Глава 7.

Воздух в Крепости Бесконечности всегда был тяжелым, спертым, но сейчас он, казалось, загустел от страха. Инари стояла в темно-бордовом кимоно, расшитом серебряными нитями, напоминающими паутину, и бесстрастно наблюдала за происходящим. Её лицо, обрамленное вороновыми волосами, оставалось непроницаемой маской. Повелитель, облаченный в изящное женское кимоно с рисунком глициний, с методичной жестокостью истреблял Низших Лун. Один за другим демоны, когда-то гордо носившие свой номер, рассыпались прахом, не в силах вынести его гнев. Последний — Инари даже не потрудилась запомнить его имя или номер — исчез с тихим всхлипом, оставив после себя лишь горстку пепла на каменном полу. Мудзан Кибуцудзи медленно повернул голову. Его глаза, горящие алым огнем на изящном лице, остановились на Инари. В Крепости воцарилась звенящая тишина. — Дай угадаю, — его голос, высокий и мелодичный, разлился по залу, но в нём чувствовалось вибрирующее, едва сдерживаемое бешенство. — Ты тоже ничего не нашла на горе? Инари выдержала его взгляд. Сердце её колотилось где-то в горле, но многолетняя выучка взяла верх. — Угадал, — ответила она ровно, без тени эмоций в голосе. Мгновение. Удар по биве, раздавшийся из ниоткуда, резанул по барабанным перепонкам. Пространство вокруг Инари исказилось, и через миг она уже стояла вплотную к Повелителю, чувствуя исходящий от него могильный холод. Мудзан склонил голову набок, словно рассматривая диковинную букашку. — Ступай на гору, — прошипел он, и каждое слово, казалось, впивалось в кожу тысячей игл. — Найди мне голубую паучью лилию. Не возвращайся без неё. Вообще. Не возвращайся. Он не коснулся её. Он просто щелкнул пальцами, и мир снова взорвался болью от звука бивы. --- Холодный горный воздух ударил в легкие, вытесняя спертый запах Крепости. Инари стояла на каменистой тропе у подножия горы, которую демоны вполголоса называли проклятой. Луна скрывалась за плотными тучами, и лишь одинокий фонарь вдалеке, у заброшенного храма, отбрасывал дрожащий свет. Только оставшись одна, она позволила себе выдохнуть. Её руки, спрятанные в широких рукавах кимоно, мелко дрожали. Не от страха — от напряжения. Стоять перед Мудзаном, когда он в ярости, было всё равно что стоять на краю извергающегося вулкана. Она подняла взгляд на заснеженные вершины, теряющиеся во тьме. Голубая паучья лилия. Цветок, которого не существует. Легенда, придуманная отчаявшимися или безумцами, чтобы тешиться надеждой. За сотни лет её не нашел никто. Инари прекрасно понимала, что Мудзан отправил её сюда не за цветком. Он отправил её умирать. Или, что ещё хуже, ждать, пока он придумает казнь поизощреннее, чем простое уничтожение. Она сделала первый шаг по тропе. Снег противно скрипел под деревянными гэта. «Зачем я вообще старалась?» — пронеслось в голове. Она помнила себя человеком смутно, как старый, выцветший сон. Там была семья, был голод, была болезнь… был Мудзан. Он не предлагал выбора, он просто даровал ей «спасение», превратив в демона, сделав своей пешкой. Шорох. Тихий, едва уловимый. Но Инари была Высшей Луной, её чувства обострились до предела. Она замерла, прислушиваясь. Шорох повторился — это не был звук ветра или падающего снега. Это было дыхание. И биение сердца. Она бесшумно скользнула между деревьями, двигаясь быстрее, чем ветер. Вскоре перед ней открылась небольшая поляна, залитая лунным светом, который на миг пробился сквозь тучи. Картина открылась кровавая и хаотичная. Тела трёх демонов, ещё дымящиеся останками, валялись на снегу, окрашивая его в черный цвет. А над ними, тяжело дыша, стояла группа людей в форме охотников на демонов. Инари насчитала семерых. Мечи в их руках были черны, как смоль это были не простые клинки, а оружие из железа, что куется под солнцем. Двое были ранены, один сидел, прислонившись к дереву, и держался за разрубленное плечо. — Чисто, — выдохнул один из них, высокий мужчина со шрамом через всю щеку. — Эти твари были из слабых. Главное, чтобы сюда не заявилась какая-нибудь Высшая Луна. — Не каркай, Хирото, — огрызнулся молодой охотник, вытирая клинок снегом. — Мы выполнили задание. Три демона за ночь отличный результат. Теперь можно и передохнуть, пока Рассвет не наступил. — Все таки накаркали — голос Инари разлился по поляне тихим, мелодичным шепотом, от которого у охотников кровь застыла в жилах. Она ступила на поляну. Свет луны упал на её темно-бородовое кимоно, заставив серебряные нити паутины вспыхнуть холодным блеском. Её кожа была белее снега, глаза горели ровным, спокойным алым светом, а на губах застыла легкая, почти сожалеющая улыбка. Истребители замерли, словно статуи. Тот, кого звали Хирото, инстинктивно сделал шаг назад, загораживая собой раненого. — Высшая…? — выдохнул кто-то, и в этом выдохе слышался приговор. — Луна, — закончила за него Инари. Мгновение тишины длилось вечность. Она не использовала Кровавое искусство. Не стала играть с ними. Первый охотник, тот самый молодой, что говорил про отдых, даже не успел поднять меч. Инари оказалась перед ним, её пальцы, украшенные длинными алыми ногтями, сомкнулись на его лице. Легкое движение запястьем хруст шейных позвонков прозвучал как переламываемая ветка. Она отшвырнула тело в сторону, и оно врезалось в дерево, ломая ствол. — В атаку! — заорал Хирото, бросаясь на неё с клинком. Инари даже не взглянула в его сторону. Она уклонилась от его и тут же её рука, вытянувшись, пропорола живот второго охотника, подбежавшего слева. Пальцы вошли в плоть как в масло, сжались на сердце и рванули наружу, увлекая за собой кровавый фонтан внутренностей и сердца Охотник упал на колени, пытаясь затолкать обратно вываливающиеся кишки, и захлебнулся собственным криком. — Тварь! — Хирото развернулся и рубанул мечом горизонтально, целясь ей в шею. Инари поймала клинок голой рукой. Сталь, способная резать демоническую плоть, звякнула и остановилась, зажатая в её ладони, даже не порезав кожу. Она сжала пальцы клинок хрустнул и разлетелся на куски. — Хорошая попытка, — прошептала она, глядя в расширенные от ужаса глаза мужчины В следующее мгновение её нога, обутая в гэта, влетела ему в колено сбоку. Сустав сломался с отвратительным хрустом, и нога охотника согнулась под неестественным углом. Хирото закричал и рухнул на снег, но Инари не дала ему упасть. Она схватила его за волосы, рванув голову вверх. Она не пила. Она просто рвала. Плоть и кровь брызнули во все стороны, заливая её лицо, кимоно, снег вокруг. Она отшвырнула обмякшее тело и выпрямилась. Раненый у дерева пытался ползти, волоча за собой бесполезную ногу и оставляя на снегу кровавый след. Двое оставшихся, молодые парни, бросили мечи и побежали в разные стороны, обезумев от страха. Инари позволила им сделать несколько шагов. Потом медленно достала катану и провела ею по воздуху, через несколько мгновений деревья в радиусе несколько сотен метров рухнули разделившись на двое. Она вернула клинок в ножны и пройдя несколько метров остановилась рядом с охотником которому отрубило ноги. — П-пожалуйста… — всхлипнул тот, подняв залитое слезами и снегом лицо. — Я не хочу умирать… — Никто не хочет, — ответила Инари ровно. — Но кому-то всегда приходится. Он смотрел на неё снизу вверх, сжимая в руке обломок клинка, пытаясь сохранить остатки достоинства. — Ты… ты демон, — выдохнул он сквозь зубы. — Чудовище. — Знаю, — кивнула Инари, и в её голосе впервые проскользнула усталость. — Мне жаль. Правда. Она наступила ему на голову. Хруст черепа прозвучал приглушенно, почти комично, и тело замерло. Инари стояла посреди поляны, залитой кровью и усеянной истерзанными останками шестерых человек. Её кимоно, некогда темно-бордовое, теперь стало багрово-черным, пропитанным насквозь. Она подняла голову к небу, лизнула соленую кровь с губ и почувствовала пустоту. Никакого удовлетворения. Никакого веселья. Только привычная, гнетущая тяжесть выполненного долга. Шорох. Она замерла, прислушиваясь. — Где седьмой? Совсем рядом, за валуном, билось ещё одно сердце. Маленькое, испуганное, частое. Инари усмехнулась, стряхивая с пальцев куски плоти. Она бесшумно скользнула в сторону, обходя огромный валун. — Как тебя зовут? — Спросила она Охотник дрожал не способный вымолвить и слова — Я задала вопрос — Повторила она — Мурата — Прошептал охотник на демонов. — Беги Мурата — Сказала она — И расскажи всем, что здесь произошло.