***

Ты встретил ангела, спустившегося с неба? Я встретил ангела, летевшего ко мне С городских крыш, Не выдержав слепой жестокости этого мира. Ты со своею мечтою в объятиях сладко спишь, Утонув в развороше́нной мятой постели И нежности. А я всё брожу, пытаясь не рухнуть в забвенье, Боясь не суметь и не вытянуть, рухнуть, не справиться. Мне только мерещатся по ночам сновидения, Но прерываются сдавленным судорожным плачем. Мой ангел не светел, он прячет улыбки, Дрожит от кошмаров и рвёт своё тело когтями. Себя убивает и даже не прячет улики. А ты просто тонешь в безоблачном счастье. Я даже не помню, как в последний раз слышал Свой смех, не сходя с ума от истерик и нервов. Твой ангел летит, беззаботен, светел и чист. А я своему всё бинтую его переломанные крылья. Однажды, проснувшись в холодном поту, Увижу на его лице я отсвет улыбки. И это узрев, больше я и на миг не отойду. Ну а пока.. А пока разгребаю ошибки. Я каюсь - не справился, не уследил, просто плюнул. Подумал - не важно, не так уж и сложно. Оставил его в этом чуждом отравленном городе - А он, напуган и сломлен, скитался по траурным улочкам. И думал - иль сброситься с крыши, иль вскрыть себе вены в пустом Гостиничном номере. Мой ангел не слаб, пораженье - не слабость. Он сам себе проиграл - сотню раз всё же выжил. Ну а теперь рисует кровью блеск на ликориса лепестках И сам себе рисует на лице улыбки Старым скальпелем, И не встаёт с постели. Он прячет зеркала, Стараясь всё забыть - и то, каким он был, И то, каким уродливым его мир сделал. Твой ангел болтает с искрами в глазах. Мой - только молчит, пряча по ночам слёзы. Твой - просто шагает по миру, его не боясь. У моего из хорошего только лишь грёзы. Твой гордо несёт себя миру, с прямою осанкой, А моему мир сломал позвоночник. Вскрыл грудь и кровавое сердце достал. И только безвыходность нынче за рёбрами бьётся. Не жив и не мёртв - он не плачет, не смотрит устало. Он просто затих, не желая меня потревожить. Хранителю-ангелу жизнь его крылья сломала Его я лечил и не так уж заботливо может. Привил ему стыд и вину, чувство слабости. Ведь слабым считается тот, кто однажды решит От всей пустоты и от этой всей безысходности Покинуть однажды навек этот траурный мир. Мой ангел уверен - больной он, неправильный. Уродлив он так, как уродливо сердце Душевнобольного, что только в бреду лишь лепечет Пытаясь своё разорвать тело снова. Мой ангел недвижим, как будто привязан. Он спит, как убитый, и смотрит без мыслей. И, видимо, на веку ему положено мало. И, видимо, он не рад, что выжил. Хоть тело уродливо, хоть он и сломлен, Как старая ветла, разрубленная молнией, Но я люблю его, посланца неба - Мы два дефектных существа, одна химера. Две головы, а сердца нет и вовсе. Химера исцарапана когтями. Химера по ночам истошно воет И светит в темноте янтарными глазами. Я помню, по ночам, сидя на тёмной кухне Я бредил и смеялся, искренне жалея, Что Бог с такой меня составил анатомией, Что перегрызть себе я горло не сумею. Химера совершенна. И страшна до безобразия. Она больна, смеётся на луну. Но думает она "должна я справиться". Иначе обе головы улягутся в гробу. И, подведу стиха итоги - Коль две души, хоть и изранены Нашли друг-друга То могут хоть не освятить, но успокоить Короткую и горестную жизнь Не дав свести с собой конец, хотя душа и рвётся Своей рукою подвести итог. Из ада никого обратно не вернётся. А мир, хоть и чудовищен, вдвоём не так и плох, В те времена, когда с тобою вместе Кто забинтует крылья и поймает с крыш.