Грех (Беседа 8)

- Простите пожалуйста, господин Журналист. Я хочу вас. - Уточните? - Меня трясет от жажды, и я хочу чтобы ваша, да, именно Ваша кровь потекла в моих жилах! - Я готов сделать все, что в моих возможностях... - Нет, вы не поняли, нет! Я... меня временно накрыло, да и непрофессионально это было бы! Мне жаль. Признаться, я думала, что мое мертвое тело на такое уже не способно. - Это же в вашей природе? - Нет, это не похоже на обычный Голод. Скорее, несколько искаженная форма обожания. - Как к вашему сиру? - Да, думаю, да, но от вас совершенно другие ощущения. Я чувствую нежность, запретную нежность, хоть бы ее можно было перенаправить на того, с кем я буду проводить свои дни! А вы - я не знаю вашей судьбы, и не хочу обременять вас ничем: ни проклятием, ни своею влюбленностью, ни даже кровопотерей. Это желание... будто я скручиваю его в тугую спираль, чтобы оно трансформировалось в желание, чтобы у вас и людей, которые вас окружают, было все хорошо. - Мне все больше хочется вытащить вас отсюда. Или помочь хоть как-то. - Поймите, это прекрасное ощущение, это словно вы случайно сотворили внутри меня произведение искусства, вслепую выписали поющую птицу, хотя быть может, не так уж вслепую. И она какое-то время будет петь во мне, и я не смогу сбежать от этой песни... Вы знаете сказку про крысолова? - Гамельнский крысолов? - Да. Это сказка про тех, кто шел за песней закрыв глаза. - Мне казалось, это сказка про месть. Крысолов сначала утопил крыс, а потом, когда ему не заплатили - детей. - Пожалуй... пожалуй. Я не знаю. Мне кажется, вы очень добрый человек. Человек, чьей доброты я не заслуживаю. Но это мелочи. Мне просто хотелось сказать, как я себя сейчас чувствую, выразить себя, лишь бы это меня не мучило. И попросить вас ничего с этим не делать. Максимум, погладить меня по волосам. Спасибо. О Каин, за что мне эти страсти, да еще и в посмертии! Я желаю вам прожить прекрасную жизнь, чтобы солнце вам улыбалось. Вы будете жить долго и счастливо, и доживете до ста лет. - Правда, что ли? - Это "антипроклятие". Когда что-то терзает, можно вместо дурных слов выучить простую словесную формулу, и говорить ее. - Это же все замена. Попытки отвлечься от того, чего в действительности вы желаете. - Я хочу сейчас слиться с вами в единое существо. Чтобы я впитала вас, а вы - меня. Танцевать и писать стихи. Вот дура, да? Десять лет, как мертва. А тут такие переживания. И не по тому человеку, который хотя бы в теории способен быть долговременно рядом! - Будь ваш родитель рядом, что бы он порекомендовал делать? - Мы уже советовались... Не удивляйтесь, он иногда присутствует в моей голове. Честно говоря, он буквально объяснил, куда именно вы нажали, чтобы все заработало, я имею в виду, такая реакция запустилась. Я не буду вам говорить, что это за кнопочки. Но эти кнопочки многое говорят обо мне, как о вампире, мне не нравится, как они работают. - То есть, ваше внутреннее представление о сире помогло вам разобраться, чем именно я вас так зацепил, все верно? Но что насчет решения? - Вот, вот, сейчас отпускать начало, наконец-то. Он посоветовал быть благодарной и ждать. Он говорит, что неблагодарность - страшный грех. - Мне кажется, вы могли бы больше говорить о своих потребностях. - Я не хочу это смешивать. Вы уйдете, и вот это вот растворится в нас обоих, и будет жить прекрасным воспоминанием. А долговременные отношения, мне кажется, должны базироваться на более простых и устойчивых вещах. Бытовухе, если хотите. - Тут бы я с вами поспорил. - Как хотите, но, боюсь, отдушина откровенности закончилась, дальше будет лишь поток дурацких софизмов. Предлагаю на этом пока закончить. Спасибо, что выслушали.