Часть 1

Бокал рухнул и пол покрыли осколки разных размеров. Жидкость, что находилась в нём расплескалась образовывая небольшую лужу. Актер, сидя в кресле около огромного, витражного окна, тяжело вздыхает и прикрывает глаза от усталости. Ещё один день. Опять. Сколько таких серых будней он уже насчитал? наверное, много. Он сбился со счёта уже давно. Как и списал себя с него же. Мужчина вспоминал все годы потраченные на театр. Он был превосходно талантлив. Заполненные все до последнего места залы, аплодисменты, тысячи, тысячи людей которые любили лицезреть его на сцене.. Он вспоминал то, что помнит уже отрывками. Все что приносило ему удовольствие, уже не имело никакого значения. Как будто бы всё, что для него было важно, кто то взял, собрал в один комок и канул прямо в бездну. Если бы кто то спросил хотел ли бы он оказаться здесь, в этом месте, то сразу бы услышал ответ. Отнюдь не положительный и цензурный. Оказаться на дне, звучит как страшный сон, который не хочется видеть, хочется скорее проснуться. Вот только проходит один день, неделя, месяц, а он как и был в этой яме так и остался в ней же. И как же. Он сам же себя сюда и загнал. Спасение утопающих дело рук самих утопающих, но что если он застрял и теперь ему не то что бы спастись, но и умереть не выходит? Где сейчас его талант? Может, в водке. В одной бутылке, второй, третьей..., а может и в пятой по счёту. Он перестал их считать уже давно, главное что есть что выпить. Смотря в это угнетающее окно, актер заостряет своё внимание на том, что уже утро. Утро, свет, птицы. Птицы? Для него это слишком. Он не помнил какого это, просыпаться утром, в расписании у него был всегда один режим который начинался с похмелья и кончался забытьем. И так каждый день, порочный круг. Но в этот день все было по другому, пропала всякая удручающая атмосфера. По ощущениям, ему как будто лет 25! А где все то шаткое состояние после алкоголя? Может, я уже умер? - Потрогал свои сальные волосы, мужчина. Никого в ночлежке не было, все исчезли. Как такое возможно? Мрачность, тягость, обыденность в ней поменялось на какое то странное, обнадеживающее спокойствие. Актер отошёл от окна и прошел на выход не только из комнаты, но и из самой ночлежки, накинув на себя какую то потёртую старую куртку и ботинки примерно такого же состояния. Прихватив с собой спички и сигареты, самые дешёвые, он уселся на лавочку которая находилась несильно далеко от его почти персонального дна. Это место ему особенно нравилось. Оно находилось там, где даже если белочка его настигнет, никто из собратьев по несчастью его не найдёт и уж тем более не спасет. Мужчина усмехнулся, слишком хорошего он о них мнения. Увидят они что он алкоголем давится, там же и похлопают о том что место освободилось и бренное тело ушло, а может и вообще пир накроют! Актер от этой мысли скривился. Не дай бог. Он задрал голову наверх и увидел как красивые, разноцветные кленовые листья кружатся по ветру, а один листик особенно маленький по размеру, приземлился прямо ему на нос. Как будто бы заставляет таким образом подумать, что он всё ещё может поймать свой последний шанс. Шанс на счастливую жизнь где он не думает о том, что нужно найти деньги на алкоголь и сигары. Актер зарылся в неимоверных долгах, мужчина скорее подохнет, чем отдаст хотя бы половину. Он безнадёжен. Приходя каждый день на эту лавочку у скалы, она и Клён стали его лучшими друзьями. Это место излучало спокойствие, актер сидел и думал как бы сложилась его жизнь будучи совсем иной, где он не поганый завистник алкоголя. Тучи сгущались, напоминая что даже на небе бывает все скверно. Молния мелькнула и гром оповестил всех что тем кто сейчас находится на улице будет мерзопакостно. Капли стекали по его лицу, но даже они не могли привезти мужчину в чувства. Он даже не пытался их вытереть. И вдали, где холод стал полосой, разделяющей жизнь и смерть Актер увидел девицу схожую на ангела. Длинные, светлые, почти прозрачные волосы развивались и сливались с облаками. Платье было не пышное, простое, но длинное, что придавало ей невинность. Мужчина приходил каждый день на эту скамейку. Святая дева, как прозвал ее актер , Каждый день приходила из занавес мрачного неба и общалась с ним на разные темы. Он с утра до ночи вёл дискуссии , его милая пустота отвечала односложно, но она была единственной кого актер мог слушать вечно. Эта дурная бесконечность его совсем не выводила из себя, а даже наоборот. Это то, что спасало его от своей никчёмности помимо алкоголя. Приходя на свое особенное, волшебное место он и думать не решался о том, что когда нибудь его Святоши не будет там. Он был очарован. Это опьяняло похлеще водки. Он восхищался каждым ее жестом, словом, вздохам... Мир залило слезами. Она плакала. Говоря что ей меня не хватает, не место мне здесь, в дне куда я себя загнал, протягивая руку умоляла пойти за ней. Видя её такой сломленой, он ощутил некую печаль тоски отчаянной в своём сердце. Если и раньше он ждал, ее как приступа, то теперь актер просто не может смотреть на её печаль. Под землю или в небо — мне разницы нет почти. Мужчина нахмурился. Он протянул руку обхвотя ее длинные, холодные пальцы и шагнул. Взглянув в ее лицо, он познал ужас сути самой смерти. А дальше он не чувствовал ничего отправляясь в сладкий омут поглощающей его тьмы. Он не узнает что в тот день произошло самоубийство и что никакое Божество к нему не приходило. Актер знал что он обречён. Как никак он знал, что Цель всякой жизни есть смерть. А его почему то припозднилась. Безысходность развеялась. Вот теперь точно кончился Замкнутый круг!