Часть 1

2018 год. Токио, Япония. 04:10 утра. Токио жил своим ходом, не собираясь утихать даже на минуту. Несколько гоночных машин ездят по шоссе, пугая и восхищая людей, за ними гонятся полицейские. Люди идут в клубы, чтобы отдохнуть от тяжёлого рабочего дня. Все куда-то спешат. Все. Кроме одного. На заброшенном недостроенном 20-этажном здании, на краю крыши сидел человек. Молодой парень лет 27, не больше. Он смотрел на оживлённый ночной Токио. На людей. На всех... Но глаза его были пусты. Они ничего не выражали. Этого парня зовут Сано Манджиро. Да, тот самый Манджиро Сано по прозвищу Майки. Известный тхэквондист Японии, что всегда занимал 1 места на рейтинговых турнирах и Чемпионате мира. Он очень популярен благодаря своей внешности и навыкам. Его уважают многие спортсмены, как и тхэквондисты, так и другие спортсмены. Но что же сам Манджиро Сано делает на заброшенном здании? Ветер колыхнул его волосы, что его лицо стало видно. Манджиро был одет в белую футболку, сверху была одета чёрная толстовка с каким-то принтом, снизу одеты чёрные спортивные штаны, на ногах одеты кроссовки. Его руки были засунуты в карманы толстовки. И, кажется, он что-то сжимал внутри. - Почему... - тихо сказал Манджиро больше про себя. Он достал одну руку из кармана, разжал её и посмотрел на скомканную бумажку, которую определённо трогали очень много раз. Это было видно по её растрёпанному и скомканному состоянию. Он читал её. Читал и не мог понять. Чем он это заслужил. Что сделали его семья и друзья... Он снова прочитал, что было написано, но уже вслух. Чтобы понять смысл? А может, понять то, что он не может? «Спасибо за чай. Токийская свастика.» Манджиро не мог понять смысл этой записки и как она может быть связана с телами убитых его семьи и друзей. Всего за неделю Манджиро лишился семьи, и друзей. Все были убиты опасной группировкой под названием «Токийская Свастика». Каждый раз, когда находили их тела, на тумбочке в прихожей была эта записка. И их тела... всегда были на кухне... В идеальной чистоте, которую нарушали трое тел: его двоих старших братьев и младшая сестра. И спустя два дня также были обнаружены ещё два тела в квартире самого Манджиро. Он отошёл буквально на 10 минут, а пришёл и увидел два тела. Одно сидело на стуле за столом, другое лежало на полу возле гарнитура кухни. Единственный, кто остался у Манджиро, это его дед — Мансаку Сано. Но и тот уже не молод. Прямо сейчас лежит в больнице после инфаркта, борясь за свою жизнь. Но что же делает сам Майки? Он хочет уйти из этого мира? Но его останавливают мысли о дедушке. Он встаёт на ноги, стоит почти возле края крыши. Ветер дует в лицо, обдавая прохладой. Он вновь посмотрел на город. Людей. И просто стоял, обдумывая всё. - «Покончить со всем прямо сейчас? Или жить дальше с дедушкой? А что, если и дедушка... меня покинет...» - обдумывал в своей голове Манджиро. И тут он услышал тихие, но довольно громкие шаги. «Кто это?» - подумал про себя Манджиро. Дверь на крышу открылась, и кто-то вошёл. Он подошёл чуть ближе к Манджиро и остановился в метре от него самого. Они молчали около трёх минут, пока незнакомец не заговорил с ним. - Не думаю, что это правильный выбор. - сказал незнакомый, но тихий мягкий голос. «Девушка?» - подумал Манджиро. Он промолчал, но спустя минуту решил ответить. Сам не зная почему. - Извини, но не тебе решать, что правильно делать, а что нет. У меня... почти никого не осталось... - Настала тишина. Её прерывал только гул ночного гуляющего Токио и ветер. Они промолчали так минут пять, может и больше, пока девушка не решилась ответить. - Да, вы правы. Но я просто... решила сказать, чтобы и мне самой стало легче. Ведь... я здесь почти по той же причине, что и вы. - Манджиро повернулся, услышав её слова. Перед ним стояла 27-28-летняя девушка с розоватыми и слегка каштановыми волосами, доходящие ей до локтя. Возле губ была родинка. Одета в лёгкое летнее платье, поверх которого одета кофта, на ногах были одеты босоножки. На шее красовался кулон в виде четырёхлистного клевера. Но больше всего его привлекли её глаза. Такие же в цвет волос, розовато-каштановые, но такие... безжизненные... Такие... пустые. Она смотрела на Манджиро, прямо ему в глаза. Ему стало неудобно, и он отвернулся назад. Девушка подошла к нему ближе, почти также к краю крыши, но она всё также находилась сзади него, но так, что она могла видеть его лицо. - Как вас зовут? - спросила девушка, следуя за взглядом Манджиро. Манджиро опешил от этого вопроса, но решил ответить. - Сано Манджиро... или просто... Майки... И можно на «ты». - Девушка посмотрела на него и улыбнулась с закрытыми глазами. Открыв глаза, она решила тоже представиться, ведь она не ожидала, что он и правда скажет ей своё имя. - А я Хината Тачибана. Рада знакомству, Майки. -  Манджиро повернул голову в её сторону, и они встретились глазами. И как будто что-то промелькнуло в голове Манджиро. Но что, он не мог понять. Хината отвернулась смотреть на Токио, Манджиро последовал её примеру. Они снова замолчали, но уже надолго. Как будто прошла вечность, но на деле всего 10 минут. - Ты сказал, что у тебя почти никого не осталось... Прости. Лезу не в своё дело. Манджиро ничего не ответил. Он понимал. Она не хотела его обидеть, но и что-то внутри него не давало злиться на неё. - Знаешь... У меня тоже схожая ситуация с твоей. У меня тоже почти никого не осталось. - Манджиро повернул голову в её сторону. Она стояла рядом с ним, на краю крыши. Она смотрела в даль и о чём-то думала. При этом грустно улыбаясь. - Может прогуляемся вместе? - резко и неожиданно предложила Хината. Манджиро вылупил глаза от шока и смотрел на неё с большими недоуменными глазами, в которых точно читалось: «Ты с ума сошла?». Но снова что-то непонятное внутри говорило ему согласится. Он кивнул головой в знак согласия. Хината, обрадовавшаяся положительному знаку, повернулась к выходу, схватив за толстовку Манджиро, и повела его вниз. Спустя 30 минут. Они оказались в каком-то парке. Они шли вдоль по тропинке. Манджиро чувствовал, что это место ему знакомо, но он помнил, что никогда здесь не был. Тогда почему оно выглядит таким... знакомым и родным... Пока Манджиро размышлял, они дошли до храма Мусаши. Хината остановилась напротив него. - Зачем мы пришли к этому храму? Хината, не поворачиваясь - Хотелось вспомнить хорошее. С этим местом связано много хороших воспоминаний. Я хотела его тебе показать. Она повернулась к нему. На её лице была улыбка, искренняя. И её глаза светились счастьем. Как будто недавно в них не было печали. - Знаешь... Может это прозвучит странно, но раньше здесь я собиралась с друзьями. Мы были бандой. Защищали слабых, помогали многим, разбирались в разборках, участвовали в драках... Были такие хорошие времена. - Ты состояла в банде? Тогда и правда было модно такое. - задумчиво сказал, Манджиро. -  У меня старшие братья тоже были в банде и оба были лидерами. - Да! Как интересно. Наверное, они были сильными, раз были лидерами. - Да... были... Повисла неловкая пауза. Хината поняла, что надавила туда, куда не надо. Видимо, его старшие братья.. умерли... - Хехе. А я вот, представляешь, была одной из сильнейших в банде! Я была на 3 месте по силе! - гордо сказала Хината, поставив руки по бокам. Манджиро поднял на неё взгляд и осмотрел. - «Она и третьей?!» - Не верилось Манджиро. Что такая хрупкая и красивая девушка была в банде, да ещё и 3 по силе там. - А как называлась ваша банда? - спросил не взначай он. Просто. Из любопытства. Хината повернулась к храму, посмотрела на него и после развернулась и с улыбкой сказала: - Тосва! Мир Манджиро замер на мгновенье. Тосва! В отделе полиции, когда Шиничиро, Эмму и Изану убили, полицейский тогда сказал: «Токийская Свастика — опасная криминальная группировка. Ни мы, ни кто либо не может выйти на их след. - Да. Но почему в деле приписано «Тосва»? - Ах, это ещё одно их название. Чуть покопавшись, я нашла, что раньше они назывались Тосва, а позже переименовались в Токийская Свастика...» - Манджиро не вникал тогда в суть разговора, не до этого ему было. Но он это запомнил. И вот сейчас он слышит это название от девушки, с которой он знаком от силы час! Гнев взял вверх. Возможно, она не была причастна к этому, но он ничего не мог поделать. Весь его гнев, который он копил, вырвался наружу - Тосва!!! То есть Токийская свастика!? Это они! Они убили моих близких!!! И ты говоришь, что одна из них! ТЫ! Тачибана Хината! - Вдруг в его голове что-то щёлкнуло, и всплыло воспоминание, давнее: ***Новости 3 года назад.*** «Здравствуйте, с вами Нанабаси Оракита, сегодня мы на месте событий. Сообщается, что из группировки «Токийская Свастика» уходит член банды, правая рука главы — Тачибана Хината. Нам сообщили, что она сейчас находится в этом районе. И, как вы видите, не только мы одни пришли запечатлеть этот момент. Одной из самой крупной криминальной группировки в стране, которой уже 13 лет, о которой так много говорят и так мало известно. Уходит один из главных членов банды... Ох, вот она! Вот! Снимай!» — из здания вышла девушка, одетая в чёрное облегающее платье, поверх надето пальто, на ногах сапоги, на лице были одеты чёрные солнцезащитные очки и красный беретик на голове. Волосы розовато-каштановые были собраны в хвост и положены на левое плечо. Это была Тачибана Хината. Она быстро прошла к затонированной машине, чтобы СМИ не успели чётко запечатлеть её. Но одному оператору всё-таки удалось это сделать. И это фото разлетелось по всему интернету. Было очень мало известно о Токийской Свастике, но остальные банды их боялись и не вступали с ними в конфликт. Обычные люди ничего о них не знали. Но те, кто был в мире криминала, знали чутка больше. Токийская Свастика намного опасней, чем думают другие. Раньше случайно всплыло имя Хинаты Тачибаны из-за одного неумёхи из другой маленькой банды. С ним разобрались, но вот информацию, которая уже всплыла, остановить уже было нельзя. И всем стало известно, что Хината Тачибана — правая рука главы Токийской свастики. «Тогда эти новости смотрели Изана с Эммой и Кенчиком. А я не особо был сосредоточен на этом, так как готовился к матчу по тхэквондо». Манджиро закончил вспоминать и снова посмотрел на эту девушку. Тот же цвет волос, те же глаза, что и на фотографии, та же родинка возле губ, тот же... кулон... - Майки... Я понимаю, как это может звучать от меня, но я не при делах в банде уже как года три. Я ушла оттуда сама. По своему желанию. Я не контактирую ни с кем из банды. И не знаю, что творится там и что они замышляют. Все мои друзья либо мертвы, либо остались там. Но уже не те, что были раньше... - ...Этот кулон... Нет, забудь. Даже если ты всё это сказала, я не знаю... Кулаки Майки сжались так, что побелели костяшки. Вся боль, всё отчаяние, вся ярость, копившиеся в нём все эти дни, внезапно нашли выход. Перед ним стояло не абстрактное зло, не безликая «Токийская свастика», а живой человек, имевший к ней непосредственное отношение. Его дыхание стало тяжёлым и прерывистым. «Она... Она была одной из них. Правой рукой главы». Он шагнул к ней, и его тень накрыла её хрупкую фигуру. В его пустых глазах вспыхнул адский огонь. - Ты... - его голос был низким и хриплым от сдерживаемых эмоций. - Ты говоришь о «хороших временах»? О драках? О защите слабых? Он криво усмехнулся. - Вы не защищали слабых. Вы их уничтожали. Мою семью... моих друзей... Они были для вас слабыми? Они никому не мешали! Их убили, как животных! А на тумбочке оставили эту... эту насмешку! Он с силой швырнул в неё скомканную записку. Бумажный шарик попал ей в грудь и упал к ногам. - «Спасибо за чай!» — проревел он. - Что это значит, а? Ты же была там, ты должна знать! Ты должна знать, за что их убили! Скажи мне! Почему они?! Хината не отступила. Она не испугалась его ярости. Её собственные глаза, ещё минуту назад светившиеся теплом, снова стали пустыми и бездонными. Она медленно наклонилась, подняла записку и бережно разгладила её пальцами. - Я не знаю, - тихо сказала она. - Как я уже сказала, я ушла от них три года назад. И ушла именно потому, что «Тосва» перестала быть той бандой, которую я знала. Она становилась чем-то... чудовищным. Беспощадным. Я не оправдываюсь. Я не могу вернуть твоих близких. Но я тебе не враг, Майки. - Все враги из «Токийской свастики»! - выкрикнул он. - И ты - одна из них! Ты дышала с ними одним воздухом, ты выполняла их приказы! Как я могу тебе верить? Как я вообще могу смотреть на тебя?! Он отвернулся, сжимая виски. Мир плыл у него перед глазами. Гнев смешивался с невыносимой болью, и он чувствовал, что сейчас сойдёт с ума. Хината наблюдала за ним. Она видела не просто гнев, а абсолютную, всепоглощающую растерянность. Такую же, как в её сердце. Вдруг раздался телефонный звонок. Телефон звонил у Хинаты. Она достала его из кармана куртки и ответила: «Я возле Храма Мусаши с кое с кем... Приезжай. Жду». - она сбросила звонок и положила телефон обратно в карман. Она снова посмотрела на злого Манджиро. Она вспомнила что-то своё, что знает только она. И сказала следующее: «Сейчас приедет кое-кто и заберёт нас. ТЫ едешь со мной. Поговорим в более удобной обстановке». - Манджиро повернулся к ней, и его гнев снова закипел. Она говорит ему, что делать! Не бывать этому! Манджиро резко обернулся, его глаза, полные от горя всего несколько минут назад, теперь пылали холодным огнём. Фраза Хинаты «Ты едешь со мной» прозвучало как приказ, последняя капля, переполнившая чашу его терпения. - Со мной? - его голос был низким и опасным, почти шёпотом, но он резал воздух острее крика. - Ты сейчас отдаёшь мне приказы? Я для тебя что, очередной новобранец в твоей банде, которого можно вести на поводке? Он сделал шаг вперёд, сокращая дистанцию. Его спортивное тело, привыкшее к дисциплине тхэквондо, сейчас было напряжено для совсем другой цели - для уличной драки, где нет правил. - Ты вообще слышишь себя? - продолжал он, его слова сыпались как удары. - Ты, бывшая правая рука тех, кто убил мою семью, заявляешь, что сейчас сюда приедет твой «кое-кто», и я просто должен покорно сесть в машину и поехать «поговорить»? Ты думаешь, я совсем сумасшедший? Или просто настолько сломлен? Он снова сжал кулаки, и его взгляд упал на кулон у неё на шее. Этот четырёхлистный клевер вдруг показался ему не символом удачи, а клеймом, печатью того мира, который отнял у него всё. - Нет, - твёрдо и окончательно заявил Майки. - Я никуда с тобой не поеду. У меня нет к тебе вопросов. Есть только одна вещь, которую я хочу от «Токийской Свастики». И она не добывается разговорами. В его глазах читалась неподдельная, первобытная ярость, смешанная с горьким разочарованием. Эта случайная встреча, этот проблеск понимания в её глазах - всё это оказалось иллюзией. Он снова стоял на краю, но теперь не крыши, а пропасти своего отчаяния, и на другом её краю стоял живой символ его горя. - Убирайся, - прошипел он. - Пока я ещё могу себя сдержать. И передай своему «кое-кому», что Сано Манджиро их найдёт сам. И наш разговор будет совсем другим. Он повернулся, чтобы уйти, его спина была прямая и непримиримая. Но в этот момент на пустынной улице послышался мягкий звук подъезжающего автомобиля, и его фары выхватили из темноты их двоих. Решение Майки было принято, но судьба, казалось, имела на этот счёт своё мнение. Теперь всё зависело от того, кто выйдет из этой машины. Из машины вышел молодой человек лет 25. Чёрные волосы, серо-голубые глаза, строгий костюм. Выглядел солидно. Он начал подходить к ним, как Манджиро хотел что-то сказать, но его перебила Хината: «Наото, ты наконец-то приехал!» - Манджиро замер на месте, его уход был резко прерван. Его взгляд, полный ярости и недоверия, медленно перешёл с Хинаты на приближающегося незнакомца. Этот человек не походил на обычного бандита, но в его ауре чувствовалась скрытая опасность, власть. Услышав, как Хината называет его по имени с явным облегчением, Майки почувствовал, как его изоляция и уязвимость многократно возросли. Теперь он был один против двух, и один из них - явно не простой человек. Его кулаки сжались ещё сильнее. Он непроизвольно принял низкую стойку, готовую в любой момент перейти в атаку или защиту - годы тренировок по тхэквондо давали о себе знать на уровне инстинктов. - Кто это? - его голос прозвучал резко и требовательно, обращаясь к Хинате, но его глаза не отрывались от Наото. - Ещё один член вашего «клуба»? Тот, кто оставляет записки? В его вопросе сквозила горькая, язвительная насмешка, но за ней читался и леденящий душу страх - страх, что прямо сейчас он может оказаться лицом к лицу с одним из убийц своей семьи. Наото, тем временем, спокойно подошёл, его взгляд скользнул по разгневанному Майки к Хинате, и он едва заметно кивнул, словно подтверждая, что ситуация под контролем. Это спокойствие, эта уверенность лишь сильнее взбесили Манджиро. Они вели себя так, будто он был всего лишь непослушным ребёнком, которого нужно успокоить. Хината тихо подошла сзади к Манджиро, пока тот смотрел на Наото. Она одним движением опрокинула его на асфальт и села сверху, закрутив слегка руки и зафиксировав ноги. - ЭЙ! ТЫ ЧТО ТВОРИШЬ! - Майки кричал на Хинату и пытался вырваться, но никак не получалось. - «Чёрт! Чёрт! Чёрт!» - пока Манджиро вошкался, пытаясь выбраться из-под Хинаты, к ним рядом встал Наото: «Это» и есть тот самый «кое-кто»? - «Да! Мы должны закинуть его в машину и увезти ко мне домой!» - Наото посмотрел на неё скептически и подумал, что не впервой, и сел на корточки и посмотрел на Манджиро. Он смотрел на него минуту, пока сам Манджиро пытался вырваться. Он встал и подошёл к машине, открыл заднюю дверь и сказал: «Давай его сюда, быстрее». - Хината показала палец вверх. Пока Манджиро ничего не осознавал, а осознал, когда его уже взяли в охапку, он начал брыкаться и почти выбрался, но его уже усадили на заднее сиденье роскошной машины и заблокировали двери, похоронив последнюю надежду на побег. - Выпустите меня! Чёрт! Вы что, тронулись? - его крик был полон ярости и паники. Он ударил кулаком по тонированному стеклу, но оно даже не дрогнуло. Всё его тело дрожало от адреналина и беспомощности. Он, спортсмен, чьи рефлексы и сила восхищали тысячи, был похищен как какой-то щенок. Передние двери открылись. Хината быстро устроилась на пассажирском сиденье, а Наото плавно занял место водителя. Холодный, спокойный взгляд Наото встретился с горящим взглядом Манджиро в зеркале заднего вида. - Успокойся, Сано-сан, - голос Наото был ровным и безэмоциональным, как у хирурга перед операцией. - Никто не причинит тебе вреда. - Вреда? - Манджиро горько рассмеялся, и в его смехе слышались слезы отчаяния. - Вы уже причинили мне весь мыслимый вред! Вы... Вы... Он замолчал, пытаясь перевести дух. - Что вам от меня нужно? Деньги? Славы? Или вы просто хотите добить последнего выжившего? Машина тронулась с места и плавно поехала по ночным улицам Токио. Манджиро смотрел в окно на мелькающие огни, которые всего час назад казались ему символом одиночества, а теперь стали свидетельством его плена. ***Спустя 10 минут Манджиро увидел, что они приехали не на базу Токийской Свастики, не в тёмное подозрительное место, не куда-то, где его могут убить. Они приехали в Гинза. Манджиро сглотнул. Даже он со своей популярностью не мог жить здесь. Ему хватало жилья в Сибуя. Но Гинза - это другой случай. Манджиро вертел головой от одного окна к другому. Ему казалось, что это шутка или что-то в этом роде. Спустя ещё 6 минут они подъехали к огромному многоэтажному дому. Манджиро взглянул на него, забыв, что его по сути силком заставили сюда приехать. - Майки, выходи. И не убегай. Манджиро, всё ещё окутанный гневом, но ещё и ошеломлением, послушно вышел из машины. Рядом с ним встал Наото, он показал рукой, куда идти. Они зашли в огромный многоквартирный дом. Хината и Наото поклонились охраннику и пошли к лифту. Наото нажал 20 этаж, и двери лифта закрылись, и он двинулся вверх. Все трое молчали, думая о своём. Хината была погружена в свои мысли, о чём-то размышляя. Наото стоял прямо с закрытыми глазами, а Манджиро стоял посередине между ними и думал, что ему делать. Удивив такие богатства, он замешкался и не смог сбежать от них. И сейчас он едет с ними на лифте. Лифт остановился на 20 этаже, первой вышла Хината, потом Наото показал Манджиро, чтобы тот выходил, и после вышел сам Наото. Они прошли чуть дальше от двух других квартир, посередине была третья квартира, туда и направлялась Хината. Она открыла дверь электронным замком и пропустила их внутрь. Все трое сняли обувь. Хината прошла на кухню и что-то начала делать. Наото на полпути остановился и повернулся к Манджиро. - Проходи и садись сюда. Не беспокойся. Никто тебя убивать не собирается. - После сказанного он развернулся и ушёл в другую комнату. Манджиро послушал его совет, его гнев слегка утих, но не окончательно. Он осматривал квартиру. Большая, роскошная, но слишком пустая. - «Не похоже на место, где проживает бывшая бандитка, а похоже на место, где живёт обычный человек». Манджиро сел на большой диван, он повернулся к большому окну, где был вид на район Гинза. Он смотрел туда, пока не подошёл Наото и не сел напротив него в кресло. Следом подошла и Хината с тремя кружками кофе и печеньями. Она села рядом с Наото на пуфик возле кресла. Она посмотрела на Манджиро и серьёзно сказала: - Майки, я понимаю. Ты мне не доверяешь, так как я бывший член банды, но поверь мне. Я ничего не знаю об этом... Я... правда... не знаю... - Из её глаз полились слёзы. Она больше не могла терпеть. Она терпела, чтобы не заплакать, как раньше. Терпела. Но больше не могла. Она не может больше это терпеть. Наото положил ей руку на спину и успокаивающе поглаживал её. Манджиро не очень понимал ситуацию. «Почему она плачет?» — думал он. Он не понимал, почему она вдруг... Его поток мыслей прервал Наото: - Сано-сан, я бы хотел представиться как подобает. Меня зовут Наото Тачибана. Я - детектив управления полиции Токио и являюсь младшим братом Хинаты Тачибаны. Мир на минуту остановился для Майки. Что он только что услышал? Наото Тачибана? Детектив управления полиции Токио? Младший брат? Кого? Хинаты!! Они брат и сестра!! Тогда... как два родных человека... оказались в двух разных мирах... - Шмыг, может, это и кажется для тебя странным, Майки. Ты, наверное, думаешь, как мы оказались по двух сторону миров. Шмыг. Ответ прост. Наото также работает и на Токийскую Свастику. Именно поэтому ни полиция, ни детективы ничего не могут обнаружить о них. Майки промолчал, и это молчание было оглушительным. Он откинулся на спинку дивана, и его взгляд, ещё недавно полный ненависти, теперь выражал лишь глубокую, всепоглощающую усталость и растерянность. Он ждал. Ждал хоть какого-то ключа, который помог бы ему собрать эти обломки в единую картину. Хината к этому моменту успокоилась и выпила чуть кофе. Она посмотрела в окно и снова о чём-то задумалась. Она повернулась к Манджиро и собиралась что-то сказать, как вдруг прозвенел звонок в дверь. Все обернулись к прихожей. - Ты кого-то ждала, Хината? - Насторожено спросил Наото. Она помотала головой в отрицании. Она встала с пуфика и тихо пошла к прихожей, закрыв двери в гостиной. Её предчувствие подсказывало ей, это кто-то от «них». Наото показал и тихо сказал Манджиро молчать. Манджиро послушно сделал так, как ему сказали. Хината подошла к входной двери и посмотрела в глазок. Сразу через 3 секунды она отпрянула от него, будто увидела призрака. За входной дверью стоял молодой человек, волосы собранными в низкий хвост, в руках он держал катану. - «Открывай. Я знаю, ты дома». Она открыла дверь. Незнакомец вошёл внутрь, с почти ритуальной аккуратностью поставил катану возле вешалки для одежды. Его взгляд скользнул по прихожей и сразу же зацепился за одну чужую пару обуви. - У тебя гости? – его голос был ровным, без эмоций. - Нет. - Тогда чья это пара обуви? - он показал глазами на третью пару, что стояла рядом с Хинатой. Хината посмотрела на них, повернула голову к незнакомцу. - Новые кроссовки Наото. Вот ходил по коридору, пронашивал. - Хмм. Что ж, ясно. Я здесь по поручению Босса. Хината напряглась. Зачем «он» её ищет? - Зачем? - Кто-то из мелких крыс видел тебя гуляющей с каким-то черноволосым парнем. Вот и послал меня к тебе, чтобы разузнать. Хината внутренне содрогнулась. Кто-то из мелких банд видел её с Майки. И доложил это «ему». «Чёрт», - пронеслось у неё в голове, но она не подала виду. - Хм, да, один какой-то пристал ко мне, но я уже со всем разобралась. Так что всё в порядке. Дверь гостиной открылась. Оба повернули головы в сторону звука. Оттуда вышел Наото. - Здравствуйте, - его голос был холоден и вежлив, идеальная маска спокойствия. - Не ожидали вас увидеть. Молодой человек с розовыми волосами медленно повернулся к нему. Его глаза, пронзительные и оценивающие, скользнули по фигуре Наото в его безупречном костюме, а затем вернулись к Хинате. - Наото-кун, - протянул он, и в его голосе послышалась лёгкая насмешка. - Как мило. Семейный вечерок? А я-то думал, наша Хината-тян живёт отшельницей. - У нас были дела, - парировал Наото, останавливаясь так, чтобы частично перекрыть проход в гостиную. - Босс что-то беспокоится? Я же сказал, что прослежу за сестрой. - Босс беспокоится всегда, - незваный гость лениво прошёлся по прихожей, его взгляд снова упал на мужские кроссовки. - И его беспокойство усиливается, когда его бывшая правая рука, которая клялась никогда не возвращаться в наш мир, вдруг была замечена в компании какого-то парня. И не где-нибудь, а возле того самого храма. Напоминает старые, не очень приятные воспоминания, не находишь? Хината стояла неподвижно, но Майки, притаившийся за дверью и слушавший каждый звук, почувствовал, как по спине у него пробежал холодок. Этот человек излучал опасность, как радиацию. - Это был назойливый поклонник, - голос Хинаты прозвучал твёрдо, хотя её пальцы незаметно сжались в кулаки. - Я с ним разобралась. Он больше не появится. - Разубедительно, - гость остановился прямо перед Наото, их взгляды скрестились. - Знаешь, Наото-кун, у меня есть предложение. Почему бы мне самому не заглянуть в гостиную и не убедиться, что там никого нет? Для чистоты протокола. Чтобы я мог лично заверить босса, что его Хината-тян в безопасности и ни с кем... подозрительным не общается. В воздухе повисла пауза, наэлектризованная до предела. Наото не моргнул и глазом. - Я считаю, это лишнее. Вы же верите мне, как своему человеку в управлении полиции? - Я никому не верю, - мягко произнёс розоволосый, и его рука потянулась к рукояти катаны, прислонённой к стене. - Это правило позволило мне дожить до сегодняшнего дня. Сердце Майки заколотилось где-то в горле. Он понял - ещё секунда, и этот псих войдёт в гостиную. И тогда... тогда его ждёт неминуемая смерть. И тут раздался голос Хинаты, но он звучал совсем иначе - низко, властно, с той самой сталью, что когда-то заставляла трепетать целые банды. - Эй. Он обернулся к ней, брови удивлённо поползли вверх. - Ты забыл, с кем разговариваешь? - её слова висели в воздухе, острые как лезвие. - Ты здесь по приказу босса - я это уважаю. Но не переходи черту. Мой дом - моя крепость. И я никому не позволю здесь рыскать, как псу по помойке. Если боссу нужны гарантии - пусть звонит мне лично. А сейчас... ты выполнил свою миссию. Передай ему, что всё чисто. И что в следующий раз, если у него будут ко мне вопросы, я жду его звонка, а не визитов его громил. Она сделала шаг вперёд, и её розовато-каштановые глаза, ещё минуту назад полные слёз, теперь горели таким ледяным огнём, что незнакомец невольно отступил на пол шага. В них была не просто злость - в них была власть. Власть той самой Хинаты Тачибаны, правой руки главы «Токийской Свастики». Он замер на мгновение, оценивая её. Затем его губы растянулись в медленной, не лишённой уважения улыбке. - Как скажешь, Хината. Прости, если перегнул палку. Старые привычки... - он кивнул Наото. - Наото-кун. Передам боссу, что всё спокойно. Он взял свою катану, и его взгляд на последнюю секунду задержался на трещине на стене рядом с дверью в гостиную - трещине, которой там не было пять минут назад. Возможно, это была просто игра света. А возможно - нет. Не подав вида, он развернулся и вышел. Хлопок двери прозвучал как выстрел. В прихожей воцарилась гробовая тишина. Хината прислонилась к стене, дрожа как осиновый лист. Адреналин отступал, сменяясь слабостью. Наото первым пришёл в себя, резко шагнул к двери и щёлкнул замком. Майки медленно вышел из укрытия. Он смотрел на Хинату, и в его голове не осталось ничего - ни гнева, ни ненависти, только оглушительное, всепоглощающее понимание. Она только что рискнула всем - своей жизнью, жизнью своего брата - чтобы спасти его. - Кто это был? - тихо спросил он, больше сам у себя, чем у кого-то в этой комнате. Наото посмотрел на него, развернулся к гостиной и, бросая на ходу, бросил: - Один из верных псов главы Токийской Свастики. Не пересекайся с ним и не переходи дорогу. Даже если вы больше никогда не встретитесь, запомни мои слова. Никогда. Не переходи. Ему. Дорогу. Умрёшь. Сказав это, он пошёл обратно в гостиную допивать кофе. Его примеру последовала Хината. Майки присел на диван спустя две минуты и сделал один глоток. - Майки, почему ты решил прийти на ту крышу и... сделать это?.. - спокойно спросила Хината, смотря в кружку, но только не на самого Манджиро. Вопрос Хинаты повис в воздухе, такой же прямой и безжалостный, как и холодный ветер на той крыше. Майки отпил глоток кофе, но горечь во рту была не от напитка. Он смотрел в свою кружку, словно в тёмной жидкости мог найти ответ. - Почему? - его голос прозвучал глухо, без прежней ярости, лишь с бесконечной усталостью. - Потому что я остался один. Совсем один. - Он поднял взгляд сначала на Наото, который молча наблюдал, а затем на Хинату. - Мои братья... Шиничиро и Изана... Они были для меня всем. После того как родители погибли, Шиничиро, самый старший из нас, он стал для меня и отцом, и матерью. Он вырастил меня и брата и сестру. Поставил на ноги. Один. Шиничиро... Он был тем, кто привёл меня в зал тхэквондо. Говорил, что мне нужно направлять свою энергию в нужное русло. А Изана... - Майки горько усмехнулся. - Изана вечно ворчал, что я слишком горячий, но всегда был рядом, чтобы подставить плечо. Мы оба постоянно дрались и ругались... Эмма... Наша младшая сестрёнка... Она всех нас собирала вместе. Без неё мы, упрямые ослы, вечно бы ругались. Дедушка... он всегда заботился о нас даже когда мы доставляли ему большие проблемы. Никогда не ругал нас.. А также мои лучшие друзья... Кенчик... Баджи... И ещё один... Они были также моей семьёй... Он замолчал, сжимая кружку так, что пальцы побелели. - А потом пришли «они» и... - он остановился. Это была больная тема для него. - А потом... мой дед. Мансаку. Последний, кто у меня есть. Попал в больницу. С инфарктом. Врачи говорят, шансы пятьдесят на пятьдесят. И я сидел на той крыше и думал... а зачем? Зачем бороться, если всё, что ты любил, обращается в прах? Если тебя в любом случае настигнут? Может, проще просто... шагнуть вперёд. - ...Прости. - Хината смотрела вниз. К сожалению, это всё, что она могла сказать. Она понимала, что эти слова ничего не решат, но она понимала его... Хорошо понимала. - Я пойду. Время уже... И мне надо ещё в больницу к дедушке. - Манджиро встал с дивана и пошёл в прихожую, он надел кроссовки и напоследок сказал: - Надеюсь, мы больше не встретимся. Даже если я хочу отомстить, то я сделаю это сам. Даже если я не справлюсь. Манджиро вышел из квартиры и отправился домой. По пути домой он всё думал о том, что сегодня случилось. Брёл по утреннему району Гинза, совсем не обращая ни на что. Он остановился возле маленького круглосуточного магазина, достал телефон и вызвал такси. Он прождал минут 20, когда такси наконец подъехало. Он сел в машину, назвал адрес и поехал к себе домой. Приехав к себе домой спустя 8 минут, он отдал деньги таксисту. И поднялся к себе в квартиру. ***Он посмотрел на часы, время было 05:24. - «Ещё рано» - Манджиро решил поспать перед отъездом в больницу. Он улёгся в кровать и сразу же заснул. Ему снился сон. Странный сон. Что-то мутное и неразборчивое... Вдруг ему приснилось кое-что странное. Не сон, а кошмар. Манджиро слегка побледнел. У него пошёл пот. Ему снилось что-то, что он не мог понять. Вдруг он проснулся от ужаса. Он весь был в поту, глаза выпучены, сам весь бледный как смерть. Вдруг что-то зазвонило. Это был его телефон. Пришло уведомление об оплате больничных счетов. Он отошёл от ужаса, он даже уже не помнил этот кошмар. Он решил, что он не важен, раз забыл его. Время было уже 10:02, пора было собираться в больницу, там и сразу оплатит счета. Он собрался за 10 минут. Вышел на улицу и посмотрел на небо. Голубое, красивое... Он пошёл на парковку, сел на свой байк, подаренный когда-то Шиничиро, и помчал в больницу. Манджиро приехал в Главную больницу JR Tokyo. Он прошёл внутрь к ресепшену. Назвал своё имя и фамилию, подождал минуты три, ему разрешили пройти в палату больному. Он прошёл в палату, увидел на больничной койке своего лежащего дедушку. Мансаку Сано чуть приоткрыл глаза, повернул голову ко входу. Увидев Манджиро, он улыбнулся: - Майки, ты пришёл. Чего стоишь, проходи и садись сюда. - Мансаку указал на стул возле койки, сам при этом слегка поднимаясь. Манджиро быстро подошёл к Мансаку, осторожно помогая ему присесть. Он также сел на стул. - Ну, Майки, как твои дела? Как твои тренировки? Как додзё? - спросил Мансаку. - Всё хорошо. Я готовлюсь, результаты улучшились с прошлых разов. Додзё хорошо, я слежу за ним. - Майки... Что-то случилось? Ты какой-то не свой... Ты снова думаешь об «этом»? - ... - Манджиро не ответил, лишь уставился на пол. Мансаку этого хватило, чтобы понять, о чём думал его непутёвый внук. Опять вспоминает их смерть. Если говорить откровенно, Мансаку и самому тяжело было не вспоминать об этом. Но воспоминания сильно мучили его. У него остался только Манджиро, так что он должен прожить ещё ради внука. Но смотря на такого Майки, его сердце сжималось. - Знаешь, дедушка... Вчера была такая странная ночь. - Да? И что же такого случилось? - с улыбкой сказал Мансаку. - Вчера я встретил одну девушку. - Девушку! Ха-ха-ха-ха!! Кто же это? Как её зовут? - Хината Тачибана. Мансаку перестал смеяться и посмотрел на Майки. Хината Тачибана. Он слышал это имя по телевизору, а также из уст его троих внуков. Мансаку посмотрел на своего внука: - Та самая Хината Тачибана из Токийской Свастики. Манджиро слегка удивился: - «Ну да, как он может не знать, если это новость была очень популярна.» - Да, та самая. - Пришло время процедур, Мансаку-сан! - в палату вошла мед. сестра, сопроводить его на физиотерапию. - Конечно. - Мансаку посмотрел на своего внука. Он хотел многое сказать, но решил сказать лишь это: - Будь осторожен с ней, Майки. Даже если говорят, что она ушла, это не значит, что она не опасна. У меня есть только ты, и я не хочу, чтобы ты пострадал. - Манджиро смотрел на дедушку с икреними глазами. Он понимал, о чём он. - Да, дедушка. Поправляйся скорее. Манджиро вышел из больницы, сел на байк и поехал домой. Собравшись выехать на дорогу, Манджиро заметил, что с байком что-то случилось. Остановившись, он осмотрел его, и нашёл поломку. Спущены оба колеса, и сломаны тормоза. Это чудо, что он смог остановиться сейчас. Если бы он разогнался сильней и нажал на тормоз, то... ждал бы плачевный конец. Приняв решение, что сейчас он не сможет докатить его до дома, он принял решение вызвать эвакуатор из центра компании «Автобайк». Оплатив всё и получив номер и дату, когда он сможет забрать байк, он двинулся в сторону станции метро. Стоя уже на платформе возле рельс, он вспомнил вчерашний разговор с Хинатой и Наото. Манджиро так был погружён в свои мысли, что не замечал ничего вокруг. Как вдруг Манджиро почувствовал невесомость. Он увидел рельсы перед собой, потом приближающийся на него поезд, неожиданный громкий голос Хинаты, её рука, протянутая ему. Последнее, что он помнил, это то, как он схватил её руку, и его прошибло током, и дальше тьма. ***Он не открывал глаза, но он что-то нащупал рукой. Что-то мягкое, тёплое. Он аккуратно открыл глаза, и первое, что он увидел, это потолок. Он повернул голову вправо, увидел окно, потом повернул влево, увидел стену и кучу постеров с тхэквондо. Он ничего не понимал, но как будто на инстинктах пошёл в ванную, к зеркалу. Когда он проходил до ванной, он заметил, что дом, до более очень знакомый. Родной. Манджиро зашёл в ванную комнату, посмотрел в зеркало: - АААААААААА!!!!! - Манджиро закричал от шока и неверия в происходящее. Перед ним, в зеркале, стоит не 27-летний Сано Манджиро, а 14-летний Сано Манджиро из 2005 года! Манджиро не поверил. Он сунулся прочь из ванной, врезаясь в дверь левой рукой и напрочь не замечая этого и ничего перед собой. Он забежал обратно в комнату, в которой был до этого, и внимательно осмотрелся. Осмотрев всё, он понял, что это его старая комната в Доме Сано.