Часть 1 — Чей-то давний сон.

Руки обмякли — чужие и холодные. Лица всплывали обрывками, как кадры из давно забытого сна. Голоса пробивались сквозь пелену сознания, то ясные, то тихие, словно кто-то шептал за закрытой дверью. Он не мог вспомнить, как оказался здесь, и кто они, но знакомость их давила, как боль в висках, тянущаяся цепями к тем самым воспоминаниям, которые казались чужими. Что-то внутри покалывало, будто он проживал чужие эмоции, чужую боль, будто каждый вздох, каждое движение принадлежало кому-то другому, а не ему самому. Имена вспыхивали в голове: Ричард… и ещё одно, стёртое, словно вместе с ним исчез и сам человек. Звон нарастал, тонкий и настойчивый, пока всё вокруг не прояснилось. Он открыл глаза. Толпа людей и машин мчалась мимо, будто не замечая его. Кажется, каждый звук растягивался, шорох шин, стук каблуков, крик людей — всё сливалось в один длинный аккорд тревоги. В том же переулке рядом с ним застыл знакомый силуэт, от которого тянуло сладким запахом карамели, как память, которую нельзя удержать. Он моргнул, и мир дрогнул, словно плёнка, которую пытаются прочесть. Перед глазами вспыхнула сцена: он и Ричард крепко держали за руки Ло. Тот таял на глазах, фиолетовые искры слетали с его тела, на миг лицо превратилось в маску из света. Дилан чувствовал в ладони тепло, что стремительно угасало, словно песок, просыпающийся сквозь пальцы. «Спасибо вам, ребята…» — прошептал он, улыбаясь им сквозь боль. И тут исчез он — Ло. От его друга осталось лишь искры света, мгновенно растворившиеся в воздухе. Резкий вздох. Снова переулок. Пальцы дрожали, сжимая только пустоту. Рядом стоял Ричард. Он смотрел так, будто видел ту же трещину между реальностями, которую могли ощутить лишь они. Тот отвёл взгляд, кутаясь в куртку. В пальцах плясало пламя зажигалки, гаснущее при каждом выдохе. Воздух жёг лёгкие, будто он стоял в дыму — но дым был только в его голове. Он открыл рот, но слова застряли где-то в глотке. Каждое движение казалось замедленным, будто мир сам подчинялся чужой логике. Осознавая, что Ричард такой же потерянный, как и он сам. Дилан не смог поднять на него взгляд, надеясь, что это всего лишь простой сон. Капля упала на его щеку. Небо потемнело, словно разделяя его потерю. Время растянулось до бесконечности. Казалось, что этот день закончился слишком быстро, будто кто-то просто выключил свет. Он стоял, затаив дыхание, слушая гул улицы, который всё больше казался пустым, отрезанным от жизни. Пальцы сжимали воздух, ощущая холод и пустоту. Сердце билось тяжело, гулко, каждое биение отдавалось эхо в голове, заполняя её темнотой.

***

Бззз… бззз… бззз… Звон будильника прорезал тишину, словно режущий нож, прерывая все мысли. Он вздрогнул. Сердце колотилось как бешенное, будто часть сна осталась с ним, цепляясь за тело, не желая отпускать. Он медленно сел, опершись руками на кровать. Каждый вдох давался с трудом, будто лёгкие сопротивлялись. Руки ещё дрожали, пальцы дергались, пытаясь ухватить то, что уже исчезло. Глаза бегали по комнате, ищя знакомые детали, но ничего не было по-настоящему реальным. Сквозь окно проникал серый свет раннего утра, но он казался холодным, чужим. Внутри пустота, и она была такой большой, что казалось можно утонуть в ней. Дилан закрыл глаза. И всё ещё слышался шёпот… воспоминание, которое не поддаётся ни какой логике. Словно мир, который он потерял, оставался только внутри него самого.