Глава 52. Конец третьего курса

За шумихой, которая поднялась после ареста Сириуса Блэка, а также в связи с огромным количеством работы, предшествовавшей экзаменами, Чарли не заметил, как пролетел остаток учебного года. Экзамены, начавшиеся двадцать третьего мая, прошли относительно неплохо. В понедельник был экзамен по трансфигурации, с которым Чарли, по его собственному мнению, справился относительно неплохо, хотя и сам признавал, что мог бы очень сильно лучше, если бы не потратил значительную часть времени, отведенного на подготовку к экзаменам, на самообучение некромантии и на эксперименты с рунными артефактами. Вообще, он с большим удивлением для себя отметил, что ему доставляет некоторое эстетическое удовольствие работать с костями мышей, птичек и прочей живности, которую ему продолжал таскать прикормленный кот. Как-то так само собой получилось, что часть вечеров он просидел не над учебниками, повторяя определения и обозначения, а над рабочим столом, шлифуя, полируя и гравируя принесенные котом птичьи черепки, добытые в загонах панцири глизней и козьи рога, которые он выпросил у домовиков на кухне. Однако Чарли не расстраивался. Конечно, Макгонагалл ворчала, читая его теоретическую работу, но вот на практическом экзамене Чарли знал, что все сделал правильно — он без труда продемонстрировал превращение чайник в черепаху и последующее манипулирование этой псевдожизнью. Еще бы! Он потратил немало сил и времени на то, чтобы научиться контролировать вполне настоящих духов, так что сотворенное подобие слушалось его лучше, чем послушный ребенок — родную маму. Правда, Макгонагалл как-то странно на него посмотрела, когда вместо простого «Фините» он по привычке развеял псевдожизнь наколдованного кролика заклинанием «Псевдовита Димитере», не развеивая чары удержания, а изгоняя саму псевдожизнь, но ничего не сказала. На заклинаниях он тоже, в общем-то справился — Флитвик вынес на экзамен огромное количество чар, но повезло с билетом: Чарли достались замораживающие чары. Он, поднаторев в искусстве консервирования трупов, справился на «ура», превратив бочонок воды в ледышку в одно движение. Флитвик был страшно доволен. Правда, тоже ворчал относительно теоретической составляющей работы, но Чарли отнесся к этому спокойно — все равно балл за экзамен мало, на что влиял, да и практическая часть в любом случае «стоила» сильно больше теории. Сразу после заклинаний, Чарли помчался сдавать руны. Профессор Бабблинг сразу честно их предупредила, что на теоретическую составляющую ей плевать с высокой колокольни и что она куда больше хотела бы увидеть расшифровку кельтского огамического письма. В честь этого она открыла тяжеленный сундук, который стоял у стола, и предложила каждому взять оттуда по одному предмету, украшенному кельтской вязью. Чарли с удовольствием взялся за это задание. И даже относительно легко с ним справился. И даже не задавал никаких вопросов, хотя у него и были некоторые подозрения относительно происхождения серебряного кубка, украшенного рунами, ведь тот, на секундочку, все еще был перемазан в какой-то пыли, грязи, а на одной из его частей вообще прилип комок глинистой земли. Экзамен прошел хорошо. Правда, не без эксцессов. Сначала, стоило Терри взять глиняную тарелку, та ожила, отрастила пасть и попыталась оттяпать ему руку. Профессор Бабблинг, впрочем, не сплоховала, одним ударом ледоруба расколов взбесившийся артефакт и заменив Терри задание. Затем, когда уже шла середина экзамена, Гермиона Грейнджер вдруг зарыдала, что она в самом начале некорректно перевела слово и теперь у нее весь текст неправильный, но ее быстро успокоили. Ну и уже под конец экзамена слизеринка, Дафна Гринграсс, вскрикнула от ужаса, потому что ее экзаменационная работа вдруг покрылась плесенью и зашипела какой-то мотив, от которого всех начало клонить в сон. По счастью, профессор уничтожила пергамент до того, как кто-то пострадал, но пообещала Гринграсс, что ее работа все равно получит «превосходно». Вторник начался с экзамена по уходу за магическими существами. Однако, ничего интересного этот экзамен из себя не представлял. Хагрид пребывал в расстроенных чувствах по поводу гиппогрифа, да и вообще, похоже, всерьез запил, потому что от него ощутимо несло просто ядерным перегаром. Он притащил к загону здоровенную бочку с флоббер-червями и объявил, что экзамен сдаст тот, чей образец будет жив до конца урока. А учитывая, что для выживания флоббер-червя требовалось всего лишь его не трогать, экзамен получился самым легким из всех. Затем, после обеда, пришлось сдавать зелья. Снейп ходил по кабинету с довольной рожей и вообще едва ли не приплясывал. Чарли подозревал, что его отличное настроение связано с поимкой Сириуса Блэка, но никак не мог этого доказать. Правда, причастность Чарли к причине его хорошего настроения не помешала Снейпу вручить ему один из самых сложных билетов — с грозовым напитком. Чарли-то справился, но от этого сам факт сложности задания никуда не делся. Ну и, конечно же, ночью был экзамен по астрономии, на котором ничего необычного не случилось. Затем, в среду, сдавали историю магии. Бинс, похоже, даже не обратил внимание на то, что он ведет экзамен — так и продолжал бубнить весь урок, мешая думать и записывать. А ведь билет и так попался не из простых… Так что Чарли нисколько не сомневался, что за свою писанину получит в лучшем случае «удовлетворительно». Кроме того, именно в среду в Хогвартс из госпиталя Мунго вернулся Рон Уизли, который неожиданно задержался в госпитале не на пару дней, как обещали авроры, а на целый месяц, потому что в клыках, коими в собачьей форме обладал Сириус Блэк, оказалось огромное множество всякой дряни, а потому у Рона пошло заражение, на исцеление которого потребовалось немало времени. Конечно, Уизли, вернувшись в школу, чувствовал себя героем и готов был рассказывать всем, кто желал его слушать, про то, как Блэк в форме огромного пса пытался оторвать ему ногу. Чарли, краем уха слушая его рассказ, только качал головой и один раз прокомментировал Терри и Падме: — Господи, ну и трепло… Кстати, отношения с гриффиндорцами у Чарли более-менее наладились, хотя они и не стали совсем уж друзьями. Но, по крайней мере, Поттер перестал смотреть на Чарли как на врага народа, а сам Чарли перестал считать Поттера слюнтяем и труслом. На фоне этого они даже пару раз смогли нормально пообщаться на отвлеченные темы, но недолго — все же, круг интересов у них был несколько различным. В четверг Чарли сдавал последний экзамен — защиту от темных искусств. Люпин расстарался и создал полноценную полосу препятствий для каждого курса. Надо было перейти вброд глубокую заводь, в которую Люпин запустил гриндилоу, затем преодолеть цепочку канав, полных красношапок; прошлепать по участку болотной топи, не поддаваясь на сбивающие с пути хитрости фонарника. Ну и, наконец, забравшись в дупло старого дуба, сразиться с очередным боггартом. До боггарта Чарли дошел спокойно, играючи справляясь с мелкой живностью. Но вот с боггартом получилось сложнее. Тот снова принял образ из мира «Между». И пусть Чарли испугался уже не так сильно, поскольку знал, чего ждать, но он так и не нашел ничего смешного, во что мог бы превратить такой образ, поэтому он просто похихикал без применения заклинания, чего хватило, чтобы боггарт отступил, но Люпин подобный подход не оценил и несколько занизил ему балл. Ну, а в пятницу, наконец, Министерство сделало шикарный подарок для студентов. Поскольку Блэк был пойман, в дементорах и аврорских постах более не было никакого смысла. А потому их, наконец, убрали от Хогвартса к немалой всеобщей радости. Кроме того, тогда же, в пятницу, Дамблдор вызвал Чарли к себе в кабинет. Тот явился незамедлительно. — Итак, мистер Уилсон, — начал Дамблдор. — В первую очередь, разрешите мне первым вас поздравить с приближающимся концом учебного года. Насколько мне известно, вы уже сдали все экзамены? — Да, сэр. Спасибо, — кивнул Чарли. — Не за что, мистер Уилсон, — усмехнулся Дамблдор. — Но, как вы понимаете, я позвал вас не только для того, чтобы похвалить вас за отличную учебу. Чарли кивнул. — Подозреваю, это как-то связано с моим э-э… — Чарли подобрал слово. — Особенным курсом. — Да, мистер Уилсон. В том числе, я хотел бы поговорить и о вашем таланте к некромантии, — кивнул Дамблдор. — В первую очередь, я спешу вас уведомить, что уже дал мадам Пинс распоряжение продлить ваше разрешение посещать Запретную Секцию еще на год. — Спасибо, сэр, — улыбнулся Чарли. — Всегда пожалуйста. Кроме того, я договорился с профессором Снейпом о возможном продолжении ваших с ним дополнительных занятий, но детали вам, конечно, придется обсудить с ним самостоятельно. А также рассматриваю возможность устроить вам еще кое-какие дополнительные занятия, но уже с другим наставником. Чарли поблагодарил и за это. Все же, обучение со Снейпом было гораздо более продуктивным, чем самостоятельная подготовка. Конечно, он и сам справлялся неплохо, но в присутствии наставника дело шло еще лучше. Дамблдор дождался, пока Чарли несколько «переварит» эту новость, затем продолжил: — Ну и, наконец, особенно приятное известие, о котором я еще объявлю позже в Большом Зале, если вы пожелаете, — Дамблдор улыбнулся. — Мистер Уилсон, поскольку именно вы поймали опасного преступника, Сириуса Блэка, да еще и фактически спасли этим сразу двух несовершеннолетних, Визенгамот вынес решение о присуждении вам еще одной государственной награды магической Британии — ордена «Восходящая Звезда» третьей степени. За выдающиеся заслуги в обеспечении безопасности магического сообщества. Чарли сглотнул, поежился. — Э-э… Да за что? Я же ничего не сделал… Дамблдор вздохнул. — Да нет, мистер Уилсон. Вы сделали очень и очень многое. — Сэр… — Вы оказались в нужное время в нужном месте. И не запаниковали, а приняли решение и задержали опасного преступника. Это очень дорогого стоит, мистер Уилсон. Даже если это произошло случайно. Чарли сглотнул. — Э-э… Ладно… — он вздохнул. — Сэр, только можно, пожалуйста, об этом не говорить? Я почти ничего не сделал, да и вообще те же авроры тоже многое сделали… И Поттер, если на то пошло, тоже. Дамблдор хмыкнул. — Что же, пусть будет так. Он взял со своего стола небольшую бархатную коробочку, протянул ее Чарли. Чарли взял коробочку, открыл ее из любопытства. Внутри лежала бронзовая звезда, украшенная семнадцатью небольшими сапфирами. — Спасибо, сэр. — Носите с гордостью, мистер Уилсон. Вы заслужили. Чарли не стал спорить. Он убрал коробочку с наградой в один из карманов подвесной системы. Дамблдор, заметив это, усмехнулся, но ничего по этому поводу не сказал. Чарли, почуяв неловкость момента, поспешил сменить тему: — Сэр, а что в итоге случилось с Блэком? Дамблдор немного помрачнел, но посмотрел на Чарли с благодарностью: — Насколько мне известно, его пытались вернуть в Азкабан, но он набросился на авроров, в результате чего возникла потасовка и его пришлось ликвидировать. Чарли поморщился. — Что же, ожидаемо. — Вы не удивлены и не расстроены… Чарли пожал плечами: — А должен? Мне Блэк был никем, так что… Дамблдор вздохнул, отвел взгляд в сторону. — Да. Верно. Пожалуй, что никем. Некоторое время он молчал, затем снова улыбнулся и поспешил свернуть разговор: — Что же, мистер Уилсон, не смею вас больше задерживать. Наверняка у вас есть более интересные и важные дела, чем слушать мое стариковское брюзжание. Чарли кивнул, быстро попрощался и покинул кабинет директора. Однако, кое-что его насторожило. Чарли очень насторожило то, как замялся Дамблдор, когда он сказал про то, что Блэк был ему никем. Затем вспомнил про то, что Блэк назвал его Регулусом и то, что профессор Снейп ответил, что он и правда похож на брата Сириуса Блэка. Продумав над этим всю дорогу от кабинета директора до главной башни, Чарли в итоге оставил эти мысли. Какая разница? Даже если и так, то ему самому от этого ни проблем, ни преференций не будет. А если так — то и задумываться по этому поводу нечего. Так что Чарли, оставив эти мысли, поспешил в гостиную Рейвенкло.

***

Конец года наступил как-то слишком неожиданно. Настолько, что Чарли умудрился едва не пропустить банкет в честь окончания года. Экзамены он сдал ровно на те баллы, на которые сам же и рассчитывал, немногочисленные долги были сданы вовремя, равно как и книги вовремя были возвращены в библиотеку: разрешение разрешением, но рисковать и портить отношения с мадам Пинс Чарли не рискнул. Его друзья тоже справились неплохо. Правда, Терри в итоге решил бросить древние руны и поспешил заменить их прорицаниями, польстившись легкими баллами, но Чарли от этого не сильно расстроился — на древних рунах все равно не было ни малейшей возможности как-то пообщаться, так что уход Терри мало на что влиял. Война факультетов принесла свои плоды и в итоге Гриффиндор, одержав победу на чемпионате по квиддичу, кубка факультета так и не увидел — тот достался Рейвенкло, в честь чего Чарли даже позволил себе покричать вместе со всеми и даже подкинул вверх шляпу, когда это сделали несколько старшекурсников. Короткая поездка на поезде, быстрое прощание с друзьями — и вот уже Чарли оказался на вокзале Кингс-Кросс. — Чарли, сюда! Чарли довольно заулыбался, поспешил к родителям. — Господи, а похудел-то опять как! — запричитала миссис Уилсон. — Нет, определенно тебя следует хорошо откормить дома! Чарли кивнул, затем пошутил: — Ага, а еще меня надо как следует отоспать… Экзамены в этом году были — просто ужас! Родители похихикали. — Обязательно! А потом — сразу отдыхать! Мы нашли замечательный кругосветный круиз, побудем везде по чуть-чуть, от Франции до Мексики и Китая! — Ой, дался тебе этот круиз! — прервал восторженные щебетания супруги мистер Уилсон. — Ты сам-то как, Чарли? Рассказывай, что нового? Чарли удовлетворенно покивал и принялся рассказывать. Правда, долго поболтать с родителями сразу не получилось. Проходя по платформе, они невольно столкнулись с Дурслями. Мистер Дурсль, помахав им рукой, обернулся к Поттеру и продолжил распекать того за какую-то бумажку: — Учти, если эти ненормальные опять будут пытаться нам названивать или если мне надо будет опять подписать какую-то бумаженцию… — Нет-нет, — успокоил его Гарри. — Это письмо от лучшего друга моего отца. Чарли даже споткнулся. Лучший друг его отца? Это кто, интересно? Блэк успел оставить ему письмецо? Да нет, бред какой-то. Зачем ему оставлять письмо человеку, которого он хотел убить и за которым охотился целый год? А если не Блэк — тогда кто? Ну, не Люпин же?! Мистер Дурсль был поражен не меньше Чарли. — Чего? — удивленно спросил он. — Не было у твоего папаши никакого друга! Нет и никогда не было! — А вот и есть! — возразил Гарри. — И он не просто есть, но еще и является оборотнем. Ну, знаете — огромным и злобным волком-перевертышем, который одним укусом может превратить человека в себе подобного. — Ты что — угрожаешь мне, сопляк? — возмущенно спросил мистер Дурсль. — Да нет, что вы, дядя Вернон, — с подленькой улыбочкой ответил Поттер. — Просто отвечаю на ваш вопрос. Мы с ним наладили отличный контакт в течение года, так что он пообещал, что время от времени будет со мной связываться, спрашивать, все ли у меня хорошо, и как со мной обращаются… Дурсли побледнели, Чарли невольно присвистнул. Нет, все-таки, в Поттере что-то точно изменилось. Не за один раз, конечно, но за три года в Хогвартсе он определенно преобразился и обрел какое-то подобие стержня и уверенности. Да что там — он даже обрел какое-то извращенное подобие харизмы. Чарли на секунду даже пожалел, что они с Поттером так и не стали друзьями. Пропустить такое! Кошмар! Родители весьма читаемую угрозу Поттера своему дяде тоже мимо ушей не пропустили: — Однако… — присвистнул мистер Уилсон, когда они отошли достаточно далеко, чтобы Дурсли не могли их слышать. — А мальчишка-то вырос… — Безусловно, — миссис Уилсон повернулась к Чарли, потрепала его по волосам: — Ну а ты, Чарли? Надеюсь, у тебя не появилось из ниоткуда никаких друзей-оборотней? Чарли усмехнулся. — Нет, оборотней не появилось. Но есть кое-кто гораздо хуже… Ужасный темный маг, настоящий монстр, стирающий память старым набожным бабулькам и сражающийся на уроках с самыми жуткими тварями на земле. — И кто же? — удивилась миссис Уилсон. Чарли хмыкнул, невольно опустил взгляд на предплечье, где в специальной кобуре, скрытой под длинным рукавом летней кофты, была спрятана палочка, и объявил: — Я.