Часть 1

Боль стремится быть замеченной - эти слова словно оживают в каждом мгновении страдания. Она пробирается по коже, холодным морозом, словно жгучая летняя трава, оставляя следы, которые невозможно игнорировать. Перед глазами мерцает пряжка ремня — металлическая,жесткая, обещающая неизбежную боль. Хотелось бы, чтобы это был иной ремень.Стеклянные глаза безучастно следят за тем, как ремень раскачивается и с глухим стуком падает на пол. Хозяин этого ремня, кажется, забыл о его истинном предназначении если, конечно, избиение не было его единственной целью.

Сколько удивительных изобретений придумано человеком и природой — скакалка, мыло, полотенце, антенна от радиоуправляемой игрушки, горох... Возможно, горох даже вкусен, но я не хочу знать этого на собственном опыте. Спросите у моих коленей — они знают вкус боли лучше всяких слов. Большая рука сжимает ремень, другая ласкает его поверхность — странный жест, вызывающий горькую усмешку: не признак ли это латентного гея? Улыбка на моем лице встречается с ударом по ногам, и если бы не джинсы, боль была бы невыносимой. Этот монстр, хоть и ограничен в средствах, умело использует их, чтобы держать людей в страхе, в плену комплексов и обид. Он словно закованный в цепи тирании, заставляет помнить и бояться, не давая забыть. Все свои ошибки, потери и внутренние раны он вымещает на тех, кто рядом, а на следующий день выходит в мир с улыбкой, словно закадычный друг. Почему? Потому что он высасывает из окружающих энергию, наслаждается своей властью и успокаивается. Но с годами жажда контроля лишь растет. «Встаньте в шеренгу, любимый отряд, что вы сделали сегодня?» — звучит команда взрослого, который воспитывает детей ремнем, если они не выполнили свои обязанности. Какая власть, какой мужчина! Так он учит мыть посуду и слушаться. В страхе и подчинении он чувствует себя сильнее. Но приходит время взросления, время бунта и равнодушия. Ссоры, скандалы, дерзкие ответы — и вдруг, после двадцати лет мучений, он слышит в ответ то, чего не ожидал: «Иди на*уй». Что он ждал? «Папочка», «папуля», «отец» — эти слова теперь звучат как оскорбление, вызывая лишь отвращение. Нервная система покорежена, а в душе разгорается неукротимая ярость при одной лишь мысли о нем. Но придет день, когда все выдохнут. День, когда его муки прекратятся, сердце перестанет биться, рука дрогнет, и ремень выпадет из ослабевшего захвата. Тогда наступит долгожданное освобождение. Что же происходит с душой после того, как тело перестаёт жить? Нет, она не устремляется ввысь, не видит света в конце тёмного туннеля. Душа просто сломанный механизм.Человек становится мёртвым не только телом, но и внутренне, как робот, утративший свою функцию и волю.