3

      Его выходка с куклой и париком сработала. Мама не должна была ничего заподозрить. Парень просто не мог пропустить первую вечеринку в учебном году.       Неделя выдалась отвратной. Школа была адом на земле, которая раздражала Родрика своим существованием. Непонятные правила и занудные учителя сидели у него в печёнках. Если бы у него был выбор, парень бы с радостью тусовался у себя в гараже, отыгрывая разные партии на барабанах от известных музыкантов. В последнее время у него получалось подражать Бонзу из “Лед Зепплин”. Это был заметный прогресс.       К сожалению, его собственная группа терпела крах. После переезда семьи в новый город, он был её единственным участником. Маме предложили слишком выгодные условия работы.       Однако, не всё было так плохо. “Лод дипер” занимала в его сердце первое место. Он готов был сделать всё возможное, чтобы о его группе узнали. Потому он упросил свою новую приятельницу Дженис дать контакты здешних музыкантов, которые были бы не прочь поиграть на досуге рок.       В первый же день Родрик познакомился с Гарри Уилсоном - довольно интровертным и самобытным чуваком, постоянно поправляющим ботанские очки на носу. После школы они пошли к Хеффли домой и тот показал, что вполне недурно может играть на гитаре. Однако тот предпочитал больше бас, как и сам Родрик, поэтому выбрал роль бас-гитариста в группе. Да, он был сразу принят после того, как Хеффли услышал соло этого застенчивого блондинчика.       Гарри был не плохим парнем. Только изрядно молчаливым. Для Родрика это не было минусом. Если было нужно, он мог болтать без умолку. На двоих хватит слов.       И сейчас он подъехал на своём фургоне к перекрёстку, на котором они договорились встретиться с его новым басистом. Парень забрался к нему на переднее сиденье, и Родрик поехал по его указаниям до дома Гретхен Виннерс.       Как только он узнал от Дэмиана, что в каждое начало учебного года у брюнеточки, которая дружит со сладкой-Реджиной, проводится дома вечеринка, он поклялся, что попадёт туда. Дженис стала отговаривать его от этой затеи, однако ничего не могло изменить его мнение о выходных. Их он проведёт, наслаждаясь видом главной Баунти, как её называли его новые друзья.       Реджина Джордж.       Ему бесконечно повезло, что урок литературы проводился почти каждый день. А ещё он невероятно радовался, что сидел сзади неё и мог без перерыва пялиться на её прямую осанку, которая напоминала ему аристократическую. И, если он правильно расценил слова Дженис, она и есть своеобразная аристократка. Так называемая элита.       Её отец владелец какого-то популярного издательства, если верить словам подруги. Он мог себе позволить такие траты, как понтовые тачки и дорогая недвижимость.       Но лучшее, в создании чего он поучаствовал – его дочь.       О, Родрик успел изучить её за эту неделю. Было в ней что-то такое, что воспаляло в нём настоящий всплеск эндорфинов. Каждая её фальшивая улыбочка и закатанные глаза отзывались в нём фейерверком. Похоже, его загубит злой рок – влюбляться в милых стерв. Вот только Хезер Хиллс и рядом не стояла с ней… Потому что в этой было что-то совсем иное. В ней остро чувствовались эмоции, бившие через край. Он до сих пор проматывал сцену того, как девушка покраснела от его пальца на девичьем лице.       Ей шла злость. Ей шла стервозность. Ей шло всё.       Да - Хезер нравилась ему оболочкой.       А эта… нет. Сладкая Реджина содержала в себе столько гремучей смеси, что хотелось утопать.       Потому, когда Хэффли услышал о тусовке, его никто не мог остановить. Ему нужно было увидеть, как она ведёт себя вне школы. Ему было необходимо лицезреть её во всех ипостасях.       Родрик понятие не имел, почему Гарри захотел поехать вместе с ним, а спрашивать не стал, ведь это было только на руку. Сам он ещё не разбирался в навигации по новому городу.       — Что за…       Твою мать.       Вот это хоромы…       Хэффли разинул рот от дома, который сейчас видел за лобовым стеклом.       — У неё батя кто, король Англии?       — Скорее её дед. Он создал деталь для тостера, — пожал плечами Уилсон, будто это знал каждый пятиклассник в Эванстоне. Зашибись, конечно.       — А сюда есть пригласительные или…       — Обычно они не пускают таких, как мы, — беспечно ответил Гарри.       — А почему ты это говоришь только сейчас?! — повернув голову к парню, возмутился Родрик.       — Ты не спрашивал.       — Блеск, — Хэффли нервно начал стучать по рулю, одновременно с этим ища свободное место на улице, чтобы припарковать авто рядом с домом Виннерс.       Так. Спокойно.       Не впервой.       Он что-нибудь придумает. Для чего ещё нужна смекалка Хэффли, верно?!       Они вышли из его фургона. Родрик сразу же поправил рубашку, из-под которой выглядывала чёрная футболка с надписью “Лодид дипер”. Он уже пожалел, что забыл в подвале дома зеркало. Если они всё же попадут внутрь, руки будут чесаться от желания смотреть на обведённые подводкой глаза. Ему хотелось выглядеть идеально, когда они с ней встретятся. Почему-то он не сомневался в последнем.       Парни подошли к воротам, между которыми стоял бугай с тупой миной. По таким сразу видно – дофига мышц и ноль мозгов.       — Привет, братан, — весело протянул Хэффли, похлопав того по плечу. — Пропустишь нас или?       — А вы есть в списке?       — Э-э… конечно, чувак. Только вот… может быть там произошла какая-то путаница… понимаешь…       Он услышал совершенно бездумный смех. Его взгляд уловил вторую подружку милашки Реджины. В его голове тут же созрел план.       — Ты что, я вообще-то троюродный брат вон той блондинки! — указал он рукой в девушку, которая пыталась засунуть кулак в рот перед незнакомым ему парнишей.       — Карен Смит?       — О да, — закивал Хэффли, надеясь, что напущенная уверенность заставит его поверить в этот бред. — Мы с Карен с самого детства… брат и сестра, знаешь?       Идиот недоверчиво поворачивал голову от Родрика к блондинке и обратно.       Но он внезапно повернулся корпусом к Смит и прокричал:       — Карен! Это твой брат?       Чёрт. Они пропали.       Та не сразу поняла, что обращаются к ней, но её дружок обратил внимание девушки на ворота, у которых уже столпились люди из-за этой сценки.       Смит подошла к ним и, хлопая ресницами, спросила:       — Что-то случилось?       — Этот парень говорит, что он твой троюродный брат.       — Да?       Отрицай. Отрицай. Отрицай.       То есть… подтверждай, подтверждай, подтверждай.       — Карен! Я так соскучился, — Хэффли внезапно для себя потянулся к ней с объятием. Та не стала противиться, но скривила недовольную мину.       — Ты из Алабамы? Так пахнет только от парней из Алабамы.       — Э-э… да?       — Точно! Папочка говорил, что у нас есть родственники в Алабаме! А ещё в Канаде… Но последнее точно враньё. Канады ведь не существует, — наклонившись корпусом так, будто рассказывала секрет, проговорила Карен, убеждая Хэффли всё больше в том, что он выбрал выигрышную стратегию.       Родрик изогнул губы в неловкую улыбку, но продолжал кивать каждому слову, которое вылетало из её рта.       — Ладно… — сказал охранник так, будто сам сомневался в существовании Канады.       Они с Гарри прошли внутрь.       У них получилось! Офигеть…       Карен шла за ними.       — Я и не знала, что ты приехал… А как тебя зовут?       — Родрик Хэффли.       — А-а… я слышала что-то про тебя, — девушка прикусила губу, вспоминая. — Наверное, мама что-то рассказывала.       — Точно!       — Тогда мы должны с тобой как-нибудь встретиться, Рордик, — воодушевлённо улыбнулась та.       — Конечно-конечно.       Они попрощались и разошлись в разные стороны.       — А ты сумел. Молодец, — безэмоционально проговорил Уилсон, который за это время не сказал ничего. А мог бы и помочь.       — Учись у великих, басист.       Они прошествовали в дом.       Внутри играла какая-то попса, вокруг парочки лобызались друг с другом, а остальные хлебали алкоголь из красных стаканчиков. Пахло шмалью и всевозможными духами. Будь он не панком, его бы точно стошнило от пресыщения ароматами.       Если бы у него был такой особняк, мама бы никогда не разрешила в нём проводить такие тусовки. Родрику, конечно, было плевать, но даже его потряхивало от того, как кто-то просто смахивал пепел от сигарет на дорогущий паркет. На него слишком действовала родительская муштра. Мерзость.       И как же хотелось поставить “Металлику” вместо дерьма, которое тут называлось музыкой.       Когда они наконец-то достигли гостиной, его глаза сразу же отыскали её.       Богиня.       Иначе её назвать было нельзя.       Однако всё впечатления от девушки испортило то, на чём она сидела. А точнее – на ком.       Какой-то накаченный мужланчик-спортсмен с неприлично короткими волосами гладил её по спине, пока милая смеялась от шуток парня, стоявшего рядом с ними.       А ты что, думал, что она могла быть одинока? Придурок. Ясно же, что подобные девушки не бывают холостячками.       Чёрт.       Под ложечкой засосало.       Однако даже этот чмошник не помешал ему разглядеть Реджину во всей красе. На ней была розовая кофточка со шнурками, которые стягивали ткань прямо по её фигуре и шли по верху вниз, подчёркивая её талию. А джинсы были просто… офигенными. Такие же розовые шнурки заменяли шов на боку штанин, открывая вид на её прекрасную кожу. Шелковистые волосы блестели.       Она была идеальна.       Когда Родрик увидел её впервые, ему казалось, что его девушка мечты сошла прямо с небес. Да, он не дурак. Ему было ясно, что такой, как она, нечего делать рядом с задрипышем из гаражной рок-группы. Однако все его сомнения испарились, когда она начала с ним говорить.       Парень вызывал у неё эмоции, в отличие от той же Хезер. Та просто снисходительно смотрела на него, а эта… эта ощущала настоящую неприязнь. И Родрик готов был поставить пару баксов на то, что что-то в нём её растормошило. Потому что иначе она просто не замечала бы его. А её вздохи раздражения, когда он оказывался в её поле зрения, подавали другие знаки…       Вместе с его новым приятелем захватили пару напитков со стола, а затем пошли к стене, чтобы оценить обстановку. Кругом не было каких-то фриков, только средний и высший класс школы. Это было легко заметить по ощущению комфорта стоявших в гостиной.       И как бы он не пытался сконцентрировать внимание на чём-то отвлечённом, взгляд всё равно возвращался к ней.       Несмотря на то, что хозяйкой дома была не она, Реджина вела себя так, словно была королевой мира. То, как она поправляла волосы, то, как смотрела на людей – всё искрилось превосходством.       — Если будешь на неё дальше смотреть, она заметит, — подал голос Гарри.       О, да. Лишь бы так и было.       — Почему ты пошёл на вечеринку? — сменил тему Родрик, попивая горьковатый джин из стаканчика.       — В смысле?       — Ты не похож на тусовщика, чувак, — поднял брови Хэффли, говоря этим жестом: «разве не очевидно?».       — Раньше я был ботаником, — о, это заметно, Гарри. — Но подумал, что последний год обучения должен был другим. Я был рад, когда ты позвал меня в группу. Хоть пять лет музыкалки не прошли даром.       — Ты закончил музыкальную школу?! — ошарашенно произнёс парень.       — Ну да.       — А чего сразу не сказал?       — Подумал, что для рок-группы это как-то стрёмно.       Родрик усмехнулся. Ну, что есть, то есть.       — А почему ты захотел создать группу?       Хэффли уже открыл рот, чтобы ответить, как заметил, что голубые радужки, которые всегда разжигали тепло внутри него, были направленны в сторону парня.       О, ей не нравилось, что он здесь.       На лице Родрика выросла широкая улыбка. По её виду было понятно, что она хочет устроить ему взбучку только за то, что он посягнул на её территорию без спроса. Давай, накричи на меня, милая.       Бабочки закружили в его груди от предвкушения.       Но, к его сожалению, она отвернулась и снова натянула на себя маску дружелюбия.       Он обожал, когда она теряла контроль над своими эмоциями, вызволяя львицу, готовую его сожрать.       — Родрик?       — М-м? — выходя из транса, отозвался он.       — Так почему ты создал группу?       В этот момент он понял, как сильно хотел отлить.       — Погоди пару минут, чувак. Я в туалет.       Очередь была огроменной. Видимо, потому что в другие толчки было просто нельзя ходить. Через пятнадцать минут он наконец-то зашёл в дверь и наконец-то освободил свой мочевой пузырь.       И только он начал застёгивать ширинку, как дверь открылась, а на пороге стояла его любимая Баунти.       — Хэффли?! — Она захлопнула дверь, закрывая её на замок. О, тут был замок. — Какого дьявола ты тут забыл?       — Э-э, ходил пописать.       — Я не об этом, — разгневанно воскликнула девушка. — У отбросов сегодня отбой в десять, — прошипела та.       Родрик усмехнулся. Как же ему нравилась её злость.       — Может, я не такой отброс, как ты думаешь, раз я сумел попасть на вашу суперкрутую тусу?       Реджина вмиг оказалась рядом с ним, сжимая одной рукой ворот его футболки.       — Выметайся отсюда, Хэффли. Иначе ты встретишься с последствиями. Я и так была слишком великодушна к тебе.       — Так я особенный?       Она зашипела.       — Чтобы через десять минут духу твоего здесь не было, — процедила сквозь зубы Реджиночка.       Она не стала слушать его ответ и вышвырнула его из туалета. Справедливости ради, Родрик несильно сопротивлялся. Ему вообще не хотелось ей противиться. Ни в чём.       О, она хотела кого-нибудь ударить. Желательно этого отброса, который решил, что может заявиться на вечеринку, где каждый человек был согласован с ней.       Хэффли терроризировал её всю неделю после их стычки в туалете. Впервые она уставала от внимания какого-то парня. Этот панкушник улыбался ей каждый раз, когда они встречались взглядами. Она точно не хотела терпеть его ещё на вечеринке.       Он даже подходил к ней, чтобы поговорить. Естественно она игнорировала Хэффли, но сегодня идиот перешёл черту.       Реджина вернулась в гостиную и подошла к Шейну, который показывал какой-то футбольный финтик своему дружку. Она закатила глаза. Почему парни любят маяться всякой хернёй?       Девушка села на диван, сложив руки на груди, и только тогда Оман заметил её и снова оказался рядом. Он похлопал по своей ноге, подзывая Джордж снова сесть к нему на колени.       — Я тебе что, собака? — выплюнула блондинка, стреляя в него злющим взглядом.       — Нет, конечно. Прости… я…       — Давай, продолжай говорить про свой идиотский спорт.       — Зайка…       Она тяжело вздохнула.       — Хочешь, я тебе чего-нибудь принесу? Пунш?       — Просто перестань себя вести, как идиот и…       Хэффли положил руку на плечо к какому-то очкарику, кивая на выход.       Хороший мальчик.       Неужели дрессировка начала давать плоды?       И когда недопанк посмотрел в её сторону, она резко схватила лицо Шейна и впилась поцелуем в его губы.       Пусть лицезреет, как быстро она могла менять своё настроение. Пусть думает, что ей уже стало плевать на то, что он припёрся сюда без спроса.       — Вау, зайка. Не хочешь…       — Подняться наверх? — девушка невинно подняла свои брови. — Очень хочу.       Ей действительно было необходимо потрахаться. Это помогает оставлять голову пустой. Забыться на тридцать минут. Выпасть из реальности.       Никаких оков, никаких правил. Никаких вшивых рокеров.       Она встала с места и потянула Омана за руку. Реджина зайдёт в первую попавшуюся спальню. Пусть даже она будет принадлежать родителям Гретхен. Похер.       Разрядки хотелось, как глотка воздуха.       Злость всегда разжигала в ней желание.       Она увидела, как пылают глаза Хэффли, когда он понял, зачем девушка потащила своего парня наверх. Это было красиво. Ей всегда нравилось наблюдать за страданиями людей. Неужели он успел в неё влюбиться так скоро? Какой он жалкий.       Просто наблюдай за тем, как Реджина идёт скакать на члене спортсмена. Тебе секса с такой девушкой не видать. Только если в дешевом порно.       Коварная усмешка изогнула губы Джордж.       Она чувствовала его взгляд своей спиной.       Не прошло и пяти минут, как они пробовали языки друг друга на вкус. От парня пахло мятой. Самым базовым мужским гелем для душа. Почему-то этот запах её душил. Похер.       Пара стала сбрасывать с себя одежду на ходу, передвигаясь к кровати. Давай.       Давай-давай.       Чувствуй что-нибудь.       Ей до дрожжи хотелось ощутить, как возбуждение ворошит её мысли.       Почему он не шатен? Может быть вернуться к Аарону? У него волосы получше.       Шейн облизывал её шею, руками лапая её грудь.       Просто войди в меня. Ты всё равно ни черта не доставляешь мне удовольствия.       Джордж быстро разделалась с его ремнём и стала снимать с него штаны.       Он тоже снял с неё верх. Теперь она была в одном белье. Вскоре бюстгальтер тоже вышел из игры.       Ну же.       Ей просто хотелось ощутить наполненность её вагины.       Это было сложно?       Забыться.       Забыться.       — Ого.       Что.       Реджина повернула голову в сторону, с которой издавался звук.       — Красивая грудь, — улыбаясь, беззаботно проговорил Хэффли.       Она вскрикнула, хватая одеяло и прикрывая им своё нагое тело.       — Чувак, мы тут…       — О, я вам не помешаю. Кажется, я забыл здесь что-то…       — Вали нахер отсюда, Хэффли! — она убьёт его, если он не утащит свою задницу отсюда в ближайшие десять секунд.       — Ты знаешь его?       — О, конечно она меня знает.       — Ты на что-то намекаешь?       — Хэффли!       — О чём он, зай?       — Зай? — прыснул Родрик, не отрывая взгляд от девушки.       — Вы ебаные идиоты.       Девушка вскочила с кровати, хватая свою одежду.       В этот момент парень у входа замер. Пусть смотрит, уёбок. У неё нет времени на застенчивость. Её розовая кофточка валялась прямо у ног Хэффли. Девушка двинулась в его сторону, замечая, с каким живописным лицом этот конч смотрит на неё. — Что? Никогда не видел голых девушек? — рявкнула она, поднимая с пола верх, натягивая его прямо напротив него. — Нет, — тихо проговорил словно в трансе Хэффли. Она изогнула губы в презрении. Чёртов девственник терроризирует её всю первую неделю учебного года. Блеск. — Слушай меня внимательно, Хэффли. Я сделаю всё возможное, чтобы эта грудь стала последним счастливым воспоминанием в твоей жизни. Я изведу тебя. Я уничтожу тебя. Ты так сильно хотел войны со мной: ты её получишь. В темноте комнаты ей показалось, что на мгновение его губы тронула улыбка. Он явно больной. Реджина выскочила из спальни, смахивая волосы назад. Теперь в её голове крутилось только мерзкое лицо с подводкой на глазах.