Часть 18

Ребята доехали, нетащив мужчину. Блондин и брюнет прошли в подвал, недоверчиво оборачиваясь на стоящих Алину с Валеркой. — Всё нормально у тебя? – начал Валера, закурив. — А почему должно быть плохо? — Не знаю. – пожал он.

***

Неожиданно через время проснулся сам мужчина. Алине представился как Вова Адидас. Под предлогом Вовы познакомились и все остальные парни с Алиной. Валера даже некоторым "намекнул" что Алинка отчасти его. — Там в больничке замес был. Мы тебя выписали. – Валера обернулся в тельняшку, откусив малосольный огурчик. — Там Хади-ТакТашевского прямо в палате замесили. Теперь на нас, суки, думают. – Алина вжалась в кресло, увидив, как Андрей стыдливо смотрит вниз, будто боясь что его наругают за что-то. — Это я был... – интуиция не подвела. — Равиль Исаков... – знакомое имя. Алина сглотнула, не желая слушать дальше. — Который Ералаша убил. Я нашел его, но вас позвать времени не было. – Алина метнула взгляд на Валеру, который смотрел на пацаненка так, будто сейчас наброситься на него и по-зверски убьет. — А ты, че, теперь самый инициативный из всех? – блондин опустил голову. — Вроде все правильно сделал. – Алина знала одно – назревает конфликт. Глубоко выдохнула, пытаясь подавить тревогу в себе. — Тебя кто спрашивал?! Смелый при брате? – у Валеры загорелась голова. Вся красная, венка на виске так и бьет. — Вы че-то борзые стали, молодежь! Может вас на возраст поднять? – Валера резко поднялся с места. — Валер. – Алина решила, что тот перегибает палку. Тихим голос откликнула его, чтобы Туркин успокоился. Его взгляд теперь был прикован к Зинатуллиной. Казалось, что Валера сейчас ее ударит. Но вместо этого тот молча сел, сдерживая свой гнев в себе. — Разберемся. – кинул Вова, прикрыв глаза. Зинатуллина взглянула на наручные часы. Время показывало восемь часов. Встрепенувшись, выбежала из подвала. — Алин, куда ты? – Валера двинулся за ней. Дева вдохнула тяжелого, холодного воздуха. Снова шел мокрый снег. За Зинатуллиной тащился Валера, одевая шуршащую куртку. – Домой нужно. Засиделась я с вами. – Алина остановилась, чтобы Валера успел сравнить с ней шаг. – Погнали проведу. В одну сторону все равно. – Так и шли они молча. Ни о чем не болтали, изредка на друг друга поглядывали. У Валерки в голове ветер. Может, он и надежный партнер, но в будущем она не представляет с ним жизни. Он в 19 безработный, шляется по улицам и ворует все, что на глаз попадется. Это неправильно. Алина хоть и сама этого понимала, что не хочет с ним быть, но их души что-то связывало. Словно красная, длинющая нить, завязанная вокруг их сердец, которая может резко порваться. – Может на чай зайдешь? Время позднее, мало-ли что. – Опустив голову вниз, спросила русая. Туркин тут же заулыбался, засмеявшись. Сунув семечки в карман брюк, Валера приобнял Зинатуллину за плечо. – Ну, пошли. – и они двинулись в подъезд.

***

Шел третий час, как они сидели у Алины дома. Бабушка, видимо, ушла к соседке. Поэтому не особо волновало, что их кто-то заметит. Валера бережно протирал мокрые блюдца и складывал их в шкаф, а Алина тщательно их мыла, не оставляя на них ни следа. Между ними было интимное молчание. Они хотели оба что-то сказать, но не могли. Рот будто заклеили, дабы не рушить их атмосферу. – Могу у тебя остаться? – скромно спросил кучерявый. Алина посмотрела на него с недоверием. Знакомы-то давно, а все равно в груди не спокойно. Решив, что она себя накручивает, ответила: – Оставайся. Только ляжешь на диван в гостиной. – Мыслила она рационально. Не сокращала дистанцию, но и не отдалялась до отметки "стоп". Валерка улыбнулся по-чеширски, бросил полотенце на столешницу и, словно ребенок, побежал осматривать квартиру Алины. "Дурак" – мягко прозвучало у Алинки в голове.

***

Сидели они под тусклой лампой. На радио тихо играл Сектор Газа. За окном во всю шел снег. Казалось, прекраснее некуда. Рядом – человек, который может защитить, уберечь и любить. Валера был все ближе и ближе к русой. То ногой заденет ее, то руку на плечо положит. Но тут, его губы неожиданно накрыли ее. Губы его были сухими, с маленькими ранками на них. Но Алина, словно бальзам, перекрыла всю боль своими нежными, аккуратными губками, которые до Валеры ни разу не были с кем-то соприконовенными. Валера начал углублять поцелуй, поставив обе руки в обе стороны от Алины. Руки блуждали по телу, рассматривая его. Туркин намекал на нечто большее, чем поцелуй. Он хотел Алину. Но полностью понимал, что против ее воли он с ней ничего не сделает и даже не подумает. Но пока она дает зеленый свет. Значит можно. Потихоньку начал лезть под свитер, на что Алина улыбнулась сквозь поцелуй. Щеки ее горели, ноги содрагались. Дальше сама Зинатуллина действовала. Жадно сняла темный свитерок с кучерявого, откинув его в сторону. Туркин нехотя убрал руки с тела русой, расстегивая ширинку. И Алина затормозила. Сильно. А вдруг он ей сейчас тупо воспользуется? Бросит, скажет грязная и пойдет под хор? Валера заметил это, ее тупой взгляд на него, такой растерянный и неприятный. – Ты чего? На это Зинатуллина ничего не ответила. Молча схватила свой свитер и, натягивая его на себя, ушла на кухню, закрыв дверь. Валера выдохнул, полностью понимая, почему она так себя ведет. У нее же не было еще ничего, а он с шестнадцати лет к девочкам под юбки лазит. Валера ушел молча, предварительно оставив неаккуратно начирканную от руки записку у входа.

"Алин, извиняй, поспешил. Если в ДК пойдешь со мной в четверг в 19:00, то сочту, что простила. Буду ждать.

Валера."