Подружимся?

Первое, что я ощутила, — это тепло солнечных лучей, упрямо пробивавшихся сквозь свинцовую пелену туч. Я лениво пошевелила носом, втягивая запах утра: влажный камень, дым из трубы и едкий, знакомый дух раскаленного металла. Потянулась, словно кошка, но движение тут же наткнулось на привычное сопротивление. Мои колодки, намертво держали руки на одном и том же уровне. Я выглянула из своего переулка — улицы были почти пусты. Это идеальное условие, чтобы начать новую жизнь, словно обычный человек! — Все-е-ем доброе утро! — выпорхнула я на мостовую, гордо вскинув подбородок. Босые ступни тут же ощутили шершавую прохладу булыжника. — Каждому привет! И тучам, и ветру, и... О! И тебе приве-е-ет! Я заметила мужчину в зияющем проеме кузницы и принялась лихорадочно махать ему рукой, насколько позволяли колодки. Он, не отрываясь, с ожесточением обрушивал молот на заготовку меча. Ритмичный звон был мне единственным ответом. Я прикусила губу, чувствуя, как обнажаются мои зубы. — У-у-у! — прошипела я беззлобно. — Ну и вредина! Хмм... Ладно! Что у нас по планам на сегодня? Я запрокинула голову, глядя на клочья облаков, и принявшись перебирать в уме планы своего дня. Мысли текли стремительно, путаясь и перескакивая одна через другую. — Так-с... Сегодня я должна найти друзей... Это главное! Потом пообедать, как обычный человек — нет-нет, не так! — я тихонько топнула босой ногой. — Не «как обычный», а «как все»! Аккуратно... А потом... О! Потом полюбуюсь закатом! Как все обычные люди! А знаете что? Я буду... необычным человеком! Вот! Буду самой собой, и это будет лучше всего! Правда же? Что скажешь? На этот раз кузнец оторвался от работы. Его лицо, залитое потом и затянутое дымной копотью, исказила гримаса раздражения. Он швырнул раскаленный докрасна меч в бочку с водой. Шипение было таким яростным, будто сама вода вскрикнула от боли. — Не мешай работать... Ходят тут всякие, — пробубнил он густым, как смола, басом. Укол стыда и паники кольнул меня больнее любой иглы. — Ой! Простите! То есть... Извините! Или... как там у людей полагается? — залепетала я, отступая на шаг и чувствуя, как нагреваются щеки. — Достаточно, — отрезал он, поворачиваясь спиной. — Иди прочь. — Упс! Уже бегу! — выдохнула я и, развернувшись, пустилась прочь по мостовой. Отбежав подальше от угрюмой кузницы, я запыхавшись остановилась на площади главного рынка. Сюда солнечные лучи добирались куда охотнее, золотя пыль, что кружилась в воздухе между телег и прилавков. Торговцы только начинали свой день, лениво расставляя товары. И запахи... боги, эти запахи! Свежий хлеб, спелые фрукты, копченая рыба, мясо... — О-о-о-о! А вот и еда! — вырвалось у меня возбуждённым криком, и я рванула к ближайшему лотку с фруктами, забыв о осторожности. Железо моих колодок звякнуло, и этот резкий, знакомый звук сработал, словно выстрел. Люди вокруг метнулись в стороны, словно испуганные тараканы, прижимая к себе детей и имущество. Эйфория в моей груди тут же лопнула, как мыльный пузырь. — Да стойте же вы! — взмолилась я, но было поздно. Площадь вокруг меня опустела. — Пфф! Вот ведь странные... День только начался, а они уже разошлись... Я попыталась уверенно зашагать дальше, но походка сбилась. Мысль, кольнула меня изнутри: «А если... я такой и останусь? Неуклюжим чудовищем, которое видит лишь спины убегающих людей? Глупой, злой...» Глоток воздуха застрял в горле, но я тут же тряхнула головой, заставив колодки зазвенеть. «Хмпф! Зачем забивать голову такими глупостями? У каждого есть выбор! И у меня он тоже есть!» Я снова двинулась вперёд, заставляя себя смотреть по сторонам, а не под ноги. И тут, спустя пару шагов, я увидела их... На обочине, в облаке пыли, двое мальчишек сражались на деревянных мечах. Один, в накидке из чёрного тряпья, изображал грозного ноксианца. Другой, в светлой рубахе, — врага. — Глупый демасиец, тебе конец! — рявкнул «ноксианец», замахиваясь своим мечом. — У-у-у! Я не хочу играть за демасийца! Я тоже хочу быть ноксианцем! — Молчать, слабый воин! Тебя ждёт казнь от моей руки! Вот он! Мой шанс! Они же играют! Я могу влиться в игру, стать частью их мира, хоть на минуту! — ХА! А ВОТ И ПОДМОГА ДЕМАСИЙСКОГО ВОИНА! — рявкнула я изо всех сил, выпрыгивая из-за угла и принимая грозную позу, насколько позволяли колодки. Их реакция была мгновенной и очень даже оглушительной. — А-а-а-а! Бледная дева! — Бледная дева! Игрушки полетели на землю и два испуганных комочка метнулись прочь от меня. — Бледная... Леди? — я замерла, пытаясь осознать смысл слов, и только потом меня осенило. Конечно! Это же часть игры! Они убегают, а я должна их догнать! — А! Это такая игра! Щас догоню! Я бросилась за ними, смеясь и пытаясь догнать то одного, то другого. Но от такой резкой пробежки алый гемолит в центре моих колодок дрогнул и съехал. Острое чувство голода тут же сковало моё тело, заставив меня споткнуться. — Стой-стой-стой! — взмолилась я, уже не к мальчишкам, а к непослушному камню. — Ну не сейчас же! Я прекратила погоню, сконцентрировавшись на том, чтобы вправить камень на место. — Стойте! Ха-ха! Я-я сейчас поправлю и снова начну погоню! Сей-час и... — я бормотала, пытаясь заглушить нарастающую панику. — Давай же... И... Готово! Ха-ха! Я готова к погоне и... А? Я выпрямилась, и попыталась отыскать мальчишек, однако улица была уже пуста. В воздухе висела лишь тишина, нарушаемая отдалёнными голосами торговцев. — А? А где вы? ... У-у-у... Они сбежали... Они сбежали от меня... Снова... Горький комок подкатил к моему горлу и тоска, сдавила моё сердце. — Я так надеялась... Я так хотела стать им другом... — повесив голову, я глубоко вздохнула. — Ну и ладно! — громко заявила я, заставляя уголки мох губ поползти вверх. — Станем друзьями в следующий раз! Не правда ли? И, повернувшись к новому переулку, я зашагала чуть быстрее, пытаясь убежать от тишины, что осталась позади.