На грани

Вика открыла глаза и сразу узнала комнату. Солнечный свет пробивался сквозь полупрозрачные шторы, окрашивая стены в тёплый, но мягкий тон. Знакомая обстановка, окно с видом на тихий двор… и вдруг ударила память о том, что произошло прошлой ночью. Она резко схватилась за голову и перевернулась на живот, уткнувшись лицом в подушку. Сердце стучало быстрее, а мысли метались: — Чёрт… — прошептала она сквозь зубы. — Как я сюда попала? Из-за спины послышался тихий, но знакомый голос: — Голова не болит? Вика резко перевернулась на спину и замерла. В дверях стоял Кирилл, лёгкая усмешка на губах, взгляд мягкий, но одновременно вызывающий. Она прижала к себе одеяло, мысленно отмечая: «Хорошо, хоть не голая». — Как я у тебя оказалась? — спросила она, стараясь скрыть дрожь в голосе. — Ты что, вообще не помнишь? — тихо, с лёгкой усмешкой ответил он. — Тебе нельзя пить… но ты сама вызвала меня, ночью. Вика нахмурилась, пытаясь собрать мысли: — Между нами что-то было? — спросила она, не поднимая головы. Кирилл подошёл ближе, его взгляд был внимательным, чуть игривым: — Прошлый раз ты всё помнила… — Кирилл! — резко вскрикнула она, сердито и одновременно смущённо. — Не начинай! — Нет ничего, кроме… — сказал он и замолчал, словно играя с ней, наслаждаясь моментом. — Что? — её голос дрожал, она сжала одеяло, пытаясь сохранить самообладание. — Не молчи! — Ты меня вчера поцеловала… сама, — спокойно и твёрдо произнёс он. Вика закусила губу и закрыла лицо руками. Краснота растеклась по щекам, а сердце колотилось бешено. Кирилл мягко рассмеялся и, не отводя взгляда, прошёл к двери на кухню, бросив через плечо: — Можешь одеть что-то из моего. И приходи завтракать… или обедать, в твоём случае. Вика осталась одна. Она опустилась обратно на кровать, одеяло почти полностью накрывало её тело. Сердце ещё долго не успокаивалось. Она мысленно повторяла: — Мне точно не стоит пить… Вика заглянула в шкаф и нашла длинную футболку Кирилла. Нерешительно накинула её на себя и прошла на кухню.  Кирилл сидел за столом, с телефоном в руках и кружкой кофе.  — А тебе идёт моя одежда, — сказал он, не отрывая взгляда от неё. — Присаживайся уже, чего стоишь, как на выставке. Вика села, слегка скрестив ноги, и тихо поинтересовалась: — А моя одежда где ? — В сушке, — сказал он с лёгкой усмешкой. Повисло неловкое молчание. Вика закусила губу, собираясь с мыслями: — Прости… если вчера сказала что-то лишнее… Кирилл улыбнулся, слегка наклонился к ней, взгляд мягкий, но цепкий: — Лишнего? Нет. Наоборот — ты была честна. И честно высказала всё, что думаешь обо мне. — Я… — начала Вика, но он тихо улыбнулся и перебил: — Видишь, именно это мне нравится. Ты почти призналась… что я тебе не безразличен. Она смущённо опустила взгляд.  Он добавил с игривой ноткой: — И, знаешь, пьяная ты была настоящая… Вика хотела что-то возразить, но язык словно прирос к нёбу. Она снова закусила губу. — Перестань закусывать губу, — сказал он, наклоняясь ближе, — Ты даже не представляешь, как меня это сводит с ума. Хочется просто… притянуть и поцеловать. Он медленно приблизился, удерживая взгляд на её глазах, и почти шепотом добавил: — Не пытайся оттолкнуть меня… И поцеловал её. Сначала Вика отвечала нерешительно, но через мгновение губы встретились с его более уверенно. Кирилл поднял её и аккуратно посадил на стол, продолжая целоваться, пока телефон Кирилла не зазвонил. — Подними, вдруг важно, — шепнула Вика. Он тяжело дышал, но поднял трубку: звонок был от тренера — тренировку перенесли на два часа раньше. — Понял, — сказал Кирилл и положил телефон. — Тренировка через полчаса. Подождёшь меня здесь? Вика вздохнула, глаза опустились: — Не стоит, Кирилл… Прости за это… за вчера… Я просто не знаю, что на меня нашло. Он резко подошёл ближе, лицо напряжено: — Почему ты опять отталкиваешь меня?! — голос стал громче. — Нам же, хорошо! Почему ты ведёшь себя так холодно, будто я кто-то посторонний? — Кирилл… — начала Вика, но он перебил её: — Почему?! Почему ты не можешь быть честной с собой и со мной? Каждый раз, когда я думаю, что мы близки… ты отстраняешься! — Потому что ты мой студент! — выдохнула она, нервно сжимая края футболки. — И я не хочу усложнять себе жизнь. — Да плевать мне на это! — почти крикнул он. — Ты понимаешь, что твои «правила» меня не интересуют?! Я не могу просто стоять в стороне, когда ты меня отталкиваешь! Вика опустила глаза, пытаясь собраться: — Прости, Кирилл… Я не готова… И поверь, с тобой всё слишком… сложно для меня. — Сложно? — он шагнул ближе, голос дрожащий, но твёрдый. — Ты сама усложняешь всё! Я не о хоккее говорю, я о нас! Каждый раз, когда мы близки, ты убегаешь. Почему ты постоянно строишь стены?! Мы могли бы быть… — Кирилл, хватит! — выкрикнула она. — Я не знаю, чего хочу. Сегодня одно, завтра другое… Я не могу тебе дать то, что ты хочешь! Она резко вскочила, накинула пальто поверх футболки, обула сапоги и побежала на выход. Хлопнула дверью. — Ну и вали, дура! — крикнул он вслед. Остался один, тяжело дыша, кулаки сжаты: «Что я делаю не так?» — прокручивал он в голове. — «Почему она всё время отталкивает меня, когда мне кажется, что всё уже рядом?»