Часть 1

Вэй Усянь в общем-то о том, что будет после его смерти, не думал. Ему надо было уничтожить Стигийскую печать. И надо было успеть это сделать до того, как заклинатели пойдут штурмовать Луанцзан. Что ж, он справился. Успел. Только вот собственное выживание как-то не предусмотрел. Впрочем, Вэй Усяню было все равно. Особенно после того, как у него на глазах умерла шицзе. Что будет после смерти… Кого это волнует? У него не было неоплаченных долгов и желания остаться в этом мире вопреки всему. Не собирался Вэй Усянь возвращаться ни призраком, ни иной тварью. Вот только в реальности получилось иначе. Собственно, да, на что он вообще рассчитывал? Ведь если подумать, все становилось очевидно. Вэй Усянь еще Вэнь Чао угрожал, что вернется, чтобы отомстить, ведь ритуалов, чтоб не превратиться в нежить, над ним провели недостаточно. С тех пор этот факт не изменился. Только усилился, можно сказать. Ведь энергии инь в нем было предостаточно. Место смерти тоже не самое удачное — Луанцзан. Место, напитанное энергией инь под завязку. Тут не вставать умудрялись только очень праведные заклинатели. И то не всегда. Сама смерть — и опять не хорошо. Тут Вэй Усянь вынужден был согласиться: быть разорванным трупами — неприятно. Ну и последний пункт, как оказалось, самый важный — пересадка Золотого ядра. Не зря же духовную энергию называют именно духовной! Так что и Золотое ядро было хоть и не напрямую, но связано с душой. И теперь Вэй Усянь болтался рядом с Цзян Чэном. И никуда не мог отойти дальше двух чжанов . Неправильным призраком болтался — его никто не видел и не фиксировали талисманы. И с окружающей действительностью взаимодействовать толком тоже не получалось. А-Чэн же пил, закрывшись в своих покоях. Молча пил. И рассматривал подобранную на поле боя Чэньцин. А еще налил вино во вторую чарку и воскурил благовония. И не понять, то ли такая странная пародия на положенные покойнику дары, то ли на свадебный обряд. Впрочем, последнего и не требовалось. Их души теперь были навеки связаны руками Вэнь Цин. А Цзян Чэн ведь табличку ему сделал и в павильоне, который Вэй Усянь когда-то использовал в качестве лаборатории, поставил. Стоял он закрытый и опечатанный. И правильно, нечего было там посторонним делать. Еще нарвутся на какой-нибудь не законченный темный талисман... Вей Усянь и сам уже не помнил, что за разработки были у него в то время. А табличку в том павильоне точно не найдут. Ведь не в храме же ее ставить. Такого бы Цзян Чэну весь заклинательский мир, наверное, не простил… А вот с достойным погребением не задалось. Тела не осталось. Мертвецы хорошо постарались. Выглядел Цзян Чэн больным и измученным. Так что, если бы он не был заклинателем, Вэй Усянь точно заподозрил бы какую-нибудь лихорадку. Но Цзян Чэн заклинателем был. И золотое ядро работало нормально: стабильно и мощно. Это он сейчас неплохо ощущал. А потом Цзян Чэн сложился пополам, как от боли, и заплакал. Когда шиди плакал последний раз? Когда устанавливал таблички родителям в родовом храме? Пожалуй… А Вэй Усяню ничего не оставалось, кроме как утешающе погладить шиди по голове, зная, что тот его прикосновения не почувствует.