Глава 77

Рождество ​2012 ​года ​мало ​чем ​отличалось ​от ​любого ​другого. ​ ​В ​витринах ​магазинов ​тихо ​играли ​праздничные ​мелодии. ​ ​С ​неба ​падали ​снежинки. ​ ​В ​кварталах ​дети ​собирались ​в ​весёлые ​стайки, ​празднуя ​особый ​праздник. ​ ​Весь ​Нью-Йорк ​был ​погружён ​в ​радость ​Рождества. ​Семьи ​праздновали ​в ​ресторанах ​или ​собирались ​дома ​у ​тёплых ​каминов, ​отмечая ​наступление ​праздника. ​ ​Хоук ​тоже ​воссоединялся ​со ​своей ​семьёй. ​ ​Как ​и ​каждый ​год, ​он ​сел ​в ​автобус, ​когда ​начало ​смеркаться, ​и ​отправился ​на ​кладбище ​Голгофы. ​Он ​прошёл ​по ​свежему ​снегу, ​чтобы ​провести ​праздник ​со ​своей ​сестрой. ​ ​Хелен ​Стейси ​пригласила ​его ​провести ​праздник ​с ​их ​семьёй ​на ​Лонг-Айленде. ​ ​Но ​он ​вежливо ​отказался. ​ ​Он ​знал, ​что, ​если ​не ​произойдёт ​ничего ​непредвиденного, ​они ​с ​Гвен ​в ​конце ​концов ​поженятся. ​Они ​станут ​семьёй. ​ ​Но ​это ​было ​ещё ​в ​будущем. ​ ​И ​что ​более ​важно, ​у ​него ​уже ​была ​своя ​семья. ​ ​Поэтому ​Хоук ​отклонил ​приглашение ​Хелен. ​ ​В ​детстве ​он ​проводил ​каждое ​Рождество ​со ​своей ​сестрой, ​Аней. ​Даже ​после ​её ​смерти ​в ​2009 ​году ​он ​каждый ​год ​приходил ​сюда, ​чтобы ​провести ​праздник ​с ​ней. ​ ​Хоук ​знал, ​как ​сильно ​его ​сестра ​любила ​праздники, ​как ​сильно ​она ​хотела ​быть ​частью ​шумной, ​весёлой ​толпы, ​но ​её ​врождённый ​порок ​сердца ​всегда ​заставлял ​её ​наблюдать ​издалека. ​ ​Воспоминание ​об ​этом ​всё ​ещё ​сжимало ​его ​сердце. ​Мысль ​о ​том, ​что ​она ​проводит ​праздник ​одна, ​даже ​сейчас? ​ ​Он ​не ​мог ​этого ​вынести. ​ ​... ​ ​На ​кладбище ​Хоук ​положил ​еду, ​которую ​всегда ​любила ​его ​сестра ​Аня, ​перед ​её ​надгробием. ​Затем ​он ​прислонился ​к ​прохладному ​мрамору ​и ​сел ​на ​землю, ​глядя ​на ​далёкий ​пейзаж. ​ ​Снег ​падал ​густыми, ​тяжёлыми ​хлопьями. ​ ​Это ​было ​странно. ​ ​Снег ​шёл ​уже ​почти ​два ​часа, ​покрывая ​окружающую ​территорию ​нетронутым ​белым ​одеялом. ​Но ​земля ​вокруг ​Хоука ​и ​вокруг ​надгробия ​Ани ​была ​сухой, ​как ​в ​летний ​день. ​ ​Словно ​тигр, ​отдыхающий ​на ​заснеженном ​поле, ​земля ​вокруг ​него ​оставалась ​нетронутой, ​как ​будто ​всё ​ещё ​было ​лето. ​ ​Хоук ​прислонился ​к ​надгробию, ​его ​глаза ​были ​мягко ​закрыты, ​а ​сознание ​погрузилось ​в ​его ​Космо. ​ ​После ​трёх ​дней ​отдыха ​его ​Космо ​полностью ​поглотил ​гамма-энергию, ​которую ​он ​забрал ​у ​Халка. ​Он ​ощущался ​совершенно ​по-новому. ​ ​Он, ​без ​сомнения, ​вознёсся. ​ ​Гамма-энергия ​была ​вполне ​реальной ​силой ​во ​вселенной ​Марвел. ​И, ​поглотив ​эту ​реальную ​силу, ​его ​Космо, ​в ​свою ​очередь, ​стал ​немного ​более ​реальным. ​ ​Это ​было ​ещё ​далеко ​от ​настоящей, ​полной ​вселенной ​— ​на ​самом ​деле, ​целые ​миры ​разделяли ​их. ​ ​Но ​даже ​с ​этой ​крошечной ​частицей ​новообретённой ​реальности ​разница ​между ​его ​старым ​Космо ​и ​новым ​была ​как ​день ​и ​ночь. ​ ​Иными ​словами: ​раньше ​Хоуку ​нужно ​было ​использовать ​озеро, ​чтобы ​утопить ​Халка. ​Теперь ​в ​этом ​не ​было ​необходимости. ​ ​Если ​бы ​он ​столкнулся ​с ​Халком ​сейчас, ​даже ​на ​суше, ​при ​условии, ​что ​Халк ​был ​на ​том ​же ​уровне ​силы, ​он ​мог ​бы ​забить ​его ​до ​смерти ​голыми ​руками. ​ ​Это ​не ​было ​преувеличением. ​ ​Самое ​главное, ​погрузив ​своё ​сознание ​глубоко ​в ​свой ​Космо, ​Хоук ​посмотрел ​на ​созвездие, ​пылающее ​в ​его ​внутреннем ​небе. ​Феникс ​— ​яркий, ​обжигающий, ​излучающий ​несравненный ​свет. ​И ​среди ​звёзд ​появились ​десятки ​новых. ​ ​Да. ​ ​Десятки ​новых ​звёзд. ​ ​Это ​была ​ещё ​одна ​неожиданная ​награда ​за ​его ​успешную ​месть ​Халку. ​ ​Хотя, ​возможно, ​это ​было ​не ​так ​уж ​и ​неожиданно. ​ ​Путь ​Святого ​— ​это ​путь ​священной ​войны. ​Каждая ​битва, ​которую ​вёл ​Хоук, ​добавляла ​новые ​звёзды ​в ​его ​Космо, ​укрепляя ​его, ​создавая ​обратную ​связь, ​благодаря ​которой ​он ​становился ​сильнее ​с ​каждым ​боем. ​ ​Он ​планировал ​использовать ​эти ​новые ​звёзды, ​чтобы ​зажечь ​созвездие ​Дракона. ​ ​Феникс ​дал ​ему ​силу ​Бессмертия ​и ​Возрождения. ​Дракон ​дарует ​ему ​Мощь ​Дракона ​и ​Драконью ​Стражу. ​ ​Необузданная ​сила ​дракона ​и ​защита, ​не ​имеющая ​себе ​равных. ​ ​В ​этом ​была ​суть ​Дракона. ​ ​Среди ​всех ​Святых ​Дракон ​был ​единственным, ​чья ​сила ​становилась ​ещё ​больше, ​когда ​он ​сбрасывал ​свои ​доспехи. ​ ​И ​кроме ​того... ​ ​Это ​был ​Дракон! ​ ​Зов ​Феникса ​зажигает ​рассвет. ​ ​Рёв ​Дракона ​сокрушает ​горизонт. ​ ​Хоук ​медленно ​открыл ​глаза. ​Он ​взглянул ​на ​фотографию ​своей ​сестры ​на ​надгробии, ​которая, ​казалось, ​улыбалась ​ему. ​Мягкое ​выражение ​коснулось ​его ​лица. ​ ​— ​Халк, ​должно ​быть, ​уже ​в ​аду. ​ ​— ​Ты, ​наверное, ​это ​видела. ​ ​— ​Не ​волнуйся, ​Мерзость ​— ​следующий. ​Это ​не ​займёт ​много ​времени. ​ ​— ​И ​обязательно ​скажи ​Мефисто, ​если ​он ​плохо ​о ​тебе ​заботится, ​когда ​я ​доберусь ​до ​ада, ​я ​сверну ​ему ​шею ​и ​буду ​использовать ​её ​как ​писсуар. ​ ​Так ​же, ​как ​Мефисто ​однажды ​поступил ​с ​Заратосом. ​ ​Кто ​такой ​Заратос? ​ ​Призрачный ​гонщик. ​Мефисто ​победил ​древнего ​духа, ​вырвал ​его ​сущность ​из ​тела ​и ​разбил ​её ​на ​миллион ​осколков. ​Сила ​Призрачного ​гонщика ​была ​лишь ​крупицей ​той ​первоначальной, ​огромной ​силы. ​ ​Голос ​Хоука ​был ​нежным, ​словно ​говоря ​так, ​его ​сестра ​могла ​бы ​услышать ​его ​в ​аду. ​ ​Прислонившись ​спиной ​к ​надгробию, ​Хоук ​закрыл ​глаза ​и ​начал ​пересказывать ​всё, ​что ​произошло ​за ​последний ​год ​и ​что, ​по ​его ​мнению, ​могло ​бы ​позабавить ​его ​сестру. ​ ​В ​эти ​моменты ​Хоук ​переставал ​быть ​тихим, ​сдержанным ​молодым ​человеком, ​каким ​он ​обычно ​был. ​Он ​был ​очень ​разговорчив. ​ ​Он ​даже ​рассказал ​ей ​о ​главной ​новости ​сегодняшнего ​дня. ​ ​Битва ​Тони ​Старка ​с ​Олдричем ​Киллианом, ​усиленным ​Экстремисом, ​в ​порту ​Роуз-Хилл ​в ​Теннесси, ​и ​впечатляющий ​фейерверк, ​который ​он ​устроил ​со ​своим ​Железным ​легионом. ​ ​— ​...Прошлой ​ночью ​в ​порту ​Роуз-Хилл, ​Теннесси, ​битва ​беспрецедентного ​масштаба ​завершилась ​драматическим ​прощанием ​героя ​и ​поразительным ​публичным ​признанием. ​ ​— ​После ​успешного ​отражения ​смертельной ​угрозы, ​исходящей ​от ​террориста ​Олдрича ​Киллиана ​и ​его ​солдат ​Экстремис, ​Тони ​Старк ​сделал ​ошеломляющий ​шаг... ​ ​— ​Он ​приказал ​своим ​оставшимся ​костюмам ​Железного ​легиона ​взлететь ​в ​небо ​и ​самоуничтожиться ​в ​бесценном ​фейерверке, ​который ​осветил ​ночь. ​ ​— ​И ​только ​сегодня ​утром, ​в ​семь ​часов, ​Тони ​Старк ​снова ​появился ​и ​дал ​интервью, ​заявив... ​ ​... ​ ​Прислонившись ​к ​надгробию, ​Хоук ​по ​памяти ​цитировал ​утреннюю ​газету. ​ ​На ​кладбище ​было ​тихо, ​если ​не ​считать ​его ​голоса. ​ ​Если ​бы ​мимо ​проходил ​робкий ​человек ​и ​услышал ​этот ​низкий, ​демонический ​шёпот ​в ​темноте, ​он ​бы ​подумал, ​что ​только ​что ​видел ​призрака. ​ ​Через ​некоторое ​время ​голос ​Хоука ​затих. ​Он ​прислонился ​к ​надгробию ​своей ​сестры ​Ани, ​словно ​заснул. ​ ​Как ​и ​в ​прошлом ​году, ​и ​в ​позапрошлом, ​Хоук ​планировал ​остаться ​здесь ​и ​провести ​Рождество ​со ​своей ​сестрой. ​ ​В ​конце ​концов, ​это, ​вероятно, ​будет ​в ​последний ​раз. ​ ​Потому ​что ​в ​следующем ​году, ​самое ​позднее ​к ​Рождеству, ​он ​найдёт ​способ ​попасть ​в ​ад ​и ​вернёт ​её. ​ ​Мефисто ​либо ​отдаст ​ему ​сестру, ​либо ​умрёт. ​ ​Другого ​выбора ​не ​было. ​ ​... ​ ​Время ​шло. ​ ​Далёкие ​шумы ​за ​пределами ​кладбища ​утихли ​с ​течением ​часов. ​В ​тот ​момент ​казалось, ​что ​весь ​Нью-Йорк ​затих. ​ ​Но ​потом ​он ​услышал ​это. ​Слабый, ​ритмичный ​звук, ​доносимый ​ветром, ​сопровождаемый ​низким, ​почти ​незаметным ​дрожанием ​земли. ​ ​Шаги... ​ ​Скрежет ​танковых ​гусениц. ​ ​Звуки ​становились ​всё ​громче, ​всё ​ближе. ​ ​В ​то ​же ​время ​его ​телефон ​начал ​вибрировать ​в ​кармане. ​ ​Он ​отключил ​звук ​на ​случай, ​если ​позвонит ​Гвен, ​но ​не ​выключил ​его. ​Почувствовав ​вибрацию, ​Хоук ​открыл ​глаза ​и ​достал ​телефон. ​ ​Он ​посмотрел ​на ​определитель ​номера. ​ ​Это ​была ​не ​Гвен. ​ ​Это ​была ​Анна. ​ ​Хоук ​на ​мгновение ​задумался, ​затем ​ответил ​на ​звонок. ​ ​— ​Алло... ​ ​— ​Хоук, ​я ​только ​что ​получила ​информацию. ​Военные ​знают, ​что ​это ​ты ​проник ​на ​базу ​в ​Куантико. ​Они ​определили ​твоё ​местоположение ​и ​уже ​отправили ​за ​тобой ​команду. ​ ​В ​тот ​момент, ​когда ​он ​ответил, ​в ​трубке ​раздался ​взволнованный ​голос ​Анны. ​ ​Сообщение ​было ​ясным: ​«Они ​пришли ​за ​тобой...» ​ ​Хоук ​нахмурился. ​Он ​ослабил ​жёсткий ​контроль, ​который ​обычно ​держал ​над ​своими ​пятью ​чувствами. ​ ​Мгновенно. ​Он ​услышал ​грохот ​бронетехники, ​катящейся ​по ​земле. ​ ​Лязг ​оружия ​и ​снаряжения, ​когда ​солдаты ​занимали ​позиции. ​ ​Хоук ​ничего ​не ​сказал. ​Он ​просто ​повесил ​трубку. ​Его ​лицо ​было ​ледяным, ​когда ​он ​встал ​и ​посмотрел ​на ​небо, ​наблюдая ​за ​вооружённым ​вертолётом ​вдали ​— ​с ​ярким ​прожектором, ​грохочущими ​винтами, ​он ​быстро ​приближался. ​ ​Мгновение ​спустя ​ведущий ​вертолёт ​оказался ​прямо ​над ​головой. ​Его ​прожектор ​обрушился ​вниз, ​пригвоздив ​его ​к ​земле ​в ​ярком, ​ослепительном ​конусе ​белого ​света. ​ ​ТУК-ТУК-ТУК-ТУК! ​ ​Вертолёт ​стабилизировал ​своё ​положение ​над ​кладбищем. ​Дверь ​кабины ​открылась, ​и ​солдат ​занял ​своё ​место ​за ​миниганом, ​нацелив ​оружие, ​способное ​выпускать ​сотни ​патронов ​в ​секунду, ​прямо ​на ​фигуру ​в ​свете ​прожектора. ​ ​В ​то ​же ​время... ​ ​ТРЕСК! ​ ​Две ​бронированные ​машины, ​каждая ​с ​какой-то ​звуковой ​пушкой, ​проломили ​ворота ​кладбища. ​Они ​проехали ​прямо ​через ​ряды ​надгробий, ​сокрушая ​их ​под ​своими ​гусеницами, ​и ​с ​грохотом ​остановились ​перед ​Хоуком. ​ ​Щёлк-щёлк. ​ ​Щёлк-щёлк. ​ ​За ​ними ​хлынули ​федеральные ​солдаты. ​С ​прожекторами ​и ​звуковыми ​пушками ​наготове, ​все ​солдаты ​дослали ​патроны ​в ​патронники. ​Некоторые ​стоя, ​некоторые ​на ​коленях, ​все ​они ​нацелили ​свои ​винтовки ​на ​одинокую ​фигуру, ​стоящую ​перед ​ними. ​ ​Война. ​ ​ВОТ-ВОТ ​НАЧНЁТСЯ.