Часть 1

Платье цеплялось за плитку, кружево рвалось на клочья, каблуки скользили по линолеуму. Девушка бежала по тускло освещённому коридору многоквартирного дома, едва держась на ногах. Слёзы, размазанная тушь, дрожащие руки. Паника гнала её вперёд, вгрызаясь в грудь острыми осколками дыхания. Она колотила в двери одну за другой — отчаянно, почти в исступлении. — Пожалуйста... откройте! — голос сорвался, превратился в сиплый хрип. Никто не откликался. Дом спал, равнодушный к чужому ужасу. Когда силы почти покинули её, одна дверь вдруг щёлкнула замком. Девушка не раздумывая рванула внутрь, захлопнула за собой дверь и прижалась к ней спиной. Дыхание сбивалось, сердце колотилось, будто вот-вот вырвется наружу. Несколько секунд — только тишина и её собственное бешеное биение. Потом она подняла глаза — и застыла. Перед ней стоял мужчина. Высокий, с растрёпанными тёмными волосами и взглядом, в котором сплетались усталость и спокойная сила. На нём были только джинсы, тело крепкое, сухое, с чётко очерченными линиями мышц. От него веяло жаром, лёгким запахом виски и ночи. Губы опухшие, словно покусанные, будто он недавно сдерживал злость или страсть. На губе — след свежей ссадины, под глазами — тени бессонной ночи. Они встретились взглядами. На мгновение время будто остановилось. Затем в дверь снова постучали. Девушка вздрогнула, испуганно посмотрела на него — взглядом, в котором смешались мольба и отчаяние. Мужчина ничего не сказал. Спокойно подошёл, осторожно коснулся её плеча и отодвинул в сторону. — Эй, — раздался за дверью грубый, знакомый голос. — Ты не видел мою невесту? У девушки перехватило дыхание. Только не сейчас... только не он... — Видел, — спокойно ответил мужчина. Мир рухнул. Сердце сжалось от ужаса. Но следующее, что он произнёс, стало спасением: — Пробежала по коридору. В ту сторону. Небольшая пауза. Шаги за дверью отдаляются. Тишина. Мужчина захлопнул дверь. Девушка выдохнула, будто впервые за долгие минуты. — Спасибо тебе… большое, — прошептала она. Он посмотрел на неё хмуро. — Убирайся из моей квартиры, — произнёс холодно и отчётливо, проходя мимо. Она растерянно огляделась. Комната дышала остатками вечеринки — пустые бутылки, смятые салфетки, конфетти, запах табака и алкоголя. — Прости, что прервала твоё веселье, — сказала она негромко. — Но мне нужна одежда. Он остановился, обернулся, приподнял бровь. — Хочешь снять с меня джинсы? Она вспыхнула. — Что? Нет, конечно! Просто… меня ищут. А в таком виде я слишком заметна. — Тогда сними платье, — произнёс он спокойно, но с лёгкой, вызывающей усмешкой. — Что? — повторила она, не веря своим ушам. Он подошёл ближе, взгляд стал темнее. — Снимай платье, — тихо повторил, почти шёпотом. Она возмущённо выдохнула и развернулась, намереваясь уйти, но он взял с комода толстовку и джинсы, протянул ей: — Переоденься там, — сказал, указывая на дверь ванной. Она скрылась за дверью, а он прошёл в комнату, машинально ища бутылку с остатками спиртного. Взгляд зацепился за зеркало. Отражение показало, как белое платье скользит по полу. Кожа под ним тёплая, гладкая, и — синяки. Тёмные, болезненные пятна на спине. Он замер. Несколько секунд просто стоял, не в силах отвести взгляд. Вода зашумела. Девушка умылась, посмотрела на себя в зеркало, потом тихо произнесла: — Ещё несколько минут, и я уйду. Обещаю. Он подошёл ближе, почти вплотную. Его отражение появилось рядом с её. — Я помогу тебе, — сказал он спокойно. Она обернулась, удивлённо подняла глаза. — Что? Он развернул её лицом к зеркалу, аккуратно снял шпильку — волосы рассыпались по плечам, золотистыми волнами упали на кожу. — Я помогу тебе сбежать от него, — произнёс он твёрдо, глядя в отражение. — Зачем тебе это? — спросила она шёпотом. Он чуть улыбнулся, устало и как-то грустно. — Потому что я так хочу. За дверью вновь раздался знакомый, хриплый голос жениха: — Проверьте каждую квартиру. Начните с конца коридора. Немедленно! Парень быстро надел первую попавшуюся в бардаке майку и, не теряя уверенности, пошёл к двери. Девушка, дрожа от страха, последовала за ним. Он приоткрыл дверь и выглянул в коридор — несколько мужчин удалялись в противоположную сторону. Тогда он тихо закрыл дверь, обернулся к ней и спросил: — Умеешь быстро бегать? — У нас есть другие варианты? — растерянно произнесла она. — Есть окно. Но это седьмой этаж, — ответил он с лёгкой ухмылкой. — Да, конечно, я умею быстро бегать, — выдохнула она. Перед тем как выйти, девушка остановилась. — Подожди. Она сняла обручальное кольцо и аккуратно положила его на комод. Затем — короткий взгляд в сторону парня, и они выбежали в коридор, растворяясь в полутьме лестничного пролёта. Когда оказались на улице, он обернулся к ней, тяжело дыша: — Что ж... ты свободна, — произнёс он, глядя прямо в глаза. — Извини, у меня нет с собой телефона... Не мог бы ты вызвать мне такси? — тихо попросила она. — Такси? — переспросил он, чуть приподняв бровь. Его губы, слегка припухшие, словно после драки или поцелуев, растянулись в самоуверенной ухмылке. Он направился к дороге, подошёл к чёрному спортивному автомобилю и стукнул ладонью по капоту: — Такси уже здесь. — Ух ты... — удивлённо произнесла она, подходя ближе. — У меня сейчас нет с собой денег, но я верну, как только... Он шагнул к ней ближе, слишком близко. Его взгляд — прямой, дерзкий. — Один страстный поцелуй, — сказал он с насмешкой. — Не удивлена, — холодно ответила она, садясь в машину. — Но я расплачусь деньгами. Они ехали молча. Только звук двигателя заполнял паузу между ними. Когда подъехали к загородному дому, он спросил: — Это дом твоей мамы? — Да, — спокойно ответила она. — Я схожу за деньгами. Она потянулась к ручке двери, но он остановил её голосом: — Даже не начинай, — сказал он с полуулыбкой. — Можешь просто дать мне свой номер. Она взглянула на него, не отводя глаз: — Хорошо. Дам тебе номер... как только куплю новый. — Удачи, — добавила она и вышла из машины. Он усмехнулся, развернулся и уехал, оставив за собой лишь шум мотора и лёгкий запах его парфюма, который ещё несколько секунд витал в воздухе — как обещание, как вызов. Открыв дверь, девушка шагнула в дом — в знакомую тишину, где пахло кофе, мебельным лаком и чем-то родным, давно забытым. Из глубины коридора показалась её мать — статная, ухоженная, с идеально уложенными волосами и холодным взглядом, в котором не было ни капли удивления. Женщина остановилась в двух шагах, скрестила руки на груди и медленно провела глазами по дочери — от босых ног до покрасневших глаз. — Прекрасно, — произнесла она сухо, будто констатируя факт, а не приветствуя родного человека. Девушка сделала шаг вперёд, сердце забилось чаще. — Мам... — прошептала она, протягивая руки, надеясь, что всё — этот кошмар, бегство, страх — растворится в материнских объятиях. Но в следующий миг воздух прорезал звонкий хлопок. Пощёчина была точной, выверенной, как будто отрепетированной заранее. — Ты опозорила нашу семью, — злобно произнесла мать. Голос её был холоден, как сталь, и резал по сердцу. — Ты опозорила мужа. Будущего главу крупнейшей компании. Вайлет стояла посреди холла, всё ещё держа ладонь у горящей щеки. Воздух вокруг словно стал гуще, тяжёлый, вязкий. — Он изменил мне прямо на нашей свадьбе, — тихо сказала она, едва сдерживая дрожь. — А потом… поднял на меня руку. В её глазах была мольба. Не к прощению — к пониманию. Она надеялась увидеть в матери хоть крупицу тепла, услышать слова: «Я с тобой». Но вместо этого — ровное дыхание и ледяной ответ: — Даже не думай о разводе. Этого не произойдёт. Понятно? Мир в одно мгновение потерял смысл. Дом, в котором она выросла, теперь казался чужим. Её мать — чужой. Вайлет с трудом выпрямилась, стиснула зубы. — Не тебе решать, — выдохнула она и направилась к лестнице, на второй этаж. — Вайлет, остановись. Остановись сейчас же! — за ней раздались быстрые шаги и громкий, властный голос. — Вайлет, ты меня слышишь? — Забудь об этом, мама! — она обернулась. — Я не вернусь к нему. Мама, ты меня слышишь?! — Ну что ж, — холодно произнесла женщина, — тогда он сам придёт к тебе. Щёлкнул замок. Вайлет не поверила. Сначала подумала, что это шутка, нелепая, жестокая, но шутка. Она бросилась к двери — заперто. — Мама?! — крикнула. — Это даже не смешно! Отпусти меня! Тишина. А потом — знакомый тон, спокойный, размеренный, как будто ничего не произошло: — Я всё исправлю, милая. Всё будет так, как должно быть. Где-то за дверью послышался мягкий звук нажатых клавиш телефона. — Дарио, дорогой, она дома. Вы можете приехать. Сердце Вайлет сорвалось с места. Всё вокруг будто потемнело. В висках застучало. Воздух стал острым, как бритва. Она отпрянула от двери, осознав — мать продала её. Продала как вещь, которую нужно вернуть владельцу. Паника захлестнула. Она начала метаться по комнате, взглядом ища выход. Окно. Балкон. Хоть что-то. Грудь сжимала боль, не физическая — глубже. Предательство. Она слышала, как внизу хлопнула входная дверь, как каблуки матери удаляются по мраморному полу. Слёзы застилали глаза, но она не могла позволить себе слабость. Нет. Только не сейчас. Вайлет распахнула балконную дверь. Холодный воздух ударил в лицо. — Помогите! — закричала она, сорвав голос. — Кто-нибудь! Пожалуйста, помогите! Звук эхом разнёсся по улице, затерялся в ночи. Никто не ответил. Она опустилась на колени, руки дрожали, пальцы впивались в балконные перила. В груди — глухой стон, будто сердце само рвалось наружу.