встать на мою сторону и помочь мне - всё равно что ловить рыбу без наживки. Выбор твой очевиден. Ты живёшь в созданном тобой мире иллюзий, где всё наизнанку: где Вайолет изменила своему мужу, чтобы уйти к тебе, где тебя облизывают твои родители, которые сейчас гниют в Тартаре, где ты всеми любимый и почитаемый царь-божок, а не омерзительный и жалкий смертный, который из грязи, а косит под князя. В реальность ты никак верить не хочешь. Поскольку, ты уже сделал свой выбор, я в любом случае сотру тебя в порошок. Но... я дам тебе последний шанс. Либо я тебя убиваю сейчас, бесцеремонно, либо я организую тебе последнюю предсмертную встречу с Вайолет через несколько дней. Поскольку, я сегодня добрый, я дам тебе шанс обнять её, поплакать ей в волосы и высморкаться в её платье. Ну, ты согласен с ней встретиться? Поставив человека снова перед собой на колени, Бог войны ждал его ответа. Тяжело дыша после удушья, Леон сидел в своих раздумьях. Голубоглазый не поверил Тёмному Лорду. Он думал, что Бог кого-нибудь "переоденет" в его любимую, зашлёт к нему и обманет его. Несмотря на то, что они познакомились сегодня, парень уже знал гнилую натуру своего собеседника. Арес вытащил из ножен свой огромный меч и зажёг его своим адским пламенем. Слеза бешенства пробежала по щеке Леона. Парень посмотрел в глаза Богу, а затем, громко и твёрдо, словно под барабанную дробь, ответил: - Нет. Бледные губы Бога войны изогнулись в довольной и зловещей улыбке. Пожав плечами, он тихо проговорил. - Какая досада... После этих слов, в тронный зал снова вернулось веселье. Омерзительные улыбки засияли на лицах приближённых и сыновей Ареса. Тот, посмеиваясь, продолжил издеваться над своим пленником: - Какая жалость, что Вайолет тебя больше никогда не увидит. Но не для того, чтобы обнять, приласкать и облизать. А для того, чтобы дать тебе пощёчину или плюнуть тебе в рожу, как ты мне. Лицо просит поцелуя, а рожа просит кирпича, - нагнувшись, он ласково прошептал, - Но поскольку я сегодня милосердный, я сделаю для тебя исключение... Обхватив его голову левой рукой, Арес притянул к себе лицо Леона и, с притворной нежностью, поцеловал его в губы. Стефанотису было крайне мерзко. Он всеми силами держал свои губы закрытыми, не отвечая на поцелуй. И если бы юноша кого-то поцеловал, то ему хотелось, чтобы губы его партнёра были на вкус, как вишня, малина или клубника, а не пойло или гарь. Такие первые поцелуи всегда тяжело вспоминать. Тут-то человек не выдержал. Как только тиран отстранился, неженку стошнило. Леон собирался блевануть прямо в лицо своему мучителю. Но, как закон подлость, тот быстро увернулся, когда его пленника вырвало. Это и вызвало очередной смех у Фобоса и Деймоса. - Ой, какие мы дерзкие, - покачал головой Арес, когда Леон отрыгнул всё, что мог, - Что, полегчало? Получив в ответ нервное молчание, он кивнул: - Полегчало, значит. Как жалко, что ты не девушка. А то бы мы были идеальной парой. Я бы подил тебя по театрам, паркам, дарил бы тебе самые дорогие вещи, солнце моё. Мы бы идеально смотрелись вместе. Но, на моём сердце растут не розы, а растёт терн. После короткого смешка, Арес поднял свой и, готовясь им взмахнуть, прошептал: - Прощай, неудачник! Слёзы хлынули из голубых глаз пленника и побежали по его щекам в два ручья. Он уже был готов к тому, что его не станет вот-вот. Он больше никогда не увидит никого из своих близких: ни отца, ни матери, ни Вайолет. Ведь скоро, он умрёт для самого себя, а существовать он будет лишь во временных иллюзиях. С громким смехом, палач взмахнул мечом. Леон почувствовал, что его что-то металлическое ударило в спину, прямо в самое сердце, но прочувствовать до конца он это не успел, так как его голова уже ударилась об холодный каменный пол, распрощавшись с телом. Последнее, что почувствовал Леон, что его тело и начинает постепенно исчезать в голубом свете. Бедняга перед смертью ощутил, что его душа начинает распадаться. Уже через несколько секунд, на месте смерти Леона, появилось множество голубых, белых и чёрных бабочек. Порхая своими прекрасными крылышками, они начали подниматься в тёмное ночное небо распыляя голубую светящуюся росу, падающую с их крыльев. Слёзы юноши превратились в прекрасные сапфиры. Падая на каменный, они создавали приятный стук, похожий на колокольчики. Бога войны и его свиту это повергло в шок. Фобос в удивлении прошептал: - Ч-что?.. Что только что произошло?!! - Не знаю, - ответил ему брат, увидев, как белая бабочка села ему на плечо, - Но это бред какой-то!.. - Нам думать нечего, - успокоил их отец, - Его душа распалась и больше не соберётся. Но так как план по захвату Олимпа никто не отменял.., - подбодрил он своих подчинённых, - Сегодня мы откроем новые горизонты! Весь тронный зал ликовал от слов завоевателя. Все кричали "ура!" и славили своего повелителя. - И так будет со всяким кто пойдёт против меня! А сейчас, нам нужно готовить мои войска для новых набегов. Зал расходился. Провожая своих подданных взглядом, Арес посмотрел на пол, чтобы собрать с него сапфировые слёзы покойного Леона. Рядом с ними, он внезапно увидел бронзовый кинжал, украшенный узорами. Его клинок источал слабое золотое свечение. Подобрав его, Бог войны проворчал: - А это что тут делает? Пожав плечами, он выбросил клинок в окно и продолжил собирать сапфиры. *** Кинжал вылетел из окна дворца и полетел вниз, словно стрела, выпущенная из лука. Вот-вот казалось, что огромные клубящиеся волны бурного синего моря проглотят его. Но не тут-то было. Не успел этот нож и коснуться воды, как был пойман парящим в воздухе юношей с крылатыми сандалиями. Его загорелая рука крепко сжимала рукоять, боясь потерять пойманную вещь. Ветер трепал его красный плащ и каштановые волосы. Это был Гермес, вестник Богов. Не теряя ни секунды, он исчез под тёмным дворцом, будто его не было. Через секунду очутившись на Олимпе, у дворца своего лучезарного брата Аполлона, его встретили две девушки. Первая была одета в зелёное охотничье платье, у неё были фиалковые глаза, серебристые волосы и легкий оливковый оттенок лица, а вторая была одета в доспехи и белый плащ, которые хорошо сочетались с её светлым лицом, голубыми глазами и золотыми волосами. То были Артемида и Афина, которую мы ранее видели в видениях Леона. - Поймал! - крикнул им Гермес, показывая клинок. - Скорее кидай! - прокричала взволнованная Артемида. Как только он это сделал, Богиня охоты перехватила нож и побежала к своему брату в лабораторию, который уже мешал в своём котле ингредиенты для восстанавливающего зелья. Он громко поторопил сестру: - Скорее! У нас осталось всего восемь секунд. В виде сердца его душа он долго не просуществует. Ему срочно нужна вера и амброзия, иначе всё! Быстро схватив кинжал, Аполлон бросил его в свой котёл. Спустив в него флакон амброзии и пары божественных жидкостей, Бог света поранил свою ладонь скальпелем и туда же направил свою золотую кровь, намеренно ускоряя процесс. Время от времени, он видел, как свет души человека угасал на лезвии ножа, а его сердце билось всё медленней и медленнее. Подбежав к нему, Богиня мудрости прокричала: - Он живой?! Отвечай! Леон жив?! Гермес наблюдал за тем, как брат пытается спасти человека и его инстинкты Бога говорили ему, что Аполлон пошёл на крайне рискованный и экстремальный поступок, но он был уверен, что Стефанотиса удастся спасти. Перестав слышать сердцебиение и увидав, как свет, что излучала душа человека, погас, он печально поднял голову и произнёс удручающие душераздирающие слова: - Боюсь, мы не успели. Слова Аполлона, как нож, пронзили сердца Богинь. Артемида горько заплакала, закрыв лицо руками. Слёзы из её глаз катились градом. Гибель человека ударила по ней очень сильно. Афина её крепко обняла и стала плакать вместе с ней. Она тяжело всхлипнула: - Прости нас, Леон! Не спасли мы тебя... Глаза Бога света тоже прослезились. Он ещё никогда не был так близок к провалу. Светлоликий винил себя в том, что из-за него Леона не стало навсегда. И как ему теперь забыть это? Глядя на эту печальную и мрачную картину тёмным маслом, Гермес тяжело вздохнул и проговорил, уходя: - Ну что, прощай, храбрый астроном! Отправлюсь-ка я в Тартар и доложу твоим родителям печальные вести. Больше они никогда не увидят своего брошенного сына. Как говорится, что упало - то пропало. Посланник Богов собирался было пройти к двери. Он в последний раз взглянул своими янтарными глазами на котёл. Внезапно, увидев слабое золотое свечение, он остановился и оцепенел: - Стоп! Что? Как только Боги подняли глаза, они увидели, как в котле вода засветилась золотым светом, который за секунду озарил всю лабораторию мощной вспышкой, которая продлилась недолго. Как только она погасла, все с удивлением посмотрели в котёл. Вода снова стала прозрачной. Топаз, что был встроен в рукоять кинжала внезапно засветился. Голос покойного Леона внезапно нарушил тишину: - Что происходит? Что я здесь делаю? Глаза Аполлона заблестели небесным светом от радости: - Сработало! Его душа полностью восстановилась! Он жив! Гермес, улыбаясь, набросился на Аполлона, приобнял его и левым кулаком погладил его по золотой макушке: - Да ты просто чёртов гений, Аполлон! Что бы мы без тебя делали? Вслед за Гермесом, на Аполлона набросились с объятиями его сёстры. Афина крепко поцеловала щеку брата и пролепетала: - Я так и знала, что ты не утратил свой талант после стольких лет! Пусть мы уже не те, но вера в наши возможности совсем не напрасна! Оклемавшись, Леон услышал их разговор. Он прохрипел: – Где я? Я никак не могу пошевелиться. Артемида нагнулась и, тихо улыбнувшись, ответила выжившему: – Тебе не о чем беспокоиться, Леон. Ты сейчас в безопасности. Гермес ему сказал: – Ты сейчас на Олимпе. Месте, где живут Боги. – Выходит, что это... вы? – его голос был полон удивления и недопонимания, – И вы меня спасли? – Да, дорогой, – положительно ответил ему Аполлон, вытаскивая из воды кинжал и посмотрев с благодарностью на своего младшего брата, – Гермес перенёс сердце твоей души в этот кинжал, а я сумел восстановить её полностью. Твоя душа цела и тебе не о чем беспокоиться. – Это всё конечно хорошо но... – Да знаем, – перебил его Бог света, – У тебя есть вопросы. После того, что сотворил наш брат у тебя на глазах, ты не имеешь к нам никакого доверия. Мы тебя в чем-то конечно, можем понять, но я хочу, чтобы ты знал. Мы искренне сожалеем о том, что не смогли предотвратить этот цирк с конями, который устроил для себя Арес. Поверь нам, если бы мы были так сильны, как раньше, то мы бы остановили его беспредел. Он бы не уничтожил души невинных людей и у него бы не появились новые жрецы и пополнение к армии. Как только Аполлон закончил, Леон восстановил свой голос и спросил: – А он ведь их уничтожил ради забавы? – Далеко нет, – ответил Гермес, поправив свой плащ, – Он уничтожал души людей для того, чтобы их энергия слилась с его силой. Поскольку душа является источником веры, за счёт которой Боги становятся сильнее. И поскольку, твоя душа на тот момент распалась, вместо твоей веры он получил лишь рой бабочек. Если бы сейчас у Леона было лицо, на нём бы было сейчас изумление. Почему они, существа высшего порядка, спасли его, жалкого смертного? Разве им не должно быть по барабану на него. Ответ не заставил долго себя ждать. Афина нежно погладила кинжал по бронзовому лезвию и сказала: – Возможно, ты все ещё нам не доверяешь и кого-то из нас презираешь, но я хочу, чтобы ты меня услышал внимательно. Мы пока что не знаем, насколько крепко тебе в голову впилась та лапша, которую тебе на уши вешал Арес, но знай одно. Мы тебя спасли не для того, чтобы ты нам служил и молился. Не ради своей выгоды. – А для чего? – поинтересовался Леон. Прошло несколько секунд тишины. Артемида ему ответила своим нежным голосом, похожим на мёд: – Просто, мы тебя очень любим. Несмотря ни на что. Если бы сейчас у Леона были глаза, то они бы у него на лоб встали. Ни от кого, кроме своих родителей он не слышал таких слов в свой адрес. Он поверить своим ушам не мог. Это обман? Это блеф? Разве могут Боги любить? Как такое возможно? – Мы тебя не обманываем, – сказала ему Афина, приложив свои пальцы к клинку, – Ты нам очень дорог. Богиня мудрости показала Леону видения прошлого, что были с ним в детстве. Она рассказала ему, что когда его покидала уходящая из дома мать, его заметила своим глазом охотящаяся в лесу Артемида. В ту ночь, когда он лежал в кровати и горько плакал, она приняла вид ласточки, прилетела к нему в комнату и обмазала его покрасневшее от слёз лицо своими крылышками. Так он успокоился и уснул. Когда Леон в детстве попадал в лес и заблуждался там, она всегда выводила его из леса, посылая ему соловьёв, чтобы те своим пением ему указывали выход из тёмного и мрачного леса. Со временем, от Артемиды, Афина узнала о мальчике и она присоединилась к ней. Обе ему покровительствовали и защищали его от недоброжелателей. Леон рос в их защите, как цветок. Его сердце было наполнено тем теплом, которое он ощущал, когда с ним рядом были его семья и Вайолет. Несмотря на своё несчастливое детство, он думал, что кто-то о нём всегда заботился и оберегал его. Вспомнил свои детские и юные годы, он был изумлён до неузнаваемости. У него не было слов, как описать то, что с ним происходило. Афина ему сказала, когда их доброе, наполненное теплом путешествие во времени закончилось: – И не бывает так, что кого-то абсолютно никто не любит. Каким бы он человеком не был. Добрым или злым, красавцем или уродом, богатым или нищим. Любовь проявляется не только в нежности, но и в поступках. Твоё сердце живое и любящее, несмотря на твои отрицательные качества. Ты отстаивал свои душевные богатства и даже не побоялся плюнуть в лицо моему глупому и агрессивному брату. Леон смотрел глазами души на своих спасителей. Внутри него что-то начало цвести. Будто его душа наполнялась весенними цветами. Ему удалось поглубже заглянуть во внутренние миры Гермеса, Афины, Артемиды и Аполлона. Он внутри них тоже себя обнаружил. Найдя с ними общий язык, он нарушил семиминутную тишину: – Спасибо вам большое. Я даже не знаю, как вас отблагодарить за всё. Аполлон тихо рассмеялся и ответил: – Можешь не благодарить нас, малыш. Разве что... Он на несколько минут призадумался, но смог высказаться: – Тебе в твоём вместилище сейчас неудобно, верно? – Верно. – Так вот, нам нужно бы тебе найти новое тело. Нам будет очень приятно, если ты нам скажешь, кем бы ты сейчас хотел стать. Парень призадумался и задал вопрос: – Тело может быть каким угодно? Гермес усмехнулся: – Совершенно, Леон. Мы достанем тебе любое тело, какое ты пожелаешь. Необязательно человеческое. Мы можем из тебя хоть крокодила сделать. Лишь бы ты пожелал. Леон призадумался. Кем же ему стать в новой жизни? Он человек душой, но сейчас у него появилась возможность стать кем угодно физически. А если он заскучает по человеческому телу, то Боги в любой момент могут сделать дать ему возможность вернуть прежний облик. Кем же стать? Рыбой? Нет, во-первых, ты к морю не привык, во-вторых у тебя жабры. Зверем? Тут он тоже призадумался. Ему не хотелось быть хищником, чтобы убивать не только травоядных существ, но и себе подобных. Слоном, жирафом или носорогом ему явно не хотелось быть. В итоге, его выбор пал на птиц. Он всегда мечтал летать без самолёта или какого-нибудь другого летательного аппарата. Его всегда волновал вопрос, а каково это, иметь пару красивых крыльев, летать по небу и чувствовать себя свободным от земных оков? Можешь вить себе гнездо в месте, которое тебе понравится и не зависеть от какой-либо страны или какого-то континента. В итоге, его ответ прозвучал твердо и уверенно: – Я хочу стать вороном. Гермес ему с улыбкой кивнул: – Без проблем. Через секунду его уже и след простыл. Не прошло и минуты, как он вернулся, держа в руках мёртвого молодого ворона, убитого пулей. Леон с одной стороны удивлялся, как мог этот парень побывать во всём мире сразу? Но с другой стороны, он понимал, что перед ним Божество, поэтому, тут удивляться нечему. – Эту несчастную птицу убил охотник, чтобы проверить своё новое ружьё. Но хорошо, что крылья, голова, лапы и хвост целыми остались. Насчёт туловища не беспокойся. Аполлон его восстановит. За своё будущее можешь не бояться, Леон. Мы наделим тебя бессмертием и никто тебе из людей не навредит. Голубоглазый уже приготовился. Ему уже не терпелось стать тем, в кого он пожелал превратиться. Вот-вот и у него появится оружие, с помощью которого он сможет побороть свою слабость, свою неуверенность, свой страх. У него вот-вот будут появятся крылья. Он сможет летать по небу и перемещаться между мирами. Аполлон взял кинжал в правую руку и, наполнив его своими божественными искрами, пронзил им уже лежавшее на столе тело ворона. Золотые молнии появились на месте соприкосновения двух тел, двух начал. Постепенно, струя света начала появляться и расти, а свет кинжала стал потихоньку угасать. Переход души был поистине завораживающим зрелищем. Когда свет внутри бронзового оружия полностью погас, оно не спеша выскользнуло из ворона и упало на пол. Белый свет исходил от его тела. Оно очистилось и стало молодым. Нигде не ощущалось запаха разложения и старости. Зажили все раны и болезные места. Через финальную золотую вспышку, ворон ожил, распахнул свои прекрасные глаза и встал на столе. Леон конечно, ощущал себя непривычно в новом теле, но осознавал, что хвост теперь заменяет ему ноги. Его взгляд оставался всё тем же из-за его глаз, которые оставались всё теми же голубыми, человечными. - Добро пожаловать в новую жизнь, Леон, - с распростёртыми руками пропел Гермес, - Теперь, ты можешь делать всё, что тебе захочется. Хочешь - лети на землю и построй себе гнездо, а хочешь - пусти здесь корни. И если хочешь, то можешь присоединиться к нашему причудливому семейству. Будешь нам побратимом. Слова Гермеса подбодрили парня. Леон никогда не чувствовал семейного тепла, у него не было братьев и сестёр. Ну а теперь, они у него будут. Они окажут ему поддержку, любовь и тепло, даже когда он будет в глубокой депрессии. Однако, вместе с ними, у него будут жестокие и надменные родители. Особенно надменный и суровый отец в лице Зевса. Он боялся, что вдруг если что-то пойдёт не так, Бог неба одним ударом молнии превратит его в горстку пепла. Бывший человек понимал, что полезет сейчас на рожон. Но если будет вероятность, что Зевс и Гера пощадят его, в этом случае, они будут контролировать каждый его шаг. Тут он увидел контраст между своими настоящими родителями, которые играли с ним, относились с ним ласково, но бросили его, и будущими приёмными, которые будут ему диктовать свою волю, бранить его за мелочи, но при этом всегда будут с ним. Он будет жить так, как не живут обычные смертные. Придя к окончательному выбору, Леон ему ответил: - Да. Я буду вашим приёмным братом... Его слова осчастливили его спасителей. Он зажёг в их сердцах огонь надежды. Боги верили, что постепенно, былая сила и вера к ним вернутся. Возможно, скоро произойдёт самая последняя война в истории вселенной. Афина скоро сможет впервые за вечность гордо протрубить в Рог Кровавой Зари, чтобы поднять человечество для последней битвы с силами тьмы. Богиня мудрости была уверена в том, что небо и земля отстоят новый мир, а Ареса и его свиту будет судить Верховный Божественный Трибунал. В мире больше не будет места войне, насилию и преступности. Она сделала знак рукой, позвав к себе чёрную птицу. Блестя своими крыльями, Леон подлетел к ней и сел ей на плечо. Афина поцеловала его в клюв и погладила его по спине: - Насчёт нашего отца не бойся. Я поговорю с ним. Можешь чувствовать себя, как дома. Покраснев, Леон кивнул ей в знак согласия. По его чернопёрой щеке пробежала крошечная слезинка. Он был счастлив, поскольку получил то, чего ему так не хватало. Внутренний покой и гармония наполнили его маленькое крошечное сердце. В это время, Гелиос пролетал в своей золочёной колеснице по небу. Наступало утро и в этот момент, в изящном Олимпийском саду, вишнёвый луч коснулся большого розария и самой первой расцвела великолепная голубая роза...