Глоток из Леты

It hurts to love you

But I still love you

It's just the way I feel

And I'd be lying

If I kept hiding

The fact that I can't deal

That I've been dying for something real

Lana Del Rey «13 beaches»

21 сентября 2024 года. Свидание прошло уютно. Мы просто очень долго разговаривали обо всём. Предельно откровенно. Когда Малкольм сказал: ну что, теперь ко мне? Я — мне так стыдно — я разволновалась. Будто это моё первое свидание и первый мужчина, который позвал к себе. Ясное ж дело, что не в шахматы меня зовёт играть. И вот после игр в приватной комнате и в зале шибари, мне тревожно от мысли поехать к нему домой. — Или к тебе? — кажется, он уловил моё смятение. — К тебе. — Мне слишком любопытно было посмотреть его жильё. — Но у меня месячные. Он имел право сказать: ну тогда езжай домой. — Значит придумаем, чем заняться ещё. Вот так просто. У него собственный дом. Естественно, я с удовольствием прошлась почти по всем комнатам, держа в руках горшочек с новым цветком (орхидеей фаленопсис насыщенного сиреневого цвета), который он мне подарил ещё в ресторане. В этом сквозило не только любопытство, а банальная потребность убедиться, что в доме нет следов женского присутствия. Минималистичная современная обстановка, большая домашняя библиотека, кажущаяся чуть старомоднее, чем остальной интерьер. Пенелопа Хоук, только не иди читать корешки книг, а то тебя поглотит Бездна разницы ваших уровней интеллекта или образований — приказала я себе. Но взгляд всё-таки выхватил на полках названия некоторых вещей: Семантика языка, теория литературы, словесность. — Малкольм, — я удивлённо развернулась к нему. — Кто ты по образованию? — Я филолог. И я работал профессором классической филологии в университете, — он прошёл мимо меня. Среди книжных шкафов была была стеклянная полочка со стаканом и виски. Он спокойно налил себе, но пить не стал Та девушка оказалась права: его работа действительно когда-то была связана с ораторским искусством. — Где-то здесь сокрыт тот поворотный момент, да? Чтобы профессор стал татуированным накачанным владельцем БДСМ-клуба. Он молчал, играя виски в стакане. Нет, только не смей сейчас использовать клише в духе: это моя тайна, которая тебя не касается… На ум пришёл частный детектив, которого кинула в закладки. Логан Стил кажется? Если Торн не признается, найму его. — Мне всегда нравились женщины моложе. Видеть, как личность проходит становление, когда убеждения только формируются и тебе позволяют их корректировать. — Он всё-таки отпил. — Я всегда держал дистанцию со студентами, но… — Но однажды встретил ту особенную и влюбился, — блекло улыбнулась я. — Да. Эти отношения были по обоюдному согласию, но о них стало известно. Комитет по этике принял решение, что мне стоит уволиться. Переступить черту сложно только первый раз, потом тебе уже проще найти себе оправдания. И я ушёл полностью из сферы образования. БДСМ помогло вернуть контроль над моей жизнью. — Который ты потерял, потому что злоупотребил своей властью и границами. — Не тот ты себе образ рисовала, да? — его ухмылка была больше похожа на оскал. Я не знала, что ответить. — Почему вы расстались? — Причина банальна: у нас оказалось разное понимание того, как мы видим нашу жизнь. Тайные свидания, страсть не всегда приводят к крепкому союзу. Он пристально рассматривал меня. Как всегда, не стремясь нарушить мои границы. — Ты не узнавал, как она живёт? — Если судить по соцсетям, у неё всё в порядке. Он следит за ней в соцсетях. Я поняла, что не могу совладать с лицом. — Не ревнуй и не накручивай себя. Это в моём прошлом. Я аккуратно поставила горшочек с орхидеей на журнальный столик и подошла к нему. Он ошибся — Я не хотела его никак оправдать перед собой же. Учитель и преподаватель никогда не должен покушаться на своего воспитанника или воспитанницу, но чёрт! Я влюбилась в него и не хотела терять. Не сейчас, когда удалось проникнуть к нему в дом, а значит немного в его приватную жизнь, которую он явно очень охранял. Пенелопа Хоук, это мужчина, которому 46 лет. Естественно, у него есть прошлое и множество отношений, которые сделали его таким, каким ты его встретила. Той девушке принадлежал немного другой Малкольм Торн. Я улыбнулась. — Что? — он всё-таки не выдержал и осторожно коснулся моего запястья. Руку я не убрала. — Подумала, что забавно: она видела тебя с волосами и без тату, я — наоборот. Он засмеялся и притянул меня в свои объятия, утыкаясь носом в волосы: — Ты потрясающая, моя Пенелопа. От этих слов я блаженно улыбнулась, забрала из его рук стакан и пригубила. — Я задам тебе глупый вопрос? — Задавай, — мужские губы прихватили кожу на шее в самом чувствительном месте и сильно втянули. — У тебя же нет в доме БДСМ-комнаты? Малкольм издал смешок: — Нет. Зачем она мне, если у меня целый клуб. Логично. — А где запретная комната, в которую мне нельзя заходить? Как в любой сказке. — Ты в ней находишься. Я улыбнулась, но не удержалась, широко и сладко зевнув. — Пора спать, — он подхватил меня на руки и направился к двери. — Подожди! Орхидея! Он подошёл к столику, давая мне забрать горшок. Зайдя в спальню, Малкольм усадил меня на кровать и подошёл к шкафу. Пока он что-то доставал, я поставила растение на прикроватную тумбочку. Уже знала, что не заберу его с собой — это моя возможность приезжать сюда и ухаживать за цветком. — Переодевайся и ложись спать. — отдав мне свою футболку и полотенце, он выпрямился и серьезно посмотрел на меня. — Если ты хочешь, чтобы я вышел, то просто скажи об этом. — Или? — Или я сяду в кресло и буду смотреть, как ты переодеваешься. — Полюбоваться на меня в красивом белье сегодня не получится, — подавила я очередной зевок. Малкольм ничего не ответил. Опустившись в кресло, он откинулся на спинку. От чёрного серьёзного взгляда я дрогнула. В моих движениях отсутствовало желание соблазнить или впечатлить, но я не помню, чтобы Малкольм смотрел на меня так раньше — как будто действительно в полной мере осознал, что я принадлежу ему; и как будто обычные серые трусы на мне смотрелись самым эротическим бельём. Натянув футболку и утонув в ней, я забралась под одеяло. — А теперь твоя очередь! Он ухмыльнулся на мой приказ, но поднялся и стал медленно раздеваться. Когда Малкольм натянул пижамные штаны, оставив торс открытым, во мне шевельнулось желание. — Ты как-то говорил про естественные выделения тела, брезгливость и БДСМ… — я сразу же пожалела, что начала этот разговор. — Принести полотенце и презервативы? — мужчина остановился посреди комнаты, рассматривая меня. Я натянула одеяло повыше, пытаясь справиться со смятением. — Я сейчас не хочу, так… уточнила на будущее. Кровать прогнулась под массивным телом Торна. — Я не отказываюсь от своих слов, — он притянул меня в объятия. — Сегодня спи, а если завтра захочется, то можем попробовать. Я спрятала лицо на груди Малкольма, обхватывая его рукой и ногой. — Ты теперь тоже мой, — шепнула ему. Находясь в его доме, кровати и футболке я могла позволить себе наивную иллюзию, хотя бы на одну эту ночь.