Сон

Сон начался с того, что я уже была на коленях. Подо мной - мягкий, ворсистый ковер библиотеки, пахнущий пылью, кожей и чем-то электрическим. Передо мной - Алхимик. Он полулежал в кресле, его дреды спадали на плечи, а в одной руке он держал открытую книгу, в другой - маленькую стеклянную баночку с капсулой. Мирик сидел на корточках рядом со мной, его радужные волосы касались моего плеча. Он наблюдал за мной с горящим любопытством, как за редким явлением природы. «Сегодняшний фокус - на контроле и доверии, - произнес Алхимик, его голос был ровным, как у лектора. - Ты будешь источником наслаждения. А мы - твоими проводниками вглубь ощущений». Он положил мне на язык всего одну небольшую капсулу с веществом. Она была почти безвкусной лишь лёгкая горчинка от остатков порошка... А потом... потом мир сузился до тактильных ощущений. Ткань ковра под коленями стала бархатной и живой. Прохладный воздух комнаты ласкал кожу как шелк. Я почувствовала каждую складку своей одежды. Но главное - мое желание что-то взять в рот, почувствовать вкус и текстуру, стало физической потребностью. Я потянулась к Алхимику, но он мягко отстранился. "Нет. Сначала он". Его взгляд указал на Мирика. Тот понял без слов. Его голубые глаза вспыхнули азартом. Он встал передо мной, и его член, уже возбужденный, оказался на уровне моего лица. Запах его кожи, чистый и мускусный, ударил в голову, усиленный "веществом", и вызвал слюноотделение. Я взяла его в рот. Эффект был ошеломляющим. Капсула обострила все до невозможности. Я чувствовала каждую пульсацию вены, каждое микроскопическое движение его плоти, каждое изменение текстуры. Вкус его был насыщенным, солоноватым, и каждый сантиметр моего языка наслаждался им. Я слышала его сдавленный стон не ушами, а кожей спины - он отозвался на ней вибрацией. Я работала ртом и руками, полностью погрузившись в процесс, в исследование этого нового, невероятно чувственного мира. Мирик закинул голову, его руки вцепились в мои волосы, не управляя, а просто ища опору. Он был полностью отдан на мою милость, и его доверие было пьянящим. Алхимик наблюдал, и я чувствовала его взгляд на себе как физическое давление. Наконец, он подошел сзади. Его руки легли на мои бедра, и я почувствовала, как он отодвигает ткань моей сорочки. Его пальцы, смазанные чем-то прохладным и скользким, коснулись меня сзади, готовя. Осторожно, точно, без суеты. И тогда он вошел в меня. Одновременно с тем, как Мирик был у меня во рту. Это было всепоглощающе. Двойное проникновение разорвало сознание на две части, каждая из которых тонула в собственном море ощущений. Спереди - влажная, горячая, пульсирующая плотность Мирика, его прерывистое дыхание и вкус его кожи. Сзади - более размеренный, глубокий и безжалостно точный ритм Алхимика. Он не просто двигался, он находил нужные точки, углы, глубину, заставляя мое тело выгибаться в немой просьбе. Они двигались вразнобой, и эта асинхронность сводила с ума. Толчок Алхимика отзывался эхом на губах, сжатых вокруг Мирика. Глубокое движение Мирика вперед заставляло сильнее чувствовать каждую деталь внутри себя. Алхимик стал дирижёром этого хаоса. Он положил руку на спину Мирика, задавая ему ритм, замедляя или ускоряя его. Он шептал мне на ухо, и его слова были не звуками, а прямо вбиваемыми в мозг командами: "Глубже", "Медленнее", "Почувствуй его всего". Я потеряла грань между тем, кого принимаю и кто принимает меня. Мы были единым механизмом наслаждения, где каждый винтик зависел от другого. Пик приближался, волна, нараставшая с двух сторон одновременно, чтобы столкнуться и взорваться где-то в самом центре моего существа. И это случилось. Мирик кончил мне в рот, и его сладковато-терпкий вкус, обостренный до предела, стал спусковым крючком для моего собственного оргазма, который совпал с последним, идельно точным толчком Алхимика. Я рухнула вперед, на грудь Мирику, дрожа всем телом, все еще чувствуя их обоих, слыша их тяжелое дыхание и свое бешено стучащее сердце. Я проснулась с памятью тела о двойном заполнении и с призрачным, сладким вкусом на языке, который не хотел исчезать.