Пылкая Дорога: Глобальное Наступление

Ночной КАД. В тумане из выхлопных газов и испарений от болот возникает Приозёрск. Он – суровый, промозглый мужик в потрёпанной каске, от него разит дешёвым табаком, водкой «Пять Озёр» и тоской. Руки в солярке. – Ну чо, лахта, – сипит он, – подъезжай, блядь, разберёмся... На раскалённом асфальте развязки «Магистраль-69» стоит Мурино. Оно – в стёганом жилете, с ипотечной тоской в глазах и запахом шашлыка с жигулёвского барахла. Новые панельки робко розовеют. – Пошёл нахуй, деревенщина, – вздыхает оно, – у меня тут ипотека... дети... Без нежностей.Грубо, по-свински. Приозёрск заваливает Мурино в кювет, под откос. Слышен рёв фур, хруст новостроек, входящих в Мурино, и душераздирающие звуки пробки на въезде в СПб. Всё залито светом дешёвых фонарей и слепящими фарами КамАЗов. Быстро и без эмоций.,Приозёрск, отдышавшись, уползает обратно в свои туманы, оставив Мурино в рытвинах, с разбитой дорогой и чувством глубокого муниципального стыда. Вокруг – горы мусора, осколки и вечная стройка.