Глава 46

На этот раз он взял гипосфилы фиолетового цвета. Их было 5 веточек. Как хорошо, что такие цветы могут стоять месяцами и им ничего не будет, а знать её они будут радовать ещё сильнее и сильнее с каждым днем. Он ехал и думал, что очень странно то, что она не прислала ему ни одного сообщения. Разве там нельзя пользовать телефоном? Или она была сильно загружена. Как говориться, вспомнишь солнышко, вот и лучик. Ему пришло голосовое сообщение от неё: "Голосование сообщение^ расшифровать^ 3 мин ^Джексик, я вообще сегодня была очень занята, прости,пожалуйста, что не отвечала, приедь побыстрее. Мне очень плохо, даже не от боли, а от... Я тебе расскажу все на месте, я просто не это, как его, бл#ть, я не могу... Где ты там? ^ 18:46 Её голос звучал так, как будто она вновь плакала, неужели её так сильно пугает больница? Что бы то не было, надо ускоряться, ей нужна помощь, моральная. Он приехал за 3 минуты, быстрой покодкой зайдя в здание, направился со всеми подарками к ней. Отворив её дверь,он увидел, как та сидит на краю кровать и тихо, закрытая лицо руками, плачет. Как только он появился в комнате, то она сразу побежала к нему обниматься. Она прижалась к нему со всей силы, плача его в футболку. В ответ она почувствовала руки на талии и спине. —Бусь... Что стрялось? - он поинтересовался тихо. —Там... Уколы и шприцы... Иголки... Джексик... Мальчик мой, я хочу уже домой, к тебе, пожалуйста! - видно, что паничка у неё явно была. Он захлебывалась в собственных слёзах, странно, что врачи этого не заметили. —Чш... Тихонько, я с тобой рядышком, все прошло, ты у меня очень сильная и храбрая... Тихо, трусишка моя, люблю тебя, успокаивайся... - он гладил её по спине, одновременно целуя в личико, приговаривая всякие словечки. Ей стало легче. Девушке было достаточно того, что он рядом. Ей не важно с цветами, без подарка, главное что он с ней. Они присели на её кровать и миленько беседовали. —Пом, прости что напоминаю, но а что тебе делали сегодня? - его буквы дрожали, будто боялся её опять довести до слёз. —Ам... Кровь из пальца, вены и что-то с желудком, не помню честно говоря... —Аа... Это хорошо, а что говорят? Все в норме? —Ммм... Да! Ещё как, да все хорошо и, да, эм... Все нормально... - её слова звучали максимально подозрительно и очень не правдиво. Но зачем бы ей врать? —Пом? Ты что-то недоговориваешь? —С чего ты взял? Все хорошо... —Скажи правду, у тебя что-то с желудком? - обеспокоенно стал предполагать, но скажет ли она правду? Сомнительно. —Джекс! Нет. Все хорошо, почему ты мне не веришь? —Я тебе, безусловно, верю, но чего так неуверенно? М? - он глядел на неё обеспокоенно. Разве она могла бы ему врать? —Я правда... Иди ко мне, пожалуйста - попросила она, раскрыв руки для обнимашек. Тот же ласково прильнул к ней и положил ручки на её хрупкое тело. Помни легла ему на грудь и закрыла глаза, в знак бесконечного доверия ему. Все же её слова были максимально не правдивы. Ей было очень тяжело ему врать, но пришлось. Причину она боялась сказать. Джекс заставил себя поверить в это, ведь ей незачем было бы врать, но почему так трусливо звучали её слова? Ладно, не суть, главное, что сейчас она в его объятиях, а значит чтобы она не умолчала, то она может сказать, когда захочет. Ведь она ему доверяет? Правда? Джекс очень хотел бы чтобы она ему доверяла на все сто, но каким образом это можно понять? Он и сам был в глубоких раздумьях. Ему оставалось исключительно думать, ведь напрямую спросить - слишком дерзко, да и не красиво как-то выйдет. Почему он вообще об это задумался? Она же доверила ему буквально всю жизнь, выйдя за него замуж. Но его так же сильно тревожило её состояние, ведь перед ним до сих пор эта злощадная картина, где она плачет от боли, свернувшись в клубочек. Это видеть, было как кошмар в холодную ночь. Даже хуже. —Тик-так! Время прибывания закончилось! - врач приоткрыл дверь и сказал это, не смотря на них. —Ну нееет... Так быстро...