Тень напряжённости

Глубокая ночь, не видно звёзд, лишь слабое сияние луны освещает пейзаж за окном. Лес, заметный шелест листьев. Глаза цвета розового турмалина смотрят в одну точку, темноту сквозь деревья, будто что-то высматривая. "Коконой, сволочь, ты мухлюешь!" — голос младшего Хайтани прозвучал с ноткой злости и раздражения. Мужчина с кошачьим взглядом и хитрой ухмылкой кинул последнюю карту на стол: "Умей проигрывать, Риндо, — Коко сделал глоток виски. — 100 штук мои". Мужчина простонал, откидываясь на спинку дивана: "К черту, подавись, крысенка". Коконой хмыкнул, пересчитывая деньги, взятые со стола; улыбка не сходила с его губ. Он перевёл взгляд на девушку, сидящую на подоконнике: "Лилу, хочешь сыграть?" — он перемешивал колоду карт, вальяжно развалившись на диване. Девушка лениво махнула рукой: "Откажусь, продолжай наебывать Риндо". — Ублюдки, — Риндо прикрыл глаза, скрестив руки на груди. Все навострили ушки, как только послышались шаги из коридора. Лилу спрыгнула с подоконника, переводя взгляд на дверной проём, пока темноволосый мужчина не показался на глаза. — Как мило, нашу тухлую компанию пришел навестить Какучё. — Коко закинул руку на спинку дивана, прикрыв глаза. — Хочешь сыграть? — Ты всем будешь это предлагать сегодня? — недовольно фыркнул Риндо, на что денежный магнат лишь закатил глаза. Какуче проигнорировал их обоих, его взгляд был направлен на блондинку, сидевшую на подлокотнике кресла. — Такемичи хочет тебя видеть. Безэмоциональный и, как всегда, серьёзный тон голоса. Какуче, вероятно, самый ответственный среди руководителей, по крайней мере так думала Лилу. Она кивнула и через пару шагов скрылась за дверным проёмом. Темный коридор был слабо освещён. Скудно. Никакой фантазии... Хотя есть ли смысл, если через неделю их тут не будет? Очевидно, нет. Прежде чем войти, она несколько раз постучала в дверь и только потом вошла. Стук её каблуков разнесся по кабинету. — Босс, — слегка поклонившись, Лилу выпрямилась. Голубые глаза, без намёка на какую-либо эмоцию, прошлись по ней. Послышался тихий скрип кресла, когда Ханагаки откинулся назад. Его черные кудри спадали на веки, а взгляд... Пуст. Ничего нового. — Людей, которых ты продавала, заинтересовало правительство. — Холодный тон голоса резал уши. — Почему не доложила сразу? Думаешь, мы тут хернёй страдаем и всем всё можно? Лилу скрестила руки за спиной, её взгляд упал в пол. — Мы разобрались с этим почти сразу... — блондинка подняла голову. — Нечего бояться, босс... Клянусь. Такемичи наклонился вперёд, опираясь локтями на стол. — Меня волнует не это, а то, что я слышу подобную информацию от третьего лица, а не от тебя. — Мужчина прищурился, его взгляд потемнел. — Помни, я взял тебя не за красивые глазки. Ещё один косяк — отдам на растерзание Санзу или Ханме. У них хватит фантазии избавиться от бесполезной вещи крайне феерично. У Лилу похолодело внутри; кроткий кивок головы означал "я поняла". — Сегодня тоже будет встреча, — она отвела взгляд, рассматривая темное небо за окном. — На пристани. Я доложу всё в деталях утром. Ханагаки взял в руки стакан вина и покрутил его в руке. — Возьми Хайтани. Эти дармоеды бездельничают сегодня, пусть помогут. — Босс, это не их направление. — Лилу старалась держать спокойный тон голоса. Хайтани... Она была с ними не то чтобы в хороших отношениях. Раздражающие. Их отношения сугубо язвительные, быть на одном задании — просто огромный груз, потому что их подходы к выполнению абсолютно разные. — Ты будешь мне перечить? Ты и так накосячила, Лилу. Я закрываю на это глаза в последний раз. Все руководители на одной должности, и вы должны уметь быть разносторонними. Не поймут — научишь. Девушка сжала руки за спиной, длинные ногти впились в кожу, а губа слегка дрогнула от раздражения. Но слово Такемичи — закон. Себе дороже будет с ним препираться. — Да, босс. Прошу прощения. — Девушка поклонилась. Ханагаки махнул рукой. — Свободна. Старая пристань, район Асакуса, Токио. Снег медленно падал с неба. Лилу поёжилась от неприятного чувства легкого мороза, спрятав часть лица в воротник шубы. — Долго ещё? — младший Хайтани посмотрел на часы. — Нахрена Такемичи вообще отправил нас с тобой? — Сколько нужно, столько и будем ждать. К твоему сведению, я тоже не рада вашей компании, дети. Риндо закатил глаза, что-то буркнув в ответ. Ран, до этого безучастно стоявший в сторонке, тихо засмеялся, медленным шагом направляясь к женщине. — Ну-ну, Лилу, наша компания хотя бы добавляет капельку веселья... А продолжишь разговаривать так, люди могут подумать, что тебе давно за 40. — Он достал с пачки сигарету, щелкнув зажигалкой. — Проводи меньше времени с Вакасой и Такеоми. К слову, мы когда-нибудь узнаем, сколько тебе лет, или это до конца жизни секрет Бонтена? Блондинка лениво махнула рукой в его сторону. — Невежливо спрашивать девушку о возрасте, Ран. Не переживай за мой возраст, мне даже близко не 40. Мужчина хмыкнул и лениво улыбнулся, выдохнув табачный дым. — 50? Риндо рассмеялся, стоя на небольшом расстоянии от них. Он спиной прислонился к старой конструкции, скрестив руки на груди. — Я выгляжу на 50? — Лилу невольно рассмеялась. — Я миловидная женщина, мне всегда 18. — Всегда 18? Это прекрасно, Лилу, — Ран поднял руки в примирительном жесте, но его улыбка стала шире. — Главное, чтобы ты в это верила. А мы, старые дураки, просто будем поддерживать твою иллюзию. — Сукин сын, — прошептала блондинка со спокойным выражением лица. Легкая улыбка играла на губах, пока она перекидывала локон через плечо. К пристани подплыл катер, и в миг их лица стали более профессиональными. Лилу кивнула одному из своих людей, и тот скрылся за сооружением. Пару людей в прилично дорогих костюмах остановились напротив троицы. Сзади штук 5 явно вооружённых шестерок. Молчаливый кивок в знак приветствия, ничего лишнего. С одной из заброшек вышли люди, почти не одетые, с неимоверным страхом в глазах и дрожью во всём теле. Несколько девушек и парней. Лилу сделала шаг ближе, натягивая мягкую улыбку. — Прелестный отряд, правда? Как вам? Мужчина лет 40, без особых эмоций, подошёл ближе, разглядывая их как скот. — Никогда не сомневался в твоих способностях выбирать зверушек, Лилу. Он махнул рукой, и один из охранников подошёл ближе, протянув огромный кейс с деньгами. Охранник, стоявший неподалёку, осмотрел одну из купюр и кивнул, посмотрев на руководство. — Рада, что вам нравится. Надеюсь, увижу вас снова. Мужчины ничего не ответили, направляясь к своему катеру. Их подчинённые вели рабов туда же. Лилу молча разглядывала, как они отплывают от пристани. — И всё? Ради этого мы стояли тут несколько часов? У тебя скучная работа, Лилу. — Риндо раздражённо фыркнул, засунув руки в карманы пальто. Блондинка ничего не ответила. Снежинки падали на её слегка растрепанные волосы. Холод доставлял неприятные ощущения. Ещё пару секунд она стояла неподвижно, прежде чем развернуться и махнуть охране рукой. *** Ханагаки откинулся на кресло, выдохнув табачный дым. Под глазами образовались мешки из-за недосыпа. В последнее время работы навалилось ещё больше. Бонтен разрастается. Растут и проблемы держать всё в узде. На диване неподалёку сидел Санзу. Он медленно натирал свою катану до блеска, на губах растянулась ухмылка. — Если вы переживаете о правительстве, то всё в порядке, босс, — Харучиё хмыкнул, рассматривая холодное оружие. — Они решили тактично закрыть глаза. Такемичи неотрывно смотрел перед собой, сделав глоток вина. — Нет. Меня это не волнует. — Тогда в чём дело? Скажите, и предмет вашей раздражённости будет уничтожен. — Я не раздражён. — Ханагаки закрыл глаза. — Что с тем следаком? Улыбка стала шире, мужчина с розовыми волосами встал с дивана, отложив оружие. Его взгляд остановился на главе. — Более чем отлично. В их рядах появилась крыска. И я осмелюсь сказать, что теперь он прирученная зверюшка Бонтена. Нам известны все действия этой надоедливой свиньи. — Харучиё засунул руки в карманы брюк, пристально глядя на Такемичи. — Всё под контролем. Ханагаки лишь кивнул. — Сообщи Лилу, пусть не делает поставки ближайшее время. Она и Ханма сейчас под прицелом. Санзу сдержался, чтобы не закатить глаза при упоминании её имени. Но это показалось бы крайне неуважительно по отношению к боссу. Хотя, наверное, нет ни одного руководителя в Бонтане, с кем Харучиё имел бы тёплые отношения. Иронично. — Будет сделано. Харучиё взял в руки оружие и, поклонившись, вышел из кабинета. Шаги эхом отдавались по коридору пентхауса. Как его раздражала эта овца. Лицемерная стерва, с раздражающей улыбкой, будто притворялась ангелом среди этого криминального дерьма. Не стоит врать, что Санзу надеялся на её наказание из-за последнего косяка, но босс лишь сделал выговор. Эта дрянь успела устранить проблему до того, как приехала в пентхаус, оперативно. Не то чтобы он желал проблемы для организации, но посмотреть, как ей разок сломают что-нибудь, было бы отлично. На огромной кухне сквозь окна пробивался лунный свет. Взгляд зацепился за коньяк в стеклянном шкафчике. Стакан медленно наполнялся, и мужчина сделал глоток. Послышался звук стука каблуков по паркету. Санзу невольно закатил глаза, не поворачиваясь к проему кухни. — Какая удача. Доброй ночи, заместитель, — бархатный тон голоса прорезал уши. — Как жаль, я надеялся, что не увижу тебя ещё долго. — Тихий смешок послышался с его уст. Лилу хмыкнула, её взгляд устало прошёлся по спине Санзу, уголки её губ поднялись вверх. — Так и знала, ты доложил на меня. Знаешь, такими темпами я подумаю, что ты ищешь моего внимания... Санзу развернулся, его голубые глаза с пренебрежением рассматривали блондинку. — Следи за языком, Лилу. В следующий раз Такемичи не закроет глаза, будь уверена. Может, научишься докладывать о проблемах сразу. — Он ухмыльнулся, сделав глоток коньяка. — Или я лично проведу тебе экскурсию в страну боли и страданий. — Конечно, зам. Я не сомневаюсь. Лилу медленно развернулась. — Пожалуй, пойду, дела ждут. Доброй ночи. Санзу вальяжно сел на стул, расставив ноги; он достал из кармана пачку сигарет и зажигалку. — Под делами ты имеешь в виду член кого-то из местных обитателей? Лилу замерла на мгновение, её губа дрогнула, взгляд через плечо направлен на мужчину. — Я вижу, ты активно интересуешься, чем я занимаюсь в свободное время, Санзу. В любом случае... кого волнует, чем я занимаюсь? — Она пожала плечами и тихо посмеялась. — Да, хоть в чем-то мы сошлись. — Харучиё сделал затяжку и медленно выдохнул табачный дым. — Такемичи предупредил прекратить поставки на время. Тобой заинтересовались. Девушка повернулась к нему, положив руку на дверной косяк. Её взгляд неотрывно прикован к глазам мужчины. — Проблемы так и валятся снежным градом... — Медленно она сделала пару шагов к Санзу, уловив, как его взгляд механически упал на её декольте и почти сразу перешёл на лицо. — Но я умею играть в снежки. Так кто же копает под мою персону? — В снежки ты, может, и умеешь играть. Но речь идет о твоей шкуре и как её собираются содрать. — Мужчина усмехнулся и снова сделал затяжку. — Обсуждать с тобой я этого не хочу; подойдёшь к Такемичи. Она тихо посмеялась и слегка наклонила голову в бок. — Конечно... — Её рука плавно откинула золотистый локон за плечо. — Обожаю с тобой беседовать, Санзу, не представляешь. — У вас тут весело, я присоединюсь? — Высокий мужчина сделал пару шагов по кухне. Его рубашка расстегнута на воротнике, а рукава задраны до локтей. Фиолетовые волосы слегка спадали на глаза. — Как много раздражающих фактов в одной комнате, — Санзу раздражённо натянул улыбку. Лилу хмыкнула и, пройдя мимо Рана, взяла кем-то оставленную пачку сигарет на подоконнике. — Уже ухожу, зам, не переживай, не буду мешать твоему счастливому пути в страну кокаинового безобразия. — Тихий смех вырвался из её уст, когда она скрылась из кухни. Санзу раздражённо сжал руку в кулак. — Овца. Ран сел на стул, налив себе коньяк. — У вас такие дружеские отношения, очень мило, — с его губ не сходила ухмылка. Стакан с алкоголем моментально был осушен. Санзу ничего не ответил. Лишь достал из кармана упаковку таблеток. Медленный стук каблуков раздавался по коридору. Лилу что-то мычала себе под нос, звук похожий на какую-то мелодию. Поправив платье, девушка вошла в одну из комнат отдыха. Легкий запах пива и сигарет почувствовался моментально. Мягкая улыбка тронула её губы, когда она скинула каблуки и медленно пошла к дивану. — Привет, Вакаса.