Часть 3

Машина резко свернула с шоссе, колёса загрохотали по асфальту, и вскоре они въехали на освещённую площадку. Вайлет моргнула от яркого света фар и неоновых ламп — кругом стояли десятки спортивных машин. Из колонок гремела музыка, пахло бензином, дымом и свободой. Люди смеялись, двигались, хлопали друг друга по плечу — будто здесь царила своя, особая жизнь, дикая и непокорная. Она не понимала, где оказалась. Сердце ещё колотилось, но напряжение постепенно отпускало. Маркус выключил двигатель, открыл дверь и, не глядя на неё, вышел наружу. Вайлет последовала за ним. Не успела она сделать и пару шагов, как к ним подбежала девушка. Ярко-фиолетовые волосы отливали в свете прожекторов, блестел металлический пирсинг в носу. На ней были короткие чёрные шорты, кожаная куртка и топ, едва прикрывающий грудь. Она выглядела как воплощение ночи — дерзкая, уверенная, громкая. — Маркус! Где ты был? Я скучала! — вскрикнула она и, не колеблясь, обняла его, потянувшись к его губам. Маркус чуть отстранился, не выражая никаких эмоций. — Не сейчас, Лина. Давай потом, — холодно бросил он и мягко, но уверенно оттолкнул её. Лина нахмурилась, бросив короткий взгляд на Вайлет — цепкий, оценивающий, с тенью ревности. А Вайлет стояла, словно застывшая. Всё происходящее казалось ей сном — слишком громким, слишком реальным. Мир, из которого она бежала, и этот — такие разные, но оба пугающие. Громкий голос прорезал музыку и смех: — Что ты здесь забыл, Маркус? Толпа расступилась. Из-за машин вышел крупный парень с тяжёлой походкой и взглядом, полным вызова. Его челюсть играла, кулаки сжимались, и вся поза говорила: чужой пришёл на мою территорию. Маркус не дрогнул. Их взгляды встретились — острые, как ножи, напряжённые, будто между ними вспыхнула старая вражда. Но через секунду всё изменилось: напряжение рассеялось, и оба рассмеялись, обменявшись крепким мужским объятием. — Дружище! Я рад, что ты вернулся. Чемпион, как-никак, — прогремел парень, хлопнув Маркуса по спине. — Я тоже рад, — ответил Маркус, и в его голосе впервые за вечер прозвучало что-то тёплое, живое. Толпа оживилась. Люди подходили, хлопали его по плечу, приветствовали, смеялись. Музыка снова заиграла громче, кто-то принес бутылку пива, кто-то кричал его имя. Вайлет стояла чуть в стороне, словно за стеклом, наблюдая за этим шумным, ярким хаосом. Всё происходящее казалось ей сценой из фильма, где она — случайная статистка. Мир, полный скорости, криков и запаха бензина, был ей чужд. Она чувствовала себя маленькой, потерянной, выброшенной в чужую вселенную. Из-за спины донёсся тихий, растянутый голос: — Хорошая девочка хочет поиграть с плохим парнем? Вайлет обернулась. Позади стояла Лина. Она улыбалась медленно, надменно, как кошка, поймавшая птичку. Её взгляд скользнул по Вайлет сверху вниз, оценивающе, с ядом. — Что? — растерянно переспросила Вайлет. Лина сделала круг вокруг неё, наклоняясь ближе, чтобы слышала только она. — Но ведь она даже не знает, что он убийца. Слова повисли в воздухе, будто ядовитый дым. Лина бросила взгляд в сторону Маркуса, где он смеялся с друзьями, и шепнула: — Это ведь так интересно, правда? Хорошие девочки всегда тянутся к плохим. — Убийца?.. — прошептала Вайлет, не веря своим ушам. Её дыхание сбилось. Эти два слова пронзили её, будто тонкий лёд треснул прямо под ногами. Звук музыки, смех, гул моторов — всё вдруг стало приглушённым, как под водой. Она стояла неподвижно, чувствуя, как по спине медленно пробегает холод. Убийца? Она пыталась понять, осознать смысл услышанного, но мозг отказывался складывать мысли в чёткие фразы. Нет, это глупость. Просто сплетня. Она специально сказала это, чтобы меня задеть. Чтобы унизить. Но внутренний голос, тихий и безжалостный, шепнул: А ты уверена? Она вспомнила его глаза — спокойные, уверенные, в которых не было ни тени страха, когда он бросился на помощь. Его реакцию — ни секунды сомнений. Его силу, решительность, даже ту лёгкость, с которой он говорил о побеге, словно для него риск был привычен. Вайлет сглотнула, чувствуя, как пересохло горло. Её окружали чужие люди — кричащие, смеющиеся, громкие. Каждый из них казался опасным, будто она попала в логово, где правила — не законы, а инстинкты. Я не знаю ни одного из них. Никого. Ни его, ни этих людей. Ничего о них не знаю. Сердце билось быстро и гулко. Ладони вспотели, дыхание стало рваным. Что я здесь делаю? С кем я рядом? Она вспомнила своё отчаянное «прыгай, я поймаю тебя» и дрожащий голос, с которым он это сказал. Тогда эти слова казались спасением. А сейчас — эхом, от которого становилось страшно. Она медленно сделала шаг назад. Потом ещё один. Мир вокруг будто сузился до туннеля. Прочь отсюда. Просто уйди. Вайлет чувствовала, как ноги сами несут её прочь. Она не выбирала направление — просто уходила. Хотелось воздуха, тишины, простоты. Каждый шаг отдавался стуком сердца. Это была ошибка. Нужно уйти, пока не поздно. Она не смотрела на Маркуса. Боялась. Боялась поймать его взгляд — вдруг в нём действительно есть то, что сказала Лина. Ей хотелось верить, что всё это неправда. Но веры в этот момент у неё уже не осталось.