Часть 1

Есть! Лина с самого раннего детства ждала этого момента. Каждый раз, приезжая в деревню к бабушке, она подолгу не могла заснуть и, лёжа в кровати в родной комнате и смотря в потолок, слушала этот шёпот. Он ее никогда не пугал. Лина не была слишком храброй, но этот звук не вызывал у неё страха, лишь интерес. Она чувствовала невероятное, почти физическое притяжение к небольшой деревянной дверце, ощущая желание открыть её, а вместе с ней — секреты, захороненные на чердаке. Она и сама не понимала природы этого странного чувства, но ничего не могла с собой поделать. Голоса были неразборчивыми, слов нельзя было расслышать, но они будто бы звали маленькую девочку каждое лето. С каждым годом всё громче и чётче, но все равно недостаточно, чтобы понять, что это за шёпот и о чем он говорит. Загадка становилась сложнее и казалась более важной. В последние годы она вообще не выходила из головы Лины, она стала навязчивой грёзой, которая не отпускала ни на секунду; девушка не забывала о ней даже зимой и беспрерывно думала, отсчитывая дни до очередной поездки. Но на дверце всегда висел замок, а ключа Лина не видела никогда. Приехав в этом году в знакомый дом, девушка сначала ничего особенного не заметила. Она вдохнула знакомый запах бабушкиных пирожков, но выдохнуть не смогла, наконец заметив: на привычной связке ключей, которую она хоть с закрытыми глазами узнает, да ещё и скажет, к какой двери подходит каждый ключ, висел новый. Она сразу всё поняла. Вернее даже не поняла, а почувствовала. Всё, что связано с этим чердаком, выходило далеко за грань понимания и осознания, но это никогда не останавливало Лину и лишь влекло ещё больше. Она чувствовала этот чердак очень глубоко, так глубоко, что и сама не могла этого оценить. По внешнему виду ключа с первого же взгляда была видна вся его старина, сила, заключенная в небольшой вещице. Всего лишь символический ключик, но с огромным внутренним миром. И главное, он был выполнен в том же стиле, что и замок. Это Лина заметила сразу. Даже не нужно было проверять: она была абсолютно уверена, что ключ подойдёт. Она терпеливо ждала, когда бабушка уйдет к подруге на весь вечер, целых три дня ждала. Пожалуй, это были самые долгие дни в её жизни. И момент икс наступил. Кажется, девушке пора наконец-то познакомиться с давними друзьями. Да, действительно, она и не заметила, насколько привязалась к знакомым голосам, к необычным звукам. Она чувствовала предвкушение, ощущала, что сейчас произойдет что-то невероятно важное. Взяла ключ, поднялась по лестнице. Три оборота ключа вправо — закрыто. Дверь не поддавалась. Девушка несколько минут подбирала, как повернуть замок, и наконец-то услышала скрип дверцы. Темнота и удушливый, затхлый воздух давно не открываемого помещения. Когда бабушка вернулась, она увидела внучку лежащей на спине рядом с крепкой деревянной лесенкой. Стремянка стояла ровно, воткнутая в землю на добрых полметра — ни за что не догадаешься, что с неё упал человек. Бабушка даже толкнула лестницу — та и не шелохнулась. Тело девушки было холодно и бездыханно. Ни единой царапины, никаких следов травмы. Стеклянный взгляд был направлен вверх, к облакам, и ярко-голубым отражением неба блестели её глаза, как живые. Вероятно, бабушке от горя привиделось, но она увидела во взгляде внучки неподдельное счастье. В глазах мелькали непонятные образы, а на лице девушки застыло умиротворённое выражение. Что же она увидела перед смертью? Бабушка взглянула наверх: дверца чердака, как всегда, закрыта, на замке слой пыли. Она вернулась в дом: ключ висел на месте, связка лежала там же, где до ухода бабушки. Девушку похоронили на кладбище возле деревни. Совсем неприметная могила, лишь 2 невзрачных цветка: Лину некому было провожать. Ночью еле различимая тень летала над землёй между захоронениями, водя рукой по цветам, растущим на кладбище. Тень осмотрела очередную могилу и, прочитав имя усопшей, закрыла рот руками в молчаливом крике. И вдруг резко изменилась в лице: выражение стало спокойным и пугающе равнодушным. Девушка-призрак медленно обошла всю деревню, прощаясь с родным селом. Она улыбалась, видя тихую ночную картину. Никто её не слышал, но девушка пела невероятной красоты песни, которых никогда в жизни не знала. Обошла все дороги. Пролетела над рекой, смотря на лунную дорожку. Свет будто бы стал ярче и красивее. Он был словно живой. Она наслаждалась последней прогулкой. Наконец она счастливо выдохнула, последний раз оглянулась на село, побрела к дому и поднялась по деревянной лестнице. Дверь чердака сама собой открылась перед ней, встречая долгожданного гостя. "Мы скучали, Лина, — говорили они. — Где ты так долго была?" И Лина впервые в жизни понимала их слова. Она медленно вошла, присоединяясь к давним друзьям, и наконец заговорила с ними на необычном, завораживающем языке.