Часть 1

Молодая девушка, стоя на балконе задрипанного общежития говорит с мамой ровным тоном, какого от нее и ожидается. Мама думает, что она прилежная студентка, круглая отличница, которой была в школе, но она глубоко ошибается. Она говорит маме, что спину всегда держит ровно, очки всегда с ней и как только на улице стемнеет, она не выйдет из общаги не при каких условиях. Но реальность, все же, очень далека от ее слов. Очки давно были разбиты, к слову, специально, ведь они не идут такой, какая она сейчас, а когда мама говорит что-то, делается затяжка ментоловой сигареты. Этот запах уже намертво въелся во всю ее одежду, теперь уже рвано постриженные волосы с неровной челкой, и даже кожу.  -Мам, да все хорошо, приеду когда сессия закончится, много домашнего задания на выходные - промолвила она, в очередной раз затягиваясь.  -Ну ладно, смотри мне. И чтобы никаких мальчиков! Поняла меня? -на том конце провода звучал строгий голос женщины чуть старше средних лет.  -Да мам, я помню. Разговор окончен довольно быстро, ссылаясь на многочисленные домашнее и такого типа дела. Мама не возражает, желая, чтобы дочка продолжала ее слушать и всегда была у нее под юбкой. Ведь мир так жесток и несправедлив, как она может подвергнуть свое идеально-вылепленное творение таким мукам?  Девушка еще некоторое время стоит и смотрит на огни ночного города, докуривая, и тут де выпускает бычок вниз. Он, со следами бордовой помады, быстро летит к земле под ее чутким надзором. Со стуком каблуков она возвращается в комнату, заполняя ее знакомым, уже для все, ароматом. Девочки, Настя и Кристина, вопросительно смотрят на нее, ожидая рассказа, как прошел разговор с матерью, которая никак не может дать ей покоя.  -Все как всегда, никаких мальчиков, никаких сигарет и бла бла бла - вздыхая произносит она и присаживается на кровать, рядом с подругой.  -О боже, ну когда она уже тебя отпустит, сколько можно - скомкано, крася губы, говорит Настя.  -Ой, Насть, не знаю, но меня это уже конкретно заебало.  Она подходит к зеркалу в прихожей и смотрит на себя. На себя такую, которую создала она сама, а не ее мать. На себя такую, какой она хотела быть, будучи подростком. На себя такую, какой мать никогда не позволила бы ей быть. Короткая черная юбка с легким разрезом обтягивает ее бедра, одетые в колготки в сетку, сверху топик, из-под которого виднеется красный кружевной лифчик, а на нем полурасстегнутая винтажная куртка, которая спадает с плеча. Волосы тонированы в красный, торчат во все стороны вместе с той самой всегда-идеально-ровной когда-то челкой. Лабутены на ногах слегка жмут, но как она поняла за свое недолгое пребывание тут, красота требует жертв и терпения. Бордовая помада, всегда остающаяся на окурках, притягивает внимание к лицу с появившимися скулами и густо накрашенными черным глазами.  Быть такой ей нравится. И мальчикам тоже очень нравиться.  Сегодня она идет без белья, зная что будет делать пьяная, на левой хате, в какой-то подсобке с левым типом.  -Ну что, Лер, ты готова? - крик из балкона отрывает ее от самолюбования.  -На все 100.      *** Она смеется с шутки какого-то парня в углу комнаты, держа в руках бумажный стаканчик, наполненный чистой водкой. Вроде Сережа его зовут? Или предыдущий был Сережа… Впрочем, все равно, ведь они скорее всего больше никогда не увидяться, ну или она будет настолько не в адеквате, что не сможет вспомнить даже общие черты его лица.  -Ты такой забавный.. - язык немного путаеться из-за алкоголя, но эти слова звучат вроде как четко и ясно.  -Я не хочу тебя обманывать, поэтому скажу сразу - фраза вроде-Сережи обрываеться.  Вопросительный взгляд, хотя она знает что он скажет и чего хочет от нее.  -Я не рассчитываю на серьезные отношения, но ты мне очень понравилась.. Если ты не хочешь постоянного партнера, я пойму, но тогда давай трахнемся и разойдемся, как в море корабли.  Она немного ошеломлена, что уж тут сказать. Опьянение мигом расстворилось.  -Давай сначала трахнемся, а потом я решу, нужен ли ты и твои ухаживания мне. -немного по сучьи, но зато прямо, подумала она.  Он молча схватил ее за тонкое запястье и повел в дальнюю комнату.  Закрыв за собой дверь на защелку, он жадно впился в ее губы, принимаясь сразу срывать с нее одежду, которой и так было не много. Руки блуждают по телу, лапая за столь мягкие места, при этом поцелуй не разрывается ни на секунду. Она бросает его на диван, поднимает юбку и становиться на колени. Освобождает вполне не маленький член из-под ремня и джинс, при этом смотря в глаза парня. В помещении темно, но уличные фонари достаточно пробиваются сквозь тюли, давая то самое освещение, которое нужно. Девушка облизывает головку каменно-стоящего пениса, обхватывает рукой и медленно проводит по всей длине, после чего головка уже у нее во рту, а язычок творит чудеса. Из вроде-Сереги вырываются хриплые, довольно сексуальные постанывания.  Оторвавшись от роботы, она спрашивает:  -Резинка у тебя есть хоть? -Да, в правом кармане - басом проговорил он.  Быстрым движением руки контрацептив оказывается у нее. Поднимаясь на ноги, она задирает юбку еще сильнее, дабы партнер узрел, насколько она сегодня подготовилась. Усаживаеться на него верхом, стягивает вниз топ и бюстгальтер и треться влажным лоном о достоинство, пока его ладони мнут грудь. Медленно натягивает презерватив на твердый фалос и тут же направляет его внутрь по самые яйца. С губ срываеться громкий выдох, а после и стон, когда парень, сам двигает ее бедрами в бешеном темпе. Пальцы зарываются в его черные, крашеные волосы, а голова запрокидывается назад в немой мольбе больше, быстрее, грубее.  Парень, до этого относительно других, застенчивый, шепчет низким тоном ей всякие грязности, а когда волна оргазма прокатывается по ее телу, заставляет смотреть прямо ему в глаза. Когда уж акт заканчиваеться, после, на удивление, довольно долгого времени, Вика совершенно молча приводит себя в порядок, после падает рядом на диван со своим стаканчиком водки.  -Ну и что скажешь? Все еще мечтаешь обо мне как о своей девушке?  -Не могу этого отрицать, ты очень хороша.  -Ты тоже ничего. - Она отпила немного, оставив помады след на бумаге. -Предлагаю вот что. Поскольку, нам с тобой все очень нравиться, давай будем друзьями по сексу?  -Интересная мысль, я об этом, почему-то не думал. - Он хлебнул немного из ее стакана. -А давай. Если до отношений не дойдет, то хоть опыт. И плюс не надо искать постоянно кого-то для траха.  -Вот и договорились. Завтра вот сколько и где?  -У меня. 6 этаж 617 комната, вечером когда сосед уйдет я позвоню, ну или сама зайдешь.  *** Девочки заваливаются в небольшую комнату, босиком ступая по дешевому линолиуму, потому что туфли дико натерли, да и сил нет уже. Слава богу общежитие блочного типа, что предтващает некие неудобства, свойственные коридорным. Еще и можно всем вместе быть в ванной, не убивая на каждую из соседок дохерища времени.  Шпильки брошены у картонной входной двери, а Викина мятая одежда валяется на плитке в ванной, пока она сама стоит под струей горячей воды. Кристина в белье смывает потекший макияж перед запотевшим зеркалом, Настя же уже помывшаяся покорно ждет девочек, сидя на закрытом унитазе. -Лер, так ты переспала с тем Сережей или как его там? - почти кричит Настя, чтобы подруга уж точно слышала. -Да, мы теперь будем в ближайшее время спать. Ему нравлюсь я, мне нравиться секс с ним. - проговаривает девушка, намыливая голову.  -Аа, и что, у него большой хотя бы?  -Был бы маленький я бы сама такое не предложила. Вика выключает душ и тянеться за белым, накрахмаленным полотенцем, которое приятно хрустит, будто снег. Предоставляет волосы самим себе, обернувшись в это самое полотенце и уцепившись за холодный, влажный кафель она вылазит из душевой кабинки и уступая очередь последней подруге. Они еще где-то минут 20 бурно обсуждают кто чем занимался на тусовке, кого подцепил и как это всьо было, попутно занимаясь подготовлениями ко сну. А теперь короткий, десятиминутный перекур. Дружно решается курить прям в комнате, ибо на улице очень свежо, а простудиться не сильно хочется.  -Ой, кстати, девочки, хотела спросить. Этот Сережа с которым я сегодня была, он хоть симпатичный? А то я только в темноте видела.  -Да, он ничего такой, смуглый и волосы темные, скулы вроде еще у него. И хуй большой. - рассмеялись девочки Лера закатила глаза, прикуривая дамскую сигарету. Дым быстро поднимался к потолку тонкими изящными линиями, хотелось ухватиться за них пальцами, пощупать их мягкость. Они наверное были бы как натуральный китайский шелк, который ткали для императоров Поднебесной Империи. Мама бы похвалила ее за такое течение мыслей, но ее здесь нет, и слава богу.  Она кидает, в этот раз чистый, окурок в переполненную пепельницу на полу ровно посередине помещения, наблюдая как конструкция двигается от небольшого удара при падении. Взаимодействия тел и закон сбережения энергии, кинетическая энергия…  -Ты о чем задумалась, Лер? - смотрит вопросительно Настя.  -О энергии свободного падения и законе ее сбережения, все что осталось из прошлой жизни.  Именно прошлой жизнью она миновала блядские школьные годы, ненавистные  ею до самой последней частицы ее души. Зубрение учебников, круглосуточный контроль, очаровательные результаты каждого, без исключения, семестра, ровная спина, задротские очки и мамин стиль, отличающийся от остальных. Вспоминать даже не хотелось то время, хотя оно закончилось относительно недавно, всего-то несколько месяцев назад. Сейчас же, она знала, что простое заучивание не ровно ум и мудрость. Когда ей приходилось без конца и края сидеть над школьными книжками под чутким надзором, она безумно завидовала таким людям, мечтая иметь такую же память и легкое понимание всего, даже при малейшей концентрации. Но, рождение с какими либо способностями, увы, не подвластно контролю человека, как бы не хотелось.  В трансе воспоминаний она и не заметила, как прикурила вторую сигарету, в темноте. Она и не заметила, что девочки минут 30 уже спали.  И все же, она все еще с головой усердно копается в своей памяти и эмоциях, пытаясь найти ту самую Шкатулку Пандоры, содержимым которой будут все самые злые части ее, тот самый метафорический волк, спрятавшийся за овцами формул о электромагнитной индукции и скорости.  Найти ее сложно, когда мозги будто заваленная дача, куда обычно впихивают все нужное и не нужное годами, а то и десятилетиями, и не важно, помещается ли. Она ложится в кровать и решает прекратить самокопания, а то неизвестно сколько еще она так просидит или уже просидела. Старая койка кричит под ее весом, девушка боится что разбудит этим подруг, но они спят крепко, будто накормленные младенцы.    Завтра среда, 4 пары и на десерт Сережа. Интересно, думает ли он о ней? Вспоминает ли их, скажем так, уединение? Возможно. А возможно и нет, кто знает. Никто не способен читать мысли другого человека, к сожалению или к счастью. Но все же, даже на примере Эдварда Каллена, можно сделать вывод, что это проклятье, а не дар всевышний. Ведь вокруг тебя постоянный шум, когда все молчат, ты не можешь спать в одной комнате с кем-то еще… Размышления об вампире из недавно прочитанной книжки незаметно погрузили ее в сон. Глубокий, медленный сон, который через несколько часов прервет будильник, с самым омерзительным звуком на земле. Потом, такой же сон прервет самый тошный преподаватель за историю университета, и она сквозь пелену будет слушать заслуженый выговор. А потом, такой же сон прервет звонок Сережи и сквозь кружево сновидения, путаегощегося с изображением лестницы перед глазами, она будет шагать шпильками вверх.  Все стабильно. Единственное, что изменилось в графике, появился этот загадочный парень.