Не прошлая история

Вика вышла из аудитории, чувствуя, как внутри всё гудит. Сердце билось быстро, будто после длинного забега, а мысли метались в разные стороны. Она не знала, что именно сейчас сильнее — злость, обида или это дурацкое чувство, которое всё никак не хотело уходить, несмотря ни на что. Одна часть её шептала: «А вдруг он говорил правду?» Но другая — громче, жёстче — напоминала: «Посмотри на него. Он даже твоего имени не знал тогда. Просто… воспользовался моментом.» Она ускорила шаг. В голове всплывали слова Леры, сказанные накануне: — Всё-таки стоит дать ему шанс, Вика. Ну не похож он на подонка. Шанс… — горько усмехнулась Вика, нажимая кнопку на кофейном автомате. В тот момент, когда он начинал отношения со мной — он всё ещё был с той девушкой. И только закончил с Лизой. Он тоже был с ней. Автомат гулко загудел, выдал стаканчик. Горячий кофе обжёг пальцы — но, странно, стало немного легче. Телефон завибрировал. Сообщение. Макс: «Привет. В четверг будем играть в вашем городе, против — «Акул Политеха». Хотел бы поговорить. Нормально, без сцен.» Вика нахмурилась. Отлично. Ещё один, который хочет «поговорить». Она вздохнула и пробормотала вполголоса: — Почему все вдруг решили объясняться? Достали уже со своими разговорами. Пальцы всё же набрали ответ: Вика: «Хорошо. У меня сейчас практика в универе, где у вас будет матч. Можем встретиться перед игрой.» Отправила. Посмотрела на экран. И тихо добавила, уже сама себе, без улыбки: — Может, хоть с одним получится раз и навсегда всё прояснить. Она сделала глоток кофе, почувствовала горечь на языке — и поняла, что вкус у неё сейчас точно такой же, как у её настроения.  Раздевалка «Акул Политеха» гудела, как улей. Парни переговаривались, кто-то натягивал форму, кто-то шутил, кто-то молча проверял клюшку, будто именно в ней была гарантия победы. Тренер Кисляк вошёл, хлопнул в ладони: — Так, парни, внимание! Через пару дней у нас контрольная игра. Неофициальная, но важная — соперники серьёзные. Команда “Северные Волки”. Он прошёлся взглядом по рядам, добавил: — Это университетская сборная, сильная защита, два центральных — на уровне профи. Не расслабляться. Работаем, как на чемпионат. Парни загудели, кто-то пробросил: — “Волки”, значит… посмотрим, кто кого. После короткого разбора Кисляк ушёл звонить Казанцеву, а ребята, как обычно, полезли в телефоны. — Давайте посмотрим, что за звери эти “Волки”, — сказал Игорь, открывая сайт лиги. — Может, хоть лица запомним, чтоб потом не перепутать, кого лупить. На экране мелькали фотографии игроков: один с хитрой ухмылкой, другой — с чёрным визором, третий — с татуировкой на шее. Кирилл сидел рядом, лениво глядя на экран, пока взгляд не зацепился за одно лицо. Что-то знакомое. Слишком знакомое. — Пролистни назад, — тихо сказал он. Игорь вернул фото. Парень в форме “Волков”, в шлеме под номером 17, уверенная улыбка, наглый взгляд. Кирилл нахмурился. — Где-то я его видел… Всю оставшуюся тренировку он был не в своей тарелке. Даже броски шли мимо, мысли путались, будто мозг отказывался работать, пока не разгадаешь, откуда знаком тот тип. После тренировки он сел в машину, бросил клюшку на заднее сиденье, завёл двигатель — и просто сидел, глядя в никуда. Щёлкнул пальцами по рулю, вспоминая, перебирая картинки из памяти. И вдруг — как удар током. Фото. В телефоне Вики. То самое фото, которое он удалил у нее — она, смеющаяся, и рядом парень с этой же улыбкой, теми же глазами. — Вика… — выдохнул он, осознав. Сжал руль до побелевших костяшек. — Прекрасно. Ещё его не хватало. Он откинулся на спинку сиденья, закрыл глаза, пытаясь успокоиться. В голове крутилась только одна мысль: Интересно, Вика знает, что её бывший теперь будет стоять против меня на льду?