Методы охоты (Беседа 2)

- Продолжим. Расскажите о вашем образе жизни до терапии. - Пила людей. - И как... Успешно? Что вы чувствовали? - Их движение, пульс, запах. Автоматом все вокруг становилось ярче, и не-жизнь моя хорошела. Мне хотелось выпить его до конца, чтобы продлить это прекрасное настроение. -...но не допивали? Почему? - Сильная кровопотеря у донора, возня с прятаньем трупов, отголоски совести насчет очередного убийства. Мы способны стирать память жертвы, поэтому я предпочитаю такой вариант. - А как же следы? - Можно поставить засос, чтобы их не было видно. Жертва думает, что ударилась обо что-нибудь, а о тех, кого я выбираю, обычно некому позаботиться. - Любопытно. Расскажите о методах вашей охоты. - Да все довольно просто, и многим людям даже слишком хорошо знаком этот алгоритм. Выбираешь слабейшего из стаи, заводишь разговор, затем вы идете в тихое место и можно делать что нравится. У них много признаков: мертвые глаза, неадекватно много или мало одежды, фальшивость движений, немного брезгливое выражение лица. Держатся особняком или в группе до трех человек. В разговоре избегающая позиция, они понимают, что все плохо и выхода не предвидится. Достаточно дать им хоть немного того, в чем они нуждаются - и все. - А в чем они, по-вашему, нуждаются? - В психотерапии. Эти особи, как правило, очень страдают, но за неимением выхода предпочитают свою боль идеализировать: "вот, я несу свой крест, а все остальные придурки". Они идеалисты, даже если отрицают это, надежда и отчаяние в их голове постоянно меняются местами. Если они повреждают себя, то это вообще подарок - можно и прислужника из такого слепить. - Прислужника? - Да, если дашь человеку попить своей крови, он будет некоторое время очарован тобой или даже всецело в твоей власти - хотя это и несет в себе риски. Жертвам можно сохранять жизнь, но прислужников, как правило, убивают из-за того, что они узнают слишком много. Либо, как вариант, довести до безумия. Но, к сожалению, у меня нет подходящего помещения, а процесс этот я считаю слишком интимным. Как и процесс воспитания. - Воспитания? - Да. Надо постепенно расширять границы допустимого в отношении жертвы. Сначала закрепить ее чувство безопасности и комфорта, затем подвести к мысли, что я единственный их гарант. Далее следуют ласковые прикосновения, слова утешения, имитация той заботы, которой им не хватало. Нужно, чтобы жертва хотела, жаждала, стала зависима от ваших подачек. Далее следует этап торговли. Жертва должна исполнять ваши запросы, либо получать наказание. Нужно причинить ей такую боль, чтобы разум сломался: вот же, она же была так добра ко мне. Если не ломается - наращивать интенсивность, параллельно прощупывая почву. В чем человеку тяжелее всего себе признаться? Как заставить его не имитировать отчаяние и смирение, а в самом деле их испытать? Если совсем не помогает - то влить больше крови и начать щупать страхи и морочить голову. Когда человек дошел до кондиции и стал сомневаться в себе - прижать к ответу с каким-нибудь манипулятивным вопросом. Затем унизить и начать грозить расставанием с интонациями максимального сожаления: "ну, к сожалению, раз тебе так сложно, то нам придется разойтись". Из-за выпитой крови человеку будет невыносимо воспринять эту идею. Дальше катарсис и примирение. Можно сказать "ты много сегодня понял о наших отношениях, ты молодец, я ценю тебя". - Выглядит как обычный семейный абьюз. - Ну да. Только с наркотиками еще. Неравноправные отношения так и работают. Вообще, не я эти механизмы выбирала, но они существуют и в некоторых ситуациях активируются помимо воли. Ты просто идешь и думаешь: о, вот этот мой. Я хищник, в конце концов. Да, существуют более жестокие и опасные хищники, и многим из них я не могу дать отпор. Но тут смысл в том, что условно-здоровую особь, например вас, я не завалю, потому что у вас есть какие-то устойчивые механизмы защиты. А вот те, кто ментально остается одиноким озлобленным подростком - притом, что физически это может быть и 40-летняя женщина с тремя детьми - те мне интересны, и нам найдется о чем поговорить. А потом можно идти в тихое место.