We were young

      Вокруг тянулись километры замершей одним днём жизни. Человека в такой пустыне можно было только вынюхать собачьим нюхом, и Райли, увидев издалека своего второго хозяина, сидящего на краю вывернутой бетонной плиты, громко залаял.       — Скис ты что-то, оладушек, — Логан подошёл, беззлобно усмехнулся и похлопал брата по плечу, — ты почему на рацию не отвечаешь?       — Я всё сказал тебе. Иди давай! — Хэш огрызнулся, достал из подсумка теннисный мячик, покрутил у Райли перед мордой и бросил подальше. Пёс побежал. Логан остался стоять, — Да, я тебе, будь хорошим щеночком тоже, ладно?       Братья смотрели друг на друга ровно так же, как двадцать лет назад, когда наступал вечер субботы и приходилось бесконтактно драться друг с другом за приставку так, чтобы папа не заметил и не отобрал её у обоих.       — Эй, я не настолько младше, чтоб ты так со мной разговаривал!       — Какая разница, сколько тебе лет? — тем временем вернулся Райли с мячиком, — То за батю прячешься, то за меня, то за своих загадочных дядек в масках.       Логан, тут же сообразив, в чём дело, не покупался на детские дразнилки. И, несмотря на то, что был младшим, первый научился мириться.       — Может погуляем? Я тут одно интересное место нашёл, тебе понравится, — он подал брату руку, — тут недалеко.       Было и правда недалеко, но пейзажи вокруг за десять лет стали настолько невыносимыми, что каждый шаг был как в замедленном кино. Кругом обломки металла, выжженные пустыри, разруха — будто съемки какого-то дешевого постапокалипсиса. И последнее время братья всё отчаяннее ждали, когда кто-то уже наконец скажет «стоп, снято».       — Заебало всё, — пробормотал Дэвид, когда они уже прошли где-то половину. В ответ только Райли зевнул. Сказать было нечего. Время шло, мир не менялся, и уж слишком очевидно было, что не собирался платить им компенсацию. Логан не сказал, куда они идут, но, ожидаемо, к этому чему-то прибавлялось «заброшенный».       В детстве Хэш сходил с ума по тому, чтобы оказываться в привычных местах в непривычных обстоятельствах. Вот бы увидеть национальный парк зимой, а не летом, когда их туда обычно возил отец, остаться в супермаркете на ночь, прийти в школу не чтобы учиться и пройти пешком по рельсам в метро… Всё сбылось. Разве что, зима была ядерной, а ничего из этого уже больше никогда на их веку не заработает, как было. Теперь чудом было бы просто сходить в Волмарт за энергетиком. Странно было бы винить одного себя в случившемся, просто потому что мечтал побродить по опустевшему безлюдному бассейну, но Хэш винил. А Логан знал, что бесполезно ему что-то про это говорить. Они периодически поглядывали на компас и искали глазами знакомые ориентиры: впереди был огромный каркас какого-то ни то дирижабля, ни то подводной лодки, мимо которого они часто ходили за припасами на дальнюю базу.       — А ты до сих пор веришь в инопланетян? — поинтересовался Логан, уже не в силах сопротивляться десять лет не проходящему ощущению, что они с этими ненормальными высохшими пустыми пейзажами сейчас где-то на Марсе, потому что с их домом не могло случиться ничего такого. Думал про это каждый день, но брату почему-то не сказал.       — «Веришь?» Пришельцы существуют, урони свой скепсис, сосунок, — Хэш пнул какой-то непонятный покорёженный металлический обломок. Сойдёт за кусок летающей тарелки, — они за мной прилетят, а тебя тут оставят.       — Помнишь, как ты пытался убедить папу, что у нас в кладовке пришельцы? Я тогда реально чуть не обделался от страха, когда ночью увидел, что оттуда что-то светится.       — Они там были, — пробубнил Дэвид, — и я бы выучился на уфолога, если бы не эта вся херня!       — Я помню, с каким лицом ты впервые забирал меня из школы на папином джипе, — Логан подозвал Райли и весело пихнул брата локтём.       — О да! А потом сбил почтовый ящик, когда попытался выпендриться, как паркуюсь задом.       Дэвид звучал бодро, но настолько ясно было видно, как от него пышет яростью, что даже Райли боялся подходить. Он не считал, что был не прав, но, наверное, не так обычно ностальгировали по своей юности, что хотелось от злости, что так больше не будет, размозжить себе голову о ближайшую бетонную плиту.       Логан очень вовремя дёрнул Хэша за рукав.       — Пришли!       Перед ними было большое облезлое одноэтажное здание, всё в песке и битумных шкварках, но в состоянии намного лучшим, чем всё остальное в радиусе десятка километров. Даже асфальт кое-где не вывернуло.       — Это что?       Когда Логан разгрёб пыльные доски, их встретили поцарапанные пластиковые вывески, окрашенные под металл. «Kawasaki». «Honda». «KTM». «Harley Davidson». Здесь когда-то был мотосалон.       — Ну нихрена себе! — Хэш тут же засиял ярче, чем те вывески в свои лучшие годы. Тут же заскочив на открытую витрину, Дэвид оседлал спорт своей мечты, — и ты тут был без меня, сопля собачья?!       — Да нет, нет! — Логан бегал туда-сюда, разыскивая что-то интересное, — увидел и тут же тебе сказал. Сам смотри, тут пыль такая, что следы точно видно было бы.       Они уже и не помнили, про что вообще ссорились, что Хэш убежал с базы куда подальше сидеть и думать, а Логан даже забыл, обиделся ли в ответ, и видел ли отец, что с их детства не поменялось вообще ничего. Наверное, стоило было вместо этого лучше тренироваться, но если даже Киган сказал ему сходить проветриться…       — Чего, не едет?       — А?! — Дэвид вздрогнул, когда к нему сзади подкрался Логан и с размаху лупанул по плечам.       — Так лучше будет, — он уселся на пассажирское, положил брату подбородок на плечо и протянул ему под локоть фляжку с бензином.       Хэш открутил крышку на баке. А в замке зажигания уже даже ключи торчали — настоящая мечта.       — А масло хоть в нём есть? — Хэш вылил всё, что было и уверенно взялся за руль.       Страшно было пробовать. Блестящий карбон, идеальные обтекаемые линии, тысяча кубов мощи, и ни одного отличия от его любимой вырезки из мотожурнала.       — Давай, ну! — Логан навалился на него всем весом и похлопал по рёбрам, — испугался?       Хэш отжал сцепление и повернул ключ. Мотоцикл закашлял и захрипел.       — Давай, давай!       Ещё раз. Ещё страшнее.       — Да щас, щас!       Подбежал Райли и залаял, подбадривая.       Хэш попробовал ещё. И сердце вдруг застучало как холостые обороты.       Завелось. Завелось.       Щёлкнул передачу.       — Погнали! — Логан сцепил руки у него на поясе, без притворства веря, что они вот прям сейчас как в фильмах спрыгнут на мотоцикле с витрины и помчатся покорать одичавшие земли.       Стоило было Хэшу чуть отпустить сцепление, как мотоцикл заглох со звуком таким, что понятно было, что больше не заведётся.       — Блять! — он оскалился, зарычал, со всей силы ударил кулаками по рулю и замер. Ощущалось как когда-то стоячий воздух перед грозой, — Просто почему, блять, мы? — закричал Дэвид. Нервы сдали, сорвались, как чёртово сцепление. Райли, всё чувствуя, прижался к полу и заскулил, — Почему у нас отобрали всякое право на нормальную жизнь?! Что мы им всем сделали?! — Хэш спрыгнул с мотоцикла, так, что Логан в последний момент не свалился вместе с ним, и со всей силы пнул неработающую груду металла.       — Ненавижу! Я всё это ненавижу!!!       Обычно это Хэш держался крепче всех, и Логан, только сейчас догнав разницу, когда начал замечать, что брат, на самом деле, был не железным, дорос до того, чтобы поменяться с ним местами. По крайней мере, пока они не стреляют. И даже стыдно как-то было, что это он все эти десять лет ныл и действовал ему на нервы.       — Эй… — Логан, волоча на себе их трофей на холостом ходу, догнал брата только там, где нашёл его час назад.       — Да уж, блять, ушли красиво, — Дэвид обтёр лицо ладонями, будто стряхивал остатки гнева, встал, и со странным удивлением вспомнил, что мотоцикл, даже если он не ездит, можно было просто укатить в руках, чтобы дальше разбираться с ремонтом. Неловко вышло.       — Ты как? — они оба посмотрели на горизонт. Надо посидеть.       — Да что-то я психанул… Извини, — вздохнул Хэш, обнимая себя за плечи. Он никогда не извинялся, и Логан чуть челюсть на землю не уронил, когда услышал. И мотоцикл — на ногу брату, прежде чем они взобрались на край бетонной плиты.       — Да не страшно, — он закинул руку Хэшу на плечо и устроился удобнее. Красивые, конечно, теперь стали закат: глядя на такое, даже ногами в пропасть болталось беззаботнее, — Это всё ещё как-то нехорошо, но слушай… Мы теперь можем брать всё, что угодно! Кто нашёл — того и добро.       — Говоришь, как твои занудные дядьки в масках, — Хэш от души пихнул младшего.       — А будь всё как было, мы бы сидели в офисе, мечтали бегать с пушками и делать, что вздумается.       — Я не хочу «круче». Я хочу нормальную жизнь, — Хэш нахмурился, раздувая ноздри, и отвернул лицо, — я был бы не против коллежда, не против мачехи, не против этой глупой подростковой возни, не против, чёрт возьми, чтобы ты всё-таки начал встречаться с Кейди!       Логан так и не понял, почему ему нужно было разрешение от старшего брата, чтобы встречаться с девчонками, но тоже уже был на всё согласен, лишь бы хоть на один день вернуться туда, где всё было нормально. Но они сейчас покатят домой украденный из брошенного салона мотоцикл по бесконечной пустыне.       Они, не договариваясь, одновременно встали и Логан кивнул на технику.       — Твоя очередь, оладушек.       Хэш снова улыбнулся и усилием снял мотоцикл с подножки.       — А знаешь, я думаю, не всё потеряно, — до дома было недалеко, но почему-то опять хотелось потянуть время.       — Пожалуй, — закивал Дэвид, — Когда-нибудь мы снова будем молодыми.       — Ну, если у нас есть живая радиоуправляемая собака… — Логан нашёл ладонью мягкую собачью шерсть и зажмурился до вспышки в глазах, зная, что Хэш делает так же, — то однажды точно будем.