Часть 14

-Даши нет больше... – Алина скатилась по стене вниз, услышав эти до жути неприятные слова в телефоне. В груди застыло чувство опустошения, какого-то недостатка, пробела... Даша была единственной, кто понимал, принимал и любил по настоящему. Делать больше ничего не хотелось. Ни учиться, ни гулять, ни-че-го. От мысли, что она Дашу увидит в последний раз только в гробу заставила плакать. Да и Алина не плакала, а ревела. Хотелось снова прижать эту девчонку к себе и не отпускать. Жаль, что она с ней проводила в последнее время так мало. Даже появилось чувство вины, нежели сожаления. Глаза уже были красными, голова трещала, руки дрожали, а Алина так и лежала на полу, смотря в одну точку. Она ведь была человеком. В ней было то, чего не было у других. Но сейчас она осталась лишь воспоминанием в итак короткой жизни Алинки. Совместные фотографии, сделанные на новый фотоаппарат были убраны на самую дальнюю полку в шкафу, чтобы не плакать снова и снова от одного лишь вида. Зинатуллина пару раз щипала себя до синяков, надеясь, что это лишь дурной сон. Но она ошибалась.

***

После этого случая Алина не выходилаиз комнаты 3 дня. Молча отвернувшись лежала на кровати, рассматривая ковёр на стене. Одежда, казалось, приросла к Зинатуллиной, в комнате стало невыносимо душно, организм просил кушать. Но и всему когда-то есть конец. Собравшись с мыслями, Алина сходила в душ и привела себя в порядок сквозь слезы. Покушала, оделась и вышла в путь на похороны. --- В большой рамке стояла ее черно-белая фотография. Фотографию нес её двенадцатилетний брат — Альберт. Пухленький мальчишка в пальто и шапочке. На улице шел снег, неприятно попадал в глаза. Как же не хотелось верить в это. Даже мечеть сейчас была не столь важна, как живая Даша. Люди выстроились в две линии, оставляя прозод между ними для семьи Дарьи. Жуткая злость в перемешку с грустью кипела в Алине. И вот, следом за Альбертом вынесли гроб. Даша уже лежала в этой проклятой деревянной коробке. Алина больше не могла на такое смотреть и ушла с похорон, отдав деньги одному из родственников. Всю дорогу она шла медленно, изредка поглядывая на проезжающие мимо машины. Слезы будто не прекращались, они лились и лились безостановочно. Алине хотелось, чтобы кто-то ее сейчас обнял и погладил по голове, сказав, что всё будет хорошо. Единственным таким человеком может быть Валера, который сейчас хрен знает где бродит. Номера у Зинатуллиной нет, адреса тем более. Как с ним связаться? Непонятно. Остаётся лишь идти домой и дожидаться звонка Валеры... А может быть и еще одного человека.