★

*** В лесу ужасно холодно в месяце - ноябре. Ворона сидела, вцепившись острыми когтями в один из кирпичиков недостроенной крыши заброшенного здания, проще говоря, заброшки. Все выглядывала и выглядывала что то в чаще леса - а может и не что-то, а кого то. В любом случае, известно это только одной вороне. Сова пролетает вот - вот над вороной, чуть не задевши крылом пернатого, и приземляется около вороны. —Душа твоя метаеться, взгляд все отводишь от меня, что же сталось с тобой, друг мой любезный? - ухает сипуха, глядя куда то вдаль. —Пошел нахуй, - каркает в ответ. У детишек местных слово такое слышала ворона, да и не одно такое. Сам значения точного не знает, однако по контексту, понимает. —Грубо, но может все таки расскажешь мне, чего такой задумчивый? Коль орехи при шоссе не разбиваются как надо? Коль другие вороны обижают, обзывая вороной белой? Ворона ни с того ни с сего кидается на сову: крыльями хлопает, хлоп - хлоп, клювом пытается схватиться за шёрстку белую совы, а сипуха только отскакивает в недоумении. —Блять, да отьебись ты от меня! Не строй с себя благородного! Не понимаешь - так молчи уже да ухай в вентиляции здешней. Не понять тебе меня, никогда! Сипух долго смотрит на того, несмотря на положение свое: перья на грудке подёрто, а на нем самом мелькают перья чернее ночи, теряясь на белоснежной вате. Ворон же всё висит над ним, однако больше не хлопает крыльцами своими - только взглядом пожирает в ответ сову. —А ты сам? Когда нибудь пытался ли понять? Вороньи когти сильнее впились в мех. —Хаха, только не надо строить жертву из себя, чёртов ты святой! Да ты хоть знаешь сколько я для тебя сделал?! Для тебя я врал и воровал! Для тебя я изгоем в стае стал! Для тебя, лишь одного, пушистым белым зайкой хотел стать! А ты мне чем ответил? Везде ты мне мерещился, а сам все к коту пытался подлизаться. Что ты сделал когда кошак то твой махнул хвостом и ушел к своему псу? Ко мне пришел лить слёзы свои совинные! И ответь же на мой вопрос, кто из нас жертва обстоятельств наших? —Я и ты. Что прикажешь, сердце вырвать мне живём, друг мой ненаглядный? Коль хочу тебе я быть лишь другом, заслужил ли я быть твоим врагом? Сова все смотрит на ворону, прямо в очи те чернее ночи. А у вороны в глазах смешинки пляшут в танце демоническом. —Ах, ну хорошо, дружок, так тому и быть. Только не жалуйся потом, если орехом получишь в лоб, - ворона каркает и смеётся смехом ярким и ужасным. Сова же одним махом ворона от себя отцепив, махнув крыльями, улетела, лишь кинув на последок: "вы так любезны", тоном полным вежливого сарказма. —С каких пор мы на "вы", а, дорогой? Ха-ха-ха... В лесу было ужасно холодно одной вороне, все пыталась она что то выглядеть в лесной чаще, хотя, нет, кого то. Однако тот "кто то" все не появлялся, не появлялся, и не появиться больше, ни на этой заброшке точно, покуда ворон тут сидит, ожидая встречи.