Hello, New Friend Of Mine.

      В этом неизвестном месте было... пасмурно. Практически дождливо.       Тяжёлые ботинки с закреплённой металлической пластиной продавливали высокую, кажущуюся серой траву с каждым новым шагом красного ехидны, оставляя позади неглубокий след от грубых подошв.       Наклз никогда не был здесь — в этой странной клетчатой долине и совершенно не понимал, как здесь оказался: один момент — он у высокого гранитного алтаря, несущий вечную службу единственного стража Мастер Изумруда, а секунду спустя — он уже здесь: растерянный и совершенно одинокий.       Чёрные бусины глаз бродили по местности, огибая сосредоточенным взглядом высокие горы, завявшие цветы подсолнухов и сгнившие стволы поблёкших пальм.       Это место выглядело мёртвым и даже дуновения холодного ветра казались сухими и практически болезненными.       Наклз до треска ткани шипастых перчаток сжал кулаки и испустил из груди тихий, гортанный рык: его раздражало это. Раздражала ситуация и полное непонимание происходящего вокруг.       ...       Последний ехидна резко остановился, когда до скрытых под длинными дредами ушных впадин донёсся негромкий, но отчётливый звук: падение капель на холодную землю и треск расходящегося по швам старого пергамента.       Морф нахмурился, а затем направился в сторону шума, тяжёлой поступью отбивая по дёрну.       Узкий тунель, в который его завёл неизвестный звук, резко оборвался с выходом на пустую поляну и иглы — тёмно-синие, хорошо знакомые — бросились стражу в глаза.       Наклз прищурился и в повёрнутом спиной источнике звука он признал:       — Соник?! — ехидна окликнул его и звук прекратился, словно по приказу умелого дерижёра.       Ответа, тем не менее, не последовало никакого.       Наклз рздражённо выдохнул через нос, а после направился к боевому товарищу.       — Соник!       И вновь никакого ответа.       — Ты слышишь меня?!       Плечи синего ежа поднялись и опустились, словно после вздоха, и ответ разнёсся по территории с высоким голосом героя:       — Сшышу-слышу, — крикнул он напарнику. — Ты даже мёртвого своими воплями разбудешь.       Наклз раздражённо цыкнул языком и ускорил шаг. Он не желал спорить, оттого просто спросил:       — Куда мы попали?       Ответ пришёл практически мгновенно.       — Не знаю, — честно сказал он, покачав головой. — Но... — протянул он. — ...я тут нашёл кое-что... посмотришь?       Ехидна прикрыл на краткий миг глаза:       — Я надеюсь... — он выдохнул. — ...что это не очередная шутка.       Соник хмыкнул, а затем обернулся. Растянувшаяся на его морде улыбка была полна нескрываемого ехидства и насмешки:       — Listen... — произнёс он. — ...тебе врал Эггман, а не я... — он вернул фокус своего внимания к неизвестному объекту, что был скрыт от взора ехидны и провернул его в своих лапах, словно мяч. — Así que no malgastes saliva y ¡atrapa.       Морда ехидны расплылась непониманием:       — Что?       Соник ничего не пояснил — лишь подбросил неизвестное нечто в воздух, и оно, очертив кривую дугу, приземлилось прямиком в лапы ехидны.       ...       Повисла тишина и коснувшийся тела ехидны ледяной ветер практически содрал с него кожу ударом невидимого хлыста.       — Какого... — багровые пятна растеклись на ткани перчаток, тёмными каплями опав на землю. — ...чёрта..?       Голова — устатая, рыжая и хорошо знакомая неприятным весом осела в его хватке. Следы наполовину сдёрших шкуру лап отпечатались на морде обнажёнными сухожилиями и всё ещё горячей, липкой кровью.       Тейлз.       Наклз оскалился и вспыхнувший яростью взгляд лезвиями ножей впился в личину улыбавшегося Соника.       — Я жду объяснений... — пальцы на голове сжались тисками. — ...ёж...       Ответом ему послужила тишина и закрывшиеся веками болотисто-чёрные глаза Соника...       — Всё очень просто...       ...а когда он их раскрыл, пустота взглянула на него двумя кроваво-красными точками.

...Игра Пошла...

      Голова в хватке Наклза затрещала и закровоточила, а когда он опустил к ней взгляд — оглушительный хлопок взрывом гранаты отправил его тело в клетчатую скалу.       В ушах загудело и сдаленный хрип вырвался из горла ехидны. Сверху на его голову посыпалось крупными фрагментами скалы, усугубившими ситуацию.       Грудь и морду пронзило болью от вгрызшихся под скальп зубов и осолклов чужого черепа. Было очень больно. Адреналин ещё не успел растечься по телу вместе с собственной кровью.       Рядом с ним — прямо напротив — негромко щёлкнуло помехами старого радиоприёмника, и крупная, высокая тень накрыла его, появившись из ниоткуда.       Долговязое, костлявое, тёмно-синее и неправильное: неизвестное существо выглядело изуродованной, кривой пародией на синего ежа.       Создание занесло тонкие лапы над своей головой и его резкий удар оказался в последний момент остановлен сжавшейся вокруг его запястий хваткой красного ехидны.       Они оба замерли, продолжая давить своей силой друг на друга, пытаясь выиграть в образовавшемся столкновении.       Оскал — зубастый, растянутый на всю морду твари — стал ещё шире, когда оно осознало что ему сопротивляются. Что с ним борются. Кровавые огни в пустых глазных впадинах засияли ярче солнца в полуденную жару и оно надавило сильнее.       Наклз осклабился, когда ощутил, что его пересиливают. Его — последнего ехидну, стража сильнейшего артефакта во всей вселенной, пересиливают.       Хриплый рык вырвался из самой гортани и удар лбом пришёлся неизвестному прямо в нос.       Треснули кости чужого черепа и брызнула во все стороны кровь. Создание отшатнулось и секунда замешательства позволила ехидне вскочить и нанести ещё один сокрушительный удар.       Шипы кастетов правой лапы вошли в голову существа, словно нож в расплавленное масло. Кулак проломил кости и мышцы, словно мокрую бумагу и с громким треском вышел через затылок.       Повисла тишина, прерываемая лишь шумом сбитого дыхания. Создание обмяколо, практически завалившись на землю, и Наклз шумно выдохнул, позволив себе на тик закрыть глаза, восстанавливаясь.       Холодный ветер продолжал резвиться вокруг, но разгорячённое адреналином тело полностью игнорировало любые попытки окружающей среды заставить его ощутить дискомфорт.       Веки ехидны бесшумно поднялись, а затем он дёрнул окровавленную лапу на себя, силясь извлечь её из чужой головы...       — Какого..?       ...первый раз, второй, третий — разорванная кастетами плоть пульсировала, дёргалась и вытягивалась, вторя попыткам хранителя освободиться, но не позволяла, словно удерживая.       Наклз сжал свободную лапу в кулак, и, размахнувшись, устремил удар к игольчатой голове, но...       Четырёхпалая ладонь существа зубьями щипцов сомкнулась на его кулаке.

Не-а...

      ...ему не позволили это сделать.       Ехидна поднял ногу, а после вбил жёсткую стопу в чужой костлявый живот, но хрупкое до этого момента создание словно окаменело: оно не сдвинулось и даже не пошатнулось, оставшись совершенно невредимым к чужим потугам.

      Сквозная дыра в синей голове начала быстро зарастать. Наклз скривился, когда лапу сжало пресом, настоящей живой тёркой, острыми кромками формировавшихся костей черепа впившись в запястье.

Чему Мы Сегодня Научились?

      Раздался треск — резкий и противный. Багровые капли разлетелись во все стороны дождём. Болезненный крик комом застрял в горле ехидны.

Правильно...

      Наклз сокрушённо опустился на колено, всё ещё удерживаемый за здоровую лапу костлявой четвернёй. Перед глазами плыло и растекалось. Оборванная по самый локоть культя топорщились переломанной плечевой костью.

Не Совать Лапы Туда...

      Незанятая ладонь бесшумно опустилась на морду хранителя. Темно-красные капли брызнули из пустых глаз существа.

...Куда Их Совать Не Нужно!

      Щелчок — звонкий, быстрый, мимолётный — и голова ехиды оказалась откинута практически к самой спине.       Тело хранителя обмяколо и создание отпустило его, позволив свалиться на холодную, сырую землю.

Ты Был Неплох...

      Тонкими пальцами существо потянулось к своему затылку, вытаскивая выглядывающую шипастую пятерню.

Однако Кулаков Недостаточно, Чтобы Избавиться От Меня...