В лагере.

– Май.. м… – Я здесь, величество, вот. Это я, Энтулион! – схватил майя руку Финдарато, он аккуратно гладил эльфа по голове. – я здесь… Финдарато повернул лицо и прищурился… Глаза у него блестели. – Где… мы..? – У каких-то добрых эльфов, здесь большой отряд, он подобрал на нас дороге. Как ты себя чувствуешь? - Энтулион поспешно промокнул пот на лбу Эльда. Финрод измученного закрыл усталые глаза. – Рука… я не чувствую пальцев… – прошептал он, вновь погружаясь в зыбкий сон, глаза заволакивала пелена. Энтулион схватил ладонь Финрода и прижал к губам. Он словно пытался согреть холодные пальцы своим дыханием, мял их в руках, гладил и тëр, не в силах сделать ещё что-либо. Энтулион уронил голову. Вчера вечером ему устроили постель там же, рядом, но Энтулион не воспользовался ею, не притронулся к ужину, которым с ним поделились. Он так и уснул, сидя возле Финрода, положив голову на край его кровати. Завтрак тоже остался нетронут. Над Финдарато спели несколько песен, потом напоили его и укрыли тёплым одеялом. Пение замедлило распространение по телу яда, который, по счастью, и так медлил. Да и сильное хроа эльфа сопротивлялось как могло. В шатре появилась вчерашняя целительница. – Энтулион, выйдите, пожалуйста. – сказала она спокойно. Энтулион только головой замотал. – Выйдите сейчас же, иначе я попрошу выволочь вас охрану! – Энтулион ещё вчера мешался целителям, как мог, потому эльфийка не собиралась любезничать с ним. Ей хотелось выгнать Энтулиона ещё прошлым вечером, потому что просьб он не слушал, тянулся, мешая им, к раненому эльфу, и успел изрядно надоесть за пару часов. – Нет, нет, как… я… – Сейчас же, иначе я ничего для вашего брата не сделаю. Энтулион блеснул испуганным взглядом, полным мольбы. Видимо, приняв слова целительницы за настоящую угрозу. Он вскочил на ноги и оказался на улице, прежде, чем она успела извинить за то, что ввела его в такой ужас. Энтулион невидящими глазами огляделся. Он сел прямо возле входа в шатёр и уткнулся лбом в колени. В горле у него стоял ком.